Ч. 3. Глава 21. Расширяя горизонты

«Где я?» Инк очнулся. Он не лежал на ледяном полу. Он не был прикован к стене. Он не чувствовал запаха химикатов или антисептиков. Его кости ныли так, словно их резали или протыкали, но в основном он был цел. Руки и ноги были свободны и на месте. Он мог дышать, не захлебываясь кровью. Глазницы закрывала повязка, но он видел сквозь нее. Под ним был не металл, а что-то мягкое и теплое. Последнее было хорошим признаком, ведь вывести чернила с ткани гораздо сложнее, чем с медицинского стола. Но это был и плохой знак, потому что он чувствовал эту незнакомую ткань голой спиной и прохладу воздуха ребрами. Инк ощущал на себе свободную ткань штанов, но они казались немного другими, чем обычно. На нем не было футболки. Многие кости болели. Они были перебинтованы. Особенно сильно болела грудина. В голове тут же всплыли воспоминания о последнем Удалении. Ретро-Дэнстейл и все его жители были Удалены. Их больше не было. Инк даже не успел попытаться их спасти. Сил плакать не было. Слезы не вернут Ретро-Дэнстейл. Ему нужно было зафиксировать их существование, но он был не один. Кто-то был рядом с ним. Этот кто-то перевязал его раны. Подсознательно он понимал, что именно из-за него ему и понадобились бинты. Позволят ли ему записать подробности об Удаленных? Скорее всего, нет, ведь его мольбы и объяснения все равно не услышат. Но он должен попытаться. Память о Ретро-Дэнстейле этого заслуживала. Инк моргнул, глядя в потолок (когда это он успел открыть глазницы?..), и попытался сесть. Мир вокруг него покачивался и танцевал (жители Ретро-Дэнстейла больше никогда не смогут танцевать). Он услышал приглушенное ругательство. Чья-то рука коснулась его плеча, и он вздрогнул. Рука тут же отдернулась, но ее владелец остался. Инк в ужасе уставился на незнакомого Санса. Воздух вокруг него был пропитан высоким Уровнем Резни, его лицо было скрыто в тени капюшона, а сам капюшон был в пыли. Инк не помнил этого Санса, но помнил, как его прижимали к земле и кололи снова и снова, снова и снова… – Нот? Ты меня слышишь? – медленно спросил Санс. Говорил ли он раньше? Инк не знал. Он не ответил. Он знал, что этот Санс его ранил. Сейчас его не держали, поэтому он бесполезно прикрыл руками грудную клетку. Бинты на ранах были свежими. Он помнил, как этот Санс напал на него. И видимо, потом перевязал раны. Он думал, что у Инка отшибло память и можно притвориться спасителем? Или это какая-то игра, где он будет резать Инка, перевязывать раны и опять резать? Ну, тем хуже. Инк не играл. Санс подошел ближе, и Инк соскочил с кровати, бросившись мимо него. Он успел сделать всего два шага, прежде чем его сбили с ног. У Инка вырвался такой отчаянный болезненный крик, что Санс от неожиданности отпустил его. Инк извернулся, едва освободившись, и его пятка врезалась в челюсть Даста, отправив его в полет. «Даст». Этот Санс был Дастом. А Инк – Нотом. Воспоминания хлынули потоком, затапливая Инка стыдом. Инк был в плену, но Даст не мучил его. Напротив, он был на удивление мягок, даже милосерден. Инк пытался направить Даста к лучшему будущему. И кажется, только что все испортил. Он чувствовал Их гнев, разочарование и шок от того, что он так поступил с Дастом. Он напал на Даста. «Простите. Простите. Простите». – Что ты творишь… Черт! Нот, прекрати! Кто-то схватил его за руки и развел их в стороны. Инк зажмурился. Правую локтевую кость щипало. Но не так, как при Удалении, а как будто ее поцарапали. Часть бинта съехала, но он не стал его поправлять. Он не мог. Поэтому он обмяк в ожидании, когда боль усилится или в ребра вонзится очередная костяная атака. Ничего не произошло. Инк набрался смелости и открыл глаза. Капюшон Даста упал. На лице не было и следа от удара, но челюсти были крепко сжаты. Инк попытался улыбнуться, но вышло криво. – Прости, Даст. Я тебя не сразу узнал. Ты можешь ударить меня. Я знаю, ты этого хочешь. Просто ударь. Только не режь, пожалуйста… Не хочу, чтобы меня снова резали. Даст смотрел на него в упор с нечитаемым выражением лица. Он медленно отпустил запястья Инка и отступил на шаг. Он держал ладони открытыми, растопырив пальцы, словно подчеркивая, что в них нет атаки. А может, чтобы не поддаться искушению ее вызвать. – Нет, – кратко ответил Даст. – Я тебя не трону. Инк оценил неожиданную сдержанность и не стал испытывать судьбу. Он неуверенно поднялся с пола и посмотрел на свои перевязанные ребра. Маленькая сумка по-прежнему висела на шее. Даст не забрал ее. Это было (такое облегчение) здорово. – Где моя куртка, футболка и шарф? – Там. – Даст кивнул на стопку вещей на комоде. – Ты свалился в обморок. У тебя вся футболка в крови. – Ой. – Инк бросил взгляд на кровать и заметил пятна на простыне. – Извини за беспорядок. Даст сузил глазницы и недовольно скривился. – Почему ты не сказал, что все настолько плохо? – Да не так уж и плохо, – запротестовал Инк. Он попытался пожать плечами и поморщился от натяжения бинтов. – Бывало и хуже. Похоже, я просто отключился. «Из-за Удаления». Даст подозрительно сощурился. Заметив этот взгляд, Инк нервно рассмеялся. – Я привык к боли и умею ее терпеть, но, конечно, не могу ее ослабить. Просто это было неожиданно, и я вырубился, как идиот. Блин, у меня ведь уже должен быть иммунитет к этому, верно? Инк надеялся разрядить обстановку шуткой, но Даст помрачнел. – Нет. К боли нельзя "привыкнуть", – пробормотал Даст. – Я пытался. Тревожное фиолетово-синее напряжение отступило. На смену пришло беспокойство другого рода: Инк начал понимать, почему Даст зациклился на его травмах. – Найтмер ранил тебя? Вот почему ты ушел. Даже в самых смелых фантазиях и безумных предположениях Инк не мог представить, что Даст скажет дальше. – Он не просто ранил меня, – тихо сказал Даст. – Я думаю, он убивал меня… не раз. Ход мыслей Инка застопорился. – Он… что? На лице Даста мелькнул шок, тут же сменившийся холодным расчетливым взглядом. Между его пальцами вспыхнули искры магии, и Инк приготовился к костяной атаке, которая, скорее всего, пронзит его грудь. Даст зажмурил глазницы, словно ему было физически больно, и погасил свою магию, не нападая. – Недавно я умер. Потом я очнулся в коконе тьмы. Мое тело было уничтожено, но я вернулся, как ни в чем не бывало. Думаю, Найтмер заманил меня в ловушку, заключив контракт души. Он использовал его, чтобы заменить Киллера, когда тот умер в темнице Замка. А затем, чтобы заменить меня. Я не знаю, сколько раз это повторялось. Ох. О нет. Теперь понятно, почему Инк не мог прочитать значительную часть кодов Даста. Найтмер не программист, но, контролируя душу Даста, он контролировал самую суть его существа. Иначе он не смог бы заменять Даста (и других членов Банды) раньше. Именно это Даст пытался объяснить Инку в Андерфелле. «Я ничего не замечал». Отчаяние едва не раздавило Инка, но он отбросил его, чтобы сосредоточиться на своем подопечном. – Мне так жаль… Даст схватил его за плечи, и его глаза погасли. – Не надо. Инк почувствовал опасность и замолчал. – Это не оправдывает мои поступки, – резко сказал Даст, встряхнув Инка. – Мне не нужна твоя жалость. – Он замялся, а затем отстранился, словно сдерживаясь. – Но наверное, я должен кое-что объяснить. Короче, в этот раз я вспомнил свою смерть и сбежал. А потом нашел тебя. Мне повезло, а тебе – нет. Тебе все равно крышка, даже если я тебя сейчас отпущу. Инк почти сразу сообразил, о чем он. И все было даже хуже, чем Даст предполагал, ведь Нот был Инком, а большинство членов Совета обороны Омега-таймлайна и так уже ему не доверяли. – Они никогда не поверят, что ты отпустил меня просто так, без сделки или какого-то подвоха… – Ага, – с горечью сказал Даст. – Что ж, будущему мне придется с этим разбираться, – с натянутой веселостью сказал Инк. Теперь, немного разобравшись в мотивах Даста, он почувствовал себя увереннее. Пока он будет полезен, Даст не станет его "убивать". Значит, есть шанс достучаться до него. – Найтмер тебя еще не нашел. Возможно, это из-за меня. – Главное, не попадись Боссу, – предупредил Даст. – Он может использовать тебя, чтобы скрыться от Дрима, или разобрать на части, чтобы понять, как защищены места вроде Омега-таймлайна. Если Найтмер найдет тебе применение, он будет пытать тебя, пока ты не сломаешься и не согласишься работать на него. Инк почувствовал, как его глаза за повязкой превратились в серьезные зеленые круги. – Я ни за что не буду работать на Найтмера. Как бы он меня ни пытал. Я не причиню вреда Мультивселенной или Д… и не предам своих друзей. «Скорее я найду способ вывести себя из строя. С моим лимитом краски несложно потерять достаточно крови, чтобы отключиться и Пасть». Глазницы Даста оставались темными. – Смотря как он захватывает души, а то у тебя может и не быть выбора. Инк заколебался. Может, Даст и не хотел этого, но он только что поделился с Нотом (который неведомо для него был Инком) огромным количеством информации. Жизненно важной информации. Не только о себе, но и о Киллере и Хорроре. Секрет за секрет. Доверие за доверие. Может, если Инк сейчас откроет что-то о себе, у него будет больше шансов избежать гнева Даста в будущем. – Он не сможет заманить меня в ловушку контракта души. – Инк заставил себя поднять глаза, чтобы увидеть лицо Даста. – Я Бездушный. Взгляд Даста скользнул к перебинтованной груди Инка. Он сделал жест, пытаясь вызвать душу, но, как и ожидалось, ничего не произошло. Даст повторил попытку, словно думал, что ошибся, или Инк просто неудачно пошутил. Разумеется, проявляться было нечему. Он медленно опустил руку. – Ты из тех, кто умер, как Азриэль? – тихо спросил Даст. – Не совсем "как он", но да, – ответил Инк, не успев подумать. Даст оскалился в настороженном рычании. – И ты можешь Сбрасывать свой мир, как Флауи? – Нет, – честно ответил Инк. Когда у него был Бруми и все его способности, он технически мог принудительно Сбросить другие миры, чтобы восстановить их, но он предпочитал другие методы, да и это были не его миры. А сейчас у него и вовсе не было такой возможности. – Ты когда-нибудь проходил Путь Геноцида, пытал или убивал кого-нибудь? – Нет. – Инк не смог до конца сдержать обиду в голосе, ведь, конечно, это был один из первых вопросов Даста. Почему бы и нет, если большинство Бездушных Флауи и Темми раз за разом убивали почти всех в своих Подземельях? Слишком поздно жалеть, что он открыл свой секрет. – Что ты думаешь о своих врагах? Вопрос был настолько конкретным, что Инк мог бы запаниковать, если бы Даст не был так спокоен. Даст не был бы таким невозмутимым, если бы догадался, кто такой Нот на самом деле. Инк решил идти до конца и отвечать Дасту честно. – Я не хочу иметь врагов. И я не могу смотреть на кого-то и думать: "Ты должен умереть". Я всегда думаю о том, как все могло бы быть. Мультивселенная полна бесконечных возможностей. Кто-то никогда не изменится, но многие могут. Я знаю, что могут. Я видел это. Я… хотел бы видеть больше хорошего, понимаешь? А не только концовки, где все мертвы, брошены или несчастны. Почему не может быть больше счастливых финалов? – Инк закрыл глазницы и увидел искаженное от боли лицо Блуберри в момент Удаления. – Если все всегда заканчивается так трагично… какой вообще в этом смысл? Даст никак не отреагировал на слова Инка. Его капюшон снова скрывал лицо. Все, кроме его пристального взгляда, устремленного на грудь Инка. – Ты чувствуешь боль? – резко спросил Даст. У Инка пересохло во рту. Он заставил себя не поднимать руки, чтобы защитить грудь. – Да. Взгляд Даста метнулся к его раненой шее. – Значит, это было больно. – Да, – подтвердил Инк. Его голос дрогнул, но затем стал ровным, как у Даста. – Это больно. – Все Бездушные чувствуют боль? Инк всегда ненавидел находил странным, что этот вопрос подразумевает, что это нормально – причинять боль Бездушным, если они этого не чувствуют. – Большинство чувствуют. Даст замолчал, не отводя взгляда от Инка, но казалось, что мыслями он где-то далеко. Наконец он засунул руки в карманы. – Ха. Неудивительно, что Инк кричал. – Его голос был таким же отстраненным, как и взгляд. Инк сжал руки в кулаки, надеясь, что так Даст не заметит, как они дрожат. – Ты думал, он притворяется. – Нет, – признался Даст. – Я просто хотел так думать, чтобы не беспокоиться. – Его хмурый взгляд помрачнел, а аура потемнела от УР. – Я не хороший, Нот. Совсем нет. Мне плевать на всю эту мультивселенскую чушь. Я просто хочу вернуться домой и больше не умирать. – Я не дам тебе умереть, – пообещал Инк. Даст резко выдохнул, и капюшон слегка колыхнулся. – Черт. Я вижу, что ты искренен. Как и Инк. Инка это заинтриговало и одновременно встревожило звучащее в голосе Даста отвращение к самому себе. Он рискнул задать еще один вопрос. – А зачем тебе, э-э, нужен Инк? – Чтобы узнать, сможет ли он вырвать мой дом из лап Найтмера, – прямо сказал Даст. – И чтобы было чем торговаться, если не сможет. Все теплые и полные надежды чувства в груди Инка обратились в прах. – Ты… Ты отдашь Защитника Найтмеру? Зачем? Мультивселенная… – …принесла мне только боль, – прорычал Даст. – Меня это не волнует. Главное, чтобы человек не смог Перезагрузить Дасттейл. Инку стало дурно. Он знал, что не сможет отбить Дасттейл у Найтмера. Неужели Даст действительно готов отдать Защитника Мультивселенной и ее обитателей Найтмеру, чтобы заключить с ним сделку и получить свободу для себя и своего мира? Даст поймал его взгляд. – Не смотри на меня так. Я же говорил, что я эгоист. Я убил слишком многих, чтобы теперь жалеть. – Он еще больше надвинул капюшон на лицо. – Но я постараюсь не втягивать тебя в это. – Я все равно попытаюсь помочь, – оцепенело произнес Инк. – Может, ты и не веришь, но тебе не обязательно чахнуть в Дасттейле до конца дней. Жизнь может быть лучше. Ты можешь стать лучше. Ты уже принял меня лучше, чем некоторые из моих… чем некоторые другие. – М-да, это совсем печаль, – пробурчал Даст, но в его голосе не было насмешки. Он резко развернулся и направился к двери. – Прикрывай нас. Завтра мы уходим. Инк едва не спросил, куда они уходят: из дома или из этой АВ. Но промолчал. На него только что обрушился шквал откровений. Ему нужно было многое обдумать. Хорошая новость была в том, что Даст не попытался убить Инка, пока тот был без сознания, и не решил, что Инк его обманывает (и, следовательно, не стал его пытать), потому что он Бездушный. Плохая новость – все остальное, включая то, что Найтмер заманил Банду в ловушку контрактов душ, и Даст готов выдать Инка, чтобы освободиться. Инку стало настолько плохо, что его чуть не стошнило. Членов Банды заменяли неизвестно сколько (только Создатели знали, сколько) времени, и никто этого не замечал. Это как с Удаленными мирами – никто не замечал, кроме Инка. Может, это была очередная (больная) "ироничная шутка" Создателей? Переключившись с одной неприятной темы на другую, Инк сел на кровать и достал записную книжку. Он записал все о Ретро-Дэнстейле. Неважно, сколько он напишет, Даст никогда этого не увидит. Он долго записывал историю Ретро-Дэнстейла. И лишь к концу убедился, что Эррор действительно расстроил Создателя, уничтожив большую часть Его прогресса и заставив отказаться от работы. Когда последний обрывок Удаленной информации промелькнул в памяти Инка, его карандаш замер над страницей. «Скетч?» Его брат был там. Он сражался с Эррором. Он расспрашивал его о местонахождении Замка Найтмера. Эррор ответил со своей обычной язвительностью. Тогда Скетч проткнул Эррора. Это не слишком обеспокоило бы Инка, если бы не выражение лица Скетча. Он не привык к ненависти Эррора, как Инк, но на его лице не было простого дискомфорта. Инк слишком хорошо знал это выражение. Он часто видел его на лицах Эррора или членов Банды Найтмера. Это было похоже на то, как Даст напал на Инка при их первой встрече. Скетч хотел причинить Эррору боль. Не просто остановить его, а заставить его страдать. Казалось, он был готов пытать Эррора, чтобы узнать, где находится Замок Найтмера. Неужели исчезновение Инка так сильно на него повлияло? Этого не могло быть. Дрим, Блу и Рас помогли бы Скетчу справиться с подобными чувствами. И Скетч слишком добрый, чтобы считать пытки приемлемым способом добычи информации. «Ведь так?» (Инк увидел в дампе памяти, как Скетч использовал Скорча, чтобы обжечь Эррора. Инк заглянул под капюшон брата и увидел, как Скетч улыбался, слушая крики Эррора). Инк дрожащими руками закончил записывать Удаленную историю Ретро-Дэнстейла. Он закрыл блокнот и убрал его в карман куртки. Затем он сгорбился и зажал рот руками, молясь, чтобы его не вырвало чернилами. «Скетч… что ты натворил?»

***

Это до сих пор казалось сном. Блу никогда не думал, что увидит день, когда его друзья узнают о Мультивселенной, не говоря уже о том, чтобы отправиться туда. Он не исключал такой возможности, но когда-то мечтал показать своим друзьям мирную Мультивселенную, просто чтобы поделиться с ними удивительными видами и прекрасными мирами. Но все обернулось совсем иначе. Он и представить себе не мог, что они узнают правду из-за похищения Инка. Хотя они и не знали об истинной личности Нота и его роли в Мультивселенной. Они даже не подозревали, что Санс, которого они ищут, был еще и Защитником. «Они заботятся о Ноте. И об Инке тоже будут заботиться. Я уверен в этом. Надеюсь, что Инк когда-нибудь это поймет». Завершались последние приготовления к первому путешествию Азгора, Альфис и Напстатона. Процесс казался одновременно слишком медленным и слишком стремительным, но прежде чем ступить в Мультивселенную, бывшим Инкодам необходимо было получить базовые знания о ней. Именно поэтому Core!Фриск пригласил их сначала в Омега-таймлайн. Это было не только безопасно, но и позволило бы им познакомиться с частью Мультивселенной, не бросаясь сразу в гущу событий. Рас, Андайн, Меттаблук и Чара собрались в лаборатории Андайн, чтобы попрощаться. Чара изо всех сил старался не показать, как он огорчен тем, что его не включили в спасательную группу. Core!Фриск объяснял все очень туманно, но Чара понял, что во первых, Core!Фриск, Блу и Рас знали о Перезагрузке, и, во-вторых, для Андерсвапа будет очень плохо, если Чара погибнет в Мультивселенной. Кор говорил правду, утверждая, что смерть Чары может привести к краху Андерсвапа, но это был не единственный риск. Еще смерть Чары могла свести на нет его прогресс и привести к тому, что он заново начнет свое путешествие по Подземелью. Азгор заметил волнение Чары и положил руку ему на плечо: – Ты уверен, что с тобой все будет в порядке, Чара? Чара решительно кивнул. Он подчеркнул, что хотя сам не может отправиться на поиски Нота, но зато Азгор может. Рас взъерошил его волосы: – Не волнуйся за нас, Азгор. Мы будем держать оборону здесь. Андайн нервно улыбнулась: – Если кто спросит, Напстатон в отпуске, а Блу и Альфис тренируются в лесу. Азгор пошел с вами, чтобы вы не разрушили гору. – Ооо, мы должны сделать это по-настоящему. Звучит весело, – хихикнула Альфис. – Значит, будет и временной скачок на два-три года, когда мы вернемся более сильными и с новыми способностями? Лицо Андайн вспыхнуло, когда она уловила отсылку к аниме, но ее настроение слегка упало. – Надеюсь, что нет. Улыбка Альфис померкла. Веселье Блу тоже поутихло, когда он понял, что если их не будет так долго, значит, Инк на годы окажется в руках врага. Он не хотел больше думать об этом. – Это объяснение вполне подходит, Андайн, – любезно вмешался Азгор. Альфис схватила Андайн за руку. – Ага. Мы будем поддерживать связь и вернемся раньше, чем ты успеешь оглянуться. Нас не задержит даже чья-то навязчивая идея прихватить с собой все содержимое своего дома. – Она слегка повернулась и посмотрела на Напстатона, который изучал груду чемоданов: – У нас поисково-спасательная экспедиция, а не турне. – Это все-таки мой дебют в Мультивселенной, сестренка, – возразил Напстатон. – Я должен выглядеть наилучшим образом. Блу было интересно, как он отреагирует, когда поймет, что только в Омега-таймлайне дебютировали уже несколько тысяч Напстатонов. Он полагал, что скоро узнает. – У меня есть кое-что, что поможет с этим. – Core!Фриск добродушно улыбнулся, когда Напстатон подскочил, напуганный его внезапным появлением. Он потянулся к глазницам, вызвав у Андайн испуганное восклицание, и достал несколько небольших сумок и телефонов. – С помощью этих телефонов можно звонить между Вселенными. Эти сумки созданы с помощью магии, чтобы вмещать больше вещей, чем кажется. Кроме того, они делают их легче, чтобы вы могли держать свои вещи при себе. Альфис взяла сумку и экспериментально засунула в нее руку до плеча. – Черт, как полезно. Это было вдохновлено твоими глазницами? – В некотором роде, – неопределенно сказал Core!Фриск. Андайн зажала рот руками. Блу было видно, что она изо всех сил старается не завалить Core!Фриска тысячей вопросов о том, как устроены его глазницы. Core!Фриск качнулся с пятки на носок и посмотрел на Блу: – Дрим заберет нас. Сначала мы отправимся в Омега-таймлайн, как и планировалось. Там много народу, так что это может уменьшить… фактор неожиданности от Мультивселенной в целом. Кстати, я вспомнил. Возьмите это. Он снова потянулся к глазнице и достал несколько кулонов. Первый из них он передал Блу, который взял его и узнал транспортный кулон. Остальные последовали его примеру и надели подвески на шеи. – Это транспортные кулоны, – объяснил Core!Фриск. – Устройства для телепортации, которые связаны с вашей магией. Они нужны на случай, если мы разделимся. Они доставят вас в Аутертейл. – Почему они не вернут нас сюда? – спросил Азгор. – Это было бы слишком рискованно, – помрачнев, пояснил Core!Фриск. – Если он попадет в руки врагов, они смогут с его помощью проникнуть в Андерсвап. Альфис задумчиво осмотрела кулон из прозрачного кристалла. – Это точно сработает? Без обид. – Все в порядке. Если ты не окажешься в Пустоте, они должны работать как обычно. – Что такое Пустота? – спросил Меттаблук. – Пустая тьма на краю реальности, способная раздробить любого во времени и пространстве. – Кор заметил ужас на их лицах и поспешил добавить: – Это не должно быть проблемой. – Не должно, – слабым голосом повторила Андайн. – Просто не падайте в Ядро, – сказал Core!Фриск. Впервые с тех пор, как он представился команде Андерсвапа, его голос был напряженным. Каждый из команды Андерсвапа надел свои кулоны и активировал их. Кулон Блу предсказуемо засветился синим. У Азгора – насыщенно-фиолетовым. У Напстатона – более холодным оттенком синего. Кулон Альфис светился ярко-желтым. Кор на мгновение замерцал. Секундой позже открылся золотой портал. Из него вышел Дрим, и Блу услышал, как Чара восторженно ахнул. Не только он был ошеломлен. Казалось, Дрим появился в виде почти бесплотной фигуры, светящейся теплым желтым светом, когда его на короткое время осветил портал. На его голове сверкала корона, аура была успокаивающей и доброй, а ярко-золотистые глаза сияли солнечным теплом. То, что Дрим так сильно походил на Блу, стало еще одним очевидным шоком. Именно поэтому Блу был рад, что сначала они отправятся в Омега-таймлайн. Лучше пережить этот парализующий шок до того, как они встретятся с кем-то гораздо менее добрым, чем Дрим. – Здравствуйте, – вежливо поздоровался Дрим. – Я Дрим. Приятно наконец-то познакомиться… – О Звезды, – выдохнула Андайн, прерывая его. – Ты как Солнечная Звезда! Дрим нахмурился: – Кто? Андайн в ужасе округлила глаза. – …Я что, сказала это вслух? – Да, так и было, – извиняющимся тоном подтвердил Блу. Чешуя Андайн густо покраснела, и она закрыла лицо руками. – Не нужно смущаться, – мягко сказал Дрим. – Я почувствовал твою увлеченность и радость. Кем бы ни был этот "Солнечная Звезда", ты им очень восхищаешься. Андайн выглядела так, словно хотела провалиться сквозь пол и никогда не вылезать. – Ах. – Дрим поморщился. – Я смутил тебя еще больше. Андайн жалобно пискнула. – Не беспокойся об этом, Андайн, – хихикнула Альфис, нежно чмокнув ее, а затем повернулась, изучая Дрима. – Так ты один из… товарищей Блу по команде, да? Спасибо, что помогаешь ему и прикрываешь спину. – Всегда пожалуйста. Блу хороший друг. – Дрим сосредоточился на ее лице. – И ты тоже. Ты не должна чувствовать себя виноватой за то, что не решалась учить Блу драться. Блу никогда не сердился на тебя. Пожалуйста, не злись на себя. Альфис уставилась на него, разинув рот. Она глубоко вздохнула. – Хорошо. Круто. Славно. К этому нужно будет привыкнуть. – Мои извинения, – пробормотал Дрим. Альфис махнула когтистой рукой: – Все в порядке. Ничего страшного. – Если ты настаиваешь. – Дрим слегка улыбнулся Расу и Чаре, а затем посмотрел на Блу. – Мы готовы? – Да! – радостно подтвердил Блу. – Команда "Найдем Нота" готова! Он сказал это, чтобы подбодрить их и тонко напомнить Дриму, что остальные не знают, что Нот – это Инк. Именно поэтому Скетч держался в стороне, но не то чтобы он жаловался. Он сказал, что "все еще ищет коды". Блу был готов оставить его в покое, лишь бы Скетча устраивало его одиночество. Похоже, Скетч предпочитал работать один. Они попрощались. Азгор обнял Чару, Альфис поцеловала Андайн, а Напстатон стукнулся кулаками с Меттаблуком. Во всяком случае, попытался. Трудно было сказать, потому что у призраков не было рук, чтобы ударить кулаком в ответ. Так что со стороны Меттаблука это был скорее толчок плечом. Вот только плеч у призраков тоже не было… Тогда, может, толчок боком? Блу повернулся к Расу и крепко обнял его. Рас заметил отчаяние в его объятиях, но не стал комментировать это, а просто обнял в ответ. – Береги себя, – тихо сказал Блу. Рас тихо вздохнул: – Не мне отправляться в Мультивселенную. Держите с нами связь. Блу дерзко ухмыльнулся: – Это обещание. Группа оторвалась от своих близких и перешла в другую комнату. Не только для того, чтобы ни у кого не возникло искушения нырнуть в портал вслед за ними (как сделал Инк…), но и для того, чтобы создание портала Дримом не повлияло на них. – Вы можете почувствовать перемену в своем настроении, – предупредил Дрим Азгора, Альфис и Напстатона. – Я черпаю положительные эмоции из окружения. – Погоди-погоди, – поспешно вмешалась Альфис, заставив Дрима замереть. – Санс… э-э, Блу уже рассказал мне о некоторых твоих атаках и о том, как они работают… – Она замялась, поморщившись. Дрим был озадачен, но терпеливо ждал продолжения. – Так, чисто, чтобы прояснить… – Альфис стиснула свои когтистые руки. – Ты можешь собрать позитивную энергию от других существ, чтобы сделать огромную атаку? – Да, – подтвердил Дрим. Он поднял руку, чтобы открыть светящийся желтый портал, и снова остановился, оглянувшись на ошеломленную Альфис: – Ты в порядке? – Угу, – буркнула Альфис. – Просто задумалась. – Я пойду вперед и проверю, все ли готово, Блу, – предложил Core!Фриск. Блу понимал, что это делается ради других монстров Андерсвапа, ведь они не знали о том, что Кор может находиться во многих местах одновременно. Он уже собирался кивнуть, когда Азгор поднял руку, останавливая их обоих: – Пожалуйста, подожди немного, Core!Фриск, – попросил Азгор. – Мне пришла в голову одна мысль. Санс – это Блу, Папирус – Рас, а ты – Кор. Есть еще Сансы вроде тех же "Даста" и "Киллера". Нужны ли нам прозвища? Может, так будет безопаснее для Андерсвапа? Блу на мгновение растерялся, пока не понял, что он имеет в виду. Если бы он называл Альфис, Азгора и Напстатона их обычными именами без всяких дополнений, это могло бы свидетельствовать о том, что он знает их лично, и другие могли бы предположить, что они из его Андерсвапа. Было неловко думать о нем как о "своем" Андерсвапе, но именно так могли посчитать другие. А это могло быть очень рискованно. – Возможно, это хорошая идея, – пробормотал Core!Фриск. – Понятно. – Альфис на мгновение задумалась. – Ну, Санс – это "Блу", так как насчет названий цветов? – Отличная идея! – улыбнулся Блу, хотя его душа заныла. «Инк был бы в восторге». Естественно, первым начал Напстатон: – Я буду Арктик Напстатон, потому что я такой крутой, йоу. – Он окинул Азгора взглядом. – Тирский пурпур – классный цвет. Это не тот оттенок, который ты носишь, но это легкая милая отсылка к королевской власти. К тому же, возможно, они примут тебя за обычного Короля Азгора, а не за Смотрителя из Андерсвапа. Блу не стоило удивляться, что у Напстатона на уме такие уловки. Ему следовало бы помнить, что Напстатон может быть хитрым, если захочет. – Это вполне подойдет, – уступил Азгор "Тириан" из Андерсвапа. – Хм. Вообще-то я не уверена насчет цвета, – задумчиво сказала Альфис. – Я не хочу, чтобы меня называли "Дейзи" или что-то в этом роде. Почему бы не придумать какую-нибудь аллитерацию вроде "Альфа Альфис"? – Только не это! – одновременно воскликнули Блу и Дрим. Альфис подняла бровь, но Блу было ясно, что она ошарашена. Блу откашлялся и опустил взгляд. – Это… э-э… "Альфа Альфис" вызывает другие ассоциации. Дрим поморщился, но ничего не сказал. Ни он, ни Блу, ни Core!Фриск не были готовы даже пытаться объяснить, что "Альфа Альфис" это аналог "Бессмертой Андайн" из большинства Геноцидных Путей (и в том числе, что это означает). Глаза Альфис сузились. – Это что-то, что мне нужно знать? Блу покачал головой. – Ладно. – Альфис еще немного подумала, а затем щелкнула пальцами: – Электрический желтый цвет. Сокращенно "Элек". Блу вспомнил об энергии, которая окружала некоторые из ее сильных атак топором и решил, что прозвище вполне подходит. – Отлично. Я буду на другой стороне, – сказал Core!Фриск и исчез. Дрим открыл золотой портал. Блу знал, что это было сделано и для спокойствия команды Андерсвапа, потому что система дверей требовала собственного объяснения, и чтобы сохранить в тайне, из какой они АВ. Он позволил остальным пройти первыми и последовал к месту назначения замыкающим. Блу не нужно было смотреть на Дрима, чтобы понять, в какой момент до его друзей по-настоящему дошло, что все это правда. Увидеть Дрима и Кора – это одно, но то, что перед ними раскинулся новый мир, смыло все оставшиеся сомнения. Гигантский парк был заполнен жителями других миров: от Ученых Альфис и Капитанов Королевской Стражи Андайн до энергичных Папирусов и нескольких вариантов Фриска и Чары, наслаждающихся совместным пикником. Появился Кор и улыбнулся им: – Приветствую вас, Тириан Азгор, Элек Альфис и Арктик Напстатон. Добро пожаловать в Омега-таймлайн. "Элек" Альфис из Андерсвапа проводила взглядом Азриэля с гигантским мечом за спиной и тихо рассмеялась: – Черт возьми. Аниме реально.