Глава №7

Когда тебе нечего терять, то любые жертвы во имя перемен незначительны. Так мыслил Меир почти на всех порах учебы, а потом судьба или воля Великих Творцов свела его с Анхель. Воспоминания заставили улыбнуться, обнажить чуть заостренные зубы и блаженно выдохнуть. Мгновения прошлого заполонили сознание, но не отвлекли от того, чем Меир занимался. Да, это в прямом смысле слова было столкновение… Середина учебы в Академии. Осмотр «последнего слова техники» в одном из исследовательских центров. Обучающимся наказали ничего не трогать без разрешения, но разве ж можно остановить горячие умы? Спустя несколько минут кого-то надо было уже снимать с потолка. И нет, это был не он. Всё его внимание было приковано к летающему аппарату, способного бороздить просторы бескрайнего космоса и преодолевать немыслимые пространства! Глаза Меира даже слегка засветились от удовольствия лицезрения, пока что-то глубоко внутри подавляло раздражение и чувство несправедливости. Ему никогда не позволят таким управлять, ведь он, в отличие от Анхель, был выходцем из более низких слоев общества. Весь его облик, дикий и непокорный, кричал об этом, а ведь раньше, говорят, такого разделения не было, но был мир, Идеальный мир… — Прошу минуточку внимания! Вести себя подобным образом недопустимо! Поздно спохватившись, сотрудники центра, тем не менее, не оставляли попыток устремить всё внимание учеников на себя, однако разом чуть не потеряли свои рабочие места. Группа учеников каким-то образом ухитрилась завладеть невероятно ценным предметом, с виду напоминавший обычный серый шар из материала средней плотности. Казалось бы, что необычного в этой безделице? Но вот, пожалуйста, черным по белому написано… — Меир, как оно здесь оказалось?.. Ох, Великие Творцы… Меир оскалился, вынырнув из воспоминаний. Анхель после работы решила заглянуть на Спектрум и теперь не могла поверить своим глазам, когда увидела то, что могло разозлить Старейшин сильнее украденных образцов. Эх, следовало лучше подготовиться к её приходу, подумал Меир и, мотнув головой, поднялся с насиженного места. — Падконсфер. Устройство для создания «реальной» проекции на судне. Как во время нашего обучения в Академии. Мы ещё ходили всей группой на него смотреть, помнишь? — в ответ последовал неуверенный кивок от все ещё пораженной Анхель. Разница лишь в том, что перед ними сейчас — не жалкая подделка для глупых юнцов, а подлинный аппарат для контроля сферообразных или шарообразных небесных объектов. Чаще всего последних, но в обществе закрепилось более лаконичное название. Падконсфер. — Как у тебя только получи... — Что ты, Анхель! К этому я ни одну свою конечность точно не прикладывал. Когда я только обнаружил его, то был в крайнем смятении. На миг решил, что ты пожелала сдать меня. — на этом моменте Анхель незаметно отвела взгляд, но Меир, кажется, не заметил этого. — Мой разум негодовал , но я вспомнил твои слова о предыдущем владельце судна, о Недостойном Старейшине. И всё сошлось. О, я был бы Их низшим творением, посмев подумать о твоем неверии в меня!.. — Меир.. — Да-да, всё было именно так, ведь нас готовили стать теми, кто, даже не попробовав создать нечто прекрасное с нуля, истощит созданное и будет так делать до тех пор, пока не кончатся достойные ресурсы… Но потом я понял, что ты не такая, когда поддержала меня, когда отказалась от работы в этом направлении… Меир же, переведя дух и закончив со своей экспрессивно-драматической речью, наконец-то повернулся к ней и , ласково сжав бледные холодные ладони, прижал их к губам. Действительно , что одним из основных направлений обучения в Академии, помимо документоведения, коим занималась Анхель, было создание кадров по обслуживанию Ресурсных Баз. Необходимые для поддержания существования Империи, как таковой, Ресурсные Базы и работа с ними стали рассматриваться как нечто, дающее уважение и почет даже выходцу из нижайших слоев их общества. Если, конечно, тот добьется успеха. — Но ты, судя по всему, решил не отказываться от возможности, — Анхель в усмешке изогнула губы и сощурила глаза, — Лицензию вселенского авиатора не каждый выпускник Академии может себе позволить! — Ай, и про это разузнали наверху? — судя по широкой улыбке, Меира это ничуть не расстроило, но лишь сильнее раззадорило. — О, нет, это вышло абсолютно случайно, когда Тион посреди рабочего процесса умолял дать ему отгул, чтобы «посмотреть ближайшие Ресурсные Базы вместе с господином Меиром»… Уверял даже, что ты смог договориться с одним из Старейшин и получить разрешение на посещение Галáтры Мелунширáн. Саркастичный тон Анхель, как и ее немигающий взгляд были явно не к добру, и Меир знал это с давних пор, но попытался объясниться, словно не он всё это затеял. Эх, надо было заранее готовить речь на случай подобных событий! — Для Совета она не представляет никакой ценности: ни одна Ресурсная База там не удовлетворяет их потребности, а что до Земли... Зем-ля. Земля. На диалекте Меира это звучало непривычно…мягко. Первая часть — «Зем» — означала «основа», а под «ля» подразумевалась «душа». Основа с душой. Такое название ей дал Меир, ссылаясь на свои киран. В обществе же под этим словом подразумевались традиции, корни или место, откуда ты прибыл. И вот это-то, столь отличное у него, было предметом частого презрения сверстников и причиной не одной драки. Анхель досталось презрения меньше, но ощущение на себе осуждающего взгляда в какой-то степени заставило понять и принять одногруппника таким, каким он был. Взбалмошным, резким, готовым на всё во имя идеалов юных лет… — Я слышала, что Дáранкира, наш родной мир, когда-то был более…живым, чем сейчас, пока его на первых порах не превратили в Ресурсную Базу. Не предлагаешь ли ты в качестве этого использовать Землю? — Великие Творцы, что за ужасные мысли в твоем очаровательном сознании, Мелун? Неразумный вопрос. Глупый. Но прозвище, данное ей из-за белых волос, нравилось Анхель, и в чужих устах звучало весьма...премило. Он смог отвлечь её от печальных дум, похвально. Ужасные мысли? Как можно? Конечно же он не стал бы это делать: Империя использует планеты до окончания их существования, ничего не давая взамен, в то время как необходимо делать наоборот, надо дарить жизнь, согласно заветам Творцов, да мало кто им следует сейчас… — Старейшина Амелагос просил нас в ближайшее время не появляться в стенах Академии, а то он за себя не отвечает. Как бы невзначай сказав, Анхель высвободила ладонь и коснулась чужого лица. Темно-синий взгляд встретился с внимательным зеленым. — Так и сказал? Даже не пожелал, чтобы я посетил его в свободную минуту? — Меир оскалился, плохо скрывая возникшее раздражение в голосе. — Столь глубокой беседы у меня с ним не случилось, поскольку Старейшина был в сопровождении господина Фервагена. — Тонкие пальцы теперь уже намеренно задели острые зубы, вынуждая разжать челюсти. — Ты ведь помнишь его? Выше тебя и , кажется, даже сильнее…Но это не так важно... — А что же важно? — Тихо спросил Меир, стараясь не навредить возлюбленной. Это, несомненно, что-то новенькое, но разума, так любимого ею, лишаться нельзя. — Зачем он его сопровождал? Что-то случилось? — Да. Случился один невыносимый, но блестяще выпустившийся ученик Академии, посмевший нарушить все мыслимые и немыслимые правила, втянуть в противозаконные действия действия мою персону, но хуже того — он посягнул на научные достижение Империи! — Вкрадчивый голос Анхель к концу предательски дрогнул, стал звонче, но всё же на крик она не сорвалась. Наблюдала за реакцией всё тем же пристальным взглядом. — С каких пор преданный охранник Галакта сопровождает другого Старейшину? — Меир принял негласные правила игры, перехватив бледную ладонь одной рукой, а другой — тонкий стан собеседницы. — Совет велел ему провести обыск во всех отделах. Его помощники чуть не схватили меня, почти вынудили во всём сознаться… С тихим рыком он развернул Анхель спиной к себе и вплотную прижался, указав рукой на выступающую часть корпуса Спектрума. До сего момента он не приковывал к себе внимание, но теперь госслужащая заметила новое оформленное название. Спектрум. Просто и лаконично. Всяко лучше имени того, кто не умеет себя контролировать. — Выражаясь твоим языком, доказательств вины нет, ведь перед нами совершенно обычная модель судна…— Меир уткнулся в светлую макушку, издав тихий смешок. — С экспериментальными образцами по последнему слову Академии! — Меир, это не смешно! — Госслужащая завозилась в сильной хватке, но сдалась, шумно выдохнув. — Как минимум, Старейшина Амелагос может подозревать тебя. — О, Великие Творцы, этот напыщенный субъект боится за свой жизненный цикл не меньше, чем это делаешь ты! А у него косяков, поверь мне, сейчас больше, чем у нас двоих вместе взятых. — Меир парировал все возмущения возлюбленной, мягко поглаживая её по рукам. — Ты неисправим! — Анхель недовольно цокнула, отведя взгляд. Милые бранятся — только тешатся. Так будут говорить позднее, но суть фразы точно описывала ситуацию, происходившую с ними. Да, в чем-то, конечно, Меир был прав и не прав одновременно, но мысль о том, что всё находится в какой-то степени под ее контролем заметно успокаивала Анхель. Притупляла разум. События последних дней не были похожи на те пять лет трудовых будней, но постепенно занимали свое место в её привычном мироздании. — В одном я точно желаю исправиться, Анхель: с момента нашего воссоединения мы ни разу не выходили куда-то вместе. Нет-нет, не говори про статус, заведения высшего эшелона заставят нас обоих чувствовать дискомфорт, поэтому… Мы посетим Турнир Силы! Госслужащая вопросительно хмыкнула. Это, конечно, было в духе Меира. Еще со времен обучения он участвовал в подобных мероприятиях, часто побеждал и даже имел уважение со стороны бойцов вроде тех же подопечных господина Фервагена… И это отличный шанс узнать у таких же невысоких по статусу, как они сами, что за настроения сейчас витают в обществе. Ведь учеба в Академии, а после и работа, по мнению Анхель, несколько ограничивали возможность видеть всю суть вещей. Не через призму Совета. — Расспросы вызовут подозрения. Для них нужны веские основания, Меир. Разве они у нас есть, кроме чистого любопытства? — Победа всех двенадцати участников, что заявлены в этом сезоне, станет отличным основанием, ты так не думаешь?

***

В последний раз они посещали это место почти десять лет назад, когда Меир искал финансы на покупку транспортного средства. Мол, они с Анхель образовали связь вот уже как год, а передвигаться по главному городу Империи им приходилось на своих двоих. Ученики из более высоких мест происхождения такой проблемы не имели, на равных с преподавателями рассекая по дорогам. Меира такой расклад не устроил, он подал заявку на участие и… смог одержать победу. Соперники были отправлены в нокаут, а наградой стал их первый совместный транспорт. Да, местами неказистый и будто собранный новичком без присмотра старшего, но Меир, тогда уже неплохо разбирающийся в технике, заверил Анхель в безопасности их «приза». Теперь же важнее было отвлечь внимание. — Так-так, кого я вижу! — Знакомый высокий бас прозвучал совсем рядом, но потребовалось несколько секунд, чтобы увидеть его обладателя. Ферваген. Тот, кого прежде Анхель видела лишь краем глаза, а вчера из-за присутствия Старейшины не могла хорошо разглядеть, предстал теперь перед ней во всей красе. Без военной формы он не казался мельче, ведь, как и их Наставник, этот господин принадлежал к старому поколению граждан, что сохранили достаточно высокий рост, остаток былого величия их Империи. Даже стоящему рядом Меир пришлось задрать голову, чтобы не обидеть почтенного знакомого Наставника своим невниманием. — Господин Ферваген, я, признаюсь честно, больше слышал про вас, чем видел. — Меир улыбнулся, обнажив заостренные зубы, и чуть склонил в знак почтения. — Моя дорогая Анхель рассказала мне о вашей недавней встрече. На это Ферваген усмехнулся, тоже обнажив заостренные зубы и склонив местами поседевшую голову в ответ. Кажется, что его весь этот фарс забавлял столь же сильно, сколь и Меира, вдруг нашедшего в этом незнакомце не только обладателя столь же прекрасных темных волос в былые годы, но ещё и приятного собеседника. Такое впечатление сложилось у Анхель, стоило двум великанам завести диалог. — Речи твоей возлюбленной, вне всякого сомнения, были вложены в уста, но не волнуйся: я прекрасно отношусь к выходцам всех слоев общества, поскольку сам поднялся с низов. — И добродушно рассмеялся, похлопав Меира по крепкому плечу. — Кажется, что это неизбежно: один становится Силой в команде, а другая — Разумом. Воспитание Галакта налицо. — В этом есть смысл, когда необходимо контролировать ситуацию. — Анхель нерешительно подала голос, а Ферваген ещё пуще засмеялся. Бывшие сокурсники переглянулись. — Узнаю, узнаю слова моего дорогого Галакта! Вы точно его лучшая ученица, милая Анхель. — Хрипло вздохнув, Ферваген перевёл дыхание и выпрямился, став, кажется, ещё выше. — Лучше расскажите мне, старому вояке, что привело вас сюда? Неужели Турнир Силы захотели посмотреть? — Лучше — я решил участвовать! —Меир гордо вскинул голову, приобняв смутившуюся Анхель. — Я должен показать себя с лучшей стороны той, с кем намерен провести остаток своего жизненного цикла. — Ох, похвально! Я тоже по молодости тут часто проводил время, хотя ещё чаще я все-таки учился. — Ферваген удовлетворительно улыбнулся, кому-то кивнув и помахав. — Но при этом вы не выбрали службу в Академии. Как и Меир. — Анхель фыркнула , скрестив руки на груди, и добавила тише. — С вашей любовью к дисциплине и порядку давно стали бы достойным Старейшиной… Непонятно откуда взявшееся раздражение наполняло слова Анхель горечью, но на гладком лице Фервагена не проскользнул даже намек на недовольство. Что-то по-отечески нежное промелькнуло в его темно-алом взгляде, когда он вновь посмотрел на Анхель и на попытки Меира мягким касанием успокоить свою зазнобу. Подобное и ему самому было не чуждо, хотя внешне он почти всегда сохранял холодность и держал определенную дистанцию. — Госпожа Анхель, я не хотел вас пугать вчера. Возможно, Старейшине Амегалосу следовало договариваться со мной о более раннем визите, но кто мы такие, чтобы осуждать Их приказы? — И осторожно сжал хрупкое плечо Анхель, скрытое под плотным материалом плаща. — Турнир скоро начнется, а господину Меиру необходимо переодеться, хотя, как мне известно, он способен одолеть противника, даже если его одеть в старую версию костюма для выхода в открытый космос!

***

С характеристикой, данной Фервагеном, сложно было спорить. Даже нынешний костюм «бойца» у Меира не был верхом совершенства. Из практичного тут, на первый взгляд, были разве что дышащий материал да весьма неплохой общий дизайн, вдохновленный изображениями Великих Творцов. Кое-кто был поклонником старины, но признаваться в этом не хотел. — Восемь непревзойденных бойцов потерпели поражение, стоило этому гиганту выйти на арену! — Комментатор Турнира отпил немного освежающей жидкости и продолжил, намеренно растягивая где нужно и не нужно слова или гласные. — Осталось четыре молодых подопечных господина Фервагена, нашего любезного спонсора и борца с беспорядками! Прожектор осветил то место, где сидел старый воин, и тот встал, всем помахав и улыбнувшись. — Говорят, в стенах Академии произошло страшное дело: из-под носа Старейшин забрали ценнейшие образцы живых существ! Пожелаем же удачи господину Фервагену, пусть он восстановит мир и спокойствие в нашем государстве! Небольшой зал разразился аплодисментами и громкими восклицаниями. Ради приличия Анхель также похлопала, не сводя глаз с арены. Меир поймал её взгляд и склонил голову, прижав ладонь к груди. Зал загудел ещё сильнее. Этот жест использовали в двух случаях — уважение к старшим по званию и выражение…высших чувств к определенному субъекту. Кто же успел покорить этого Разрушителя? Разобраться в этом не успели: на арену вышли сразу четверо бойцов. Сидящий напротив Ферваген усмехнулся. Зачем затягивать и без того длительный бой? Не совсем по правилам, подумала госслужащая. И Меир, пожалуй, был с ней впервые солидарен. Каждый из восьми бойцов был выведен из строя честным способом. Без пробуждения внутренней Силы, редко контролируемой на поле боя, если она проявляется больше, чем Разум. Что ж, подумал Меир, если его народ требует крови и зрелищ, то они их получат. Анхель сжала в руках перчатки, наблюдая за происходящим. Миг, и свет в зале потух, виднелись лишь чуть светящиеся глаза зрителей и бойцов. Но тут глаза Меира исчезают с поля боя. Он их закрыл? Или сбежал, решив, что не справится сразу с четырьмя? Хуже. Он решил играть в полную Силу. Рык, крики и удары слышались с арены на протяжении нескольких минут, а потом яркий свет вновь озарил пространство. Все четыре угла арены оказались заняты бойцами, а сама арена несильно пострадала. Сам же Меир стоял в центре. Острозубая улыбка возвестила о победе. Зал взорвался, и даже Ферваген, чьи бойцы пострадали, хлопал , кажется, громче всех. Чествование победителя продолжалось еще несколько минут, а потом все двенадцать побежденных склонили голову, прижав ладонь к груди. Акт признания заставил Меира ещё шире улыбнуться и склонить голову в ответ. Акт равновесия. — Вот это я называю боем! — Комментатор ожил, а сидевшие зрители покинули свои места, стремясь оказаться ближе к победителю. Тем временем Анхель лично от Фервагена передали достаточно увесистую коробку со скромной запиской. «Подарок, достойный настоящего воина». И никаких объяснений! Благо, что удалось разузнать информацию ещё до начал мероприятия, пока бойцы переодевались и готовились, но сейчас действовало «время тишины». Так они с Меиром ещё в ученичестве назвали те моменты, когда им запрещено обсуждать что-то важное публично. — Надеюсь, тебя не разорвали за кражу у меня разума и души? — Победитель подкрался сзади, незаметно, опалив горячим тяжелым дыханием светлые пряди. — А то мне пришлось бы устроить уничтожение невинных граждан… — О, Великие Творцы, ты цел? — Анхель отложила коробку в сторону и обхватила ладонями смуглое лицо. — Тебе нельзя так рисковать! — Отчего же? Моя Сила сражалась за Твой Разум. По-моему, я делал всё по правилам. — Меир невинно захлопал глазами. — Неразумное ты создание! — Анхель фыркнула и мягко поцеловала несносного сокурсника, но коротко, чтобы не увлекался. — Пошли домой, а то правда с кем-нибудь ещё устроишь бой.

***

Было решено оставить коробку на Спектруме. На улице было ещё достаточно светло, потому следовало идти окольными путями и не привлекать лишнее внимание. Но чувства переполняли Меира, и стоило им очутиться внутри помещения, где стояло космическое судно, как он тут же прижал Анхель к себе. Горячие поцелуи легли на бледные щеки. — Меир, не торопись…Ты уже победил, видишь? — Анхель засмеялась, кивнув в сторону коробки. — Этого мало, чтобы быть победителем. — Меир улыбнулся, смотря сверху вниз на Анхель. — Ничтожно мало, скажу я вам. Они были не одни. Анхель не успела понять, как Меир уже заслонил её собой. Взлома не было, он проверял каждый раз, когда входил сюда. Значит, у кого-то была ещё одна пара ключей. — Но я впечатлен, не буду лукавить. Впечатлен вами и вашими действиями. Вопрос лишь один… Проникший начал выходить из тени, и тихо зашелестела длинная черная одежда с золотыми узорами под стать его темно-желтым глазам. Он был выше их обоих. И старше. То, что впоследствии назовут морщинами, покрывали лик этого существа, но ничуть не портили его, лишь показывали, насколько тот был умудрен опытом. Сколько же ему лет? Такой простой человеческий вопрос будто бы не применим здесь. Преодолев то ничтожное пространство, что отделяло его от Меира и Анхель, незнакомец чуть усмехнулся, скрестив руки перед собой. У него много прозвищ и титулов, но его имя известно и так. — Каков ваш следующий шаг, мои лучшие ученики? Галакт.