Часть 17. Цена таинства

Глава 17

Цена таинства

Как и обещала Зум, происшествие с аликорном было предано огласке, чтобы предупредить всех пони об опасности. При этом все было выставлено так, что это была специальная операция по поимке злодея, которая в итоге провалилась с треском. Также это обелило имя Эдхирента, переиграв всё так, что архивариус просто принимал в этом участие, чтобы выманить преступника из укрытия, а видео Пипп, опубликованное ею в своем блоге ПониТока, только утвердило это положение. Однако, это имело и негативные последствия, так как пони сочли аликорна не менее опасным, чем Опалин, если не больше, так как его скрытые мотивы вызывали у всех опасения. Да и у друзей прибавилось хлопот, особенно после того, как Эдхирент отказался выходить с ними на связь. В течение недели они пытались хотя бы с ним поговорить, но архивариус и сам их избегал, разочаровавшись в дружбе. А из-за того, что с ним не было никаких связей, шансы встретить его стали крайне низкими. В один момент им показалось, что Эдхирент просто уехал из города, так как друзья в течение нескольких дней ожидали единорога у входа в его дом, но он так и не появился. Да и его жилище выглядело также, как и после пришествия аликорна, что создавало впечатление, что там больше никто не живет. Их опасения развеяли его коллеги, которые рассказали, что архивариус просто через день посещает и остальные работы в Брайделвуде и Зефир-Хайтс. Вместе с тем они также отметили, что единорог постоянно пребывает в скверном настроении. – Это я виновата... Подозревая Эдхирента, я и не заметила, как он, наоборот, пытался помочь, – коря себя, произнесла Зипп, находясь в Кристал Брайтхаусе и смотря на свое отражение в зеркале. Все остальные пони находились на своих работах, и каждый из них время от времени делился своими мыслями в их групповом чате, как им стоит поступить в сложившейся ситуации. К сожалению, все их предложения были неэффективны, так как даже найти единорога оказалось огромной проблемой. Тяжело вздохнув, Зипп вновь стала ходить по дому и раздумывать, как им разыскать архивариуса. Однако, проходя мимо зеркала, она обратила внимание на отраженные слова книги, повернутой текстом к зеркалу. Взяв том и посмотрев на страницы, Зефирина ничего не увидела. Но затем ей вспомнились слова единорога, когда он гостил в Кристал Брайтхаусе несколько дней назад, после чего она повернула текст к зеркалу и очень сильно удивилась, обнаружив символ, который почему-то отобразился в зеркале лишь только под определенным углом. Просмотрев несколько страниц и найдя другой символ, принцесса поняла, что ответ близок, и, включив дрон, стала листать том перед зеркалом и фотографировать отраженные страницы. Затем она дважды перепроверила рукопись и, убедившись, что ничего не упустила, сразу же подлетела к компьютеру и начала загружать на него фотографии. На изображениях было видно, что каждый символ находился над определенной буквой в словах, расположенных на различных страницах, а начав их сопоставлять, пегаска была не в себе от радости. Однако, сложив имя и увидев, кто является автором произведения, её будто прострелило. Внезапно она услышала, как её смартфон зазвонил, и, взяв его в копыта, Зипп увидела, что звонок раздался в их чат, и это всех собирал Мэнд. Включив видеосвязь, Зипп увидела, что все в сборе и также были удивлены столь внезапным сбором. – Все на месте?! – взволнованно спросил Мэнд. Все пони отозвались и стали расспрашивать о причине столь резкого звонка. На что мастер ответил: «Эдхирент объявился! Он несколько минут назад заходил в мастерскую и оставил запрос на починку окон и дверей в его доме, дописав, что лично встретит копытодела в течении пару часов!.. Видимо, он заранее догадывался, что это сообщение увижу я, поэтому подчеркнул, что желает видеть только одного мастера!.. Я понимаю, что он клиент, но он также всё ещё наш друг! Поэтому быстро собираемся у мастерской и бегом к нему! Иначе его потом будет вновь не поймать!». Друзья согласились и стали быстро отключаться, поняв, что это может быть единственный шанс пересечься с единорогом. Осознавая это, Зипп быстро надела на себя сумку и, положив туда книгу, мигом полетела в сторону мастерской. Ждать друг друга долго не пришлось, так как все чуть ли не в один момент оказались на оговоренной точке. После чего они в ускоренном шаге отправились к дому архивариуса. Придя к зданию и зайдя внутрь, друзья поначалу решили, что хозяин дома сейчас отсутствует, пока не услышали раздраженный голос со второго этажа: «Ну и что это за дела, Мэнд? Я предвидел, что придешь именно ты, но думал, что ты также увидишь мои запрос на приход одного мастера, а не целой бригады!». Все посмотрели в сторону звука и увидели Эдхирента, который был явно недоволен всей этой ситуацией и хмуро пилил всех взглядом. – Да! Да! И да! Я понимаю тебя... Но, дружище, прошу тебя!.. Мы все просим! Дай дружбе второй шанс! Нам всем есть что сказать! – упрашивал Мэнд. Друзья с надеждой посмотрели на единорога, а тот, в свою очередь, продолжил мрачно смотреть на всех со второго этажа. При этом он начал недовольно отбивать копытом слабый стук, угнетая обстановку. – Если я сейчас вышвырну вас из дома, то очерню свое имя... Даю вам несколько минут, а затем извольте покинуть мой дом! – требовательно произнес архивариус, спустившись на первый этаж и пройдя в гостиную. Все поспешили за ним, и, зайдя в комнату, хозяин дома сел в кресло и, указав остальным, чтобы все располагались, без какой-либо эмоции сказал: «Я вас внимательно слушаю». После этого друзья стали поочередно извиняться перед единорогом за то, что произошло, а также попытались его убедить в том, что дружба очень важна и она не является пустым звуком. Но больше всех просила прощения Зипп, уговаривая Эдхирента не винить остальных, так как подозрения практически были только у неё, а неправильно всё сопоставив, это и привело к такому результату. –... И детектив из меня не совсем хороший... Мы все еще учимся дружбе... Прошу тебя, не отвергай её! – закончила Зефирина. Эдхирент же все время сидел в своём кресле и задумчиво на неё смотрел, не показывая ни одной эмоции, пребывая в глубоких раздумьях и взвешивая всё, что сказали друзья. Все стали переживать, что их слова не дошли до архивариуса, но затем хозяин дома вздохнул и произнес: «Тебе и впрямь еще учиться, и учиться... Никто не хочет чаю?». Друзья поняли, что его гнев прошел, и стали радоваться, что он не отвернулся от гармонии. Из-за чего Санни так сильно обрадовалась этому, что подбежала к единорогу и крепко его обняла. Увидев это, Тред пошутил: «Только вернули его расположение, а ты его придушить собралась!». Старскаут отпустила Эдхирента и хмуро посмотрела на пегаса, а все остальные посмеялись. После этого хозяин дома встал со своего кресла и хотел было пойти на кухню, чтобы заготовить чай и подготовить гостиную для посиделки, но друзья его остановили, сказав, что сами все сделают. Не став их отговаривать, единорог лишь с ухмылкой сказал: «Тогда позвольте хотя бы самому камин зажечь». Вскоре огонь в гостиной начал приятно освещать помещение, а друзья стали весело проводить время вместе и попивать горячие напитки. Вместе с тем, пока Комет занимался приготовлением чая, он с удивлением обнаружил, что у хозяина дома оказалось довольно много заварных трав, которых авророг до этого никогда раньше не видел. (Впрочем, как и остальные). – Я исходил большую часть Эквестрии. Кое-что принес и с собой, – отпивая, произнес Эдхирент. Хоть напитки вышли разными на вкус, но друзья остались довольны, так как никогда в жизни не пробовали ничего подобного. – Но не всю и... – хотела с ухмылкой сказать Зипп. Она оборвалась на полуслове. При этом пегаска взволнованно посмотрела на единорога, и было видно, что её что-то тревожит. Друзья этому удивились, а Зефирина, немного помявшись, спросила: «Эм... Эдхирент... Можно тебя кое о чем попросить?». Архивариус же пошутил: «Благодаря тебе, мне чуть не устроили Эквестрийский зажим фараонами, а ты уже и на просьбу нашла время?». От такого выражения всех будто прорвало, и друзья начали сильно угарать, попутно посмеиваясь и говоря, что это было отлично сказано. – Так уж и быть! Задавай свой вопрос! – с улыбкой сказал хозяин дома. Посмеявшись и вытерев слезы, выступившие от смеха, Зипп вытащила книгу из сумки, а затем немного потопталась и воскликнула: «Можно твой автограф?!». Друзья удивленно на неё посмотрели, впрочем, как и сам Эдхирент. Но когда единорог взглянул на название тома, его глаза растерянно забегали, и он неуверенно произнес: «Эм… «Нити судьбы»?.. Что-то я тебя не понимаю...». – Так уж и не понимаешь? Или просто хорошо притворяешься? – с ухмылкой спросила Зипп. Никто не понимал, о чем она, а затем принцесса стала распутывать этот загадочный клубок, чтобы все поняли. – Еще в Кристал Брайтхаусе, когда мы обсуждали произведение, я заметила, как ты стал вслушиваться, когда мы заговорили про символы!.. Я думала, что ты тоже заинтересован узнать, кто является автором... Но сегодня я нашла их все! И, сопоставив, там получилось твоё имя - Эдхирент Хроникл! – восторженно заявила Зефирина, показывая всем изображения символов и что из них вышло. Друзья ошарашенно посмотрели сначала на неё, а затем и на фотографии. При этом Эдхирент чуть не подавился чаем и, сплюнув его на пол, поправил очки и стал изумленно всматриваться в картинки. – Эм... Зипп... А ты... – неуверенно начала говорить Мисти. Она не договорила, так как архивариус, пребывая в полнейшем шоке, воскликнул: «Я специально изощрялся, чтобы эти символы никто и никогда не обнаружил! Да и издательства я сильно напряг! Как ты их вообще умудрилась найти?!». Этими словами единорог подтвердил, что и впрямь является автором сего произведения. Из-за чего в помещении на несколько секунд повисло удивленное молчание, так как все пытались переварить вышесказанное. – То есть... Мой лучший друг является автором моей любимой серии книг?! Очуметь можно! – восторженно закричал Тред. Это привело всех остальных в чувство, и все стали радостно хвалить Зипп, а также оживленно засыпать Эдхирента вопросами, понимая, что сам писатель сидит перед ними. Вот только единорог пребывал в явном конфузе, не веря, что его инкогнито было раскрыто, и, увидев это, Зефирина с ухмылкой произнесла: «Отвечая на твой вопрос. Ты сам мне подсказал, как это сделать! Еще тогда в Кристал Брайтхаусе!». Вспомнив, что так оно и было, Эдхирент прикрылся копытами и стал говорить про себя, что он балбес, раз уж дал такую четкую наводку. – Так значит, ты меня нашла?.. Ну, поздравляю! – придя в себя, произнес единорог, начав аплодировать принцессе. С улыбкой друзья повторили за ним и стали засыпать Зипп овациями, немного её смутив. – У нас было столько теорий на тебя! Да и мы думали, что авторов несколько, но... Как же тебе тогда удалось в те времена уговорить издателей выпустить твои книги в Зефир-Хайтс и Мэритайм?! Ведь тогда все расы пони между собой не ладили! – удивленно воскликнула Пипп, включив камеру на смартфоне. Все тоже этому удивились и посмотрели на единорога, на что тот усмехнулся и с улыбкой ответил: «Хорошая маскировка и желание сделали свое дело». – Ну ты даешь! И поэтому ты путешествовал по всей Эквестрии?! Чтобы вдохновиться для своей серии, так как ты творческая личность?! – с улыбкой и блестящими глазами спросила Иззи. – Конечно! Не лежа же на диване и с потолка мне было идеи черпать? – отпивая чай, ответил Эдхирент. Единорожка пришла в восторг, как и все остальные, и тут Санни кое-что поняла и тоже задала вопрос: «Так вот почему ты всё время что-то записываешь в свои пергаменты?! Ты на ходу пишешь книгу?!». – Ну… Ты не столь далека от истины. Я хроникер, и фиксирую все события... Но ты права, что я использую материал для книгопечатания. В этом плане он служит для меня как черновик, затем я его перебираю, чтобы переработать, и с помощью фантазии воссоздать своё творение! – творчески заявил единорог. – Потрясно! – воскликнула Хитч, при этом Спарки стал весело подпрыгивать у него на спине. – Раз уж вы узнали об этом... То попрошу никому обо мне не рассказывать... Я... Не готов раскрыть свою личность… – попросил Эдхирент. Все заявили, что не расскажут, а затем посмотрели на Пипп. Принцесса выглядела очень грустной, ведь у неё появился довольно нехилый материал для своего блога. Но, поразмыслив, Пипп решила попридержать его на будущее, так как о личности автора знали только она и её друзья. После этого Зипп поднесла книгу Эдхиренту, а тот с небольшим недовольством сказал: «Ладно... Так уж и быть! Напишу, посвящается самой упрямой пони, которую никогда не думал, что встречу!». Пегаска неловко почесала затылок и пока автор подписывал переплет, друзья залились дружным смехом. После чего Эдхирент с помощью магии снял с вешалки свою сумку и, подтянув её к себе, извлёк из нее очередной пергамент и вновь стал что-то записывать. Только сейчас друзья увидели, что это был совершенно другой мешок, и при этом из него торчало множество исписанных бумаг. – Материал для будущей книги! Несколько месяцев тщательных трудов!.. Вскоре я возьмусь за письменность, – заверил архивариус. Все стали завороженно смотреть на пергаменты, осознавая, что новая часть появится чуть ли не в скором времени. – Главное, чтобы с ними ничего не случилось, – произнес единорог. Это было зря сказано, так как Комет случайно пролил немного горячего чая на Хитча, тот толкнул Мэнда и... В общем говоря, благодаря череде глупостей, мешок с пергаментами оказался в камине и быстро сгорел. Друзья сквозь копыта испуганно наблюдали за тем, как труды Эдхирента просто догорают. При этом сам единорог с ошарашенными глазами и открытым ртом глядел в камин, отчего казалось, что он умер от шока, так как он замер в одной позе и не двигался, да и вообще будто бы не дышал. – Предложу на сегодня свернуть нашу встречу... – мрачно произнес единорог, опустив голову и опершись копытом о камин. – Д...да! Мы тебя поняли! – взволнованно произнесла Санни. Вслед за этими словами пони вместе с дракончиком поспешили покинуть дом. И, оказавшись снаружи, друзья стали испуганно между собой обсуждать, что они натворили. –... Он же не сильно расстроился? Так ведь? – взволнованно спросила Иззи. Ответ нашелся быстро, так как через мгновение разбилось окно и оттуда вылетел диван. Друзья ошарашенно на это посмотрели, и Мэнд с испуганными глазами покачал головой и сказал: «Сомневаюсь... Я... Позже к нему зайду... И доделаю ремонт...». После этого все согласились, что нужно что-то делать, и решили быстро собраться в Кристал Брайтхаусе, чтобы решить, как загладить вину. Эдхирент же грустно проводил их взглядом, но как только они скрылись, он злобно ухмыльнулся и сказал вслух: «Ну что вы... Не нужно так себя корить... Я вам наоборот благодарен». После этих слов он посмотрел на «Небесный сапфир», который держал в копыте, и затем отправился в подвал. Оказавшись внизу, архивариус подошел к стене и, удостоверившись, что за ним никто не наблюдает, он с помощью магии нажал на один из кирпичей, открыв потайной лаз. Заходя в тайную комнату, единорог стал рассуждать вслух: «Чуть не попался... Надо же было так размякнуть и не заметить, как Зипп чуть ли не села мне на хвост!.. Еще бы чуть-чуть, и добывать составляющие было бы более проблематично». Остановившись посреди тайника, Эдхирент посмотрел на стол, который освещался двумя магическими светильниками, и, убедившись, что книги, а также драгоценности, среди которых был и «Лучезарный алмаз», были на месте, облегченно вздохнул. – Спасибо вам, тетя Брэйв Харт... Который раз я обязан вам по гроб жизни!.. Если бы не ваш друг, который нашел меня в Брайделвуде... Все было бы куда сложнее... Всего за один вечер мне удалось все обернуть себе на пользу, – сказал единорог, кладя драгоценность к остальным камням. Внезапно кто-то показался в тени, но Эдхирента это нисколько не напугало, и, злобно ухмыльнувшись, он спросил: «Есть что-нибудь?». После этого он посмотрел в сторону тени, и оттуда вышел аликорн, облаченный в накидку и плащ, и тот сразу протянул архивариусу каталог Мэритайм, который он украл. Взяв переплет с помощью магии и открыв его, Эдхирент задумчиво произнес: «Это я уже видел... Из двух последних элементов... Нам известно нахождение только одного?.. Последний нигде не фигурировался?». Аликорн ничего не произнес и лишь покачал головой. Единорог же закатил глаза и произнес: «Ну полно тебе... Ты хорошо сыграл свою роль. Хотя тут и удивляться нечему... Да, клон?». После этих слов аликорн снял с себя капюшон, под которым оказался еще один Эдхирент. Настоящий архивариус осмотрел свою копию и довольно сказал: «Действительно... Магия и впрямь может немало чего сделать... Особенно приделать своему клону крылья». Иллюзорный клон кивнул, соглашаясь с вышесказанным. Однако затем его глаза расширились от испуга. Настоящий Эдхирент почувствовал сильную боль, что он упал на пол и стал корчиться в агонии, кое-как говоря: «Почему?!.. Нет!.. Рано!». Единорог закричал от боли, при этом с него слетели очки, и его глаза тут же преобразились... Словно став порталом в другой мир... В саму бездну... И затем из его глаз резко вылезло два потусторонних, жидких и извилистых щупалец... А вместе с ними комнату заполонил чей-то злорадный смех... Но он был не один... Будто смеялось целое множество неизвестных личностей... – Я еще... Могу... Бороться! – сквозь боль воскликнул архивариус, после чего его рог засиял. Почувствовав магию, щупальца стали прятаться обратно... Уползать в другой мир, из которого они появились... Даже когда щупальца скрылись в глазницах Эдхирента, единорог еще некоторое время продолжал корчиться от боли и хвататься за голову, и лишь только после того, как она стихла, он нащупал очки на полу и надел их обратно. Тяжело дыша, архивариус ощутил, что стал слабее, после чего воскликнул: «Мне нужна твоя магия, клон!». Иллюзия с серьезным выражением кивнула, а затем растворилась в магический поток и устремилась к владельцу. Почувствовав небольшой прилив сил, Эдхирент кое-как поднялся на копыта и, медленно ковыляя, добрался до стола и оперся о него. С трудом перебирая копытами, он сбросил книги со стола и посмотрел на песочные часы, которые за ними находились. Увидев, что в верхней секции осталось не столь много песка, архивариус досадно вздохнул и сказал: «Времени мало... Нужно торопиться... Иначе всё бестолку!.. Теперь я настолько ослаб, что не могу создавать клонов!». С этими словами Эдхирент взял зелье, которое он до этого давал Иззи и Комету, чтобы те восстановились, и, откупорив крышку, стал жадно поглощать содержимое. Однако, выпив раствор до дна, он не почувствовал особых изменений и со злобой швырнул колбу в стену. Как только она разбилась, единорог поправил очки и произнес: «Теперь и от них толку мало... Нужно быстро готовиться к очередному спуску в еще одни катакомбы, и достать новый камень!.. С последним составляющим придется потом что-то думать!». Отряхнувшись от пыли, архивариус со зловещим видом покинул тайную комнату и вновь её запечатал.

На следующий день, утро

Друзья провели целый день и весь вечер вместе, размышляя над тем, как им загладить свою вину перед Эдхирентом. По итогу, они приняли решение сделать единорогу подарок, и, собравшись вместе, друзья отправились к его дому, надеясь, что он всё ещё никуда не ушёл. Постучавшись и увидев, что входная дверь в жилище не заперта, первая в дом вошла Санни и прокричала: «Эдхирент! Ты дома? Прости нас за вчерашнее! Мы…». Она не договорила, так как неожиданно перед ней приземлились два заполненных мешка. Друзья изумились этому, а затем из гостиной вышел Эдхирент и сказал: «И снова здравствуйте! Простите, не слышал вас, так как собирался... Вы что-то хотели?». – В общем... Мы... Прости нас! – взволнованно продолжила Санни. С этими словами она протянула архивариусу небольшую коробочку. Удивленно на это посмотрев, Эдхирент улыбнулся и ответил: «Не нужно никаких извинений! Оставьте себе... Что сделано, того не воротить». – Но... – хотела сказать Санни. Однако, увидев на единороге походную одежду и вновь посмотрев на сумку, она спросила: «Стоп! Ты куда-то собрался?!». Все остальные тоже этому удивились, а архивариус серьезно ответил: «Пергаменты не вернуть, но и забрасывать это дело я не стану!.. В одной книге я прочитал про одно очень интересное место, чуть ли не на самом севере Эквестрии. Очень занятные катакомбы, где я собираюсь поискать вдохновение!». – Чего?! – ужаснулись друзья. После этого они стали пытаться отговорить архивариуса от этой затеи, говоря о том, что это может быть очень опасно и ему не следует так рисковать. Но единорог лишь уперся рогом и заявил, что уже всё решил и намерен сегодня отправиться в путь в одиночку. – Тогда и мы отправляемся вместе с тобой! – серьезно заверила Санни, указав копытом на архивариуса. Остальные её поддержали, а Эдхирент чуть ли не злясь, недовольно произнес: «Это немыслимо! Почему вы все такие упрямые?!». – И чему ты удивляешься? Мы же все твои друзья! – ухмыльнулся Мэнд. Заявив с остальными, что так оно и есть, Санни воскликнула: «Ну же, пони! Быстро собираемся в новое приключение! Эдхирент! Никуда не уходи и жди нас!». Единорог ошарашенно на них посмотрел. Однако он и ответить ничего не успел, так как друзья быстро разбежались. От такого поворота событий Эдхирент пребывал в состоянии шока, и, отойдя от этого, он хлопнул копытом себе по морде и, покачав головой, произнес: «Просто не верится...».

Спустя час, Полицейский участок

– Прости, приятель! Но в тех местах может быть слишком опасно! Я не могу тебя взять с собой! Побудь у бабули Фигги пару дней, и я вернусь за тобой! – просил Хитч у Спарки. Дракончик никак не унимался и недовольно топнул ножкой, показывая этим, что он не согласен с мнением шерифа и не позволит ему уйти без него. Тяжело вздохнув, шериф улыбнулся, а затем со всей серьезностью в голосе сказал: «Хорошо! Ты пойдешь с нами! Но от меня ни на шаг!». Этого было достаточно, чтобы Спарки согласился, после чего он радостно обнял своего пони-отца, и Хитч обнял его в ответ. Неожиданно двери полицейского участка резко распахнулись, и в помещение вошел легионер-пегас. Шериф и дракончик были шокированы. Однако, заметив их выражение, пегас стал размахивать передними копытами и говорить: «Спокойно! Это я!». После произнесенного, легионер поднял забрало, и Хитч со Спарки увидели Треда. Облегченно вздохнув, шериф с улыбкой произнес: «Я уже подумал, что вновь что-то случилось!.. Так твой дядюшка всё-таки прислал тебе броню? Хорошо на тебе сидит». Улыбнувшись, Тред снял шлем и ответил: «Да... Правда пришлось расчистить место, так их было некуда ставить... Но я не красоваться пришел! Пока мы не отправились... В общем, я успел со всеми всё обсудить и пришел поговорить с тобой!». – Тогда присаживайся! – удивленно сказал Хитч, указывая пегасу на стул. Как только он присел, шериф спросил: «Ты же по поводу катакомб, да? Если ты не хочешь, то…». – Меня не страшат ни подземелья, ни еще что-то в этом роде!.. Я же не рассказывал, что у меня приключилось до переезда в Мэритайм?.. Да и Мэнд тоже... – сказал Тред. – Эм... вроде бы... – неуверенно ответил шериф. Тяжело вздохнув, пегас стал рассказывать: «Каждый из нас через что-то прошел... Мэнду тоже неслабо досталось... Ведь он потерял обоих родителей, когда был еще маленьким...». Хитча будто прострелило, так как он такого не ожидал. Да и мастер никогда ни о чем подобном не рассказывал и всегда был весел. – Оставшись без них, его начала воспитывать его тетушка. Их городок шахтерский... Произошёл обвал... Но перед своим уходом его родители успели его научить быть сильным, веселым и всегда помогать другим! Это стало его жизненной перспективой, и он точно никогда не отвернется от неё!.. Как он мне рассказывал, даже после той трагедии, обвалы продолжались, и он, очертя голову спускался в шахты раз за разом, чтобы спасти всех, кто оказался в беде, прорубая дороги через завалы… Даже по рассказу Иззи, Санни и Зипп видно, что он завоевал титул героя в своем городе. Он заботлив, упрям и тверд характером! И будет стремиться помогать другим, несмотря ни на что!.. Это всегда будет его главным двигателем в жизни, – пояснил легионер. Хитч вместе со Спарки были потрясены, но немного подумав, земнопони спросил: «Если там происходят обвалы, то не оставил ли он всех без защиты?». Тред усмехнулся и ответил: «Нет, несколько лет назад он придумал схему, которая не позволяет балкам и стенам разрушиться. По его словам, за последние три года в Перфэкшене не произошло ни одного несчастного случая. За это можно не переживать». Шериф и дракончик оценили это. Даже за столь короткое знакомство, Мэнд проявил себя с лучшей стороны. Однако Хитч даже и подумать не мог, что у мастера довольно большое сердце, несмотря на его вечную гиперактивность. – Что же касается меня... Ты же помнишь тот разговор с моим дядей?.. За две недели до моего переезда... У меня с моим отрядом была тренировка за пределами Зефир-Хайтс. Во время полета мы угодили в бурю и кое-как нашли место, где можно было хоть как-то укрыться. Однако одному моему соратнику не повезло, и он повредил крыло. Мой тогдашний командир был очень высокомерным и недальновидным, и он приказал нам всем выбираться из бури, а соратника оставить, заявив, что позже мы за ним вернёмся… Когда мы начали улетать, я почувствовал ответственность за раненного и, наплевав на приказ, вернулся за ним. И не зря, так как в скалу ударила молния, и обломки упали на то место, где он находился. Мне удалось вместе с ним выбраться из бури, но когда мы оказались в безопасном месте, нас нашел командир с отрядом и заявил, что за неподчинение мне будет грозить трибунал... Я разозлился за то, что ему было плевать на жизнь его бойцов, и бросил ему вызов!.. Он мне проиграл, и когда мы вернулись в штаб, я сбросил свою броню и, написав доклад, заявил, что если такая подлость и будет дальше присутствовать среди легионеров, то мне среди них делать нечего!.. Я подал на увольнительную, чтобы меня навсегда освободили от службы, но, как выяснилось, все мои сослуживцы встали на мою сторону. Поэтому я и говорил, что нахожусь в отпуске, так как на тот момент велось расследование... И результат этого дела вы уже слышали... Того капитана хоть и не отстранили, но отправили на переобучение, и, как я слышал, это пошло ему на пользу... Тот, кто не обладает благородством и самоотверженностью, никогда не будет мне капитаном! А сейчас я являюсь телохранителем Пипп и одновременно работаю стилистом в Дива-Гриве, – закончил свою тираду Тред. Шериф с дракончиком были впечатлены. Несмотря на свой спокойный нрав, пегас уже оправдывал свои характер и способности. Правда, он кое-что не договорил... – Ты действительно способный легионер и выполняешь всё, что тебе поручат... Но, как сказала Пипп, ты тот еще лентяй и бездельник! – с улыбкой заявил Хитч. Тред рассмеялся и ответил: «Когда у меня свободное время и мне нечем заняться, то я всегда не прочь расслабленно парить в воздухе, и этого у меня не отнять!.. Правда, благодаря заботе Пипп, я уже в скором времени забуду, что такое безделье...». С этими словами Тред неловко почесал затылок, а шериф про себя посмеялся и подметил, что Пипп действительно оказала на легионера свое влияние, явно найдя ему парочку забот. Хотя шериф понимал, что если с бездельем пегаса еще можно было хоть что-то сделать, то вот с его небольшой ленью это будет уже сложно. Впрочем, Хитч не сомневался, что пегаска когда-нибудь подберет ключ и к этому. Однако, земнопони так и не понял, к чему был весь этот разговор, и спросил об этом легионера. Помрачнев, Тред спросил шерифа: «Ты можешь уже представить картину и на меня, и на Мэнда... А что ты скажешь насчет Эдхирента?». – Ну... Он добрый... Отзывчивый... Интеллигентный... Очень умный... Творческий... Чудаковатый... Хорошо подстраивается под ситуацию... Зачастую на своей волне... Способен всех просвещать, но видимо сам того не понимает... И в целом приятная личность, – задумчиво ответил Хитч. Легионер посмеялся и ответил: «Это верно! Он у нас довольно чудной!.. Но вы не заметили ничего странного с ним?». На последних словах выражение Треда приобрело серьезный характер. При этом Хитч и Спарки взволнованно на него посмотрели и отрицательно покачали головами. – Как и все остальные... Никого из вас не смутили его способности, когда он противостоял аликорну? Его магия? Я понимаю, что он занимается исследованиями, и до этого демонстрировал парочку приемов... Но его уровень владения этим?! Никто из единорогов Эквестрии сейчас не способен на такое! – удивленно воскликнул легионер. Только сейчас шериф действительно обратил на это внимание, так как аликорн занял все думы, напрочь сместив способности единорога на второй план. – Ну и это еще не все... Мои родители обучили меня определять характер пони, и стоит мне только на кого-нибудь взглянуть, так он сразу открывается передо мной, как книга. Да и мой дядя как-то меня научил, что глаза – это зеркало души... Мне хорошо понятен характер Эдхирента. Он мой лучший друг, и я в нем ничего плохого не вижу... Но вот его взгляд... Его глаза... Будто принадлежат не ему вовсе!.. К тому же Эдхирент хороший актер, и если он раньше хорошо скрывал свою тревожность... Может быть, вы и не заметили, но сегодня он был в панике!.. Да, порой он много думает и бывает у себя на уме, но что-то я сомневаюсь, что это из-за того, что мы случайно сожгли его будущую книгу, – мрачно раздумывал Тред. Его слова встревожили Хитча и Спарки, отчего первый взволнованно спросил: «И... Что ты предлагаешь?». – За ним нужно присмотреть! В таком состоянии... Его нельзя отпускать одного! А уж тем более в какие-то катакомбы! – уверенно заявил легионер, а затем посмотрел на дракончика и удивленно спросил: «Спарки летит с нами?». Получив положительный ответ, Тред вздохнул и сказал: «Я пригляжу за вами всеми!.. Но в этом мне понадобится и ваша помощь!». – Мы тебя поняли! – уверенно кивнул Хитч со Спарки. Сказав, что им скоро нужно отправляться в путь, пегас улетел, а шериф вместе с дракончиком быстро собрались и сами отправились на точку.

В это же время, Кристал Брайтхаус

Подруги быстро собрались, но перед полетом они решили проверить дела на своих на работах. И пока они этим занимались, Зипп вновь решила пересмотреть видео боя Эдхирента с аликорном, надеясь разглядеть хоть что-то, что могло бы помочь им противостоять злодею в будущем. – И вновь ничего такого... – недовольно сказала принцесса. В один момент ей попался кадр, где аликорн своим лучом сбил с единорога очки. Увеличив изображение, она ничего не увидела. Однако, когда её взгляд упал на Эдхирента, Зефирина насторожилась... Пытаясь разглядеть в архивариусе что-то непонятное, пегаска в последующие несколько секунд стала перематывать фрагмент, где единорог лишился очков. Вместе с тем на видеозаписи Эдхирент почему-то всё время стоял ко всем спиной. Кое-как ей удалось поймать момент, где камера Пипп зафиксировала единорога полубоком. Но, посмотрев на него... Её словно пробил страх, отчаяние, а затем присоединилась и дрожь... На кадре принцесса увидела, что пока на Эдхиренте нет очков, область вокруг его глаз сильно обожгло… А глаз и вовсе не было... Вместо них была какая-то пустота... Бездна… Но самое страшное, что из неё будто выглядывало несколько пар красных глаз... Будто они принадлежали чему-то странному... Ужасному… Первобытному… И нечто потустороннему… Несущему гибель… Чувствуя, что нечто будто выжигает Зипп своим взглядом из этого кадра, принцесса испуганно отпрыгнула и швырнула в компьютер записную ручку, а попав по клавише, видео вновь запустилось. Хоть и немного, но это успокоило Зефирину. Правда, это заставило её тяжело дышать. – Зипп! Мы уже отправляемся! – послышался голос Пипп из входных дверей. Поняв, что время пришло, Зипп быстро подлетела к компьютеру и с осторожностью вернулась на нужный кадр. Сфотографировав его, она быстро перебросила снимок в отдельную папку, боясь на него посмотреть. Однако посчитав, что с этим нужно будет разобраться чуть позже, принцесса схватила рюкзак и поспешила за сестрой.