Часть 94

Серафина и Флориана, едва завидев отца, срываются со своих мест; пожилая монахиня, читавшая им Библию, хмурится, но откладывает книгу, изображая учтивый поклон перед Витторио. Гувернантки и Филиппе, личный рыцарь девочек, кланяются; Серафина цепко держит отца за шею, Флориана верещит от восторга. — Не нужно так шуметь, — тихо просит Лоенора, — иначе бабушка рассердится. — Бабушка всегда сердится, — напоминает Серафина, вызвав смех у Витторио, — она почти не улыбается и не смеется. И лицо у нее такое, словно ей все противно пахнет. — Хочу на лошадь! — заявляет Флориана, болтая ножонками; обе девочки одеты в нарядные бархатные платьица и выглядят настоящими барышнями; во время путешествия обе скорее напоминали дикарок. — Папа, пойдем на лошадь? — Обязательно с тобой покатаемся, — обещает Витторио; Серафина требовательно тянет его за руку. — Ты же больше не уедешь? Нам не придется больше ни от кого убегать? Витторио целует дочь в макушку. — Нет. Тот… злой человек больше никому не причинит вреда. — Ты его победил? — оживляется Серафина; Витторио на мгновение теряется. — Я… очень хотел домой. К моим девочкам, — признается он; Серафина довольно хихикает, Флориана перебирает отросшую бороду Витторио, а госпожа Катерина буравит затылок сына таким взглядом, что он без слов улавливает ее настроение.