Часть 2

      Хината собирает вещи в небольшую дорожную сумку серого цвета, одевается крайне незаметно: в чёрные штаны и в серую кофту, сверху же накидывает лёгкий плащ из дышащего хлопка, он скрывает фигуру, — идеальный образ для обычного путешественника.       Изначально Наруто не хотел отпускать, но, увидев состояние жены, — измученное и серое лицо, уставшие глаза и невероятную худобу, сдался под внимательным напором светлых глаз. Ни сопровождения, ни Анбу, никого, чтобы не мешать её отдыху. — Мама, ты надолго? — Химавари, её солнце, её любимая доченька поджимает губы, будто вот-вот расплачется. Никогда прежде мать не покидала их, и оттого становится обидно, что она даже не решается взять её с собой. — Нет, дорогая. Всего на три дня. Я вернусь как можно быстрее.       Химавари глядит на странную улыбку матери — она всё такая же тёплая, но… Что-то не так, и это не даёт покоя маленькому сердечку. Она глядит на уходящую спину, затем закрывается дверь. На голову ложится ладонь тёти Ханаби.       Хинате стыдно, что она оставляет свою дочь, но ничего не может поделать. Прошло две недели с тех пор, как странные видения с липкими руками стали беспокоить каждую ночь. Она не высыпается, а, засыпая, успевает вздремнуть лишь на пару часов. Болит голова от знойной жары, от ведения домашнего хозяйства. Болит голова даже от Наруто, что не изменяет себе и ночует дома в лучшем случае пару раз за неделю. — Мама?       В попытке быстрее сбежать из деревни Хината натыкается на сына, возвратившегося с миссии слишком рано. На ночных улицах мало людей, и он идёт рядом с Сарадой Учиха. — Куда-то уходишь? — он подбегает к ней, глядя на уставшее и серое лицо.       Хинате приходится чуть поднять голову — сын невероятно быстро растёт, а заботливые глаза немного, но растворяют чувство бесконечной апатии и одиночества. — Отправляюсь в Шукуба-мачи, говорят, там открылась сеть горячих источников, хочу отдохнуть. — И старик просто тебя отпустил? — Боруто недоволен тем, что узнаёт это только сейчас. Он прекрасно знает, что его мать — сильная куноичи, но не перебор ли идти одной туда? — Боруто, я буду в порядке, присмотри за домом, — Хината улыбается так, что все вопросы мигом отпадают, и парень кивает.       Он глядит на спину матери, гадая, когда она стала такой маленькой. — Твоя мама… С ней всё хорошо? — Сарада кладёт на плечо Боруто руку, чуть сжимает. — Надеюсь, да…              Хината и позабыла, когда выходила из Конохи, кажется, это было шесть лет назад. Они втроём отправились в небольшой отпуск, чтобы посетить бани другой деревни, и там же узнала, что беременна. Наруто громко плакал, прикладывал на ещё плоский живот ухо, чтобы услышать ребёнка, носил на руках, всячески ухаживал. Целовал мягко, любя, по сравнению с теми днями — всё, как небо и земля. Наруто стал другим, и это очевидно.       Хината грустно усмехается, вспоминая былые времена, и стирает капли слёз с глаз.       Город Шукуба пусть и слыл городом разврата, здесь хорошие бани, в которых можно расслабиться. Хината использует хенге, чтобы не раскрыть себя, ибо жене Седьмого Хокаге нельзя находиться в подобных местах, иначе это кинет тень на Наруто, на клан Хьюга. Чтобы не сильно тратить чакру, Хината меняет лишь цвет глаз на чёрный, при этом оставаясь самой собой. Она расплачивается за номер и ужин в гостинице и идёт в свою комнату.       Другая атмосфера заставляет её расслабиться под приятный вкус саке. Она одна — в крохотной комнатке, нет никаких обязательств, ни ответственности, так давящих на плечи. Здесь, в этом шумном городке она лишь чужеземка, очередной человек без имени, что пришёл развлечься и отдохнуть. И это придаёт ей облегчения.       Она решает посетить знаменитые бани, где вода мягко обволакивает кожу, а деньги позволяют ей выделить себе вип-зону, где она одна и только одна. Отчего-то все мысли забываются. Не вспоминает весь вечер ни пустой дом, ни мужа, ни детей, голова пуста, и Хината впервые за месяц высыпается в своём крохотном убежище.       В городе она приобретает себе дорогое шёлковое кимоно, драгоценности и пару вещиц для дома. Затем она лежит весь день с зашторенными окнами, размышляя о том, чем бы ей заняться вечером. Непривычно — просто лежать и ничего не делать, в такую жару попросту не хочется выходить, и Хината успевает вздремнуть перед тем, как очередной страх кладёт холодные руки на её плечи, затем медленно перемещаются на шею. Душат.       Просыпаться в поту уже стало нормой, и Хината отпивает воду, давит чувство встревоженности, глядит в окно, где солнце краснеет и опускается за горизонт. Заставляет себя успокоиться, в комнате она одна, никто не придёт, не потревожит.       На людных улицах множество людей — детей, взрослых, семей, и Хината увлечённо наблюдает за проходящими. Она перекусывает в небольшом магазинчике с данго, — сладко и сытно, затем слушает различные слухи на небольшом рынке, пока рассматривает местные сувениры. Затем осматривает местные красоты в виде небольшого фонтана, маленького храма на окраине, — город небольшой и особенно оживлён летом.       Ночь наступает слишком быстро, и Хината решает зайти в небольшое заведение с громкой вывеской «Саке твоего сердца». Не то, чтобы она была ярым любителем алкоголя, язык привык к саке высочайшего качества. Например, особое саке из Страны Рисовых Полей безупречно сладкое, с нотками мёда оно приятно оседает на языке. Коноховское саке чаще всего чуть горьковатое и почти не отдаёт горечью. Саке Страны Ветра, как правило, лёгкое, пьётся на ура с чем-нибудь сладким. Гаара как-то привозил особую партию и распил почти всё с Наруто.       Хината садится за барную стойку, внутри помещения пахнет алкоголем, сигаретами и духами от местных проституток. Бармен с вежливой улыбкой подаёт напиток этого вечера, и Хината пробует его на вкус. Горький вкус обжигает, но с закусками вполне потянет. Она осматривает помещение: оно небольшое, столики стоят близко друг к другу, за барной стойкой лишь она одна, мужчины и женщины неподалёку флиртуют, пьют и смеются. Хината прекрасно осознает на что идёт прямо сейчас, что хочет конкретно здесь. Хочет лишь забыться в своём непонятном унынии и меланхолии, хочет не вспоминать, что будет, когда она уйдёт из этого сладкого круговорота расслабленности и вседозволенности.       В заведении подобного рода в подобном городе все ищут лишь одного — забвения, и Хината не исключение, поэтому она переводит взгляд на, севшего рядом, человека. У него чёрные глаза, такого же цвета длинные волосы, собранные в маленький хвост красной и тонкой резинкой, одет он в чёрное короткое кимоно и тёмно-синее хакама, на ногах сандалии, на поясе висит катана. Словно странник. Лицо красивое: мягкие черты лица и аккуратные глаза с длинными ресницами. Кожа бледная, щёки чуть покрасневшие от выпитого алкоголя.       Хината делает глоток и поворачивается к мужчине полностью, чуть улыбается. Она знает, как красива в глухом свете лампы, и мужчина заинтересованно смотрит, всматривается в её лицо, тело. Оценивает. Она — женщина, что не чувствовала мужского тепла так долго. Узумаки не ведётся на её провокации, так поведётся кто-нибудь другой. Хината идёт на это, прекрасно понимая, как будет корить себя, но что делать, если собственный муж не хочет тебя? А она хочет. Тепла. Пусть и чужого.       Незнакомец заходит за ней в, снятую ей, комнату и мигом принимается за действия. Хината чуть опешивает от подобного напора, но берёт себя в руки. Сейчас — важны лишь ощущения, и ей приятно, как чужие руки ласкают. Кожа пальцев мужчины мягкая, они не стремятся подавить, и Хината тонет в прикосновениях. Её освобождают от кофты и целуют шею, заставляя открыться больше.       Хинате противно от самой себя, но приятно от поцелуев и ласк. Это секс без обязательств, но мужчина на удивление мягок и искусен.       Мужчина стонет над ней, раздевается полностью, чтобы Хината могла поближе рассмотреть тело во множестве шрамов, она водит по каждому из них руками. Тело Наруто не такое — оно без единого шрама благодаря Кураме, у него светлые глаза, светлые волосы. Хината поворачивается к мужчине спиной, чтобы спрятать слёзы. Она глядит на пол, сжимает руки в кулак, и незнакомец, будто чувствуя её состояние, заставляет забыться в удовольствии.       Всё происходящее — неправильно. Хината думает, что она — самая ужасная, к горлу подкатывает тошнота, но удаётся её подавить. Чужие прикосновения отвлекают от разрушающих мыслей, рука спускается ниже, оттягивают штаны с трусиками и поглаживают повлажневшие половые губы, нащупывают клитор.       Он не груб, мягок, и Хината впервые испытывает такое удовольствие за последний год. Наруто, как правило, старался закончить всё быстрее, чтобы лечь спать, а незнакомец старается продлить удовольствие и эту ночь. Хината дрожит, правая рука мягко приобнимает её за живот, замедляются и движения внутри, её целуют в ухо, другая рука поворачивает её голову, и сухие губы водят по влажным от слёз щекам.       Эта ночь кажется прекрасной и расслабляющей, и Хината позволяет себе вольность. Поцелуй в чужие губы приятен, необыкновенен, она замечает, что наслаждается от сплетения их губ и языков. Влажно, мокро и развратно. Она глухо стонет, а член внутри напрягается сильнее. Мужчина с тихим стоном кончает.       Отдышавшись, Хината выныривает из-под чужого тела, она потная после приятного секса, тянущая нега расползается по телу, хорошо. Невероятно приятно. И невероятно легко. Она небрежно накидывает кимоно на голое тело, садясь около окна. Кисэру в руках лёгкое, незнакомец же подходит, чтобы зажечь табак. Хината вдыхает расслабляющую дымку и выпускает её из лёгких. Она облокачивается об оконный косяк, глядя на летнюю луну.       Хината переводит взгляд на мужчину, что одевается в свои тёмные одежды. — В следующем месяце, в этот же день, здесь, — голос у него тихий и приятный.       Она усмехается и затягивается спасительным табаком, что заставляет расслабиться ещё больше и ни о чём не думать.       Незнакомец уходит, оставляя за собой запах мускатного ореха с примесью шалфея.