Часть 4

      Она одевается в белое кимоно, готовясь к зимнему фестивалю. Она снова в этом городе, уже в пятый раз, и незнакомец сам пригласил её посмотреть на фейерверки. Хината и не помнит, что когда-то так красовалась для… встречи с кем-то. Лёгкий макияж: светло-персиковые тени на веках, подкрашенные губы красного оттенка, шёлковое плотное кимоно и сумочка в руках.       Он ждёт в неизменно тёмных одеждах около прилавка и на миг застывает, словно громом поражённый. Хинате кажется, что она немного перестаралась, но мужчина лишь улыбается. Она мягко и почти ненавязчиво хватается за его локоть, он выше её, и потому голова почти достаёт до плеч.       Молчание в компании этого мужчины уже привычна, он всегда говорит мало и только по делу. Хината знает, что нужно держать дистанцию, что он, возможно, такой же как и она — потерянный человек, которого отвергает собственный супруг, но решает не задумываться об этом.       Прямо сейчас, здесь, она изменяет Наруто не только телом, но и душой, Хината ничего не может с собою поделать и идёт раз за разом — на встречу.       Они уходят к небольшому полю, теряясь среди множества людей, что прибыли также поглядеть на праздник начала зимы. Снег хрустит под ногами, справа тепло незнакомца, в голове нет ни единой тревожащей мысли. Так легко и свободно, что хочется продлить этот вечер на вечность. Хината поднимает взгляд наверх — к небу. Раздаётся первый хлопок, и небо окрашивается в различные цвета. Толпа синхронно вздыхает от красоты.       Хината когда-то смотрела на фейерверки также — с Наруто рядом, тот улыбался ей своей самой счастливой улыбкой, клялся в любви и желал её губ. Она усмехается, глядя на яркие краски в одноцветном небе. Красиво и грустно.       Она кладёт голову на плечо и прижимается ближе, затем чувствует мягкий поцелуй в волосы. Совсем не обязательный жест, а сердце сжимается от этого так сильно, что Хината не выдерживает и встаёт на цыпочки. Утыкается в чужие губы, мужчина глядит удивлённо, и на его лице скользит сожаление, он отводит взгляд.       Сердце ухает вниз, что же она делает? Она рушит ту самую хрупкую границу между ними, стирает, разделяющие их, полосы.       Этот человек — загадка, лишь незнакомец, дарящий одну ночь каждый месяц, но неожиданно засел слишком глубоко в её сердце. Так не должно быть. Это неправильно.       Хината срывается с места, бежит сквозь толпу, расталкивая людей, что громко ворчат ей вслед.       Она готова бесконечно корить себя, что сбегает от семьи, нагло изменяет Наруто, прикрываясь отдыхом. Узумаки работает день и ночь, чтобы защитить деревню и семью, а Хината поступает так — подло. Мерзко. Она снимает с себя белоснежное кимоно с чувством ненависти к себе.       К её спине невесомо льнёт мужская грудь, отчего она застывает, ведь ни разу не почувствовала его присутствия. — Прости.       Хината не понимает: почему он просит прощения, будто вкладывает в это слово куда больше смысла, чем есть на самом деле. Мужские руки с выпирающими венами и длинными пальцами ложатся на её руки, гладят запястье мягко и нежно. — За что? — За всё. — Обними меня крепко.       Хината впервые просит о чём-то его, и мужчина радостно соглашается. Он красив, неизменно нежен, не отпускает до самого рассвета, заставляет чувствовать Хинату особенной, неповторимой, любимой.       Ночь коротка с ним, длинна — в одиночестве, и Хината впадает в отчаяние. — Я не приду, — Хината поправляет плащ, накидывает на голову капюшон, разворачиваясь к двери.       Мужчина, будто готовый к этому, кивает в ответ и нервно поджимает губы. — Мне было очень хорошо… Прощай, — бросает она почти небрежно, давая понять, что всё это лишь — временная интрига.       Хината в первый и в последний раз первая покидает мужчину.       Она в первую очередь — хорошая жена Седьмого Хокаге, мать двоих прекраснейших и честных детей, пример идеальной женщины, смирно ждущей мужа с работы.       Она ведь сама этого хотела — детей, большой дом, но больше всего хотела любви. Взаимной, нежной. Наруто поначалу давал ей всё это, был искренним и невероятно счастливым, Хината радовалась, плакала, грустила вместе с ним, разделяла все его чувства, но вдруг всё это исчезло. Она терялась в домашней суете, воспитывая Боруто и Химавари, а Наруто стал реже появляться дома.       Хината хочет быть любимой мужем. Хочет его поцелуи, объятия, видеть его в постели, а не незнакомца, идеального заменившего мужа до сего дня.       Хината лежит, глядя на потолок. Апатия. Расстройство. Абсолютное нежелание что-либо делать. Она и не помнит, когда ела, но живот сводит от пустоты. Химавари с классом отправилась на экскурсию, Боруто же — уже джонин, что уходит на миссии и бывает дома от силы два дня. Хината не может заставить его оставаться постоянно дома, чтобы не страдать от очередных видений, потому что Боруто — талант, реализующий себя на миссиях, его ждёт хорошее будущее, он сильный и невероятно самостоятельный. Она размышляет о том, что, оказывается, ей и не с кем поговорить о том, что гложет. Хината не помнит, когда в последний раз сидела с Ино, Сакурой или Тен-Тен где-нибудь. Но она не хочет кого-либо видеть. Ей становится тошно от одной мысли, что нужно с кем-то разговаривать, улыбаться, и даже собственное отражение в зеркале заставляет её чувствовать отвращение.       Хината нарезает овощи, печёт рыбу и отваривает рис. За панорамным окном ярко-белый снег и серость. Уныние. Дома тихо, бегут часы, Хината палочками отсоединяет небольшой кусочек филе от рыбины и медленно жуёт. Вкусно. Рис рассыпчатый, мягкий, она медленно ест, готовая побежать до ванны. Слышится стук. Хината вздрагивает, палочки падают на пол. Она открывает дверь.       На неё тут же падает чужое тело. Хината хватает неизвестного за плечи, от испуга выдыхая, и глядит на лицо. — Саске-кун?! — Хината смотрит на нахмуренные брови, он истощён, она бьякуганом оценивает состояние и уносит его до дивана.       Все вопросы теряются, и Хината растерянно оказывает первую помощь: перевязывает ушибы и порезы, но перед этим снимает с него серую тонкую жилетку и чёрную кофту, которые точно пойдут на выброс. Тело у Саске крепкое, заточенное в пылу сотни битв, шрамы — их множество, они рассыпаны по всему телу. На его руке она видит глубокие шрамы, украшающие запястье, пальцы, они глубокие. От чидори? — Не говори Сакуре, — шепчет он. Почти умоляет. Говорить трудно и сложно.       Хината не понимает, почему его жене не надо знать то, что муж сейчас лежит в чужом доме в ужасном состоянии. — Я чуть отдохну и уйду.       Хината глядит в его глаза и кивает. Она бережно разрабатывает раны ватой, ей часто приходилось ухаживать так за Боруто, что любил встревать в неприятности. Постоянно падал из-за своей активности и приходил с ссадинами и ушибами. — Кто тебя так? — Нукенины, шестеро, все с улучшенным геномом, — он чуть усмехается. Саске глядит на аккуратно заклеенные пластыри. — В таком случае отдыхай, а Сакуре не скажу, Наруто-кун может и не придёт, можешь переночевать. — …Спасибо.       Саске закрывает глаза, полностью позволяя себе расслабиться. Хината озадаченно глядит на мужчину, но не будит того вплоть до глубокого вечера.       Хината оборачивается, когда Саске принимает сидячее положение и пытается пошевелить конечностями. — Должно быть, хочешь кушать, садись. Не знаю чего конкретно ты любишь, но Наруто-кун говорил что-то о помидорах.       Она смотрит, как Учиха берёт в руку палочки и молча ест. Вся эта ситуация кажется нереалистичной, будто она в каком-то гендзюцу. Странно. — Почему наш дом? — Хината садится напротив, отпивая горячий чай. — Не хочу видеть Сакуру.       Хината вопросительно изгибает бровь. — Ты же её любишь.       На его губах возникает улыбка, будто эта фраза его хорошенько развеселила. — Она — может быть, я — нет. — А… Сарада? — Она взрослая девочка и всё понимает.       Хината в замешательстве. Она давит в себе вопросы, сколько бы раз она не видела Сакуру, та выглядит счастливой и невероятно яркой. — Может быть… любит… — шепчет Хината. — А ты? — Саске запихивает в рот настолько вкусную домашнюю еду. — А?       Саске глядит на её смешное лицо не в силах сдержать улыбку. — Любишь Наруто? — К-конечно! — Хината отчего-то смущается такому прямому вопросу, уж что, а Учиха — последний человек, с которым она собирается разговаривать о чувствах.       Саске прожёвывает каждую рисинку, пытаясь оттянуть время ухода, не хочется покидать, не хочется уходить из её мягкой и нежной компании. Хината одаривает его тёплой и ненавязчивой заботой, не требуя ничего взамен, Сакура же всегда чего-то хочет в ответ: искренности, заботы, любви, но Саске не может их ей дать. Поэтому она поступила так подло. — Сакура наверняка о тебе беспокоится… — задумчиво говорит женщина.       Саске хочет ответить, что наверняка развлекается с Наруто, но стойко молчит. Хината расстроится, Хината расплачется, улыбка — искренняя, счастливая, — всё что он хочет видеть. Хотя бы разок. — Добавки?       Саске кивает, оказывается, он был очень голоден. Чай — свежий, наверняка премиальный, имеет ненавязчивый терпкий вкус. Он не любит сладкое, но с удовольствием ест домашнее печенье, и чувствует, как ему тепло, а непривычно приятное чувство расползается по телу.       Хината чувствует себя брошенной, когда Саске, поев, тут же уходит. — Саске-кун… Ты всегда можешь придти сюда, если что…       Хината понимает, как странно звучат её слова и прикусывает язык. — Я приду завтра.       Бросает он, и Хината облегчённо выдыхает.