На мой вопрос ответа нет.

      Время в этом кабинете длились бесконечно. Очень долго, мучительно, отвратительно. Секунды превращались в минуты, минуты в часы, часы в дни. Условно конечно. Но для моего восприятия, я была уже готова повеситься прямо на этой ажурной и яркой люстре. Тоже условно.       Я без понятия сколько времени прошло с последнего визита Ринтаро в кабинет. Единственное, что помню, это то, что мне приспичило словить неясную паническую атаку, встретить одиночество и уснуть на холодном полу. Ах, да, мне представилось очень много времени на обдумывание своего будущего, по крайней мере то, чем я собираюсь заниматься дальше.       Но обратно домой в ближайшие время я точно не вернусь, во-первых опасно (никто не знает, ушли те люди и вернутся ли обратно. Гарантии на безопасность попросту нет), во-вторых, скорей всего, от дома-то толком ничего и не осталось.       Но стоит задать вопрос: где я буду жить сейчас? Не буду же ночевать в этом кабинете всю оставшуюся жизнь, так ещё и под надзором мрачного доктора Мори. Да, безусловно так безопасней, наверно... Но по крайней мере, так я буду хоть знать, что нахожусь не одна. Ну, не мог же он просто так сказать, что отец прав насчет того, что тот мне поможет.       Вспоминаю его последнее предложение: "Я обязательно займусь тобой, Мира. Судьба у нас теперь общая". Как я могу понять это? Можно ли считать это, как обещание на сохранность? Но так или иначе это дало веру в самого Ринтаро. Если я доверюсь, всё же будет хорошо?       Наверное, у нас и вправду теперь судьба общая. По крайней мере тем, что мы абсолютно одни. И я даже не знаю как это расценивать, какими способами и чем.       А что бы я делала, если б отец не отправил меня сюда? И что было бы, если Мори не решил бы мне помочь.       Понимаю, что скорей всего погибла б на месте: от оцепенения и без смелости тогда сбежать, которую вселил громкий и властный голос отца, от голода, от холода, от съедения кем-то из животных, от барыг и людей с животными потребностями. Всё это вселяет во мне страх, но радует то, что этого я не встретила на своём пути. Поэтому скорей всего удача на моей стороне. Пока что.       Осматриваю кабинет в третий или пятый, а может и вовсе десятый раз. Каждый раз улавливаю что-то новенькое. Например: у окна на подоконнике стоит симпатичный кактус. Но чувствую, что его не поливали уже очень долго. У Ринтаро совсем нет времени? В моей голове невольно проскальзывает мысль о том, что буду мешать ему работать своим грузом.       Встряхнув головой, продолжаю смотреть дальше.       На столе небольшой органайзер с содержимым в виде базовой канцелярии. Встаю с койки и подхожу к этому тёмному столу. Стараюсь уловить глазами что-то нужное или важное, возможно, мне повезёт найти что-то такое, чем в будущем смогу провернуть, в случае чего, против доктора. Всякое в жизни бывает, я уже это прошла. Пробегаюсь по бумагам. Ничего. Всего лишь отчёты о самой больницы, пациентах (чья информация была полностью описана, начиная от рождения, заканчивая последними проститутками, которые обслуживали особ. Между прочим, всё написано от руки. Почерк красивый, аккуратный, видно, что человек, пишущий это, имеет натренированную руку.)       Проскакиваю в проём между столом и небольшими ящичками. Там ничего, даже пыли не видно. Возможно, что-то да там и лежало недавно. Протягиваю руку к ящикам и пытаюсь открыть. Заперто, чёрт. Вторый, третий и четвёртый были также закрыты. Да что же это...       Резко вздрагиваю, слыша щелчок двери, а после её открытие. Мигом отбегаю от стола, вставая рядом с койкой, а после вообще в мгновенье садясь. Адреналин также быстро ушёл, как и пришёл. Но это очень хорошо взбудоражило и дало ясно мыслить.       В душе облегчение от того, что меня не оставили здесь одну до конца моей жизни, но на плечи падает ещё более новый груз, в виде доктора. Сложное контролировать свою речь при виде того, как его глубокие глаза направлены на меня. Да даже думать становиться трудно, ибо, вдруг он умеет читать мысли, а это "ой" как усложняет здраво раздумывать.       Тот с невозмутимым лицом проходит в кабинет, снова запирая. Он шагает вальяжно, с превосходством и его совершенно не волнует, что здесь кто-то ещё кроме него. А я смотрю на доктора. Жду его действий.       Того не волнует мой взгляд. Его брови сведены, руки в замке за спиной. Он хмурится, прикусывает губу. Лицо выражает спокойствие, но сдаёт некую нервозность доктора. Что-то случилось? Хочется задать этот вопрос, но я понимаю, что могу сделать таким выпадом только хуже.       Ринтаро проходит в глубь, садится на стул у своего стола. Размышляет.       Резко доктор посмотрел на меня. Наши взгляды встретились, и я неосознанно напряглась. Тот увидел моё невольное действие и ухмыльнулся. Его явно это позабавило.       — Как твоё самочувствие, сокровище? — сказал он, складывая руки в замок. Его взгляд напористый, уверенный. В моей груди что-то защемило, вызывая чувство вины за то, что я пыталась выяснить в его столе.       — Относительно... Хорошо, — я кивнула самой себе, подтверждая, что чувствую себя более менее. — Ринтаро? — зову его. Он не отрывал от меня взгляда, лишь вопросительно поднял бровь, отвечая на моё обращение.       Я же смотрю на него с глазами полного отчаяния. У меня множество вопросов, надежд, желаний, но на данный момент...       — Что будет теперь?       — Это главный вопрос, который ты хочешь мне задать? — это ставит меня в тупик. У меня было достаточно времени подумать о чем-то, что не касается моего положения в последние дни. И я пользовалось этим. Отвлекать навязчивые плохие мысли - другими мыслями, это конечно уметь нужно, но могу отметить, что этот дар явно мне помогает в ужасных ситуациях.       — На мой вопрос нет ответа, — отвечаю я, опуская свой взгляд с доктора на пол. Имея в виду "мой вопрос", я включаю не только то, что меня окружает сейчас. Я обозначаю абсолютно всё. Ринтаро смотрит с удивлёнными глазами, явно ожидая другого ответа.       — Я думал, ты знаешь всё, что требуется тебе сейчас, — говорит Мори. — Если нет ответа, почему же ты его не ищешь?       — Искать то, чего нет? — риторический вопрос. Я не знаю, заинтересовало ли это доктора, но он явно проявлял ребяческое любопытство.       — Ответы есть всегда, — отвечает Огай. Он полностью потерял интерес к разговору. — Могу сказать, что постараюсь сделать так, чтобы ты была в сохранности.       Могу ли я посчитать это клятвой?       — А так я пришел не за этим. Собирайся, поедем кое-куда.       Скажу честно. Он вывел меня из колеи.