Часть 7

Амен замер, он давно не чувствовал себя таким нерешительным. Девушка прижималась к нему, отчаянно ища поддержки, нуждаясь в нем. Каким бы бесчувственным он не прослыл, не мог так жестоко ее оттолкнуть. Мужская рука легла на ее затылок, поглаживая в успокаивающем жесте. Другой рукой он прижал ее к себе крепче. Будучи юристом, он часто был свидетелем слез и реагировал на них крайне спокойно. Почему его должно трогать, когда человек плачет из-за возможности потерять наследство или из-за развода? Но здесь были не просто слезы, он знал. За все время, что они знакомы, он давно понял, Эва далеко не простушка. Она закрытая, хранящая свои тайны. Уж никак он не мог ее представить плачущей из-за ерунды. Стряслось действительно что-то плохое, настолько, что она плакала так горько и не в силах была остановить себя, ища утешение в нем. В последнем человеке, к кому можно с таким обратиться. Он молчал, не знал что сказать. И дабы не усугубить - молча дарил ей свое тепло и поддержку. Эвтида, так привыкшая к одиночеству, всегда знала, что расчитывать можно только на себя. Вот только в глубине своей души ей всегда хотелось на кого-то положиться, чувствовать рядом надежного человека. Почему-то ей опять вспомнилось все - от издевательств в приемных семья, до жестокой и несправедливой смерти Исмана. И почему-то этот жест Амена, когда он грел ей руки, так напомнил ее дорого друга. Прижимаясь к нему, она не представляла, что ее утешает Исман, нет. Тот бы непременно продолжал говорить не затыкаясь, дабы успокоить, а юрист молчал. Она ощущала как его рука крепко прижимает к себе, а другая - поглаживает непослушные волосы, которые уже наверняка запутались, даря стаю мурашек. Этот нежный жест никак не взялся с его образом. Она впервые за долгое время чувствовала себя защищенной в этих объятиях. Ей так не хотелось отстраняться туда, обратно в жестокий мир, хотелось навсегда застрять в этом моменте. От этого она ещё больше плакала. Умом ведь осознавала, что это не возможно, она отстранилась и всё снова будет как прежде. Проблемы и одиночество. Вопреки ее ожиданиям, Амен не отпускал ее, держал крепко. Даже когда слезы уже перестали литься из ее глаз и она затихла, он давал ей столько времени, сколько необходимо. Это подкупало. Хотелось воспользоваться его жестом доброй воли из задержаться в них подольше. Она не знала, почему он так делает, но и спрашивать не собиралась, не хотелось услышать, что это банальная вежливость или жалость. Наконец, последний раз шмыгнув, она отстранилась и тут же почувствовала, как холод вернулся. Хотелось снова прильнуть к нему и уже никогда не отпускать. А потом захотелось дать себе затрещину от таких абсурдных мыслей. - Извините. - Пискнула она, поспешив отвернуться. - Наверное, мне лучше уйти. Ее рука потянулась к двери автомобиля, захотелось исчезнуть из этой машины как можно скорее, чтобы избежать всей этой неловкости и его реакции. - Кто сказал, что я вас отпускаю? - Амен одним нажатием заблокировал двери машины. Эва возмущено на него посмотрела. Тот же невозмутимо протянул ей белоснежный платок из нагрудно кормана, возвращая свое внимание приборам, вбивая ее адрес в навигаторе, дабы ещё больше ее не смущать. - Спасибо. - Буркнула она, поспешно вытирая лицо. С сожалением думала, что все ее труды с косметичкой с утра были насмарку. Она посмотрелась в зеркало и попыталась все вытереть, дабы не быть пандой. Отражение было сносным, к ее большому удивлению. Да, от слез лицо опухло, но явного ужаса не наблюдалась. Она повертела в руках платок, не зная, что с ним делать. Не отдавать же ему такой назад? - Оставьте себе, Эвтида. - Эва. - Перебила она. - Можете звать меня Эвой. - Считаете, теперь мы с вами перешли на новый уровень отношений? Она зарделась. Каких ещё отношений?! И зря она решила, будто ему будет как-то неловко, он оставался наглецом даже сейчас. - Расслабьтесь. Знаю, мое чувство юмора иногда паршивое, но шутить я не перестану. И предлагаю перейти тогда на «ты» раз уж мы теперь стали ближе. - Он улыбнулся, но в этот раз не было этой дерзкой ухмылки или хитрого взгляда, просто так по доброму. - Ладно. - Согласилась она. Она тщательно обдумывала, что ему сказать. Набросилась на него так со слезами, наверняка он ждёт объяснений. До носа опять донесся его невероятный запах. В машине он ощущался ещё отчетливее: горький, терпкий. Эва опять почувствовала непреодолимое желание прижаться к нему, зарыться носом в шею, заполняя им все легкие. Она тупо моргнула. Может, там какие-то феромоны? Невозможно ведь так балдеть от запаха. У нее снова заурчал живот. Пропущенный завтрак, небольшой обед и полное отсутствие ужина сыграли свое дело. Эва ведь была любителем поесть, что скрывать, для организма это был стресс. Она покраснела ещё больше, спешно прикрывая лицо руками. Опять опозорилась. То со своими слезами и соплями, то с животом. - Ладно, просто Эва, тебе не отвертеться. Я вроде бы задолжал обед, предлагаю поменять его на ужин. - Он не спрашивал, утверждал. - Хватит с меня ресторанов. - Буркнула она. Такой человек явно не ходит по забегаловкам, это каждому понятно. - Нет? А что ты предлагаешь? Только не говори макдональдс. - А что плохого в картошке фри и бургере? - Она наконец оторвала руки от лица и встретилась с ним взглядом. На святое позарился! - Ну нет.. Мой желудок такого не выдержит, я уже слишком стар для всей этой дряни. - Как это стар? Вам..тебе ведь только..сколько там? - Она вообще была без понятия о его возрасте. - Тридцать один. - Ее глаза слегка округлились, но она быстро взяла себя в руки. Подумаешь, чуть больше десяти лет разницы, не так уж и много. - Вот именно, а говоришь как заядлый пенсионер. - Она решила гнуть свою линию до конца. - Знаешь, мне в детстве говорили, что я уже родился старым.. - Он задумчиво потер подбородок. - Или может дело в том, что пол детства я провел с бабушкой? Не могу точно сказать. Эва хихикнула. Впервые наверное за этот день искренне улыбнулась. Сказал юмор у него поганый, но иногда все же и выдавал что-то смешное. Она не сразу и сообразила его оговорку про бабушек. Потом уже вечером задумалась, от чего так? Почему не с родителями? Не могли же две сиротки вот так встретиться? Хотя Эва уже была и не уверена, что сирота, странная женщина не давала ей покоя. - Ни ресторан, ни макдональдс. Куда же нам податься? - О, просто отвезите меня домой и все. - Ну нет, я джентельмен, нужно держать слово. Позвал бы тебя к себе, заказал доставку или сам приготовил, но думаю, ты испугаешься. - Он хитро прищурился, как будто это какая-то проверка. - Испугаюсь? Вот ещё, думаете, вы самый страшный человек в моей жизни? - Фыркнула она. Амен победно улыбнулся. - Надеюсь, что нет. А раз так, то едем. - Он тронулся с места. - Я ведь не давала свое согласие. - Вообще-то немного страшно все таки было. От него веяло такой опасностью, что любой здравомыслящий человек решил бы держался подальше. Но кто сказал, что Эвтида такая? Нутром она чувствовала, что он ей не навредит, но страшно все равно было. Она ведь ни разу не была у парня в гостях и до боли смешно, что первый раз побудет как раз у этого юриста. - Я думаю, вкусная еда и бокальчик хорошего вина, помогут усмирить боль от любой проблемы. Я ведь тоже когда-то был молодым.. - Сложно представить. - Хмыкнула она, откровенно издеваясь. - Да-да, но представь себе, так оно и было. - Он поддержал шутку. - Поэтому можешь мне поверить, любимые дела сердечные все рано забываются. Амен решил, что у нее просто не задалось свидание. О чем ещё может переживать девушка ее возраста, так отчаянно лить слезы? Хотя и его отменное чутье подсказывало, что дело обстоит намного серьезное обычной интрижки. Возможно, первая любовь? Измена? Может, начальник все же домогается? Он без понятия. У него самого проблем навалом. Его встреча тоже не удалась. В какой раз уезжает с испорченным настроением. Зарекался ведь, больше не ходить, но нет, воспитание не позволяло. Опять пришел, выслушал о всех своих недостатках и ушел. Так бы и просидел дома, озлобленный на весь мир, не попадись ему цветочница. Так горько она лила свои слезы, что в тот момент, его проблемы показались ему не такими уж и существенными. Остаток пути они проехали в тишине. Но знаете, не той, гнетущей, когда хочется хотя бы музыку фоново включить, чтобы было не так неловко. А в приятной, не давящей, когда расслабляешься ещё больше, как будто не по течению плывешь, а лежишь на спине, мирно покачиваясь на волнах. Когда их машина подъехала к элитному району, усеянному новостройками с огромными панорамными окнами, она ни капельки не удивилась, лишь закатила глаза. Богатенький наглец, ничего нового. Амен припарковался, открыл дверь машины и подал ей руку. Захлопнув дверь и поставив ее на сигнализацию, он снова заговорил: - Хватайтесь, здесь жуть как скользко. Эва хмыкнула и сделал шаг вперед сама, показывая, что не нуждается в его помощи, он усмехнулся в ответ. Пройдя пару шагов, она все же поскользнулась, но не упала, мужская рука твердо придерживала ее за талию, хотя и сам юрист пошатнулся, едва не полетев на землю. - Как же ты собрался быть мне опорой, если сам едва стоишь на ногах? - Усмехнулась она. Как такой шкаф вообще ещё удерживается в вертикальном положении? Сила притяжения на него не действует? Она зло хихикнула про себя. - О, надеялся, что ты меня подстрахуешь. - Амен не стал дожидаться ее очередных возмущений и сам взял ее руку и положил себе на локоть. Топая как пингвины, они дошли до нужно подъезда. Эва бы с радостью покаталась на льду, обычно она никогда не упускала такую возможность, хотя и частенько падала. А все потому что никогда не каталась на коньках. Это было ее маленькой мечтой. Вроде и деньги были, стоило это ведь не так и дорого, но как-то момента подходящего не слулчалось. Зайдя в лифт, Эва напряглась, озираясь. - А какой этаж? - Двадцать первый. - Невозмутимо ответил мужчина, нажимая нужную кнопку. На первых трех этажах страшно не было, но чем выше - тем было страшнее. Она испугано отвернулось и зажмурилась , дабы не видать этого. Мозг подумывал идеи о том, как они упадут и разобьются, дышать становилось все труднее. Казалось, стены вот-вот сожмутся над ними. Она поэтому всегда ходила по лестницам, с детства у нее жуткая клаустрофобия. Ещё с тех времен, когда за непослушание их запирали в маленьких комнатках на пол дня. - Боязнь замкнутого пространства? - Амен быстро догадался. - Не бойся, уже десятый этаж. Эва шикнула. И почему ей теперь резко должно было стать легче? Он низко рассмеялся, меняя тактику. Мужская рука легка на ее талию, притягиваясь к себе ближе. В нос тут же ударил его невероятный запах. - А я думал, ты не такая трусишка. - Что-то на грани шепота, но Эвтида четко расслышала каждое слово. Ему пришлось наклониться, чтобы сказать это, сказывалась их разница в росте. Даже в верхней одежде в его объятиях она казалось такой маленькой, что Амен невольно умилился. - Вовсе и не боюсь. - Только врожденная упрямость не давала ей признать его правоту. - Конечно, я вижу. - Он знал, что подколами легко отвлечет ее от поездки. - Храбрая трусишка, вот тогда кто ты? Она недовольно вздохнула и подняла голову, встречаясь с его колкими голубыми глазами. Он оказался слишком близко, ведь наклонился, чтобы она все расслышала. Смотрел с усмешкой, но вскоре присоединилось и что-то ещё. Ее большие глаза дерзко смотрели в ответ. Ей что начать называть его шкафом? Мужское дыхание коснулась ее лица, отдавая мятой. Эва прислушалась к своим ощущениям и вдруг поняла , что начинает думать совсем не о том. Амен видел, как дерзость на ее лице сменяется растерянностью от осознания их близости. Он ведь хотел ухмыльнулся, снова выдать что-нибудь колкое, только вот почему-то не стал. Ее большие серые глаза смотрели на него изучающе, скользили по всему лицу. Ее губы приоткрывались в тихом, едва слышном судорожном вздохе и Амен проследил за этим движением. Наверняка, они податливые и мягкие, если их поцеловать. При всей своей напускной дерзости, он уверен, она будет послушной. Такая маленькая..смогла бы она принять его всего целиком? Его кадык дернулся, представив себе это зрелище, Эва будто вышла из оцепенения и спешно отвела взгляд, отворачиваясь, Амен тоже отошел на шаг, соблюдая дистанцию. Лифт остановился, выпуская их наружу. Сегодня слишком наряженный день, вот она и засмотрелась на него, даже на секунду словила себя на мысли, что ждёт, будто он ее поцелует. Какой абсурд! - Ну что, просто Эвтида, поездка оказалась не такой и страшной? - Он посмотрел на нее так, что девушке показалось, будто точно знает, о чем она думала. - Да.. - Пискнула она. Как же неловко. Зачем вообще согласилась на все это? Амен остановился возле одной из дверей, открывая замок. Он пытался шутить, чтобы выкинуть из головы другие, более непристойные мысли. - Готова увидеть логово зверя?