Часть 54: Сражение стойкости

Спалось неспокойно. Рыжий Шпиц верхом на аллигаторе гонялся за Эйдзюном, и у того не было даже секунды, чтобы обернуться и объяснить, что он не раннер. Розовая пасть размером с человека распахивалась, сверкая зубищами, страх гнал вперёд. Наконец, перед глазами предстал родной потолок, окрашенный робкими ранними лучами, а тепло одеялка убедило, что сон закончился. На всякий случай Савамура глянул вниз, но никаких замкапитанов верхом на свирепых рептилиях нигде не наблюдалось. Сердце всё ещё билось быстро-быстро. Так не уснёшь. Эйдзюн тихонько слез с кровати, нашарил свои шмотки и выскользнул на террасу. Солнце заглядывало в колодец из крыш, постепенно наполняя его теплом. Натекало прямо по черепице, тонкими струйками собираясь между зданий. Прохлада касалась ладоней и лица. Запах росы влагой забирался в нос. - Эх! Запустить первый реактор! Полный вперёд! - скомандовал звездолётчик сам себе и помчался по маршруту. Повсюду цвели изгороди, поздние сорта черешен развесили пышные белоснежные гроздья. Частный сектор полуспал, досматривая последние сладкие сны. Эйдзюн ворвался в этот покой на сверхзвуковой скорости, и, преодолевая пространство, мчался согласно своей звёздной карте. Сегодня он - патрульный Галактики! После разминки основа отрабатывала ловлю мяча. Все разбились на пары, и перебрасывались мячиком, Харуичи оказался с Ямазаки-сэмпаем. Снаряд отправляли в самые неудобные для ловли места, то над головой, то между ног, влево или вправо, с отскоком или прямо в лицо. Происходило это всё со скоростью молнии, расслабляться было некогда. Ушибленные бока и колени привыкли к боли, во рту прижился вкус песка и земли. - Ах ты, паразит!!! - орал Исашики-сэмпай, нацеливая свой знаменитый пушечный бросок на Ширасу. Мяч засвистел в воздухе, Ширасу упал на землю, но, как и всегда, с близких расстояний подача никуда не попадала. Рёске весело перебрасывался с Маско-сэмпаем, стараясь подловить того у самого кроссовка. Эти только смеялись с проделок друг друга. Тэцу-сан взял на мушку Курамочи и мужественно терпел все тяготы тренировки с вёртким шорт-стопом. Харуичи не собирался сдаваться. Хиты клинап-беттеров старшей школы будут пострашнее пушки, поэтому тренировка с великаном Ямазаки - то, что ему нужно. От каждого мяча ладонь гудела, словно её огрели молотом. Это заставляло на секунду замешкаться, и бедолага, сцепив зубы, пытался преодолеть это секундное болевое оцепенение. - В игре легче не будет, - предупредил Ямазаки-сэмпай. - Знаю, - храбро ответил хрупкий мальчонка, дерзко глядя в глаза старшему. - Бросайте изо всех сил. Но и он задавал жару неповоротливому противнику, делая обманные движения. Ямазаки-сан хохотал, словно кто-то колотил в пустую бочку, брался за новый мяч и со всей силы запускал его прямо в Харуичи. Удар выбивал дух. Но останавливать телом - одна из основных задач. Младший Коминато прижимал к себе перчатку, кряхтел от боли, моргал, пытаясь восстановить дыхание, однако мяч не упускал. Сегодня у него всё тело в синяках будет. И всё же, он не уступит. Никогда никому не проиграет! Глаза зажигались азартным пламенем, адреналин притуплял боль. Игра только началась! Сейчас, когда оба подвыдохлись, началось сражение стойкости и боевого духа! Шайка с битами опять окружила Казую и увела за сирень на разговоры. Птицы беззаботно чирикали и порхали, а вот кетчера ожидали серьёзные неприятности. - Ну? - навис рыжий Изверг, тряся бородой. - Опять не справился. Ему если мяч заранее свою траекторию не объявит, хита не будет, - презрительно резюмировал Рёске-сан. - Тьху, - сплюнул на землю Ямазаки. - Он вертится перед битой, как чокнутый! - зло огрызался Миюки. - И ты единственный лох, который не может его отбить, - напомнил Курамочи. Оставалось только до скрежета сцепить зубы и принять позорную правду. Одного Савамуру без поддержки кетчера мог разнести любой из основы. Как бы приятно ни комбинировались эти подачи, без комбинаций они лёгкая добыча. - Ты чем вообще занят на бите? - спросил Тэцу-сан. - Да всем я занят! Я же кетчер! - Придурка ты кусок, - с нежной улыбкой объяснил Коминато-сан. - Айкью как у божьей коровки. Вышел на биту - значит всё остальное, даже мама и папа, остались позади. Понял? Казуя задумался. Его мозг не покидали теории и предположения, он постоянно наблюдал, анализировал, готовился к защите... куда уж тут реагировать на мяч. - Я попробую, - угрюмо пробормотал он. - Не попробуешь, а сделаешь, - так же нежно поправил главарь шайки. - Иначе с завтрашнего дня будешь носить на голове трусы и учиться не отвлекаться на посторонние звуки. Забавно же будет? Главный кетчер в ужасе отпрянул от сей страшной личности. - Для уверенности на клей посадим, - прибавил Шпиц. - А потом, если что, сбреем, - подтвердил капитан. Группа репетиторов прошествовала прочь во двор с намерением продолжить свои тренировки. Миюки прислонился спиной к серой стене второго корпуса. Очистить голову от мыслей, как самурай перед выпадом. Сказать легко... В столовой старшие развлекались кормлением Фуруи. Маско-сан даже принёс здоровенную клизму и пригрозил, либо жертва жуёт, либо этого и не понадобится. Прямо перед всеми. Харуичи же с честью выдержал процесс питания, затем взял в тумбочке под теликом спрей от ушибов и ушёл переодеваться в школьную форму. Его тело словно грузовик переехал. Прохладное прикосновение спрея успокаивало боль. Ямазаки-сэмпай зашёл, критически осмотрел и хмыкнул. - Жить будешь. А болеть начнёт завтра, если тренировку не сменят. - Рёске тоже было так тяжело? - Он сразу был крутым пацаном, ещё и со старшими зарывался. Это на брательника более чем похоже, сцепит зубы, но не уступит никому и никогда. Дверь в комнату приоткрылась, но вместо Нори-сана зашёл главарь местной шайки собственной персоной. - М-да, - сказал он без удивления, оглядывая спину брата. - Спуску ему не давай. - А я и не просил! - гордо заявил Харуичи. - У всех свои слабости. А бьют только тех, кто их показывает, - заявил Рёске, и был таков. Бьют, значит, тех, кто их показывает... Харуичи хитро усмехнулся. - Ты чего это? - удивился сэмпай. - Да так, думаю, мне очень надо отработать замах. Пока бэттери считает, что я спреер, аутфилд решит расслабиться и передохнуть. - А ты что, хоумран оформить можешь? -недоверчиво переспросил Ямазаки-сан. - Оформлю, тогда и увидите, - решительно заявил его кохай. В этой комнате рос Коминато пострашнее прежнего. Робкий в общении, но дерзкий и агрессивный в игре. Его глаза сверкали азартом и жаждой победы, словно у хищника. Просто напакостить противнику Харуичи не устраивало. Правовик затеял первую в году контрольную. Курамочи, как всегда, возился, не зная ответов. - Эй! - шёпотом позвал он. - Монархия, демократия, теократия, цивилизация. Что лишнее? - Теократия, - посмеиваясь, ответил Миюки. Шорт-стоп погрыз карандаш и сделал отметку. Ох и будет ржача после того, как отдадут результаты! Проходимец забулькал себе под нос. А вот когда дело дошло до конституции, грызть карандаши пришлось обоим. Где её, блин, выдумали? Нет, штука хорошая, но чей патент? Казуя вздохнул, нагнулся, опустил руку под парту и швырнул резинкой прямо в металлическое ведро для уборки. Дребезжание заставило правовика отвлечься, а этих секунд умелому шорт-стопу под прикрытием тела позади сидящего хватило, чтоб пролистать учебник и выдохнуть: Франция. Следующей жертвой стала староста. Ей под стол Миюки швырнул учебник, и пока шло разбирательство, списывала местная отличница или не списывала, друзьям удалось найти ещё несколько ответов. Каваками писал без остановки, вот кому, блин, в парламент пора идти. Контрольная по праву зависла над головами учеников мрачной тучей и продолжала висеть ещё 10 нестерпимо долгих минут до окончания урока. Курамочи развернулся, улыбаясь во все 32 зуба. - Спасибо, братан! Выручил! - Угу, - Казуя ответил улыбкой заговорщика. - Как бы теперь книжку назад забрать. Учебник по праву, хоть и не подписанный, остался в плену у старосты. И сколько бы Миюки ни думал, хмурясь и морщась весь следующий урок, так ничего и не придумал. - Может, мешок на голову и отобрать? - сходу предложил Курамочи. - А если застукают? Из школы выпрут. - М-да... чё ж делать то? Одноклассники собирались, весело покидая школьное здание. - Вы идёте, ребят? - позвал Каваками. Они с Ширасу уже были готовы всецело забыть о граните науки. - Идём. Всё равно дежурные будут убирать. А вот староста расселась рядом с пленницей и достала какую-то мангу. В потоке спешащих и толкающихся ребят разделило. Два шалопая тихонько обошли школу и уставились на окна своего класса. Одно всё ещё приоткрыто, в такую жарищу желающих задохнуться не находилось. - Может, я залезу? - предложил Курамочи. - А сможешь? - недоверчиво глянул на него Миюки. - Да как два пальца! - Тогда лезь, я постою на стрёме. В конечности шорт-стопа были вделаны какие-то присоски. Он живо взобрался по подоконникам и исчез в окне. Спустя две минуты оттуда выпала книга. Казуя ринулся на клумбу подбирать свой учебник. - А что это вы, ребята, делаете? - прозвучало писклявым голосом замдиректора, по совместительству председателя клуба садоводов. По шкурам прополз мороз. Курамочи так и застыл, не зная, спускаться, или драпать на крышу. - Вы понимаете, - зашептал Казуя, выбираясь из клумбы. - Курамочи тайно влюблён в Нагису-сан. Но очень стесняется ей признаться. Поэтому решил оставить записку в её парте. - Эх, молодёжь, - вздохнул тощий Пудель. - В наши-то времена мы перед девушками на колени становились! Да чтоб перед всей школой! Мужество своё доказывали! - Ну такой он парень... стеснительный, - оправдывался наглый лжец. За это время сам Курамочи успел спуститься с окна и водил головой туда-сюда, пытаясь понять, о чём разговор. - Цветок хотя бы в письмо вложил? - спросил Пудель. - Ээээ..? - Так ведь их кто-то выращивал, старался, - вмешался Проходимец, только что дважды бессовестно вытоптавший клумбу. - Эх! Девушкам нравятся розы. Сходи в теплицу, скажи я разрешил, - с покровительственной улыбкой махнул рукой старый врун. Представить его, доносчика и пакостника на коленях перед всей школой можно было разве что привязанным за все четыре конечности. - Спасибо Вам огромное за мужское понимание! - склонился Казуя, отыгрывая сразу на два оскара. - Да! Спасибо! - повторил за ним Курамочи, ещё не осознавая, что ему светит. По дороге в оранжерею план был изложен, что заставило Курамочи прыгать и рычать от возмущения. Солнце парило, дорожки прогрелись, можжевельник издавал приятный хвойный запах. Сторож верхом на стремянке подрезал деревья, задевающие провода. - Яаааа? Нагису? Ты чё, умом тронулся???? - вне себя вопил Курамочи. - Надо было сразу рассказать, полез в класс воровать учебник, благодаря которому мы списали контрольную. - Ну не Нагиса же, бляа!!! - Чем тебе Нагиса не угодила? - удивился Казуя. - Да с меня вся школа будет ржать!!! - Она и так с тебя ржать будет, не переживай, твою очаровательную меховую шапку никто не забудет. Завязалась драка, во время которой противного кетчера снова не удалось избить. Только кустарник измялся. У двери оранжереи образовалась новая потасовка. Курамочи никакой силой не удавалось затащить внутрь. Дверь приоткрылась, и наружу выглянула толстушка Огата. - Вы чего, ребят? - удивилась она. - Огата-сэмпай, спасайте! - взмолился Казуя, сложив руки словно пред иконой. - Этот дурак втюрился в Нагису, и так перессал, опасаясь отказа, что даже в оранжерею зайти боится. А замдиректора разрешил для такого дела розу сорвать. - Грррр!!! - яростно взрычал Курамочи сверкая глазами, полными жажды крови и убийства. - Ой, все вы ребята перед девчонками трусите. Ладно, я передам Нагисе-чан. - Огата-сэмпай! Да Вы ангел!!! - обрадовался Казуя, на сей раз искренне распространяя вокруг себя благоговейное сияние. Сэмпай хитро усмехнулась и захлопнула оранжерею. - Вот и всё, а ты чуть не обоссался. - Это нам дико повезло! - всё ещё полыхая от злости, возмущался Курамочи. - А ещё дико повезёт не опоздать к обеду. Погнали! И они помчались, словно ветер, топая на все окрестности, стараясь на каждом повороте спихнуть друг друга с дорожки в можжевельник. Злость уступала облегчению. Пронесло, значит пронесло! Два бедокура ворвались в столовое помещение и всеми душой и телом рванули за подносами для еды. Пах супец из морепродуктов.