Путь к мудрости

      Стоило мне нырнуть в туннель своих мыслей, как их волна смела смела всю окружающую деятельность рядом со мной: «Если вы живёте в Тейвате, то скорее всего ваша «сила» зависит от вашего глаза бога, в первую очередь от его наличия или отсутствия. Если вы владелец пиро глаза, вам подвластен огонь. Будучи владельцем гидро глаза, вы можете управлять водой. Непонятно каким образом у меня оказался глаз царя Дешрета. Или же это не подобие привычных семи глазов богов? В чем его сила? Неужели я приблизилась к так называемым «запретным знаниям»? В какой момент я свернула с «верного» пути? Возможно мне стоит отправиться в пустыню за ответами...». Так думала я, Махмилья, учёная из Вахумана, вертя в руках глаз бога (?) с символом царя Дешрета. «Возможно мне не стоило начинать изучать именно цивилизацию царя Дешрета как основу своей карьеры в Академии... Но ведь кто-то недавно написал работу, что болезнь элеазар исчезла, что равно и исчезновению «запретных знаний»... Мне необходимо разобраться в этом!».       Поразмыслив ещё немного, я сжала ручку в своей руке, чтобы после этого быстро рвануть собирать вещи в путь, в путь к лабиринту царя Дешрета.       

***

      День пути заняло расстояние между столичным городом и Карабан Рибатом, где я остановилась на ночёвку. В отеле я быстро приготовила себя ко сну, в который провалилась.       Мне снилось, что в пустыне откуда-то донёсся знакомый голос. Оглядевшись я заметила мерцающий зелёный огонёк.       - Махмилья! - воскликнула Малая властительница Кусанали.       Дендро Архонт надвигалась на меня так, словно угрожала подмять под себя. Упав на колени, я зажмурилась от волны песка - образовавшаяся впадина подняла над собой стремительно разраставшуюся золотую завесу.       Люди в белоснежных одеждах, так похожую на одежду пустынников, словно белые стрекозы, побежали через впадину, влекомые образом Архонта мудрости. Вслед за ними ползли люди, заражённые элеазаром.       Почва под ногами завибрировала, недалеко от меня начал проваливаться песок: от внутренних, подземных, толчков пошла трещина к храму. Неизвестный парень с тёмными волосами и надменными глазами, которого я очень часто видела около Малой властительницы Кусанали в Академии, ударил о землю и поднялся в небо. Прогремел гром, и за спиной мужчины разверзлось небо, раскрывая белое дерево, больше похожее на морскую гидру.       Неожиданно он посмотрел прямо в мои глаза и сказал очень громко:       - Он встретит тебя, когда начнётся его территория. Жалкие людишки пройдут за мной по трещине, поэтому тебе нужно найти способ попасть в храм в обход. Мне нужно забрать всех ничтожных тварей, что собрались тронуть его, чтобы ты смогла зайти. Иди, пока не стало слишком поздно!       - Ты разве не пойдёшь со мной?       - Будь рядом с ним, но не рвись в храм сразу же. Постарайся привыкнуть к шёпоту, иначе тобой станет слишком легко манипулировать.       Едва удерживаясь в сознании, я решила дождаться, пока брюнет опустился ко мне сам, но в голове промелькнула мысль: «А не опасен ли он сам...».       - Просыпайся! Так надо, тебе так будет лучше! - он схватил меня за руки и полетел к трещине.       - Нет, нет, только не туда! Опусти меня на землю! Опусти сейчас же! - я начала сопротивляться изо всех сил, понимая, что падение в трещину означало верную погибель. Паника охватывала меня, я чувствовала себя беспомощной.       Злобный коротышка отпустил мои руки. Лишь спустя минуты падения в голове стало проясняться, что я падаю в темноту, у которой нет дна. В голову начали приходить воспоминания пыток, что бросало меня в дрожь.       

***

      Я проснулась с ужасной болью в голове, думая, что произошло. Я попыталась двинуть руками, но не вышло. В глазах двоилось, а ноги подкашивались. Казалось, что моя мигрень была усилена в несколько раз и приходила волнами: сил сопротивляться этим волнам не было, я стала метаться по кровати из стороны в сторону.       В какой-то момент я услышала стук собственных зубов, хотя казалось что перестала чувствовать что-то, кроме мигрени. Всё тело прошибало мелкой дрожью, как будто у меня была высокая температура.       Затем я услышала звуки из соседней комнаты, кто-то очень громко чавкал. Широко распахнув глаза, я стала приводить дыхание в норму:       - А-а-а!       В моей голове творился хаос после сна, всё казалось настолько мерзким, что нельзя было определить размах этой мерзости. Чавканье продолжалось. Это пробуждало во мне какие-то страшные, тёмные, сознательные мысли: вцепиться соседу через стенку в горло и лишить человека шанса на спасение. Это сводило меня с ума, и я начала думать, что зря не сходила к Малой властительнице Кусанали перед экспедицией, да даже зря, что просто не выбросила этот непонятный артефакт с символикой царя Дешрета, зря не сожгла эту непростую безделушку. Мне хотелось выть на Луну, хотя по лучам Солнца было понятно, что оно испепеляет там беспощадно.       Успокоившись, я открыла окно. Люди сновали туда-сюда, не задыхаясь при виде друг друга, а мне было тошно на них смотреть. Я начала пытаться понять, куда за ночь пропала моя наивная и добрая душа. Мне стало казаться, что тот парень из сна сжал мою душу так, что из неё смогли выбраться только тёмные части.       В какой-то момент отовсюду стали доноситься истошные, надрывные крики. Я повернула голову в очаг криков, чтобы выяснить первопричину, но ничего не вышло: вместо этого я почувствовала, что мой мир стал плыть, а ноги подкосились.       - Кха-а!       С неба стали падать ледяные капли, которые я почувствовала пальцами, сжимавшими со всех подоконник. Эти капли стали стекать по людям, и появились кровавые лужи, которые омывали умерших пустынников, от которых толпа резко разбежалась из-за дождя. Рассматривать ли мне это как второе дурное знамение? Чисто теоретически, всё учёные должны быть атеистами, не веря в знаки, но эта теория сразу разбивалась из-за существования Архонтов.       Взять, например, нашу многоуважаемую Кусанали. Божество мудрости. Та, кто могла, может и будет направлять человеческие умы. Некоторые самонадеянные люди из моей жизни говорили мне, что ведь очень легко заниматься научной деятельностью в нашей-то стране мудрости. Я просто молчала на это, потому что они ведь не ходили в моей обуви, не знали, через какие страдания мне пришлось пройти, чтобы быть такой учёной, как сейчас. Со стороны всегда всё легко.       А вот с людьми из Ли Юэ намного проще общаться. Самое главное у них - не потерять своё лицо. Они боялись жить без своего Архонта контрактов, но со скорбью в душе они продолжили держать свои лица. Этому даже не помешали действия Фатуи.       Боль опять дала о себе знать:       - Архонты! Чёрт...       Сквозь пелену дождя мелькнула фигура живого пустынника, было понятно, что его одежда впитала в себя только чужую кровь.       Мои ноги прострелило болью. Дыхание стало рваным, и перед глазами замелькали тёмные вспышки. Я потеряла сознание.       

***

      Я лежала на очень холодном полу. С потолка капала тёмная жидкость. Это была кровь. Настолько густая, что она не хотела быть ярко-красной. Я понимала, что я попала в дымку сна, но в то же время чувствовала, что рядом со мной кто-то есть.       Приподнявшись, я поняла, что оказалось внутри старого храма. Сделав пару шагов вперёд на шатавшихся ногах, я наступила на что-то. Мерзкие насекомые разбежались в стороны. Только тогда стали заметны человеческие останки, лежавшие под ногами. Оглядевшись, я осознала, что во все стены храма воткнуты ещё свежие останки человечины.       Я ошарашенно открыла рот. Но было что-то ещё. Моё сознание будто перенеслось в чужое тело и мысли.       

***

      Боль пронзала чужое (?) тело во всех возможных и невозможных местах.       «Я жив? Я очнулся? Лучше бы уже никогда... Особенно если мои соплеменники узнают, что я выжил...».       Руки и ноги затекли ещё в первый день, я уже давно не чувствовал их, ощущение времени пропало. Когда я попал в стену, мне трудно давалось дыхание, хотя лучше бы и не дышал вовсе.       Это был самый нижний этаж храма, где всё и вся превращалось в мёртвое. Наивные соплеменники думали, что раз не помогли жертвоприношения животных для воскрешения царя Дешрета, то нужны человеческие жертвоприношения. Помощи ждать неоткуда. Да, я принципе всегда был один, исключая период заботы моей бабушки.       По щеке прополз скарабей, я его сбросил и вновь открыл глаза.       Несколько моих бывших товарищей, оказавшихся теми ещё гнидами, делали украшения, похожие на глаза Богов, только вот это были жалкие фальшивки с символикой мёртвого Аль-Ахмара. Да, несчастна участь нашего Красного царя, но пустыня бы никогда не протянула без связей с Дендро Архонтом.       Мне всегда казалось, что я хорошо умел считывать эмоции людей, но понял, насколько обманывал сам себя, смотря на искажённые эмоции соплеменников. Правда, я старался всегда смотреть лишь на одного. Его взгляд алых глаз сводил с ума. Преследовал. Он называл меня своим другом и делил со мной фактически всё после смерти моей бабушки.       Я вновь прикрыл глаза в надежде, что этот ад закончится. Я уже продумал миллион сценариев развития событий.       Сверху капнула чужая кровь. Я вновь открыл глаза. Сколько я был отключке? Пару часов? День? Время тянулось бесконечно долго. Хотелось пить, потому что внутри всё пересохло, но я едва мог шевелиться.       Вдруг пришло осознание, что в этот раз что-то изменилось...       Соплеменников... больше нет. Никто больше не наблюдал за мной. Никто больше не хотел истерзать мою плоть.       Я задавался вопросом, куда они могли уйти. Их ничто не отвлекало до этого. Неужели нашли идеальный сосуды для Красного короля или Повелительницы цветов?       На верхних этажах что-то упало. Кто-то пробирался в здание. Кто-то чужой. Кто-то, кто намного лучше моих соплеменников.       - Эй! Кха-ха! Помогите! Кха-а! Есть кто живой!?       Звуки вдруг прекратились.       - Эй! Ответьте! Вы слышите!?       Сил кричать не осталось. Едва не задыхаясь, я поднял голову, насколько мог. Появился человек в волчьей маске, от него шли искры молний.       Неизвестный склонил голову набок, а затем резко запустил звериную руку в щель, стараясь достать меня. Его когти не причиняли мне боль, либо я перестал её чувствовать. Он достал меня.       Промелькнула мысль, что я не останусь в этом храме!       Человек заметался вокруг меня, в попытках понять, есть ли ещё живые в стенах. Внезапно, как буря в пустыни, боль во всём теле затмила все мои мысли. Я чувствовал, как моя кровь стала хлестать с новой силой. Я потерял сознание.       

***

      Я пришла в себя.       - Кха-ха! Кха-а!       Где-то вдали раздался раскат грома. Со стороны тропического леса продолжали доноситься оглушавшие раскаты грома. Интервалы между ними становились всё короче, а звуки - ближе.       Я понимала, что нужно заканчивать свою экспедицию, не начав её, но моё любопытство губило меня, я хотела идти в этот неизвестный храм, от которого стоило бы убираться подальше.       Гром раздался совсем близко. Промелькнула белая искрившаяся молния...       Я опять обратила внимание на поверженных пустынников, чьи тела оставались лежать на земле. Дождь прекратился.       Я стала собираться в путь. Надев более подходившую для пустыни одежду, я вышла из комнаты и сдала ключ от неё. Если мои расчёты верны, то мне стоит двигаться в сторону оазису Собека, а затем идти только на запад.       Быстро пройдя деревню Ауру, я продвигалась дальше в пустыню, но возникшая буря постепенно засасывала меня. Передо мной мелькали различные маленькие щели в глиняных горах. Я забилась в одну из них.       В какой-то момент земля под ногами странно завибрировала. Я прислушалась к происходившему. По щекам покатились слёзы из-за песка. И буря резко прекратилась.       Периодически я замечала за собой слежку, но похоже я была непривлекательной добычей из-за отсутствия каравана. Замечая дым, я старалась не двигаться прямо на него, потому что понимала, что это приход в логову к тиграм. Иногда ноги утопали в песке, хоть я и ступала по следам, сделанным до меня.       Спустя полчаса я вышла на прямую дорогу к оазису Собека. Впереди виднелась прекрасная вода. Моё настроение резко изменилось, как будто я вновь вспомнила, как быть доброй и наивной душой.