Часть 3

***

Тодзи разместил заказ на специальном сайте для других наёмников, чтобы нанять дополнительную рабочую силу. Для уточнения местонахождений оружий и тайных мест захронений пришлось обратиться не только к наводке госпожи Тенген, но и к архивам магических семей, когда-то Сукуну распиливших по кусочкам. Благо, данные локации давно уже не находились при самих домах, так что это существенно делало поиски легче. За то время, что четверка Кенто, Гето, Наны и Сатору рылась в архивах, Миямура ощутила, как успела стать ещё ближе с Сугуру и Нанами, которые ей и Годжо активно помогали. Они даже пару раз ночевали прямо на «рабочем месте», поскольку оставались совершенно без сил под конец истекающих дней. Нана опиралась щекой об плечо Годжо, Сатору клал щеку ей поверх макушки, а Гето утыкался лицом в плечо Наны с другой стороны. Все трое они опирались спинами об ближайший шкаф, заваленный различного вида и рода свитками, книгами, фоллиантами, обрывками записей… Один Кенто, будучи приличным человеком, не спал ни с кем в повалку, предпочитая рядом с ребятами расположить стул. Когда же именно Нана и Сатору засиживались дольше остальных, Сугуру первым им приносил что-нибудь в плане перекуса или кофе. Кенто не всегда мог присутствовать, поскольку собственные задачи он полностью снять с себя и Хайбары не смог, хоть и очень старался большую часть времени уделять ребятам и новому делу. Оно все же было поважнее, чем даже те же миссии с проклятиями первого или особого ранга. Сугуру с Наной иногда выходили за едой вместе, оставляя Сатору среди свитков, что, впрочем, было довольно опасным занятием, учитывая, как он не любил долго сидеть над чтением, хоть и умел заставлять себя это делать при необходимости. Усидчивость…не всегда была его коньком. Хоть напористость и помогала с этим моментом в себе бороться. Пока они бывали вместе, они…говорили. И достаточно много. Нана все больше утверждалась в мысли, что Сугуру был классным парнем…до того, как разуверился в не шаманском сообществе. Он был умен, образован, вежлив… Иногда Нане даже мельком казалось, что их общение так хорошо протекало, потому что они сами не заметили, как понравились друг другу…но просто не поняли этого из-за нехватки времени, давшего бы им возможность побыть подольше вместе и узнать друг друга получше. Потому что ей то и дело чудились зачатки и нотки флирта в словах Гето, когда они шутили, и Нана не могла ничего с собой поделать, когда игриво с юмором ему отвечала… Конечно же, она любила Сатору. И даже если бы между ней и Сугуру выросло…нечто большее, эту черту бы все равно никто не переступил. Он — потому что Сатору был его лучшим другом и почти братом (и им было уже не по 18 лет, когда они отбивали друг у друга девчонок в качестве соревнования), Нана же потому что Сатору очень любила и любит по сей день. Не в её привычках и характере было изменять объекту своих глубоких симпатий. Тем не менее, если к её общению с Сугуру было внимательно присмотреться, можно было с легкостью сказать, что они друг другу были симпатичны. Сатору тоже не был слепым, но он старался держать свою ревнивость в руках, прекрасно понимая, что пока дальше никто не заходил, беспокоиться не о чём. Однако даже так от него нередко можно было услышать ревнивое ворчание, когда он буквально сгребал Нану в свои руки в присутствии парней, вжимая показательно в грудные мышцы, мол, это моя девушка из будущего, найдите себе уже своих, блин, и отстаньте! Наначи с него очень веселилась во время таких сцен, как и Нанами с Гето, в общем-то, тоже. — Знаешь…я все больше думаю, что ему…очень повезло иметь тебя в будущем. Сугуру признался в этом, когда они несли вместе в держателях стаканы с кофе в одних руках, а пакеты с едой в других. Нана взяла Сатору вдобавок к еде его любимые мочи с бобами и сливками. Она покраснела и посмотрела на Гето более внимательным блестящим взглядом, когда он сказал ей эти слова. Нана остановилась. Ветер, дувший с запада, трепал её волосы и заставлял сережки-сердечки в ушах заметно покачиваться… — Ты правда так думаешь? — Она неожиданно с робкой счастливой искренней улыбкой его спросила. Сугуру, заметив такую реакцию, втайне умилился с неё и ответил небольшой мягкой улыбкой, пару раз кивнув. — Думаю, что да. Сатору ведь…чтоб ты понимала, у него с девчонками в нашем времени на постоянку не просто так не клеилось, хотя я и раньше в нём замечал желание с кем-то в одних отношениях…устаканиться. Многие его находят… — Они продолжили свой путь обратно к архиву. Гето шёл чуть впереди, говоря, а Наначи следовала покорнейше за ним, его вовсю слушая. — Чрезмерным. Как будто его очень много во всем: в эмоциях, действиях, реакциях…не все такое умеют переносить и выносить, понимаешь? Та же Утахимэ, за которой он активно ухаживал, не смогла. Да и, честно, по моему мнению, получись у него пробиться за её «оборону», ничем бы путевым это все равно не кончилось. Утахимэ неплохая девушка, но… Сатору нередко с ней ругался. А где есть место ругани и постоянным конфликтам точек зрений, там нет спокойствию во взаимоотношениях. Особенно близкого характера. Ну… — Сугуру чуть замялся.Он давно ни с кем столько открыто на данную тему не говорил, но с Наной это получалось как-то...само собой? — По крайней мере, я так думаю. Он опустил на Нану ответный изучающий взгляд. Та понимающе кивнула с участливым выражением лица, ответив. — Да, Сугуру, я абсолютно с тобой согласна. — Она и сама придерживалась мнения, что нет смысла строить отношения с тем, с кем ты постоянно ругаешься, и кто пьет из тебя соки. Люди должны сходиться друг с другом только если им хорошо вместе, а не порознь. Иначе в партнерстве нет никакого смысла. Нана знала Утахимэ, она была именно что «неплохой», как Гето выразился, но Миямура даже подумать не могла, что Сатору за ней раньше ухаживал, так моментами колко они перекидывались во время встреч разного рода замечаниями. Конечно, там иногда проступала и снисходительность по отношению друг к другу, видимо, связанная с тем, что они раньше приятельствовали… Но как партнеров Нана их не представляла. Больно Утахимэ раздражённо и резко себя с ним держала. Может, их неудавшийся по молодости роман и был тому частично причиной тоже? Кто знает. В любом случае, в последний раз, когда они общались, всё вообще выглядело так, будто она и Сёко-сан встречались, и мужчинами Иори не особо-то и интересовалась. — А у вас ведь всё не так. — Они пересекли пешеходный переход вместе. — Вы с ним…ну…вообще почти не ссоритесь. Ты, конечно, можешь его одернуть, но чтобы прям жёстко — я такого ещё не видел. Напористо — да, но не жёстко. У тебя есть какое-то внутреннее чувство меры и баланса даже когда вы с ним не соглашаетесь в чем-то. Мне кажется…это его в тебе и привлекло во многом тоже, Наначи. Как и то, что ты даёшь ему достаточно яркий эмоциональный ответ на его действия. — Выражение лица у Гето стало, как у заботливого задумчивого старшего брата. — Для Сатору…это важно, хоть он может этого и не показывать. Судя по блеску в её глазах и лёгкому удивлению, Нана сама об этом…даже не задумывалась. Из чего Сугуру точно мог сделать вывод, что Сатору ни капли её своим поведением ни в будущем, ни уж тем более в прошлом не утомлял. И желания серьезно поругаться с Годжо у неё не возникало, хоть она и сталкивалась с ним периодически лбами, чтобы он был потактичнее, повнимательнее и помягче с некоторыми студентами (и то, заслужить подобное отношение со стороны Миямуры ещё нужно было постараться, чтобы она встала на твою сторону). Поэтому слова Сугуру относительно её типа взаимоотношений с Сатору запали Наначи в сердце… Как и относительно неё самой. Миямура ответила Сугуру польщённым и несколько смущённым взглядом, добавив не громче шёпота. — Спасибо, Сугуру. Гето добавил вновь с лёгкой улыбкой и приятным прищуром. — Пожалуйста, я просто сказал правду. Тебе ведь, похоже, это всё в Сатору и нравится. Что его много для тебя одной. Так что…поэтому я рад, что он повстречал кого-то вроде тебя в будущем…кого-то, кто может его не просто выносить или терпеть, а любить таким, какой он есть. Нана покраснела, отведя взгляд в сторону. Гето попал прямо в точку, и она не могла этого отрицать. Её лицо от этого запунцовело. Миямура на его внезапное дружеское откровение ответила. — Знаешь…я даже никогда раньше не задумывалась над таким. В смысле…конечно, Сатору для некоторых и вправду невыносим, но я…мне так нравится, как он себя ведёт со мной. Что, как ты верно заметил, его много. Он мне не говорил, что у него с девчонками не клеилось из-за этого… Да и что вообще такие проблемы по молодости присутствовали. А я и не предполагала подобного, поскольку меня он никогда своей экспрессивностью не грузил. Он даёт мне тот эмоциональный ответ, который я всегда хотела бы получать сама. И который сама стараюсь давать людям, если они мне дороги или близки. Сугуру улыбнулся ей с большим признанием краем рта, пока её слушал. Они остановились возле входа в архив, встав друг напротив друга. Его высокий силуэт выделялся на фоне дверей, как и её низкий, по сравнению с ним. Тайно ему нравилась их разница в росте, ровно как и Сатору тоже. — …вот поэтому я и говорю, Наначи, — он заглянул по-доброму ей в глаза, — ему с тобой определённо повезло. Она улыбнулась ему очаровательно светлой благодарной улыбкой и, хлопнув слегка по-дружески по плечу ладонью, державшей пакет с едой, обличающим интимным шёпотом добавила. — …как и с лучшим другом тоже. Гето не смог скрыть ответной польщенной улыбки, прежде чем Наначи прошла вперёд, когда он её пропустил. Его карие глаза засверкали от её слов. Когда удалось собрать через пару дней более-менее точную картинку нахождения частей, Тодзи разослал локации, часть из которых стали посещать и они сами. Параллельно всему этому он и Нана, как ни странно, по делу общались больше всего. Хоть она и была самой младшей, он сразу сказал, что работает с ней, а не с ними, их он просто терпит, потому что она ему нравится, а эта троица — нет. Сатору исходил иной раз ядом от ревности, и Нана еле удерживала его, чтобы он и Тодзи не подрались. Тот специально моментами дразнил ещё пока восходящего к статусу «сильнейшего» мага, чтобы вызвать на бой, но Нане, Кенто и Сугуру удавалось выстроить между самыми шубутными членами их команды стену из рациональности, которая пустого насилия не допускала. В один из вечеров поисков Нана спросила у Тодзи о том, что не давало ей покоя, когда они встретились в коридоре снятого ими этажа в отеле. Фусигуро как раз вернулся с перекура и пах в этот момент отчётливо сигаретами. Нане аж самой захотелось закурить, хоть она и давно бросила эту пагубную привычку. Ещё в обычной старшей школе Токио. — Ты потом со всеми этими наёмниками поделишься наживой? Он посмотрел на неё, как на глупую. — Смеёшься? Нет, конечно. Половина из них сама во время поисков сдохнет, половину перебью потом я, когда они нам нужное притащат, как покорные дворовые псины за иллюзорное подманивание косточкой. Главное, чтобы не нажрались сами этих пальцев, – Фусигуро фыркнул презрительно при подобной мысли, находя её препротивнейшей и дикой даже с его опытом упрятывания проклятого духа в желудке, – а то ведь они усиляют, как известно, тело того, кто их проглатывает. Нана вздохнула устало, чуть нахмурившись после. – Во-первых, это может привести к захвату контроля над тем, кто вольно или, что ещё хуже, невольно стал сосудом Двуликого. Если ты нанял не совсем не разбирающихся в этой теме людей или не людей, то они должны будут об этом знать. Сукуна мгновенно подавит их волю и ни о каком «усилении» не пойдёт и речи. Но если они не знают, лучше извести их. Просто...от греха подальше. – Тодзи приятно поразился её осведомленности о таких подробностях тонкости работы потенциального «самовозрождения» Двуликого. Как и весьма разумной предусмотрительностью Наны. – Во-вторых, не думаешь, что твой метод избавления от лишних хвостов слишком жесток? И что из-за этого всё остальное может пойти под откос? Тодзи склонился к её лицу с почти акульей улыбкой. Выражение её же лица стало подозрительным. — А ты, хочешь сказать, не жестокая? Детка, ты отбираешь за пару минут то, чего многие постигают и добиваются годами. Исходя из принципов некоего баланса вселенной. Это ты из нас двоих жестокая, а я просто практичен до мозга-костей. И я пытаюсь сэкономить нам всем время, чтобы не отдавать этим отбросам то, что они на самом деле не заслужили. Взгляды Тодзи и Наны схлестнулись в конфронтации, но та уже касалась не предыдущей их темы...а щепетильного обсуждения, затронувшего её силы. Сжав ладошку в кулак, Миямура внезапно перешла на тихое неприятельское шипение. — Я не хотела этой силы. И не просила её! Я и магом не хотела становиться вовсе! Но когда Мураками во мне проявился, и моя семья пострадала от действий верхушки магичекого сообщества, я не смогла оставаться в стороне! Думаешь, если ты наёмник и являешься обладателем «небесного ограничения», все остальные маги постфактум плохие? Да ты ничего не знаешь ни о ком из нас! Тодзи сощурил практически оскорбленно глаза в ответ, замолчав. Он мог бы сказать, что ей нечего хныкать, когда такая сила свалилась ей даром в руки...И когда другие бы за неё глотки бы поотгрызали. Мог...но не сказал. Потому что знал заранее ответ – она бы столь же легко от этих сил отказалась ради возвращения прежней жизни, насколько он такие бы принял. Хотя...тоже стоило пару раз подумать, было ли бы оно ему необходимо, учитывая, какой ещё больший, чем даже был у него, геморрой они за собой несли. Это суровое молчание продолжалось до тех пор, пока он неожиданно со смягчившимся под весом его каких-то сделанных лично выводах о ней смешком не спросил. — Значит, не хотела становиться магом, да? Паршиво это, что стать им пришлось. Нана ничего ему не ответила, но по её выражению лица было видно, что ей нечем ему возразить. — Кстати… — вдруг вставил Фусигуро. — Ты говорила…что этот хмырь белобрысый моего сына к себе взял в ученики… Тодзи впервые на её памяти неловко чесал затылок, пытаясь подобрать слова. — Как он…как вообще его будущее сложилось? Нана на его вопрос позволила себе наконец маленькую улыбку. Хоть Фусигуро и пытался выставлять на обозрение холодную деловую фигуру во время их встреч, в нём всё равно, порой, прорывались более человечные черты. Редко, но метко, как говорится. — Он считается едва ли не самым высокооцененным учеником Годжо. Даже выше Юджи Итадори, нашего общего сильного друга. А это что-то да значит. Тодзи едва заметно просиял в лице, мол, он всегда знал, что в Мэгуми есть потенциал к чему-то большему, в отличие от него…и он был рад услышать подтверждение его догадкам. — Тогда становится окончательно понятно, зачем он нужен этому Двуликому… — Ну…да. Нана заговорила более отрывисто. Ощущение распадающейся спирали времени внутри неё в этот раз ощущалось все более остро и снисходило все более неожиданно. Миямура просто застыла во время разговора, ощутив вновь, как из ушей и носа потекла кровь, звуки приглушились, горько-металлический привкус ощущался теперь ещё и во рту… И мир перед глазами завертелся. Годжо как раз вошёл, когда это случилось. Он был подальше, чем Тодзи, поэтому именно убийца магов поймал её, а не Сатору. — Нана? — Фусигуро непонимаще поморгал. — Отдай её немедленно сюда, ты! — Годжо чуть не отпихнул его, но Тодзи так просто девчонку ему отдавать не спешил, спрашивая его жёстко и прямо для прояснения ситуации. — Что с ней? — Последствия пребывания не в своём времени. — Мураками возник позади них и тронул Тодзи за плечо. Того прошило аж невольно дрожью от спокойствия и силы этой руки. Обычные шикигами и маг никогда бы подобной реакции из него не извлекли. — Отдай её Сатору, Тодзи. Не нужно устраивать конфликт на пустом месте. Пришлось подчиниться. Не подчиниться этому левитирующему хрену было почти невозможно, настолько его энергетика давила, когда он возникал. Тодзи, отдав девчонку шестиглазому, после аккуратно спросил. — То есть чем дольше она здесь, тем хуже ей становится, да? Мураками медленно нехотя печально кивнул. Фусигуро посмотрел более серьёзно на Нану и Сатору, негромко бормоча. — Значит, времени у нас не так уж и много… Сатору взял её на руки и понёс отдыхать в соседнюю комнату отеля, в котором они остановились. На меньшую часть того, что Мураками им дал, они сняли себе целый этаж, чтобы их не беспокоили. Когда Нана очнулась, она открыла медленно глаза. В этот раза ещё и произошла потеря сознания. Черт… Мураками был прав. Чем дольше все это будет происходить, тем хуже будет становиться ей и её телу. Давление чужого времени, проходящего через него, его медленно разрушало. Рядом сидел Кенто. Сатору почему-то рядом не было. Миямура отметила это исподволь, изучая спокойное лицо Нанами глазами. Когда тот оторвался от свитка, взглянув на неё, он тихо облегчённо вздохнул и положил поверх её руки свою. — Ты как, Нана?.. — …бывало и хуже. — Она хрипло сглотнула, после чего медленно моргнула. — А Сатору?.. — Мы отправили его за нашей общей знакомой, которая могла бы подлатать тебя. Маловероятно, что техника обратной энергии тебя совсем вылечит, но…может, тебе станет хоть немного лучше? — Дай угадаю… Иэйри?.. Он пошёл за ней, да?.. — Нана слабо улыбнулась на удивленное выражение лица Кенто, когда тот медленно кивнул. Стоило уже привыкнуть к тому, что Нана многое знала, но Нанами все не мог…само явление и присутствие мага из будущего будоражило и одновременно пугало его мрачными перспективами, которые Нана с собой принесла. — Да, за ней. Они вскоре будут здесь. Нана кивнула, потом какое-то время молча Кенто рассматривала…пока её ладонь не взяла его ладонь в свою. — Кенто…мне надо тебе кое-что сказать… Он удивленно на неё смотрел. Нанами ощутил, как пульс оглушил его, избивая изнутри барабанные перепонки. Кровь быстрее зациркулировала в теле…с ним такого почти никогда не бывало. Он невольно сжал ладонь Наны в ответ. — Да?.. Нана еле-еле смогла приподняться на второй руке, заняв полусидячее положение. Нанами помог ей прижаться затылком и спиной к изголовью кровати, чтобы она не свалилась и чересчур не перенапрягалась. — Спасибо…ты так заботлив… — Она слабо ему вымученно улыбнулась, облизывая сухие губы, потом, прочистив горло и прикрыв на секунду глаза, те вновь открыла, говоря прямо. — Нанами…спасибо тебе...большое… Нанами выпал в осадок и совсем засмущался. — За что же?.. Она сжала с проступившими все-таки слезами на глазах его руку. — Ты спас меня…в Сибуе…я этого никогда не забуду… — Нана шмыгнула носом. — Я даже не успела поблагодарить тебя там, пока ты был жив…и я… — Слезы потекли по её щекам, оставляя едва заметные следы туши. — Хотела…сказать тебе это…хотя бы здесь… Нана не без труда дернула телом в его сторону и, обняв Кенто за шею, повисла на нем. Подтянувшись кое-как, она прошептала близко к его щеке. — Спасибо, что спас меня. И поцеловала его в неё. Эту благодарность Нанами Кенто запомнит на всю свою оставшуюся жизнь. И пронесёт её ещё много лет в сердце, прежде чем то станет открытым для кого-то другого. Он осторожно трепетно обнял её…и, поглаживая Нану по спине, тихо неожиданно добавил. — Будь у меня…шанс…ещё раз так сделать, я бы без колебаний снова спас тебя. Нана заглянула удивленно в его лицо, чуть отпрянув и всё ещё обнимая его. — Правда?.. Нанами осторожно согнутым пальцем утер её слёзы с правой щеки. Его взгляд был мягким и немного грустным. — Ну конечно. Наначи про себя в этот момент подумала, что, дай Бог, в будущем такого больше не произойдет. И что у него просто не будет повода спасать её, как был уже когда-то. Она поджала губы при этой мысли и, прикрыв влажные от слёз глаза, вновь обняла Кенто крепче, зарывшись на какое-то время молча лицом в его шею. Они сидели оба в этой тишине, неловко признаваясь друг другу этим безмолвием, что, как бы они этого ни скрывали, взаимная симпатия никуда не делась. И пускай она все давно для себя решила, с кем точно останется, Нанами, принимая и уважая её выбор, всё равно…хотел заботиться о ней. Хотя бы издалека, как и делал в днях минувшего будущего.

***

Работа проходила…слаженно, как ни странно. Части Сукуны постепенно поставлялись их команде по «спасению будущего», и Нана их запечатывала, стараясь равномерно растрачивать при том психоэнергию, чтобы её хватило до конца пребывания в чужом времени. Мураками часто уходил на «подзарядку», чтобы не перегружать её тело и не истощать его, так что они общались в основном мысленно. Состояние Наны, в целом, было более-менее до сих пор стабильным… Пока нанятые Тодзи наемники не напали на место их дислокации, когда пять пальцев Сукуны забрались в них. Их четвёрка предполагала, что такое может случиться, поэтому Нана предложила постепенно, не единым напллывом приносить предметы, где была заключена его душа, или же непосредственно сами его части. Окажись они все в одном месте, существовал риск, что Сукуна соберется обратно воедино. Им было это никак уж не нужно. А когда половина его частей уже была перенесена в Средний мир, он при всем желании не смог бы собраться в полном виде, даже если бы захотел. Да, из-за это её пребывание ещё растянулось…но, вопреки всем растущим рискам для здоровья Наначи, это был самый безопасный способ проведения их общей большой миссии. Но даже оставшись в меньших «объемах» Сукуна все ещё был опасен. Нана об этом знала лучше других, но Годжо достаточно хорошо её понял в этом плане, как и остальные. До полноценной началы работы притока наемников они освободили Рико Аманай, чтобы точно не возникла та самая миссия, на которой Сатору и Сугуру должны были её защищать (нужно было видеть, с какими лицами они объясняли ей дальнейшие перспективы, если Рико сама не откажется вовремя стать сосудом для госпожи Тенген. Наначи было очень жаль эту девочку в те минуты, но её другая часть, более рациональная, понимала, что без этих знаний Рико просто не выжить). Лишь после они полностью себя посвятили Сукуне и его делу. Половина наемников были мастерами проклятий, какая-то часть не шаманами по типу «окон», поэтому, когда он напал на них, хоть и в разных телах, пришлось сражаться по-максимуму. Нана призвала Мураками без применения его базы знаний. Она использовала его тело, как огромную куклу для боя, что помогало не тратить на это психоэнергию. Из её личных техник явили себя «Нефритовый туман», который полностью дезориентировал противника и заставлял барахлить чужие проклятые техники, когда те в него попадали, словно датчики самолёта в грозовом облаке. Поэтому атаки врагов часто не приходились по конечной цели, их команде, хоть и все равно следить за ними тоже было нужно. Второй яркой техникой был прозрачный щит из психоэнергии, который становился заметным лишь при нанесении удара по нему, но использовать тот долго не стоило. Он уменьшал своё поле воздействия, когда на саму Нану напор из физических или проклятых ударов становился слишком сильным. Она пару раз им прикрыла Гето, Нанами и даже Тодзи, на что последний заявил, что ему не нужна помощь от мага, хоть и поблагодарил её после. Расширение территории обнулялось её контртехникой, связанной с выведением проклятой энергии из места применения той. Поэтому, когда Сукуна понял, что девчонку не захватить, он начал метить по остальным. Например, по Сатору, у которого в этом времени расширение территории ещё не было освоено. И Ремён это заметил. — Дьявол… Сугуру, увидев это, перенял внимание по итогу на себя. Он обманным маневром дезориентировал Сукуну, когда тот послал технику в Годжо, будто собираясь использовать проклятых духов, однако в последний момент перешёл на физический бой. Гето удивительно долго продержался, пока Сукуна не отправил его при помощи одной из техник мага, чьё тело он использовал, едва не в нокаут. Кенто урвал тогда момент вместе с Сатору, пока Нана обезвреживала или блокировала способности самих магов, чтобы легче было изъять из них части Двуликого. Кенто взялся атаковать защиту врага мечом, прорезая её каждый раз, когда та заново активировалась. Когда он попытался использовать первичную технику «Соотношения», Нана заметила, что Сукуна в одном из тел активировал технику «Владения огня». Буквально в этот же момент Миямура схватила при помощи Мураками Кенто за шкирку и оттащила от зоны поражения. — Я сам бы!.. – Нанами осёкся. — Ты уже когда-то сам действовал, больше я тебе не позволю! — волнительно громко прохрипела она, вспоминая, чем в будущем с Махито это уже закончилось. Из всех наемников оставалось всего двое. Тодзи смог застать их врасплох отсутствием проклятой энергии, когда нападение пошло на его сторону. Тем не менее, именно по этой причине он же получил довольно серьёзную рану и чуть не лишился хранилища с проклятым оружием, когда второй противник, будучи усиленным пальцем Сукуны, использовал его техники против Фусигуро-старшего, со смесью своих. Бой длился уже три часа. Большая часть команды устала, Нана вновь ощутила, что очередной приступ был на подходе, но она не могла отключиться…только не сейчас! — Что, девчонка, уже выдохлась? — Хоть Сукуна говорил с ней через другое тело, она слышала эту интонацию и буквально слышала его голос из своего времени. — Рановато сдаешься, мы только начали. Активировав зелёные жадеитовые перчатки для боя через тело Мураками, она утерла нос, когда из него потекла кровь. Нану активно начало трясти, но она все ещё держалась. — Не дождёшься. Так легко в этот раз ты от меня не отделаешься. Он склонил голову к плечу. — Что же я тебе такого сделал, что ты так желаешь от меня избавиться? И кто ты вообще? Воскрешенный маг из прошлого в новом теле? Либо же... – Судя по его хищно распахнувшимся глазам и промелькнувшему в них воспоминанию об ощущениях, полученных при взаимодействии с силой Масуйо, Сукуна не смог удержаться от уточнения: – Масуйо, ты ли это? Всего на мгновение от такого сравнения Миямура аж растерялась. Но уже после, когда и она, и Мураками прямо, более решительно на Сукуну взглянули и рядом сверкнула зелёная вспышка, говорящая о боевой готовности, они оба произнесли в один голос. — Не догадался. Она твоей смертью стала в прошлом, я же выступаю как смерть для твоего будущего. Воспользовавшись возникшим разрывом благодаря элементу неожиданности, – Сукуна и вправду впервые за многие годы аж растерялся от таких слов и вопиющей наглости, – Нана первая нанесла по итогу новый удар. Он был очень вынослив. Быстр. Даже в не полной форме чрезвычайно силен. Но она все это знала и проходила, ей и Мураками уже приходилось с таким уровнем его неполной мощи иметь дело. Сатору старался не отставать. Чтобы облегчить Нане дело, он запустил в тело проклятого наемника технику «Прямого вращения: синий», но Сукуна увернулся и, зацепившись за Нану, сбил её с ног, когда пространство стало их затягивать. — Твою мать. — Сатору широко распахнул глаза, поняв, что чуть не рассчитал зону попадания, не взяв на вооружение то, что Двуликий мог от удара уйти. Сугуру, пришедший наконец в себя, оказался на подхвате. Он схватил одним из проклятых духов Мураками за руку, заодно уцепляя Нану, которая была с ним астрольно-физической нитью связана. — Отцепись от меня, урод! Она пыталась сбросить Сукуну с себя и подтянуть их с Мураками, но вакуум не позволял, удерживая обоих на приличном расстоянии. Чтобы Король Проклятий не причинил ей вред при близком контакте, Наначи отключила его силу, но физически он все ещё мог продолжить с ней сражаться. Кенто в этот момент сбил его «Черной молнией», едва не задев саму Миямуру. — Ты что творишь! — Сатору ему крикнул, левитируя сверху. — Если бы я его не сбил, их бы обоих засосало! Гето притянул её наконец не без усилий к себе, удерживая на месте. — Ты как?.. — Он тяжело дышал, она тоже. — Жить буду. — Нана слабо ему улыбнулась. — Спасибо, Сугуру. Сатору появился рядом с ними, он мгновенно взял Наначи за руки. — Прости, я не рассчитал точку попадания. Обычно такого не бывало. — Он выглядел искренне виноватым. — Ты не пострадала??? — Не сильно. — Нана вздохнула. — Хорошо, что хоть «Инверсивный красный» не запустил…вот тогда бы ты точно поджарил и меня, и Сукуну. Годжо ощутил, как от неловкости у него аж проступила капля на лбу. — Сколько пальцев осталось? — Кенто подбежал к ним с Тодзи. — Два. С двумя пальцами он может снова призвать технику «Демонической гробницы», будьте осторожны. Я смогла сорвать предыдущий призыв при столкновении с моей обнулящей отмеченную проклятой энергией местность техникой, но использовать её во второй раз сейчас… Когда рядом с ними возник лишённый нормального облика буддийский храм, Нана не договорила и, боясь не успеть, чисто на автомате сложила нужные знаки, расширив «прозрачный барьер» на всех. Техника «Рассечения» не смогла его пробить, но всех их откинуло на добрый конец района, как гребаный мяч, в котором обычно бегали хомяки. Их крутило, вертело, круг защиты скакал туда-сюда, то сталкивая их внутри, то обратно раскидывая, пока не врезался в четвёртое здание и там и застрял. Нана только после отключила защиту, выдохшись, и осела на землю. Тело её мелко дрожало. — Мураками, сколько осталось психоэнергии?.. Он рядом находился теперь без бороды. Когда этот элемент его внешности исчезал, это говорило, что он был на исходе сил, как и она. — Мало. Если он продолжит вас так изводить, ты сможешь с ним сражаться только при помощи физических техник. Сатору нахмурился, помогая ей встать и перекидывая руку через свои плечи. — Нам нужен план. Он вроде бы стратег, а откинул нас вне зоны действия своего расширения. Идиот. — Он не знал, что я так быстро умею возводить барьер. Но для такой скорости нужно тратить и больше энергии… — Нана, жмурясь, повисла частично на Сатору. Кенто обратился к ней, помогая её приподнять с другой стороны. — Ты знаешь его лучше нас, что он может делать при подобном расширении территории? Нана задумалась. После такой прокрутки в защите её слегка подташнивало и голова кружилась. — …он может расщеплять и рассекать неодушевленные предметы, а также проклятых духов и магов. Нам нужно запечатать один из пальцев, чтобы не осталось сил поддерживать расширение. Только тогда мы сможем победить его. Пока мы этого не сделаем, вам туда особенно опасно подходить. Даже с твоей техникой «красного», Сатору, которую ты всё так и норовишь использовать. — Нана мгновенно на него посмотрела, оборвав, не начал он ещё говорить. — Но ведь почти получилось! — возразил он. — Ты уже поступал также самонадеянно, когда мы сражались в будущем с ним, и ты умер в том числе из-за этого. Я не могу этого допустить снова. Твой мозг просто может не выдержать, если ты будешь «синий» или её использовать без обратной техники больше нескольких раз, а ты ту здесь ещё даже не постиг! — ответила Нана настойчиво и громко. Сатору, удивленно округлив глаза, как ни странно, на неё даже за повышение голоса не злился. Он видел, что Нана искренне за него боялась, и на то были причины. Ведь Сатору и вправду часто перебарщивал с повышенной нагрузкой на себя и свою голову. Ему, на деле, можно было использовать технику, – одну или всё-таки вторую, – последний раз. — Что тогда будем делать?.. — спросил Гето. — Пока мы медлим, не шаманы продолжают гибнуть, время уходит, а Сукуна становится всё ближе. Нана, закусив нижнюю губу, сказала с блеснувшим взглядом. — Есть идея. Дальнейший исход битвы получился только при помощи действий всех членов команды. Нана приняла огонь боевых действий Сукуны на себя, отвлекая его внимание, поскольку её комбатные перчатки из психоэнергии, выглядящие, как полупрозрачные светло-зеленые каменные японские драконы, позволяли это делать. При помощи них можно было отражать чужие проклятые техники, либо наносить удары самой в дополнение к ударам кулаков Мураками. Когда он обрушил на неё «тысячу мечей», Сатору наконец активировал «красный» вместо «синего», только чтобы затронуть чуть территории Сукуны. Он не разрушил её, но заставил содрогнуться, ударив по границе. Внимание Короля Проклятий ещё больше расфокусировалось, когда с изъятием чужого проклятого духа при убийстве одного из тел наемников Гето поглотил рискованно ещё и его палец, перенаправив тем самым часть его духа в своё тело. В этот момент Тодзи схватил его, и Нана палец из Гето вытащила до того, как Сукуна успел захватить его тело и подчинить себе разум Сугуру. Чтобы в этот момент, оставшись в последнем теле Сукуна не ранил их, поскольку процесс изъятия требовал больше времени при малом количестве психоэнергии, Кенто вступил в битву с Двуликим в его последнем сосуде, отводя вновь огонь от товарищей и используя для боя тупой обернутый тканью клинок, который ранее ни разу ещё не использовад. Нанами метил в его самые, казалось бы, слабые места, которых раньше не было, и Сукуна под таким напором даже стал отступать. Когда палец из Гето оказался вытащен случайно вместе с поглощенным им для подчинения проклятием, его оставили на Тодзи, попросив забрать шамана в безопасное место, ведь тело Сугуру после переноса частицы было лишено сил. «Демоническая гробница», наконец, пала. Поддерживать её с единственным оставшимся пальцем Сукуна не смог. Нана, Кенто и Двуликий оказались в ближайшем треугольнике друг к другу. Сатору был сзади на подхвате. Сукуна заметил, что у девчонки оставалось совсем мало сил, но и у него их почти не осталось тоже. — И что? Потратишь последние крупицы своей нейтральной энергии, чтобы запечатать меня? – издевательски спросил он, после чего осмотрел её презрительно внимательным взглядом снизу вверх. – Посмотри на себя...Ты еле стоишь. Нана не знала, что будет, если психоэнергия истечет в чужом мире, и не отбросит ли её из-за этого обратно в Средний мир…по идее, та помогала ей переносить протекающий внутри тела враждебный инородный поток времени. Если энергия кончится, её могло это убить. В теории. Но Наначи всё равно, понимая все риски, подошла к Сукуне близко, попросив Кенто его лучше перехватить. — Ты убил моих друзей…убил моего любимого человека…твой помощник убил мою семью… — На её глаза выступили слезы слепой ярости, голос стал злым и холодным. — Думаешь, я когда-нибудь тебе это прощу, хоть ты здешний ничего ещё из этого не сделал? – Глаза его расширились на данное заявление. – Я поклялась тебя запечатать, и даже если я умру после этого… —...так ты не из прошлого... – осознал в конце концов он, говоря параллельно ей. Но Нана на его слова уже не ответила, довершая свой монолог. –...ты маг из будущего. Ни его, ни её слова не понравились ни Нанами, ни уж тем более Годжо, который не ожидал, что ситуация повернётся так. — …пусть будет так. Она схватила мастера проклятий, в котором находился последний палец, за голову и призвала Мураками. Тот захватил следом наемника своей рукой, и они оба начали вытягивать оставшую в единственном пальце сущность Сукуны, постепенно перенося её в Средний мир. Когда он начал сопротивляться, пытаясь ранить и её, и Нанами, Нана крикнула. — Сатору, давай! Годжо использовал технику «Бесконечность» в нулевой форме, оказавшись рядом с Наной, и удар Сукуны не смог достичь ни его, ни её, ни Нанами. Он находился рядом и сдерживал его, пока Нана наконец не изъяла последний палец, оставляя наемника без сознания. Перед самой смертью...Сукуна всего на одну секунду увидел Масуйо, прошедшую позади Наны, и посмотревшую на него брошенным мимоходом холодным, спокойным, немного тоскливым взглядом. Словно бы говорящим: «Вот и моё обещание избавиться от тебя окончательно, Ремён, всё-таки тебя настигло...пускай и спустя столько времён». И она воплотила его, хоть и через руки своей дальней-дальней родственницы. Масуйо про это не забыла. И, по справедливости своей...ему пришла пора отправляться наконец-то за ней. Как должно было произойти в тот день, когда его распилили по частям, не дав ей перенести его в Средний мир, а её следом обезглавили прямо у него на глазах. Наконец…остались только трое. Гето и Тодзи были в медицинском блоке школы, как Нана надеялась, после разбирательств с не подчиненным Сугуру проклятием, так что…кажется, они справились почти без жертв именно внутри состава их команды. Гражданские, естественно, пострадали… Но с этим ничего нельзя было сделать и, как ей говорил Годжо же из будущего, не вини себя за тех, кого не смогла спасти. Радуйся, что удалось спасти хоть кого-то. У них, черт возьми, с горем-пополам получилось. — Черт, мы сделали это…сделали…сдел… Она ощутила внутри очередной надлом. Кровь в этот раз потекла прямо из низа глазниц, рта, ушей и носа. Нана подставила под неё беспомощно ладони, ощущая, что её всю трясёт. Годжо в ужасе на неё смотрел, как и Нанами тоже. — Нана! Но она его уже не слышала. Сознание мгновенно померкло. Её тело просто упало на землю, подняв вокруг себя клубья бетонной пыли от разрушенных зданий.

***

Она очнулась только под вечер. Вокруг было…тихо. Очень тихо. Мураками нависал над ней, и его лицо…это первое, что она увидела при пробуждении. До этого были лишь глухая пустота и темнота. Нана задавалась вопросом, на это ли похожа смерть? Неужели все так заканчивается?.. — Ты чуть не умерла, малышка. Мураками бережно погладил её по голове. Нана смотрела на него дезориентированным взглядом. — Тебе повезло, что Иэйри прибыла на место. Её обратная техника исцелила твоё тело и позволила оставшейся последней частице психоэнергии сохранить тебе жизнь. В противном случае, если бы ты истратила её на регенерацию…тело бы разорвало. Нана шумно сглотнула комок в горле. Ей стало дурно. Она ощупала свое тело, словно проверяя, все ли было на месте, пока не убедилась в этом. Мураками осторожно скрестил её руки обратно на груди. — …нам пора домой. Я ухожу, но приду, когда ты дойдёшь до тех временных вод, из которых мы сюда вышли. Наша миссия здесь закончена, цветок мой. Пришло время вернуться в своё новое будущее. — Он погладил её с отеческой нежностью по руке. — Попрощайся с друзьями, и отправляемся в дорогу. Нана неожиданно положила поверх глаз ладонь и…расплакалась. Мураками посмотрел на неё слегка удивленно. — Нана, что с тобой?.. — Я просто…думаю…поступила ли я правильно, Мур?.. Я ведь…эти события…я отняла у Годжо возможность раскрыть его особую технику обратной энергии, которая будет спасать его от перегрузок «Безграничности» в будущем… И лишила Юджи…того, что он добился в нашей вселенной…Как и Маки...И Юту... — Нана, милая, послушай… — Он стиснул её свободную руку. — Все это меркнет, любые их заслуги в мире магии, по сравнению с тем, что они умрут в будущем без тебя. Теперь уже нет благодаря твоим и действиям других ребят, совершенных в этом прошлом. А как они придут к своим подвигам или прорывам по силам…их новое будущее ещё распределит, я в этом уверен. Поэтому, пожалуйста, не вини себя за то, что пересекла какие-то их возможности. Ты спасла их всех. Сатору, Сугуру, Кенто…и того же Юджи, который был бы в нашем прошлом будущем казнен… Она посмотрела на него уставшими и мокрыми от слез глазами. Мураками утер пару из них с её щеки. — Ты молодец…я даже словами передать не могу, как благодарен тебе лично и как благодарны ребята… Она чуть успокоилась после его слов и, сморгнув последние слезы, спросила. — Как они?.. — У Сатору едва истерика не случилась, когда Иэйри тебя откачивала. Остальные же в полном порядке. Гето уже тоже пришёл в себя. Нана даже смогла уловить слабое подобие воспоминаний, которые таковыми можно было назвать с натяжкой, ведь они были больше похожи на их обрывки. Надрывающийся голос Сатору над ней… Его слезы на её лице, его слова… «Ну же, Нана, очнись! Очнись, черт возьми! Не смей так умирать, ты мне очень-очень нужна!» Это было похоже на отзеркаленное подобие того, что она пережила, когда он умер. Только Сатору, в отличие от неё…тогда уже не встал больше. Слава Богу, этого в будущем уже не произойдёт. Эта мысль заставила упасть камень с её плеч и впервые за последние дни вздохнуть полной грудью. — Ты как?.. — Чуть лучше. — Наначи тихо пробормотала это, не снимая руки с глаз. — Мураками, иди отдыхай…заряжайся перед дорогой, а я пойду…я пойду попрощаюсь с ребятами. Он кивнул, растворившись зелёным закручивающимся огоньком в воздухе. Нана медленно вышла из комнаты…кажется, она находилась в госпитале школы. Гето, Сатору, Кенто и Иэйри стояли там вместе и переговаривались возле большого окна. Тодзи рядом с ними уже не было. Значит, забрал деньги и свалил, жук. Но что стоило от него ожидать? Что он трепетно будет ожидать её пробуждения, как принц в «Спящей красавице»? Нана робко вышла в тень от окна, находившуюся рядом со светом уже закатного солнца, проходившего через квадратное стекло. — …Привет. — Она неловко помахала им, приподняв руку. Сатору, не прошла и секунда, бросился к ней. Все стало, как в замедленной съёмке. Вот его продолговатое тело влетает в неё, едва не сбивает, он подхватывает Нану на руки, кружит вокруг себя, а потом вжимает в свои грудные мышцы так, словно хочет с ней слиться или её оставить внутри себя. Нана верещит, тихо ослабши смеётся, но мгновенно обнимает Годжо в ответ за шею. — Ты жива, жива! Черт, я думал…я уже испугался… — Он не закончил, прижав её к себе только сильнее и зажмурив в этот же момент глаза. Когда на них следом налетают Сугуру и подтянутый им Кенто, Иэйри с улыбкой умиления стоит скромно в стороне и смотрит на эту обнимающуюся кучу, на ворчащего Сатору, который вопит, мол, найдите уже себе своих девушек, а не лезьте к моей девчонке, придурки, и начинает с них хохотать. Мальчики, одним словом. Они устроили в честь победы над Сукуной праздник, насколько позволял размах студенческого скромного кармана. Если с жилищным вопросом решала все школа (или выполнение высокооплачиваемых миссий...ну или, в крайнем случае, удачная клановая принадлежность), то вот с остальными мероприятиями юные маги разбирались уже дальше сами. У них были уютные посиделки с алкоголем в пластиковых стаканчиках, заказной едой, музыкой и даже неким подобием танцев. Нана, по старой памяти помня, как с Юджи было классно ходить в караоке, предложила протащиться туда, пока все были в сборе и время позволяло. До конца дня ей нужно было покинуть их мир. Они слегка поддамши завалились в студенческое караоке и нередко прямо втроём пели, — Кенто, Сугуру и Нана, — в один микрофон «Hotel California», что с их японским акцентом было просто невозможно слушать, но Сатору и Иэйри как-то все же умудрялись это делать. Она сразу сказала, что в этом балагане не будет участвовать, однако потом очень даже бодро исполнила сама какую-то японскую песню, соответствующую музыкальному течению Японии 2006-го года. Группа называлась Polysics, и Иэйри так орала их песню, что Нана аж вжалась от восторга и ужаса слегка в диванчик, на котором сидела рядом с Сатору. Сатору она вообще еле вытащила к микрофону, потому что он все отнекивался, что не будет петь какие-то дурацкие слюнтявые песни…а потом сам же выбрал Бонни Тайлер: «Total eclipse of the heart», которую исполнил столь картинно, что некоторые аж рты пооткрывали. — Ты что, ещё и певец? — Нана его с пьяным флиртующим взглядом спросила. Он с самодовольным видом плюхнулся рядом с ней, скрестив руки на груди. — Я ведь говорил, что умею все. Она захохотала, отпихивая его игриво. — Ты чёртов Эйнштейн в любой сфере, Сатору. Он расхохотался, потом наклонился и крепко её поцеловал. И мир будто вновь на секунду опять замер… Когда пришла пора расставаться, они делали все это очень слёзно…она не обнималась только с Иэйри, но не потому, что не хотела, а потому что та сама решила Нане напоследок пожать именно руку. Когда они пришла к реке Сумида, с которой и началось это путешествие, Наначи, стоя на белом мосту вместе с Сатору, смотрела несколько волнительно в развершиеся перед ней воды. Вокруг них было много необычной архитектуры Токио 2006-го года, за что невольно зацепился её взгляд в попытке хоть немного отвлечься от того, что сейчас предстояло сделать: неподалёку был заметен храм Сэнсо-Дзи, возле набережной плавали водяные трамваи и проглядывала зелень парка Сумида, где в их времени любили проводить фестивали любования фейерверками (да и сейчас, возможно, тоже)... Нана лишь после обернулась к Сатору. Пришла пора…расставаться. Он запихнул ладони в свои карманы…и смотрел внимательно в её глаза. Его собственные блестели на закате, ловя последние лучи солнца и переливаясь из-за них. Словно два озера с кристально чистой водой. — Сатору… — Нана ощутила, что её сердце сжалось. Она грустно ему улыбнулась. — Знаешь, я очень хочу тебе кое-что сказать. — …да?.. — Он спросил её осторожно и негромко. Нана глубоко вдохнула, прежде чем добавила. — …за все дни, что я пробыла здесь, в вашем времени…я поняла, что…я поняла, что люблю тебя в любом возрасте и в любом виде, каким бы ты ни был… Пару слезинок вновь скатилось по её щекам, собираясь возле поджатых губ. Нана прикусила их изнутри, чтобы не расплакаться сильнее. — И даже если ты все это забудешь…или мы в будущем больше не встретимся…я хочу, чтобы ты знал, мне главное, чтобы ты был жив… Он закачал тут же быстро отрицающе головой. — А меня такой расклад не устраивает! Ты что… — Сатору выглядел растерянным. — Неужели я тебя забуду?.. Я не хочу тебя забывать, как и того, что ты сделала для меня! Она же сделала шаг назад. Слезы потекли из её глаз сильнее, улыбка стала более печальной и натянутой. — Мы не знаем, как сложится наше будущее в новой реальности… Мураками сказал, что я устранила причины ваших смертей и условия для скорейшего падения, но…возможно, вы меня даже не вспомните… Он широко распахнул глаза, глядя вовсю на неё. Нет…нет, нет, нет, они не могли так стараться все это время, чтобы они же, кроме неё самой, потом многое забыли! — Нана, нет, должен же быть какой-то выход, чтобы память осталась с нами! Погоди, дай немного подумать!.. Она выдохнула, пару слезинок упало на край моста. Наначи сделала ещё один шаг назад. — Но иного выхода нет. Прощай. Я люблю тебя, Сатору Годжо. — Нана… Нана, постой! Он протянул к ней руку, не успев захватить её одежду, а потом, не раздумывая…прыгнул за ней, схватив прямо в полете на руки. Ветер пару мгновений трепал им волосы, заставлял глаза слезиться из-за падения, одежду трястись и дергаться, до боли впиваясь в тело… Нана взвизгнула, от внезапности обвивая шею Сатору и прижимаясь к нему сильнее. — Сатору, ты что творишь! — Я тебя одну не оставлю! И они оба рухнули во временные воды, прежде чем Мураками успел хоть как-то среагировать на то, что случилось. Уже в воде Сатору поцеловал Нану и на этом…время изменило свой ход, перестраиваясь в новую сторону.

***

Разве это не было нарушение баланса? То, что она полезла в прошлое исправлять будущее и переменила судьбы многих магов? Этот вопрос наверняка остался после всего произошедшего, и у Мураками был на него заготован ответ. — Как ни странно, нет. Исправление ошибок прошлого ради уничтожения ошибок будущего — это был единственный способ привести мир обратно к балансу в данном случае. Поэтому я Нане это позволил. Без неё бы ничего не получилось…как и без Итадори Юджи с попавшим когда-то в него Сукуной тоже. Раньше я никому не позволял затрагивать безбрежные воды прошлого, но эта девочка помогла не поставить окончательную точку в судьбах многих магов и людей. В том числе в судьбе Сатору Годжо, который ещё очень будет нужен миру в будущем, как и будущему поколению, которое он так стремился на смену вырастить. И… — Мураками выдержал паузу, понуро глядя в серые воды перед собой, по которым расходились круги, говоря напрямую со Средним миром: — Нана достойна того, чтобы её любимый мужчина остался с ней, как и её друзья. Она через столькое прошла, как и все они…столькое пережила…и заплатила двумя десятками лет ради того, чтобы все они были живы. Она заслужила это. Как и в будущем покой, когда её укоротившаяся жизнь…иссякнет. При мысли об этом ладони, прижатые к локтям, Мураками дрогнули и чуть сжались. Одна мысль о том, что Наны не станет раньше того времени, что было ей отведено, удручала его, едва не убивая изнутри. Это было несправедливо. — Дитя моё…ты к ней успел очень привязаться… — Приглушенный статический приятный успокаивающий голос звучал из глубин. — Но, пойми одно…это было её решение…и его последствия…о которых Нана хорошо знала…не вини себя за это…и помоги ей прожить последние пять десятков лет достойно… Мураками поднял глаза в сторону серого неба над своей головой. В этом месте редко шёл дождь, но когда шёл…обычно это затягивалось. Первые его капли он уже успел ощутить у себя на лице. — …она могла бы стать хорошим наставником…с тем-то опытом, подчерпанным из будущего и прошлого, что у неё есть в её 19 лет… — …вот и побеседуй с ней об этом…уверен, она найдёт твою идею замечательной…и постарается помочь её воплотить…и тебе, и Годжо, которому это важно… Мураками тихо усмехнулся, отворачиваясь и уходя к месту в серой пещере, где находился его канал связи с Наной. — Для Годжо это будет важно, да…для неё…пожалуй, тоже. Оставить достойное наследие после себя, даже если ей самой осталось недолго… — Мураками меланхолично занял сидячую позу, скрестив ноги под собой, и глубоко вздохнул, уперев огромные светло-серые ладони в колени. Глаза его тоскливо блестели зелёным светом. — …и сделать ещё что-то хорошее, пока она жива.