Часть 1

Драко нервно вышагивал по комнате. — Мы должны попробовать! Грейнджер! Гермиона отняла от лица руки. Схватила кружку с остывшим кофе, залпом опрокинула в себя отдававший горечью напиток. Стол был завален листами с бесконечными расчетами, заметками, записями. Отшвырнув ногой лист, девушка встала с дивана. Подошла, заглядывая в лицо Малфоя. — Зачем? Тебе — зачем? В глазах Драко мелькнул ледяной холод. — Хочу, чтобы он умер. — Лжешь. Парень устало вздохнул. — Маховик Нотта не имеет аналогов. Я видел вероятное будущее. Тебе не понравится, Грейнджер. Девушка устало потерла лоб. — Ты безумец. Будущее не определено. — Поэтому оно немного разнится по мере того, как происходят те или иные события. Но кое-что не меняется никогда. При правлении Тёмного Лорда никто из Ордена не выжил, нечистокровное население согнано в резервации. Я уже говорил, и неоднократно… Гермиона снова кивнула. Дементоры с Малфоем. В конце концов, у всех свои мотивы. И тайны. — Ты когда последний раз спал, Малфой? Тот хмыкнул. — Дня два назад… Нет, кажется, три. — Отдохни. Парень махнул рукой. — У нас мало времени. — Что бы мы ни делали, в битве за Хогвартс побеждает Лорд. — Значит, нужно думать. Лучше. Гермиона скептически поглядела на него. — В таком состоянии ничего не придумаешь. Я сказала, поспи. За это время переберу варианты. — Сколько осталось? — Не более девяти попыток. Малфой пнул ногой валяющийся листок. — А что, если… — Нет! — Я видел там одну вероятность… — Я была там тоже, умник! Слишком далеко, все зыбит и пляшет. Тебя расщепит, или сотрет в пыль, если выкрутишь рычаги на полную. Слишком далёкий прыжок. — Если ничего не поможет… — Это сумасшествие, Малфой! Я там десять минут постояла, и виски ломило весь день. Забудь, прошу тебя, и ляг, наконец, спать. Малфой подошёл сзади и осторожно приобнял ее. Девушка грустно улыбнулась, оборачиваясь. Обхватила его лицо руками, покрывая губы, нос, щеки невесомыми поцелуями. Драко потянул её на диван. — Иди ко мне, — прошептал он, расстегивая пуговицы её рубашки. — В гробу отдохнём. Гермиона лишь закатила глаза, помогая ему избавиться от одежды. *** — По всему получается, что я должна выступить в сражении за Хогвартс. — Это ещё зачем? — резко ответил Драко, стоя в дверях. — Только не говори, что ты не можешь сидеть сложа руки. Твоя роль конкретно в этой битве, так сказать…вариабельна. Гермиона злобно фыркнула. — Спасти Браун. Иначе она погибнет от рук Сивого. — И что? — беспечно отозвался Драко. Мантия Пожирателя маячила тёмным пятном, и Гермиона с трудом подавила желание бросить в него проклятье. — Она сыграет важную роль после войны, и, возможно, предотвратит беспорядки. Если, конечно, я правильно поняла… Драко подошёл ближе, и звук шагов угрожающе раздавался в маленькой магловской квартирке. — Грейнджер, ты съехала с катушек? Совсем? У тебя шансы погибнуть 50 на 50, и ты по-прежнему намерена в это лезть? Назло делаешь? — Не обобщай… — Грейнджер! — прорычал Драко, наклоняясь ближе. — Абсолютно все, все, Гермиона, исходы, в которых побеждает Темный Лорд — стопроцентная твоя смерть, если ты участвуешь в битве. Гермиона сузила глаза. — Да что ты, — негромко и угрожающе начала она, — может, расскажешь мне, непутевой, как ты таскаешься на рейды? Или как тебя едва не поймали авроры в прошлую пятницу? Драко молчал и лишь тяжело следил за ней взглядом. -…тебя едва не поймали, а я как дура ждала, не находя себе места! Потому что маховик был у тебя, и одному богу известно, что было бы, если бы ты всё-таки умер под пытками! Драко предупреждающе поднял руку. — Я уже сказал, что буду обязательно передавать артефакт тебе. Тогда я попросту не успевал… — Ты подвергал риску нас всех! И не видел в этом беды! А я, по-твоему, должна отсиживаться, как предатель, из-за эфемерного риска, который есть только в твоей голове?! Он отшатнулся, и выражение лица стало непроницаемым. — Гре… Гермиона, не иди туда. Прошу. Разве я что-то просил у тебя? Девушка подняла на него грустные глаза. Подошла, обнимая, утыкаясь лицом в грудь. — Хорошо, Драко. Ты…прав. Мне действительно не стоит рисковать. Малфой скептически поглядел на неё, но лезть в голову не стал. Она обязательно почувствует, они все чертовски устали, да и вообще… Драко не хотел причинять боль. И кто бы знал, что позже он проклянет себя за эту слабость безумным майским днем. *** Они стояли черной разномастной толпой в огромной зале поместья Лестрейнджей, и серебристые маски мелькали в отсветах канделябров. Долохов вышел в центр, отчеканил: — Минута до открытия портала! Многоголосое эхо довольно выдохнуло. Краем глаза Драко заметил искрящийся восхищением взгляд Беллатрисы, обращенный к Лорду. Что ж, сегодня из них с Беллой и Лордом выживет кто-то один. Он неплохо изучил принцип работы и те занятные картинки, что показывал маховик, и мог утверждать об этом вполне однозначно. Полыхнуло яркой вспышкой, и Драко выбросило в окрестностях Запретного Леса. Потирая ушибленное колено, тот поднялся и сжал в ледяных пальцах палочку. До слуха долетали окрики Пожирателей и, кажется, безумный смех тётки. Кто сегодня засмеется последним, а, Беллатриса? Восстановил в уме план действий, кивнул. Нужно двигаться к школе и заходить слева вместе с отрядами Руквуда и Мальсибера. Лестрейнджи и Антонин будут идти в лоб, снося оборону напролом. Одобрительно взмахнул рукой какому-то Пожирателю слева от него, и направился к цели. Неплохо бы найти родителей, — отстраненно думал Малфой, лениво отражая слабые и не слишком смелые атаки бывших сокурсников. Слабо, очень слабо. И чему вас только учили на ЗОТИ? — хмыкнул парень, как уловил справа какое-то движение. Бой подбирался ближе и все меньше походил на учебные дуэли младшекурсников. Под ноги ему рухнул паренёк, столь неудачно поймавший отрикошетившую аваду. Его мёртвые глаза уставились прямо на Драко, тот нервно передернул плечами и отодвинул от себя мертвеца носком ботинка. Замелькали вспышки проклятий, и Малфой, моментально утратив прежнюю расслабленность, ставил щиты и оглушал незадачливых противников. Впереди завязался бой. Драко узнал ту самую девчонку, Браун, кажется, о которой все твердила Гермиона. Её повалил на землю Сивый, с довольной усмешкой заламывая руки и отшвыривая палочку. Краем глаза Драко заметил животный ужас в голубых глазах на искаженном гримасой лице. — Не успею, — мелькнула мысль, — слишком далеко. Да и какое мне дело до Браун? Главное, что… Миру не довелось узнать, что тогда Драко посчитал главным. Его внимание привлекла невысокая фигура, которая оглушила Сивого со спины. Тот взревел и отпустил жертву. Лаванда пятилась и отползала назад по грязной земле, размазывая слезы и кровь по лицу. Драко выругался, чувствуя, как по телу разливается противная слабость. Неужели несносная Грейнджер сделала по-своему?! Он устремился вперед, уворачиваясь на ходу от летящих проклятий. Обстановка стремительно накалялась, его толкали под руку, несколько раз едва не ранили, и злополучная фигурка, что вывела из строя оборотня несколькими минутами ранее, стремительно отдалялась от Драко в мешанине боя. Парень лихорадочно прикидывал в уме вероятности. Её мог убить Сивый при попытке той атаки — он несколько раз видел это в туманных видениях маховика. Не сбылось, — с облегчением подумал он, отшвыривая кого-то с дороги Ступефаем. Значит, опасность подстерегает, когда Грейнджер столкнется с Долоховым. Нужно во что бы то ни стало не дать ей влезть в самое пекло. О чем она только думает? Спасает Поттера? Или Джинни, которую в доброй половине вариантов, увиденных им лично, пришил Рабастан? Гриффиндорское безумное упрямство! Мелькали волшебники и магические существа в чудовищной круговерти боя, и Драко не сразу понял, что оказался перед Долоховым, загоняющим в угол девушку с длинными кудрявыми волосами. Она отчаянно оборонялась, но Антонин, должно быть, решил поиграть в кошки-мышки, и лениво сокращал ей пути отступления, методично загоняя в угол. — Доло… Долохов, оставь! Отдай её мне, — Малфой тяжело дышал, едва ли не бегом добираясь до цели. Увидел, как исказилось в усмешке лицо мужчины, и в запоздалом понимании — лицо девушки. Она не видит меня за маской, — со злостью подумал Драко. — И поделом. Пусть понервничает, раз не умеет держать обещания. Долохов окинул его внимательным взглядом, кивнул. — Смотри, не задерживайся. Ты нужен в авангарде. Через десять минут переходим в наступление. Драко схватил сопротивляющуюся девушку за руку и потащил прочь, где виднелись обломки стены. Что-то не давало покоя. Слишком Антонин спокойно отреагировал. Проверял, должно быть. И сделал выводы. А это значит, что счёт идёт на минуты. Драко едва не получил заклинанием в бок, когда резко притянул девушку к себе и тихо заговорил: — Грейнджер, дементоры по твою душу, это я! Она ошарашенно затихла. — М-Малфой? — Уходим, немедленно! Долохов неподалёку ошивается, аппарируем, быстрее… Где маховик? Гермиона неожиданно рванулась из его рук. — Гарри! Нужно спасти его и Джин! — Ты в своём уме? — зашипел Драко. Маска мешала дышать, и он отшвырнул её на землю. Серебристая пластина откатилась со стуком. Доносились отголоски боя, грохот прглушенных ударов и чья-то отборная брань. — Уходим, Грейнджер! Прекрати дурить! — он схватил её за запястье, притягивая к себе. Девушка неожиданно извернулась и направила палочку ему в грудь. Драко злобно рассмеялся. — Вот как? — Я спасу их. У меня получится. Отпусти, Ма… Драко. — Она пристально смотрела ему в глаза. Тихо добавила. — Пожалуйста. Быстро заговорила, придвинувшись ближе. — Ты ведь помнишь тот узкий каменный проход, где несколько раз мы видели, как убивают Джинни? Драко молчал. Время уходило. Где маховик? Должно быть, на квартире. Аппарировать… -…я подкараулю со стороны западной стены и обезврежу Лестрейнджа. Потом обойду… Драко едва ли вслушивался в её слова. Хочет влезть на защиту Поттера, будь он проклят. Слишком опасно. Не дай ей погибнуть, не стой столбом, — шептал внутренний голос. — Драко? — взгляд Грейнджер озарило понимание. — Отпусти! Она уже начала произносить заклинание, чтобы оглушить парня, как мир завертелся в вихре аппарации. Последнее, что Драко увидел, прежде, чем их выбросило на пол скромно обставленной квартиры, заваленной листами, было искаженное ненавистью лицо Гермионы и странное движение слева, едва различимое глазом. — Ступефай! — Протего! Инканцеро! Малфой виртуозно ушёл в сторону, и вспышка проклятья пролетела над ухом. — Уймись! — рявкнул он, обезоруживая девушку и оттесняя в угол. — Ты никуда отсюда не аппарируешь, пока я жив, ясно тебе? Лицо Грейнджер исказила ярость, и Драко показалось, что она готова броситься на него с кулаками. — Мы так не договаривались! — в её голосе звенели злые слезы. — Именно так мы и договаривались! — отрезал Драко, прикидывая, оглушить её или связать. Хотя бы на время этого чертового боя, к маникорам бы его и весь Хогвартс вместе взятый. Девушка было открыла рот, чтобы высказать ему нечто несомненно неприятное, как в ужасе отшатнулась, переводя взгляд куда-то поверх плеча Драко. — Палоч… — выдохнула она, съезжая по стене вниз, сраженная брошенной авадой, попавшей аккурат в грудь. Глаза её остекленели, а прежде эмоциональное лицо обернулось безжизненной маской. Драко, издав нечленораздельный звук, молниеносно обернулся, чувствуя, как подгибаются ноги и наваливается тупая отрешенность. Кто бы это ни был, он не жилец. — Что же, Драко, вздумал дезертировать с грязнокровкой? — хмыкнул Долохов, ухмыляясь. Передний зуб его по непонятным причинам отсутствовал, да и сам тон иллюзий Драко не внушал. Кажется, он и эту вероятность видел. Собраться. Убить Долохова. Найти маховик. С трудом увернулся от пущенного в него с известным мастерством заклятья, на пределе сил ставил щиты и атаковал в ответ. Убить, — звенело в голове. — Ради Грейнджер, ради цели. Грейнджер. Драко вложил, кажется, всю душу в эту атаку, потому что факт того, что он опередил Долохова — лучшего бойца с многолетним опытом — не укладывался в голове. Тот сдавленно охнул, с каким-то удивлением глядя, как палочка отлетает на добрых несколько метров, и почти снёс Малфою голову обломком стены, как последующее заклятье утихомирило его, очевидно, навсегда. Зажимая рваную рану на ноге, Драко, хромая, двинулся в комнату. По дощатому полу тянулся кровавый след. Нашёл нужный шкаф, едва не теряя сознание от потери крови, достал маховик, сдернул чехол. Полубезумно улыбнулся, сдерживая рвущийся наружу истерический смех. Вдохнул-выдохнул и изо всех сил выкрутил рычаги, чувствуя, как с каждым оборотом всё тяжелее удержать нужное положение. К горлу подкатила тошнота, картинка знакомо поплыла и смазалась. Она погибла совсем недавно, ещё можно все переиграть, — стучало в мозгу безумной какофонией. Победа Лорда, нет, дальше. Гермиона его жена, но умерла в родах. Дальше. Несчастный случай на воде. Дальше. Голову пронзила боль. Тошнота становилась невыносимой. Кажется, он сидел в луже собственной крови, хотя едва ли Драко мог что-то понять. Только бы не потерять сознание. Они женаты, и есть ребёнок. Девочка. Драко изо всех сил вцепился в рычаг, не давая картинке исчезнуть. Нужно продержаться минуту, и тогда маховик перенесёт его. Далеко, но перенесёт. Конечно, иначе и быть не может. С носа хлынула кровь, желудок скручивало в рвотных позывах. Маховик застилали чёрные пятна, и Драко изо всех сил моргал, чтобы не отключиться. И когда силы практически покинули его, корпус артефакта взорвался золотыми брызгами, и мир сгорел в цветном вихре. *** — Это было безумие, — мужчина распахнул объятья для светловолосой девочки, бегущей ему навстречу. — Ты знаешь, как я до сих пор не могу поверить во все это. Иногда даже сны бывают, будто я лежу в Мунго. Бр-р. Поэтому без меня, Миона. Молодая женщина улыбнулась, глядя на них. — Мне все же придётся сходить. Гарри изведется, если меня не будет. Сам понимаешь, вечер ко дню 15-й годовщины Победы. Драко кивнул. — Встречу тебя после мероприятия. Как раз Роза вволю налетается на новой метле… Девочка счастливо захлопала в ладоши. — Па-а-ап! Я новый трюк выучила, посмотришь! — Обязательно, малышка, — Драко погладил её по голове. Солнце клонилось к закату, и розовые отблески окрашивали веранду Мэнора в причудливые тона. Драко счастливо улыбнулся. У него получилось. У них получилось.