Часть 1

Капитано нервничал. Да, Капитано, один из самых высокопоставленных Предвестников, покрытый своей печально известной громоздной бронёй, дрожал, глядя на свое отражение. Как долго он осматривал свое громоздкое «я»? Он не помнит. Возможно, недостаточно долго, ведь никто еще не сообщил ему, что ему нужно уйти. (Не то чтобы кто-то был достаточно смел, чтобы войти в каюту капитана, с разрешения или без него) По возвращении в Заполярный дворец было созвано совещание Предвестников. Он содрогнулся от мысли снова столкнуться со всеми остальными, их хм-м... странности определенно не помогали ему успокоить нервы. Они пугают его гораздо сильнее, чем можно было бы подумать. Затем ему сообщили, что всем Предвестникам потребуется день, чтобы собраться, что даст ему достаточно времени отдохнуть и подготовиться (хотя это ему и не было нужно). Несколько часов спустя он все еще был жутко неподвижен, уставившись в большое зеркало. Может, он просто не пойдет на встречу? Все это время он заставлял себя встречаться со всеми остальными, один раз отсутствия не повредит, верно? Возможно, нет. Как бы заманчива ни была эта идея, разочаровать царицу было для него тяжелее. В большой комнате раздался громкий вздох. Ну, лучше смотреть на это с более светлой стороны, после того, как эта встреча закончится, пройдет много времени, прежде чем он снова увидит остальных. Разве это не повод для радости? С новым воодушевлением его плечи начали уверенно расправляться, хотя и по-прежнему неохотно. Тихий скрип двери за спиной Капитано вывел его из оцепенения. Он замер, внезапно он не знал, что делать. Нет, он всегда знает, что делать. Кто только что вошел в его комнату, убийца? Злоумышленник? Возможно, все души, которые он пожинал за все свои годы, наконец-то сформировались в призрака, чтобы искать возмездия. Что ему делать, что ему делать?! «Царица, помоги мне, — подумал он в панике. — Боюсь, что мое время наконец пришло». Все его мысли смыл ровный и почтительный голос. «Сэр Предвестник, меня послали сообщить вам, что встреча должна скоро начаться». Капитано успокоился, увидев в отражении двери стройный силуэт человека, возможно, одного из дворцовых слуг. «Ах!» — взволнованно вздрогнул он и начал поворачивать голову, когда вспомнил, что еще не надел шлем. Нет! Никто не должен увидеть его лицо! Слуга, кажется, поняла это, поскольку она внезапно заговорила менее сосредоточенно. «Я... я извиняюсь, сэр Предвестник... Я не... я думала...» Капитано видел, как она начала дрожать, причина была ему неясна. Вместо того чтобы сказать что-то, что сказал бы разумный человек, вроде «Все в порядке, может быть, попробуй сначала постучать» или «В следующий раз тебе лучше этого не делать», он смог лишь пробормотать: «Постучи... Ты... В следующий раз». Как блестяще, еще одно выступление от вашего покорного слуги, подумал он. Это только, кажется, заставило бедную девушку трястись сильнее. Капитано не заметил, как прозвучали его слова. "Д-да, сэр Предвестник". Капитано воспринял тихий щелчок закрывающейся двери и затихающие шаги снаружи как сигнал к тому, чтобы уныло вздохнуть и надеть шлем. Ему должно быть стыдно. Он был лидером, он даже не мог нормально говорить, не сбивая дыхания. Может, ему просто не стоит говорить вообще. Еще один вздох. Еще одна мысль разочаровать царицу. Хватит об этом, ему нужно было присутствовать на совещании. Бросив последний взгляд на свою неуклюжую фигуру, он наконец вышел. Тяжелые шаги раздавались в длинных коридорах дворца. Каждый шаг почти заставлял Капитано съеживаться. Он ненавидел, насколько шумным было каждое его действие. Просто поворачивая голову при каждом повороте, он слышал тихий звон металла, трущегося о металл. Может, ему просто не стоит носить доспехи. Нет, это не сработает, ему придется отказаться и от шлема. И он не хочет, чтобы другие видели его лицо. Хм, может, он мог бы попросить Регатора об одолжении, чтобы тот дал ему костюм, который подходил бы к его шлему и униформе. Да, он мог бы с этим справиться. Единственная проблема заключалась в том, что ему нужно было поговорить с этим человеком. Конечно, он не ненавидел его, просто его немного нервировали наблюдательные глаза этого человека. Капитано вздрогнул, вспомнив, как Регатор смотрел на него из-за плеч остальных. Внезапно на краю сознания Капитано задержалось острое присутствие, заставившее его остановиться. Он немедленно насторожился, расширив свое поле зрения вокруг себя. Его чрезмерно чувствительный и параноидальный ум позволял ему поглощать все, от каждого мельчайшего звука до всех потоков ветра. Он мог видеть и слышать все. Включая едва заметное биение сердца на углу. Если бы он не был всегда таким осторожным, он мог бы принять это за порыв ветра. «Тарталья». Капитано едва успел сказать. Он не расслышал, как это прозвучало, он надеялся, что ему хотя бы удалось скрыть утихающую панику. Он заметил всплеск в скрытом сердцебиении, затем оно медленно стало нормальным, как и любое другое, когда его владелец показал себя с застенчивой улыбкой. «сэр Капитано», — ответил младший с удивленным намеком. «Как обычно, ничто не проходит мимо ваших чувств». Хм, было то самое обычное обожание. Капитано не знает, почему этот рыжий шарик так его боготворит. Ну, может, это просто его доспехи. Молодежь находит их «крутыми», верно? И как бы Тарталья ни утверждал, что он уже не ребенок, ну, так говорит каждый подросток. Он мог видеть, что ребенок немного выше его, по крайней мере, для своего возраста. Возможно, позже он будет таким же высоким, если не выше Капитано. Это вызвало странное чувство в его груди. Что-то приятное. «Вы пришли слишком рано для встречи». Капитано хотелось похвалить себя за то, что он закончил предложение, не выставив себя дураком. Тарталья, или Чайльд, как он теперь себя называет, просто ответил с раздражением. «Старик сказал мне прийти пораньше, иначе он не позволит мне драться». Ах, Пульчинелла. Капитано услышал, как он сказал "спарринг", как будто кто-то сказал "есть или спать". Как будто это просто еще одно обычное занятие для молодого парня. Ну, теперь он Предвестник. Капитано просто кивнул в знак признания слов Чайлда. Маленький рыжий посещал встречи Предвестников всего трижды, но каждый раз, когда он это делал, он опаздывает, как всегда, по моде. Делает ли он это, чтобы разозлить остальных или просто потому, что находит встречи скучными, Капитано не собирался спрашивать. Он знал, как не лезть в чужие дела. Пара шла бок о бок, направляясь к большим дверям цвета слоновой кости с золотыми подкладками. Мягкие волосы Чайлда подпрыгивали, пока он не отставал от Капитано. Капитано слегка захотелось погладить эти пушистые волосы, прежде чем остановиться и сказать себе, что это было бы непрофессионально. Парень все еще был Одиннадцатым. Что... трудно принять, особенно когда рост парня едва достигал трети его собственного. Не обращайте на это внимания. Сосредоточьтесь. Он толкнул двери, и они содрогнулись, открыв длинный стол, уже заполненный остальными, за исключением его, Чайлда и Десятого. Так их все еще нет, да? Чайлд вскочил на стул, не обращая внимания на то, как Петух смотрит на него взглядом, который словно говорил: «Не споткнись». Это было восхитительно. Капитано направился к своему месту, самому дальнему справа от Пьерро. Действительно, Шут был все таким же устрашающим, как и всегда. Его полумаскированное лицо окинуло всех взглядом с постоянным хмурым выражением. «Поскольку все уже присутствуют, я начну собрание». «Нам действительно следует сократить наши встречи, последние из них были ничем иным, как расписанием этого мальчишки», — Дотторе, заметно более всех раздраженный, возможно, из-за того, что его отвлекли от экспериментов, щелкнул языком в сторону Чайлда. «Я бы вряд ли стал рассматривать что-либо чрезвычайно важное, если это касается ребенка-демона». Зубы Чайлда издали неприятный звук, и он собирался открыть рот, чтобы возразить, когда вмешался Пульчинелла. «Сомневаюсь, что хоть одна встреча Предвестников была напрасной тратой времени, как ты думаешь, Дотторе? Я уверен, что Пьерро из всех людей этого не хотел бы». Доктор просто хмыкнул. Это Пьерро хотел созвать эту встречу, в отличие от последних трех, которые были созваны Пульчинеллой. Капитано вспомнил, как по-отечески вел себя Петух, когда он снова и снова суетился вокруг их потенциального нового члена. Тот самый член, который теперь презрительно смотрел на Доктора и высовывал язык всякий раз, когда Пульчинелла отворачивался. Капитано просиял. Возможно, эта встреча не будет такой невыносимой, как предыдущие. Надеюсь, ему не придется вмешиваться ни во что. Пьеро начал, не обращая внимания ни на Пульчинеллу, ни на Дотторе. Может быть, все те годы, что он проводил такие встречи, дали ему иммунитет от любых помех. Забавная мысль. «Во-первых, у меня есть план планов ее величества». Все в комнате заметно замерли, некоторые остановились и посмотрели на руку Пьеро, которая держала бумаги, якобы детализирующие план. Он передал его дальше, пока у всех не оказалось копии. «Это все еще план, и он не будет продвигаться вперед, пока все не будут способны. Это просто подразумевает, каковы наши основные интересы и какие миссии вы можете отказаться, поскольку они имеют низкий приоритет». Капитано не упустил из виду, как Пьеро взглянул в сторону Чайлда, когда тот сказал способный, он также не упустил из виду раздраженный взгляд, который он бросил на пустое Десятое место. Регатор начал: «Филиал Северного Банка в Лиюэ, хм... Так мы наконец-то начинаем». «Действительно, Синьора уже отправила дипломатов в Монштадт, наличие штаб-квартиры в каждой стране может помочь нам направлять команды и данные. Так что филиал в Лиюэ может дать нам преимущество». Пьеро ответил Панталоне, одобрительно кивнув Синьоре. Что-то, чему Прекрасная Дама улыбнулась в ответ. Пока все спрашивали о дальнейшей информации и прочем, Капитано вместо этого сосредоточился на чашках чая, которые готовили и подавали на столы несколько слуг. Ох, чай. Я люблю чай. Капитан радостно подумал, ожидая свою чашку. Слуга, которого он узнал еще раньше, так как тот вошел в его комнату без стука, начал наливать ему чашку с привычной легкостью. И запах, это был чай с мелиссой? Он предпочитает ромашковый, но этот был хорош. Он слегка вздрогнул от запаха, привычка, когда что-то ему нравится. Подергивание было достаточно, чтобы напугать слугу, разливающего чай, и он беспорядочно расплескался по чашке и фартуку слуги. Громкий грохот привлек всеобщее внимание в сторону Капитано. Черт тебя побери. Ты просто не можешь сидеть спокойно и не привлекать к себе внимания, не так ли? Капитано отругал себя. С чувством самоуспокоения от своей постыдной привычки дергаться и от зря потраченного чая он двинулся, чтобы достать белую салфетку из-под своего пальто. Он протянул ее все еще трясущейся служанке, которая опустила голову, скрывая лицо. Да, кто бы даже вздрогнул, просто понюхав свой чай, она, вероятно, смеялась над ним за его странности. Это было очевидно по тому, как дрожали ее плечи. Он протянул салфетку, скрывая смущение от того, что устроил беспорядок, который должен был убрать слуга. Он хотел сказать: «Извините, что снова беспокою вас, мне лучше уйти с этой встречи», но, как обычно, язык подвел его. Под пристальным вниманием всех присутствующих они услышали, как человек в шлеме серьезно пробормотал: «... ты снова... покинь это собрание...» Слуга дрожащим голосом принял салфетку, все еще опустив голову, и вышел из комнаты. Когда ее быстрые шаги затихли, Капитано не заметил, как все в комнате уставились на него. Вместо этого он отпил глоток чая и проигнорировал липкую массу вокруг ручки. Он не замечал ни удивленных взглядов, обращенных на него, ни все возрастающего обожания ребенка, сидящего напротив него. «Я не считал его милосердным», — почти прошептал Дотторе, заставив нескольких человек кивнуть в знак согласия. Даже Пьерро не ожидал такого поведения от своего Первого. Когда он услышал грохот ранее, он ожидал, что Капитан безжалостно обезглавит того, кто его вызвал. В конце концов, Пьерро был одним из немногих, кто знал о любви Капитано к чаю, он искренне считал, что нарушение хобби человека в доспехах неизбежно приведет к кровопролитию. Оказалось, он ошибался. Они продолжили встречу, узнавая об Капитане больше, чем раньше. Так что он был не только великодушным, но и милосердным. Возможно, эти слухи о его беспощадности относились только к полю боя. Этот человек никогда много не говорил, все остальные Предвестники пользовались случаем на своих встречах, чтобы собрать о нем информацию. Кто бы не хотел? Он был самым сильным существом во всем Тейвате! Даже самым устрашающим, нужно быть благодарным, если они находились с ним в одной комнате. Это были точные мысли Скарамуча. Первый был почти всем, кем он хотел стать. Почти. Балладник просто знал, что Капитану чего-то не хватает, возможно, жажды большей власти, а может быть, это просто скромность Капитано спутала разум Скарамуча. Тем не менее, он был тем, на кого можно было равняться. По крайней мере, он не был таким самоуверенным, как этот Доктор. Он задавался вопросом, сможет ли он как-то узнать, как можно быть настолько сильным. Как только он узнает, как это сделать, он без колебаний отомстит определенному Архонту. Капитано почти не обращал внимания на то, как медленно шло время, продолжая нюхать свой чай. Это всегда происходило на каждой встрече, казалось, что время просто шло в два раза медленнее. Он мог поклясться, что Сандроне однажды сказала ему, что у нее есть такая машина, и он задавался вопросом, должен ли Пьеро сговариваться с ней, чтобы как-то удлинить время их встреч. Ну, это не имело к нему никакого отношения. Он просто должен был заниматься своими делами. Он еще не слышал, как его имя называли, так что это было хорошо. Он даже не знает, зачем он на этой встрече, он был менее способным, чем все они! Даже Чайлд мог бы быть лучшим выбором для развертывания на миссии, чем он. В этот момент он понятия не имел, о чем говорят остальные. Он уже давно не слушал. Все, что он мог слышать от их Лидера, были фоновые шумы. «—рка отправился в экспедицию». Капитано отхлебнул восхитительного и вздрогнул. Хм. Ему стоит запастись чаем с мелиссой на потом. «—кто-нибудь хочет отправиться в экспедицию, чтобы сразиться с самим Магистром Ордена?» Капитано, должно быть, тоже отпил, потому что он начал задыхаться, когда чай скользнул не в ту трубку. Отлично, еще один позор, который он сделал, чтобы попасть в свой постоянно растущий список. Чтобы не закашляться, он с силой сжал горло, ему пришлось слегка ударить кулаком по столу, чтобы не выставить себя дураком. Он не знал, что его удар привел к образованию трещины над столом. Через несколько секунд, вздохнув, он с облегчением огляделся вокруг, чтобы проверить, заметил ли кто-нибудь его ежедневное проявление стыда. Все смотрели на него. О, Архонты, заберите меня сейчас. Он не пошевелил ни одним мускулом. Пьеро начал: "Ты можешь встретиться с Варкой, Капитано? Это скорее разведывательная миссия, а также, возможно, задержка их и выигрыш времени для нашей станции в Монштадте, пока мы не получим Сердце Бога. Тебе просто нужно вести себя подозрительно, чтобы они оставались там дольше". Пьеро воспринял свое действие, разбив стол, как знак добровольного участия в миссии. И это, Капитано, понял. Что он с собой сделал?! Варка? Магистр ордена Варка? Как он должен с ним встретиться? Его убьют! «... Магистр ордена Варка... убит...» — пробормотал он, и температура в комнате упала на несколько градусов. Колумбина была, мягко говоря, шокирована. Она не могла расслышать, что именно сказал Капитан, но она услышала достаточно. Мужчина произнес титул Магистр ордена с уважением, но затем последовало намерение убить. С уверенностью, поскольку его тон не дрогнул, даже с этим серьезным голосом. Она знала, что некоторые из Предвестников были сильны за пределами понимания, но уверенно подтвердить устранение Магистр ордена Варки говорило о силе их собрания. Коломбина почувствовала гордость. Она даже могла слышать, как дыхание Шута замерло, когда Капитано произнес эти слова. Брови Пьеро нахмурились в сторону Капитана. «Предпочтительно не Капитано, как я уже сказал, твоя обязанность — просто тратить их время. Если сможешь, ты также мог бы провести настоящую экспедицию на землю, как только мы закончим наше дело относительно Сердца Бога». Коломбина почувствовала, как воздух вокруг плеча Капитано расслабился, не от облегчения, это было разочарование? О, наш Капитан готов наконец сражаться? Разве прослушивание продвижения Царицы в ее планах пробудило в нем жажду битвы? Она всегда могла видеть это в Капитано, темную силу, ждущую, чтобы вырваться на свободу и уничтожить все, что противостоит ей и его принципам. Она жутко плотная и черная, но не злобная. Колумбина едва набралась смелости спросить Капитано об истории, стоящей за этим. В конце концов, у каждого есть свои секреты. Возможно, в другой раз. Она чувствует себя близкой к Капитано, не то чтобы они когда-либо говорили раньше. Он просто чувствовал себя похожим на нее, слишком похожим. Это как она может видеть все,не смотря на слепоту, она также могла сказать, что Капитано тоже мог видеть все вокруг себя. Как будто он ожидал нападения где угодно и когда угодно. О, какая похвальная демонстрация способностей. Насколько сильным нужно быть, чтобы быть способным делать это пассивно, как он? Она обнаружила, что облизывает губы и прячет их в ладонь. Упс. «Ты действительно можешь победить Магистра ордена?» — спросила Слуга, искренне любопытствуя. «Я слышала и видела, на что он способен». Вокруг всех царила нервная энергия, когда Арлекино высказала своё сомнения. Пульчинелла обеспокоенно посмотрел на неё, а Чайлд нахмурился, словно спрашивая, почему она вообще когда-либо подвергала сомнению силу Первого. Она, конечно, знала о силе Варки, о его способности полностью уничтожать своих противников, сражаться с существами, обладающими силой, и каким-то образом выходить победителем. Для сравнения, она никогда не видела Капитана в действии. Только слышала истории, настолько тупые и странные, что это могли быть только истории, рассказываемые людьми, которые ничего не знают. Капитан никогда не хвастался своей силой, но Арлекино чувствовала себя оскорбленной, воспринимая отсутствие демонстрации как «ты не заслуживаешь быть свидетелем моей силы». Слухи о том, что Капитано предпочел не показывать свое лицо, не помогали и были столь же оскорбительны. По крайней мере, Пьеро был тактичен, чтобы показать половину своего лица. (Хотя она слышала, что это было в основном потому, что ребенок с пиро глазам бога* заставил его треснуть.) Арлекино подняла бровь, ожидая ответа Капитано. Еще немного тишины, и она могла бы подумать, что этот человек — замкнутый, панический человек с параноидальными проблемами, судя по тому, как он неловко держался неподвижно. Это было до тех пор, пока Капитано медленно не повернул голову к ней. Она сразу же почувствовала давление тысяч глаз, наблюдающих за ней. Ее волосы встали дыбом, а по всей коже начали появляться мурашки. Она почувствовала, как неловко ерзает, ее глаза автоматически отводят взгляд от Капитано. Или куда, как она предполагает, он идет. Ее руки, она не могла ими пошевелить, они просто лежали на столе, подергиваясь. Она чувствовала, как пот стекает с ее подбородка, стекая на пальцы. Она чувствовала себя в ловушке, как будто она застыла во времени. Как раз когда ее горло начало пересыхать, голос Пьеро раздался громче обычного. «Хватит». В долю секунды давление исчезло из формы Арлекино, позволив ей упасть и провалиться под стул. Давление выровнялось до своего обычного веса, распространившись по всей комнате. Оно стало почти незаметным, заметным только для обученных. Все вокруг нее также расслабились, хотя они и не были подвержены силе Капитано, они все равно были ее свидетелями. И для них это было ужасающе. Обездвижить одного из сильнейших одним лишь взглядом было... «... это было потрясающе...» — маленький рыжий мальчик наблюдал за происходящим, разинув рот. Арлекино решила, что она ненавидит Чайлда еще больше. Ребенок в основном смотрел на Капитана сияющими глазами, игнорируя то, как ее только что унизили. «Капитано, тебе будет поручено следить за передвижениями экспедиционной группы Варки, но ты не будешь вмешиваться, если это не будет необходимо». Пьеро поддерживал зрительный контакт с Капитано, словно бросая ему вызов, но тот просто откинулся назад, не сопротивляясь. Казалось, он был незаинтересован. «Ну, тогда это все на сегодня. На этом завершается встреча Предвестников». Это было... что-то. Капитано чуть не стошнило от нервозности, когда Арлекино его вызвал. Он думал, что Слуга подозревает его в ненадежности, что было оправданно, поскольку ему не поручали миссию... целую вечность. От своей паники он уставился на свирепого Предвестника, с мольбой в глазах просто закрыть его. Он достаточно изобразил себя дураком на этот день, быть названным ленивым не очень понравится Царице, когда Пьеро доложит ее Высочеству. К счастью, Арлекино каким-то образом понял его, несмотря на тень, отбрасываемую шлемом на его лицо, и вообще оставил эту тему. Ему стоит поблагодарить ее позже за то, что она спасла его образ, каким бы ужасным он ни был. Когда все начали уходить, Капитано почувствовал, как прикосновение скользнуло вниз от его плеча к руке. Он взглянул на человека и нежно улыбнулся. Он сразу почувствовал себя светлее. «Розалин». Она улыбнулась так же нежно, как и он. Ах, эта прекрасная леди. Единственная, кто понимает его лучше всех. Она была рядом большую часть его жизни, и, надеюсь, до конца, она была тем, кто приносил ему утешение и тепло, когда все, что он мог чувствовать, были холодные объятия его доспехов. Друг. «Капитано». Она улыбнулась той улыбкой, которую она показывала только Капитано, мягкий изгиб, едва заметный издалека. «Что там было про Магистра ордена раньше? Я не знала, что у тебя с ним были какие-то стычки». Она не хотела этого скрывать, но Капитано все равно услышал, и она за него волновалась. О, как неловко. Даже его лучший друг не знала, как он чуть не подавился, выпив чаю. Ну, это к лучшему. Если бы синьора узнала, он бы этого никогда не пережила. Капитано решил плыть по течению. "Все сложно." Розалин была недовольна, но оставила это дело как есть. Капитано встал, его фигура была всего на три головы выше Прекрасной Дамы, благодаря ее высоким каблукам. Пара вышла из комнаты последней, рука Розалин обвивалась вокруг руки Капитано. Всегда ходили слухи, касающиеся их отношений, но они игнорируют большую часть из них. Они были хорошими друзьями, вот и все. Большего и быть не должно. И Капитано был благодарен, что Синьора тоже так думает. Они говорили ни о чем конкретном, просто о чем-то обычном (то, что Предвестники вообще могут считать нормальным). Синьора иногда посмеивалась, как и Капитано, но в форме раздражения. Молчание, пока они шли, не было нисколько неловким. Но в конце концов Розалин не смогла не спросить: «С тобой все будет хорошо?» Она не беспокоилась, что его ранит кто-то другой, они оба знали, что это невозможно, хотя и по-разному. Синьора считает, что он слишком силен для этого, Капитано считает, что он слишком труслив, чтобы вступать в конфликт. Нет. «Я знаю, почему ты не так активно служишь царице в последние несколько лет, и меня это беспокоит. А что, если ты...» Розалин остановилась, почувствовав постепенное изменение атмосферы в зале. Лампы, выстроившиеся вдоль коридора, потускнели, люстры над головой замерли и погасли. Пламя все еще присутствовало и горело, но оно не давало ни света, ни тепла. Они казались мертвыми, тусклыми. Даже слабый свет, отраженный от окон, начал угасать. Как будто затмение внезапно произошло в этот короткий момент. Единственным светом, который стал настолько очевиден в теперь темном зале, был одиночный голубой шар света внутри шлема Капитано. "Лоеэфалтер", - его голос каким-то образом стал еще глубже, серьезнее. "Не беспокойтесь о моем состоянии. Я не настолько слаб, чтобы поддаться простому проклятию. Я поддержу волю царицы, выполнив свой долг. Вы тоже поступите мудро". Молчаливая пауза. Синьора кивнула. «Тогда прошу прощения за то, что беспокоюсь без конца, Капитано». Она улыбнулась, более натянуто, чем прежде. «Тогда мне, наверное, пора идти. Завтра я отправлюсь в Монштадт». Она двинулась вперед и повернулась, когда завернула за угол. «Не забывай улыбаться, когда думаешь обо мне». Потом она ушла. Свет заявил, что собирается в ней, как только она будет. Капитано просто стоял там, устремив взгляд туда, куда в последний раз смотрела на него Синьора. Он ждал, пока его светящийся голубой глаз потеряет свой собственный свет, прежде чем он внезапно дернулся, его шея содрогалась в небольших движениях. "А? Куда делась Розалин?" - он почесал затылок, пытаясь вспомнить, что только что произошло. "Она ведь не ушла, потому что я отключился, правда?" Ну, вот и все. Еще один вздох раздался из-под шлема, выдох был настолько сильным, что заставил люстры покачнуться. Он предполагает, что ему следует подготовиться, ему предстоит экспедиция, а также Магистр ордена с котором нужно выжить.