13

Ветер превратился в настоящий ураган, швыряя ледяные кристаллы в лицо Шеппарда как песок. Он старался держаться защищенных мест, используя деревья и скалы для защиты от ветра. Конечно Армстронг, каким бы психом он не был, не стал бы бродить в этом шторме. Он должен был спрятаться где-то и переждать. Видимость была такой плохой, что Шеппард едва не прошел мимо края каньона, не замети его. Поспешно отшатнувшись назад, он поглядел вниз на едва видимую темную ленту воды. Он должен был задать Колдвеллу больше вопросов. Застрелен и утонул. Ясно, что это случилось где-то здесь, около реки. Он снова обнаружил, что сглатывает волну эмоций, которых не мог сейчас себе позволить. Найти Армстронга; только это важно. Выбрав случайным образом направление, он начал идти вниз по течению реки, и почти сразу увидел участок явно потревоженной земли. Снег был взбит, и снова поглядев через край, он увидел след, проложенный лавиной по склону ущелья. Густо падающий снег скрыл худшие разрушения, но явно что-то здесь недавно происходило. И что-то еще привлекло его внимание под тонким слоем свежевыпавшего снега. Он наклонился и отбросил снег пальцем. Кровь. Кровь Родни. Темнота затмила его зрение, волна эмоций, которых он не мог на самом деле определить. Злость, боль, ненависть, страх? Может быть, все, может, ни одна; он не был хорош в подобных вещах. Он просто почувствовал на какой-то момент, что мир вокруг покачнулся, и ему пришлось схватиться за ближайшее дерево, чтобы не упасть. Его реакция удивила его; он не ожидал такого. Но опять же, удивление было фактом жизни при общении с МакКеем. Он прислонился к дереву на какую-то минуту, глядя вниз через обрыв. В редкие мгновения между порывами ветра, он видел фрагмент реки внизу, темная бездна между покрытыми льдом берегами. Сумасшедший оптимист в нем хотел спуститься вниз и поискать Родни, даже понимая, насколько невероятно было, что его друг мог выжить. Реалист в нем настаивал, что Колдвелл был уверен, что Родни мертв, и более того, каждую минуту, что он ждет, ветер заносит следы Армстронга. Было крайне маловероятно, что он сможет найти внизу тело Родни, но если есть хоть единый шанс доставить убийцу в руки правосудия, он обязан это сделать. Он на мгновение закрыл глаза, затем отвернулся. Шеппард не был следопытом, но и без того ясно видел две дорожки следов – одна предположительно принадлежала Колдвеллу, другая Армстронгу – направляющиеся прочь от реки. Хотя снег начинал заносить их, но еще не полностью стер, так что и Шеппард видел, как одна дорожка углубилась в относительное укрытие ряда небольших лощин, тогда как другая поднималась выше в холмы. Нетрудно было сказать, кто преследователь и кто преследуемый. Еще раз проверив механизм Р90, Шеппард направился по следу Армстронга. Он не видел волков после оставления падл-джампера, но иногда слышал эти высокие, протяжные завывания в вое шторма. Они определенно бродили где-то рядом. Шеппард знал, что земные хищники обычно избегают человека с ружьем, но эти – совсем другая история. Он чувствовал, как его тело напряглось в ожидании, чувства обострились, а рефлексы готовы отреагировать мгновенно. Искатель адреналина. Так иногда отзывались о нем прежние подружки. Сам Шеппард не назвал бы себя так, если бы его спросили – при условии, что вообще стал бы это обсуждать. Он не любил быть в опасности, и ненавидел подставлять в опасные ситуации других; не любил противную дрожь, всегда приходящую после выброса адреналина. Не любил быть в ответе за жизни других людей. Но было что-то очень напряженное, почти приятное, в ясности, которая приходила во время прогулок по лезвию бритвы, в знании, что секундная невнимательность может стоить жизни. Шеппард знал, как знали немногие, каким живым ты себя чувствуешь после опасности потерять жизнь. Следы Армстронга периодически спускались к долине, потом возвращались обратно; наверное, он следил за Колдвеллом, но не мог улучить удобного момента, чтобы подстрелить его. Неожиданно они сменили направление. Последовав дальше, Шеппард обнаружил пересекающие их другие следы. Он мог только предположить, что на этом отрезке Армстронг, вероятно, не поладил с волками. Ронон, и, наверное, Армстронг смогли бы по одному взгляду на следы рассказать, что тут случилось. Шеппард чувствовал чуть больше, чем некоторое замешательство. Он не мог даже определить, какие из следов принадлежали Армстронгу; если бы они были свежими, проблем бы не было, но снег почти занес их, оставив едва различимые впадины Подумав пару минут, он выбрал дорожку, которая казалось одиночной, а не частью группы. Они петляли между деревьями, в конечном итоге оказавшись на вершине холма. Ветер набросился на Шеппарда сразу же, как он покинул убежище среди деревьев. Он осознал, что смотрит вниз на ту же долину, в которой нашел Колдвелла, но с другого ракурса. Прямо под ним был крутой склон; внизу было много сосен, и, заметил Шеппард, несколько этих косматых травоядных, трое или четверо паслись вместе, повернувшись спинами к ветру. Снег прилипал к их лохматым шкурам, но казалось, они вполне эффективно справляются со штормом. Понаблюдав за ними несколько минут, он заметил, что они ведут себя беспокойно – переступают с ноги на ногу, крутят головами и оглядываются по сторонам. Волки? подумал он, осматривая окрестные холмы. Видимость появлялась и пропадала; иногда он мог видеть противоположную сторону долины, а иногда не мог разглядеть животных внизу.       Если где-то рядом и были хищники, он не мог их разглядеть. Что не означало, что их тут не было. Он также потерял след наверху, к своей досаде. Но ветер был куда сильнее на открытом месте, чем среди деревьев, и любые следы Армстронга – если они вообще принадлежали Армстронгу – были полностью стерты. Шеппард рыскал по гребню горы вперед и назад со все нарастающим разочарованием, но не смог снова найти след. Он заметил, что стадо внизу ввело себя еще более напряженно. Сперва он подумал, что они реагируют на него, но потом осознал, что из-за направления ветра они не могли его учуять, и вряд ли могли услышать из-за шума шторма. Что бы не возбудило их, находилось в подветренном направлении, на другой стороне долины. Шеппард прищурился, пытаясь разглядеть что-то сквозь густо падающий снег. Это легко могут быть волки – злые и раненые волки. Это также может быть Армстронг, и сейчас это была его единственная зацепка. Если он шел по неверному следу, то уже вряд ли успеет вернуться назад и пойти под другой дороге – к этому времени ветер скроет все следы. И даже если он шел за Армстронгом, след давно уже остыл. В любом случае, ему нужна была новая тактика, и это было его единственным вариантом. Он повернулся и побежал вдоль хребта. Он знал, что незащищен здесь, и рисковал обдуманно, надеясь, что снегопад скроет его от Армстронга так же эффективно, как скрывал Армстронга от него. С каждой минутой Армстронг ускользал от него все дальше. Или нет. Его спасла чистая удача. Он случайно наступил на ненадежную опору и споткнулся, и пуля пролетела мимо места, где секунду назад находилась его голова. Она врезалась в дерево, когда в его ушах раздался звук выстрела. Шеппард упал на землю и откатился под деревья, проклиная себя полным идиотом. Конечно, буран скрывал бы его и Армстронга одинаково, если Армстронг уже не прятался где-то, поджидая его. Он вспомнил слова Колдвелла: Начнете охотиться на него, и он будет охотиться на вас. Больше выстрелов не было...пока. Шеппард растянулся за покрытой снегом упавшей сосной, осторожно выглядывая сверху. За пеленой падающего снега деревья и валуны вокруг были неясными очертаниями, и за любым из них мог скрываться убийца. Армстронг мог быть где угодно. Поглядев на сосну, в которой застряла пуля, Шеппард высчитал ее траекторию и примерно представил, где был этот парень в момент выстрела. Конечно, с того времени он мог переместиться куда угодно. Кроме всего прочего, казалось, что Армстронг был неплохим снайпером. Обычно снайпер не стал бы стрелять в голову, если бы этого можно было избежать, но Армстронг явно понимал, что туловище Шеппарда защищено. И его прицел был точен даже в ветре.Поглядывая сквозь ветки упавшей сосны, Шеппард стиснул зубы. Почему этот парень так хорош во всем? Или иметь некомпетентного противника слишком хорошо? По-прежнему нет выстрелов и ни следа Армстронга. Распластавшись на снегу, Шеппард переползал от дерева к камню и снова к дереву, удаляясь от своего первоначального укрытия.Наконец он выпрямился, притаившись под каменным гребнем, похожим на опущенную с небес огромную руку. Спина казалась ужасно незащищенной; он понятия не имел, где был Армстронг, и с какого направления он может напасть. Не знал, где он был, но знал, что он где-то рядом, отчего волосы на затылке вставали дыбом. Потом его сердце едва не выпрыгнуло из груди при вдруг раздавшейся справа суматохе. Он услышал высокий гиеноподобный вой, громкое проклятье и звук автоматной очереди, все звуки разом. Похоже, волки только что снова нашли Армстронга. И теперь у Шеппарда появился ответ сразу на два вопроса: он знал теперь, где находился Армстронг, и знал, что волки все еще преследуют его. Он повернулся и начал бежать к источнику звуков, оступаясь в снегу и снова выпрямляясь. Теперь…теперь был его шанс, Армстронг отвлечен волками и вынужден выдать себя. Тихий голос в затылке, твердящий, что это не лучшая идея, он давно научился игнорировать. Через минуту он едва не споткнулся об огромный, покрытый белой шерстью труп. Втуше волка виднелась дюжина дырок от пуль, вытекающая кровь еще дымилась. Снег был забрызган кровью, будто кто-то забавлялся с баллончиком. Армстронга не было видно. Шеппард пробормотал под нос проклятье и склонился над трупом волка. Так близко – он был так чертовски близко! Куда мог пойти Армстронг? Или он спрятался за одним из деревьев и поджидает его? Он настороженно огляделся по сторонам и резко вздернул голову, почувствовав движение за спиной. Низкий, угрожающий рык вылетел из глотки подкрадывающейся к нему твари, не более чем в десяти метрах от него. Шеппард не знал, что творится у волка в голове. Любой земной хищник давно бы отступил перед лицом явно превосходящего противника, и направился бы поикать более слабых жертв. Эти чертовы твари сдаваться не собирались. Может, они были просто слишком тупы, или, может, люди были так неестественны для них, что они не могли понять. Не то чтобы ему было дело, конечно, чисто из научного любопытства. Он пустил в волка очередью из Р90; волк свалился на землю безжизненной кучей, и Шеппард осознал, что только что сделал то же самое, что Армстронг – выдал свое местоположение. Чертыхнувшись, он рванулся было к деревьям – потом осознал, может сделать то же, что наверное пытался Армстронг: затаиться и подождать, пока его враг придет искать его. Спрятавшись за сосной, он так и сделал. Прошло несколько минут. Армстронг не появлялся, и единственным движением были летящие снежинки. Перед глазами Шеппарда вдруг промелькнула причудливая картинка, как они оба прячутся по разные стороны волчьей туши, ожидая, пока появится противник. Если так, то чьи нервы не выдержат первыми…проиграет. Он не шевелился, несмотря на то, что ноги начинали протестовать, и пальцы постепенно начинали терять чувствительность. Армстронга не было. Что за черт? Может, волк действительно достал гада, и он теперь валяется где-нибудь, истекая кровью. Истоптанный снег был так залит кровью, что он не мог определить, принадлежит ли она вся волкам или нет. Шеппард подождал еще пару минут, затем пристегнул Р90 к руке и ощупал карманы в поисках чего-нибудь, что он мог бы использовать как приманку. Ему повезло – в одном из карманов оказалась свернутая и помятая шапка.Шеппард отломал ветку с сосны и насадил на нее шапку.Наверное, менее убедительной приманки не существовало за всю историю перестрелок из засады, но он торопился, и видимость была паршивой и продолжала ухудшаться. Он высунул палку на открытое место и немного помахал ей. Ничего не случилось. Он отдернул ее, потом высунул снова, пытаясь придать вид, будто кто-то высовывается из-за дерева. Раздавшаяся автоматная очередь вырвала ветку вместе с шапкой у него из рук. Есть! И он видел, откуда донеслись выстрелы – из рощи невысоких деревьев справа. Шеппард вернул огонь, глядя, как отлетают с деревьев ветки и куски коры. Ответных выстрелов не было, но это вряд ли было хорошо. Армстронг или ждал, пока Шеппард выйдет на открытое место, или обходил кругом – … Хруст ветки предупредил его, и он резко обернулся, вскидывая ружье, в то время как Армстронг сделал то же самое. По крайней мере он предположил, что это был Армстронг – высокий блондинистый парень, смахивающий на рестлера. Шеппард вспомнил, что видел его среди команды "Дедала", но их никогда не представляли. Они стояли в нескольких дюжинах ярдов. У Армстронга, заметил Шеппард, был удивленный взгляд на обветренном лице. – Так, так. Полковник Шеппард из Атлантиса. Какая неожиданность. – Приятно познакомиться, – процедил Шеппард сквозь стиснутые зубы. От напряжения сводило челюсть. – Полагаю, вы здесь не для того чтобы поболтать со мной и выпить чашечку кофе. У Армстронга была приятная улыбка – открытая и приветливая. Даже когда пистолет был направлен в голову Шеппарда, он все же выглядел как кто-то, с кем хочется завязать знакомство и поболтать. Это лишь служило доказательством, что нельзя узнать человека с первого взгляда. – Правильно полагаешь. – Шеппард повысил голос, чтобы его слова донеслись до Армстронга ясно и четко сквозь рев шторма. – Лейтенант Армстронг, как военный командир Атлантиса я задерживаю вас за убийство, попытку убийства и государственную измену. Если вы будете сопротивляться, я использую силу вплоть до огня на поражение. Армстронг рассмеялся. – Чьей властью? Мы в чужой галактике, полковник. Здесь другие законы. – Его открытая улыбка превратилась в хищный оскал. – Слабые погибают. Сильные выживают. Кто вы? Шеппард, благодаря долгому опыту, научился видеть мгновенные изменения в языке тела противника. Он заметил, как напряглась рука Армстронга, как раз вовремя, чтобы броситься на землю, одновременно нажимая на курок. Оба пустили очереди в место, где был противник секунду назад, оба промахнулись, пули взбили снег. Шеппард увидел, что Армстронг пригнулся за большим камнем. – Пока неплохо, полковник! – крикнул Армстронг через рев ветра. – Заткнись, ублюдок! – из своего укрытия Шеппард обстрелял последнее укрытие Армтронга, совершив импровизированную подрезку кустарников. – Вы кажется немного расстроены, полковник? – голос доносился немного дальше и левее. Невидимый в шторме Армстронг передвигался. Ярость ударила Шеппарду в голову. Он не чувствовал больше холода; вообще-то, он даже почти забыл про Родни. Ему хотелось лишь убить этого парня. Насмешки, издевки, игра в кошки-мышки – он ненавидел это. – Я знаю, кто ты, Армстронг! – крикнул он. – Не забывай это! Я знаю, кто ты, и что ты сделал! Когда я пошлю рапорт в Атлантис, ты нигде не сможешь спрятаться ни в этой галактике, ни в любой другой, и ты никогда больше не увидишь Землю, разве что из тюремной камеры! Потом он повернулся и побежал, петляя между деревьями. Армстронг явно хотел заманить Шеппарда за собой и выстрелить из засады; Шеппард не собирался позволять ему сделать это. Он должен был убить Армстронга – или хотя бы задержать, напомнил он себе – ради справедливости, но Армстронг должен был убить его ради выживания. Если Шеппард не будет играть по правилам Армстронга, у предателя не останется выбора кроме как последовать за ним. Пока что мяч был на поле Шеппарда. Он собирался сохранить это и дальше. Ему нужно было место для засады. Долина слева превратилась почти в вертикальный обрыв. Нехорошо. Ему нужно было место повыше. Высокие каменистые вершины – торы, вспомнил он (когда-то занимался скалолазанием в юности) – были слишком круты, чтобы вскарабкаться без специального снаряжения, и слишком открыты, чтобы подойти для его целей. Он заметил, что земля под ногами повышалась, и понадеялся, что это значит, что она приведет его в горы. Двигаться вперед. Не останавливаться. Найти место для засады. Неважно, оставит он следы или нет; Армстронг пойдет за ним, потому что у него не было выбора. А когда он придет, Шеппард будет ждать его. Оружейный огонь позади. Довольно далеко позади. Шеппард остановился, тяжело дыша, и оглянулся через плечо. Он видел только снег. До него донеслись еще выстрелы. Где-то внизу Армстронг встретил еще одного волка. Сколько здесь может быть этих бестий? По крайней мере, теперь он представлял, где находится Армстронг. Он не оторвался от него – и не хотел, – но имел неплохую фору.Замедлив шаг, Шеппард начал изучать окрестности более тщательно. Он должен найти хорошо защищенное место, желательно с минимумом подступов, но не очевидную точку засады. Обрыв слева превратился в более доступный спуск. Он был по-прежнему крутым и высоким, но теперь уже не настолько, чтобы убить любого, кто туда упадет. Справа поднимался к небу горный склон. Оставить долину и попробовать высокие места или остаться в долине и знать, что он не потеряет обратный путь к джамперу? Выбор, выбор… Раздавшийся за стеной снегопада переливчатый вой заставил волосы на затылке встать дыбом. Еще волки, боже… Через минуту он заметил движение, белое на белом. Шеппард вскинул Р90 к плечу, пытаясь вспомнить, сколько пуль еще осталось. Скоро ему понадобится новая обойма, а их было немного. Волк кружил вокруг него, едва видимый за завесой шторма. Шеппард продолжал медленно идти вперед, следя за ним стволом Р90. Он перешагнул через кровавое пятно на снегу, и осознал, что волк был ранен. Может, его подстрелил Армстронг, или сам Шеппард раньше. Он снова издал предупреждающий рык, и обернувшись, Шеппард увидел, что волк отбросил осторожность и несется на него, быстрее, чем скачущая лошадь. – Черт! – Отдача ствола ударила его в плечо, и он увидел кровавое пятно, появившееся на белой шкуре; потом тонна или около того взбешенного хищника обрушилась на него, и они вместе покатились вниз по склону. Шеппард чувствовал его горячее дыхание на щеке и слышал бульканье в горле, когда он дышал – похоже, его выстрел задел что-то жизненно важное, но волк был еще жив, и он вцепился свободной рукой в горло волка, пытаясь удержать его клыки подальше от своей шеи. Если бы волк не был ранен, то он был бы уже мертв; чертова тварь была с лошадь размером. Даже в ослабевшем состоянии волк продолжал бороться, и он закричал, когда когти оцарапали ему ногу, легко прорвав ткань штанов. Они катились и катились, взметывая клубы снега; Шеппард изогнулся в отчаянной попытке избежать придавливания телом хищника. У него по-прежнему был Р90, и последним усилием он приставил его к горлу волка и выстрелил. Кровь залила ему лицо, и он почувствовал вспышку боли, когда отдача ударила его по подбородку. Он подумал НЕТ…и провалился в темноту.