Действие 8

Твоя самая большая ошибка - это постоянно рассказывать кому-то о своих чувствах.

***

*Немного ранее* Пыточная. Йозора набрал в грудь воздуха; — Да пошли вы все нахер! — по залу разнесся крик боли. Следом молодое тело пробил электрический разряд пыточного тока. Напротив, за ограждающей кафедрой стояли двое вампиров-надзирателей: их униформа была темного, почти что черного цвета, с едва заметными серыми полосами по краям складок. Костюм состоял из простого кроя брюк похожих чем-то на шаровары, которые заправлялись в высокие сапоги на крепкой молнии. Рубашка имела высокий и не облегающий, туго стоящий ворот до подбородка. Рукава от плеча до локтя имели пышную форму в виде пуфа, а до запястий ткань уже плотнее облегала кисть. На ладонях были перчатки такого же темного цвета. Они были не всегда обязательны, но многие вампиры работающие пытчиками имели свою религию. Часть из них носила такие печатки чтобы не замораться в грехах и жалости тех, до кого они дотрагивались или мучили. На уровне талии шло постепенное удлинение подола до коленей, спереди был "разрез ласточки". Одной из его мучителей являлась молодая на вид девушка: ее карамельные волосы были собраны в низкий пучок на затылке а мраморно белое лицо словно ничего не выражало. Прямо как ожившее изваяние из гипса. Зато бесцветные глаза залитые кровью, дрожали от каждого нового звука, который издавал пленный. Словно ей были невыносимо смотреть на его страдания. Рядом возвышался широкоплечий мужчина. По отличительному символу на левом плече в виде ромба - старший покровитель. Тот, кто наблюдает за процессом пыток и ведет его. Йозора весел на несколько метров от пола, подвешенный за руки на металлических цепях. Которые крепились к турниковой дуге. В руках старшего покровителя был пульт, на нем он нажимал нужную кнопку и тем вызывал ток, который переходил с дуги на узника. — Я буду спрашивать, даже когда мне самому надоест. Пока ты не ответишь на вопрос, — устало произнес вампир, поигрывая пультом в руке — Где находятся другие базы херувимцев? Я знаю что они есть. Изначально юный ррэдерр видел на его бледном лице улыбку садиста, не придвещающую ничего хорошего. Но на протяжении остального времени, каждые новые сутки, проведенные в этом адском месте, месту обыденной кровожадности наступила скука. Вампиру надоела столь жестокая игра, в которой удовольствие получал разве что он один... Старший покровитель в очередной раз нажимает на кнопку пульта. Заметно ослабевший Йозора корчится в очередном приступе боли. Если чему и можно было позавидовать в такой плачевной ситуации, так только его физической выносливости. Еще совсем недавно его перетаскивали с зияющей дырой в боку. На нем применили жалкий минимум медикаментов... Когда его крик стих, старший покровитель передал пульт своей помощнице. Сам уселся на небольшой диванчик: предмет мебели был накрыт белоснежным чехлом. Он стоял, как и они, внутри небольшой платформы, что соединялась с полом через широкий колонный шест. Его подчиненная помедлила какое-то время, прежде чем нажать на кнопку... Отчего то вампиру казалось, что она недостаточно старалась. Йозора перестал кричать, но сознание не потерял. — Усиль напряжение, — грозно приказал вампир, подойдя к помощнице со спины — Так вот, — плотно прижавшись к ней, он направил ее заметно дрожащий палец к контрольной кнопке. Если бы ррэдерр не был слаб так как сейчас, то возможно смог заметить неуверенные движения вампирши. Его сознание улетело куда-то во тьму от очередного разряда. Так что он уже не мог слышать и видеть, как старший покровитель покидал пыточную комнату и приказал его не трогать пока он не придет в себя.

***

Он выглядел просто ужасно: насыщенно-красная кожа поблекла, и без того худое лицо осунулось еще сильнее, а часть волос выпала и просочилась жировыми потоотделениями. Йозору пытали жестко и нещадно, делая лишь пятичасовые перерывы между сном, которые ему отводили на восстановление сил, чтобы он не умер раньше времени. София не могла смотреть на подобное без содрогания. Несмотря на то что вампиром она была не первый день, человеческие чувства она еще не успела растерять. Вампирша чуть ли не заставляла себя каждый раз нажимать ту проклятую кнопку! С хорошо прикрытым сожалением она смотрела и слушала, как мучился ее очередной пленник. Она пыталась стать жестче ради близких, которым могло достаться за ее любую оплошность. Но день ото дня ремесло становилось все невыносимее и София была на грани... Пристально вглядываясь в болезненно бледное лицо мятежника, София твердо заявила рядом стоящему роботу; — Он слишком слаб. Нужно применить больше стерилизованного геля, — ненадолго задумавшись, добавила — И дать еды, когда придет в себя. Живой организм может погибнуть не только от различных ран. Кивнув, робот вышел из пыточного зала, чтобы принести необходимое для выполнения поручения. София еще долго сверлила пронзительным взглядом бесчувственное тело пленника... Сказать, что ррэдерр был удивлен щедро предоставленным миске супа и куску хлеба, ничего не сказать. Здесь обычно не кормили. — Может яд какой подсыпали? — мелькнула предостерегающая мысль в его голове. Но он тут же отбросил ее: в любом случае он нужен был вампирам живым. По крайней мере до тех пор, пока он будет молча делать вид что знает, где находятся остальные херувимцы. — Ну че смотришь?! — дерзко бросил он стоявшей за кафедрой вампирше — Типо жалко, да?! Не ссы! Те, как и члену твоему вонючему, это все по кайфу! Старшего покровителя сейчас поблизости не было. Что придавало уверенности Софии для следующих действий... — В это время он обычно у себя в кабинете смотрит боевик или порнографию, — принялась размышлять София — Не факт конечно, — вампирша открыла дверь и вышла за кафедру — Сейчас мы обсалютно одни. Насколько это можно вообразить, — все не переставала мысленно рассуждать она, медленно приближаясь в центр к Йозоре — Повсюду установлены камеры. Если я что-то сделаю подозрительное, меня тут же вычислят. Это было бы крайне нежелательно, — шаги вампирши остановились рядом с Йозорой. Если бы тот не был подвещан над полом, то его босые ступни коснулись бы белых носков Софии. Приподняв тяжелые веки, измученный ррэдерр увидел смотрящую на него вампиршу-надзирательницу: хоть ее лицо ничего не выражало, зато о многом говорили глаза... София подняла руку, в которой был зажат *горячий нож - излюбленный предмет пыток надзирателей после тока. Небольшого диаметра клинок отличался от вброножа тем, что разрезал плоть не сразу. Он был разработан специально для пыток: быстро нагревающиеся сталь плавила кожу, оставляя на той разные степени ожоги. Из-за чего в бою он был скорее бесполезен. Ничего не понимающий Йозора перевел взгляд с остро заточенного клинка на невозмутимую вампиршу. — О да! Ты прав: мне очень нравится доставлять тебе нестерпимую боль, — она наставила острие к его горлу. Слова, которые она говорила, звучали словно на автомате. Но Йозора мысленно тряхнул головой, отгоняя бредовые предположения. — Милосердие и вампир? Две несовместимые вещи, — подумал он. София встала на носочки и притянула его ближе к себе, вцепившись теплыми пальцами ему в загривок. Обычно температура вампирского тела не превышала и десяти градусов, а у Матери и Сыновей стояла чуть ли не на одном. По физиологическим причинам она повышалась лишь в одном случае: когда вампир испытывал какое-то особо ярко-выраженное чувство. Злость. Страх. Радость. Любовь... От последнего сравнения Йозоре захотелось рассмеяться. Но юноша затолкал этот странный порыв внутрь себя, сглотнув. Горячее дыхание Софии коснулось его мочки; — Я освобожу тебя, — тихо, чтобы камеры не сумели записать ее голос, произнесла она — Перед этим сделаю немного больно. А ты просто подыграй всему тому что будет происходить дальше. Шанс на спасение? Или очередная психологическая пытка. Йозора и прежде бывал в плену. Тогда ему удалось отделаться. В отличие от его погибших товарищей. Но София и секунды не дала на размышления, резко приложив к груди пленника раскаленное острие. Пространство заполнил новый всплеск болевого крика... Пока Йозора корчится в агонии, София напрягает каждую нервную мышцу на своем теле. Манипулируя тем собственной тенью, что незаметно для камерных датчиков витает над панелью управления. Этим она высвобождает из оков его руки. На этом моменте София поворачивается к нему спиной. Приземлившийся на пол Йозора тут же вскакивает с него. Вампирша специально останавливается, выстраивая недоумевающие выражение лица. Позволяет заложить себе руку за спину и приставить к горлу нож. — Двинешься с места - воткну тебе его в задницу! — для вида рявкает ррэдерр ей в самое ухо. София уже успевает подумать, что освободить этого мальчишку было большой ошибкой... Но тот просто ведет ее прочь из зала. Они находят задний вход, успешно минуя пробежавших мимо солдат Бессмертной Армии Лилит. Их чуть не схватили, если бы внезапно не залогало на короткое мгновение электричество из-за шальной погоды. Пыточный центр находился на людской стороне. На одном из переулков они наткнулись на Дага, который уже стащил с кого-то форму смотрителя... Разговор вышел коротким. И закончился тем, что главарю херувимцев удалось частично склонить на свою сторону юную вампиршу. По пути они освободили остальных заключенных и организовали бунт в других концлагерях. Это оказалось непростой задачей: многим людям словно полюбились собственные оковы. Поезд они захватили не с меньшим трудом. Уже внутри него Даг заявил, обращаясь к Софии; — Для тебя пути назад больше не будет. София сидела на пассажирском кресле. Она подняла на него взгляд. — Как бы ты ни старалась шифроваться - камеры тебя засекли, — продолжал давить Даг. София ничего не ответила... На протяжении следующих нескольких часов Даг стоял за спиной Йозоры и диктовал тому маршрут до аэродрома. Где они планировали высадить собранных людей. Их там ждали. Другие корабли, которым ранее удалось прорваться сквозь воздушные патрули. Наблюдающий за спешной пересадкой, через лобовое стекло поезда, Йозора решил задать Софие вопрос; — И давно ты стала вампиром? Она ответила не сразу... — Мне еще нет и века, — призналась она — Я бывший член пятидесятого концлагеря. — Но обращать людей запрещено еще со времен начала <<Эпохи сумрака>>! — пораженно воскликнул он. — Через пару лет после появления вашей организации стало погибать значительное количество вампиров. Из-за чего в местных войсках возник недобор. Давно было введено некое правило, согласно которому можно было инициировать определенное количество людей. — Я так понял, ты вошла в число тех избранных? — Господин Пир проявил ко мне интерес как к девушке. И я, — она ненадолго замялась, мысленно возвращаясь в неприятные воспоминания — Согласилась стать навечно его. Ради братьев. Йозора пришел в ужас: он как никто другой понимал, каково это бояться за родных. Ведь как раз ради них он ввязался во все это! Чтобы отомстить за их смерть. Если раньше он считал, что на этой планете обитали лишь продажные и слабые существа... То в этот момент он понял: у монеты две стороны. София стала жертвой, чтобы защитить свою семью. Она была вынуждена терпеть и постоянно испытывать страх перед своими хозяевами. — Очень скоро все изменится, — пообещал ей он мысленно, вернув тревожный взгляд на дорогу. Они уже были готовы отлетать от орбиты, как вдруг Дагу пришла в голову сумасшедшая идея посетить таинственный замок, находящийся на вампирской стороне. Уж очень ему было интересно узнать, что скрывал в нем все это время Каин. Но а еще он не так давно узнал, что там держат весьма любопытную персону... С ним вынуждено согласились проникнуть туда Йозора и София.

***

На нем была длинная шуба с капюшоном, который закрывал его лицо с неестественно ярким окрасом. Вера легко узнала его. — Я не знаю чем разозлила тебя, но прости за это, — произнесла она, подняв руки. — Ты походу не знаешь! Моих родителей убили за помощь тебе! — прошипел он — Наши с тобой любимые вампиры! Ее нутро сжалось. От осознания собственной вины. Но ей тут же уступила ярость: тогда она спаслась, протянув за собой кровавый след. Чужими жизнями обрела свободу. — Я не намерена погибнуть так просто. Теперь она собиралась добиться сокрушения вражеского государства и прожить остаток жизни спокойно. Больше не бояться. Без вариантов - лишь победа и ничего кроме нее. Напряженную тишину разрезал тонкий голосок Софии; — Йозора постой! Что ты делаешь?! — она буквально вынырнула из-за его спины. Вампирша встала между ними, заслоняя Веру от заряженной пушки; — Она не вампир! Вера какое-то время мгновение оглядывалась в ее затылок... Пока не воскликнула с удивлением; — Софи?! Это ты?! — Да, — обернулась та на нее через плечо. Эмоция злости на лице Йозоры трансформировалась в удивление; — Вы знакомы? — Мы росли в одном концлагере, — пояснила Вера. А мыслями улетела в те, казалось бы, беззаботные дни: где они с Софией были маленькими и ничего не понимающими девочками. Они часто играли вместе и ходили друг к другу в гости. Их родители были так же дружны. И все было вполне сносно... Пока не умер папа. — Как, — Вера на секунду замялась — Твои близкие? — осторожно задала она вопрос подруге детства. Немного успокоившийся Йозора убрал пистолет за пояс. — Мама и папа умерли, — сухо, на автомате ответила ей та — Братьев распределили в смотрителей. Вера встала напротив нее. Вгляделась в миниатюрную девушку, чья когда-то румяная кожа словно покрылась белой пудрой. Еще больше выбили Веру из колеи ее глаза, которые та подняла на нее, немного помедлив. Словно было стыдно за то, что стала одной из тех, кто годами принижал человеческую расу. Вера взяла вампиршу за руки; — Как это произошло с тобой? Только София собралась произнести хоть слово... Как ее опередила сработавшая тревога. — Очень не хочется прервать ваше воссоединение, хотя на самом деле пофиг, — подал голос напрягшийся Йозора — Но мож выясните свои отношения в другом месте?! Скажем на борту корабля. Подальше от этой чертавой планеты! Под разрывной визг сигнализации они побежали к пульту управления. Где не без помощи Йозоры вырубили питание в нужных пунктах. После направились к подьемному лифту. — Куда опять подевался этот Даг?! — прорычал Йозора, стоя уже в кабине лифта. И тут, как будто того и ждало, запиликал коммуникатор на запястье; — Прием! Это Даг! Я пока не смогу с вами встретиться! Не идите на передний - там полно народу собралось! Валите через верх на лифте или какой-нибудь другой способ найдите! — Да мы уже поняли! — рыкнул в голосовое устройство ррэдерр. Вера повисла на его плече; — Сестра! Где моя сестра?! — попыталась она докричаться до вампира, пока тот не отключился. Но вопрос так и остался без ответа... Что сподвигло ее на своего рода сумасшедший поступок. — Эй! Куда собралась, сучка?! — окликнул ее краснокожий, когда та набрала нужную комбинацию на панели. Остановив движение лифта. Затем открыла его двери; — Дальше без меня! Я вернусь за сестрой! Но если что - с того света достану! — выпрыгнула. Приземлилась на жесткий пол мягко, так как лифт не успел набрать большую высоту. Она подняла голову, прежде чем начать бежать искать Дага, чтобы убедиться в том что ее послушали. Лифт продолжил движение наверх, разнося по сводам едва слышный звук работающего механизма. Удовлетворенно кивнув, Вера побежала прямо... Вампиры и правда бежали к выходу, совсем позабыв об углубление замка. Его можно было назвать вторым подвалом. Вот только помещение отличалось условиями содержания: будто чья-то комната, в которой кто-то жил. На пороге Веру встретила вампирша: аккуратно убранные волосы, платье в пол с широкими рукавами бежевого тона, невысокий ворот. Форма сиделки. Или няньки. Что впрочем одно и тоже. Не дожидаясь пока упыриха опомнится, Вера со всего размаху вонзает ей в сердце вибронож! Неизвестная рухнула на пол подобно тряпичной кукле. Секундой позже пришлось разобраться с дроидом охранником, который выпрыгнул из-за угла, стоило сделать шаг глубже в комнату. Когда основная угроза была устранена, Вера спустилась по небольшой лестнице. Чуть снизу она увидела высокую кровать с балдахином: сквозь прозрачные занавески был хорошо виден силуэт лежащего. Продолжая бдительно озираться по сторонам, она подошла ближе. Перехватила рукоятку своего оружия небольшим хватом. Помедлила... Резким движением отдернула тонкую ткань. За ней оказался ребенок: маленькое, щуплое тельце лежало на свежестеленных простынях. Это оказалась девочка, которая была укрыта теплым одеялом до середины груди, на которой были сложены маленькие ручки. Под головой подложена пышная подушка. Кожа ее напоминала цвет хрупкого фарфора: дотронься, и пойдет трещина. На впалых щеках не было обсалютно никакого румянца. Ее волосы были длинные. Ниже плеч - вьющиеся, словно перец перемешанный с солью. Судя по всему кроха спала. Но Веру больше ввело в замешательство не сам вид ребенка, а капельный аппарат, к которому была та подключена через питательные трубки. — Смотрю нашла что-то любопытное, — раздался чей-то голос из-за спины.

***

Джиа сидела связанная в одном из опустевших после глобального бунта домов концлагеря. Над ней стоял Даг, который все с чем-то пытался разобраться на своем запястье... Им удалось выбраться из замка. Только один из солдатов Бессмертной Империи Лилит некстати прострелил его коммуникатор. И теперь он старался его починить, так как без обратной связи пришлось бы крайне туго. — Тихо, — зашипел он, прибывая на грани — Не шуми ты. Но Джиа словно не слышала: продолжала метаться из стороны в сторону, норовя вылезти из пут. Даг возможно похвалил бы ее за боевой дух... Но в другой ситуации. В конце концов вампиру надоело это шоу и нагнувшись к заложнице, он вытащил из ее рта кляп. Как только та отплевалась, то с плохо скрываемой истерикой воскликнула; — Там осталась моя дочь! Дага на миг охватили мурашки... — Она умрет без меня!