Часть 4

***

Прошло три года с тех пор, как жизнь Эдди изменилась навсегда. Три года со дня смерти Бака. Мир вокруг Эдди словно погрузился в тени, лишившись тех красок, которые Бак приносил с собой. Он потерял лучшего друга, собеседника и, возможно, самую важную часть своего сердца. Эдди продолжал работать в 118-й части, но со временем его команда почти полностью обновилась. Роберт Нэш, ушел в отставку, передав командование надежному капитану из 133-й части. Это решение далось ему нелегко. Смерть Бака напомнила Бобби о его собственных утраченных близких. Потеряв Бака, Бобби не хотел больше брать на себя ответственность за жизни своих подчинённых, зная, как легко он мог потерять ещё кого-то. Чимни тоже покинул 118-ю, переведясь в часть к Альберту, после того как Хен приняла решение полностью посвятить себя медицине. Смерть Бака сильно изменила Чимни. Потеря близкого человека пробудила в нём страх потерять ещё и младшего брата. Сколько он ни пытался отговорить Альберта от работы парамедиком, тот отказывался уйти и Чимни перевёлся, чтобы быть рядом с ним. Родители Мэдди и Бака переехали в Лос-Анджелес, чтобы быть ближе к внучке, надеясь, что это хоть немного притупит их боль. Но каждое утро в их доме было так же пусто, как и три года назад. Улыбка Бака, его голос — всё исчезло, оставив лишь тягостную тишину. Мэдди старалась сохранить память о брате, чтобы её дочь Джи Юн всегда знала, каким человеком был дядя Бак. Она рассказывала девочке о его доброте, о том, как он любил её и как поддерживал их с Чимни. В доме, на самом видном месте, стояла фотография Бака, чтобы он всегда был рядом. Теперь в 118-й из прежней команды остались только Эдди и Рави. Они работали в одной группе, как когда-то Эдди работал с Баком. Но Рави не мог заменить Бака, его смех, тепло и поддержку. Эдди каждый день заходил в раздевалку и, на мгновение, всё еще ждал увидеть его там, стоящего с широкой улыбкой. Эдди всё чаще думал о том, что Кристофер уже достаточно взрослый, чтобы понять, куда делся Бак. Ему уже было 11 лет, но за всё это время Эдди не нашёл сил рассказать правду. И вот однажды, в пятницу вечером, они сидели на диване, смотрели мультфильм, как когда-то это делали втроём — Эдди, Кристофер и Бак. Эдди погрузился в воспоминания и даже на мгновение представил, как Бак смеётся и обсуждает сюжет рядом с ними. Мысли прервал голос Кристофера: — Пап, ты ведь никогда мне не рассказывал, куда на самом деле уехал Бак. Я уже большой и хочу знать правду. Эдди почувствовал, как внутри всё оборвалось. Его сердце будто замерло, и на мгновение он ощутил себя потерянным. Взяв себя в руки, он глубоко вздохнул и начал рассказывать. Он объяснил, что Бак был очень грустен и не решился попросить о помощи, боясь показаться слабым. Закончив рассказ, Эдди посмотрел на Кристофера — его глаза блестели от слёз. Кристофер вдруг поднялся, вытирая слезы, и тихо сказал: — Я хочу поехать к нему. Эдди кивнул, пообещав, что завтра они вместе поедут на кладбище. Эдди выполнил своё обещание. Они с Кристофером приехали на кладбище ранним утром, когда всё вокруг было затянуто серым туманом. Могила Бака выделялась среди остальных. К памятнику были аккуратно приставлены свечи, а вокруг лежали свежие розы — их приносили те, кто не забывал Бака, даже спустя годы. Кристофер тихо подошел ближе и внимательно посмотрел на памятник. На нём было изображено лицо Бака — жизнерадостное, с широкой улыбкой, в каске парамедика. Под портретом значились годы его жизни: «Эван Бакли, 1993-2021». Кристофер наклонился и положил свою розу к остальным, он ещё долго смотрел на памятник, будто хотел запомнить каждую деталь. Потом он сел на лавочку рядом и на мгновение закрыл глаза. Эдди, чувствуя, что сыну нужно личное пространство, отошел в сторону. Кристофер вздохнул, он посмотрел на портрет Бака, и, спустя минуту молчания, заговорил: — Знаешь, Бак… — голос Кристофера слегка дрожал, но он продолжил, — Я часто думаю о тебе. Сначала я злился, думал, что ты бросил нас, потому что тебе не хотелось больше быть рядом. Но папа объяснил мне, что ты просто был...одинок и грустен, и не смог справиться с этим. Он замолчал, сжимая руки в кулаки, как будто собираясь с мыслями, потом снова посмотрел на улыбчивое лицо Эвана на памятнике. — Мне так не хватает тебя, Бак. Ты всегда знал, как меня рассмешить, даже когда мне было грустно. Помнишь, как ты учил меня кататься на скейтборде? Я тогда так боялся упасть, но ты сказал, что это нормально, и что ты рядом, чтобы меня подхватить… — Кристофер тихо улыбнулся, вспомнив, как Бак не отходил от него, пока он не почувствовал себя уверенно, — ты всегда был рядом со мной, а теперь тебя нет… Он сделал паузу. — Знаешь, я обещаю, что всегда буду помнить о тебе, — сказал Кристофер, стараясь говорить твёрдо, — и буду сильным, как ты меня учил. Ты всегда говорил, что мы должны быть смелыми, какими бы страшными не были трудности. Я постараюсь, дядя Бак. Постараюсь стать таким же как ты. Кристофер ещё раз посмотрел на памятник, а затем тихо встал и подошёл к Эдди. Эдди, увидев сына, наклонился, крепко обнял его и сказал: — Бак бы гордился тобой, Крис. Кристофер кивнул, не в силах сдержать слез, и сжал отцовскую руку, ощущая ту тихую, невидимую поддержку, которая останется с ним навсегда.