Часть 3

***

Эдди аккуратно сложил письмо. Слова Бака продолжали звучать у него в голове, как эхо. Он понял, что эти слова — последние, что он услышит от Бака, и эта мысль заставляла его испытывать острую, глухую боль. Казалось, что мир вокруг терял свои краски и становится серым. В памяти Эдди всплыли обрывки воспоминаний. Как Бак весело собирал пряничный домик с Кристофером на Рождество. Как он всегда поддерживал Эдди, как рисковал своей жизнью, когда того подстрелили. Это заставило Эдди собраться с силами — предстоящие дни требовали от него мужества, и он обязан был быть сильным ради Кристофера. Эдди сидел в холодном больничном коридоре, ожидая документов на выписку. Тело Бака увезли в морг, с ним уже попрощались родители и Мэдди, а потом всем желающим разрешили проститься. Эдди тоже пошёл — он хотел проводить Бака достойно, как тот заслуживал. Мэдди и Чимни забрали родителей к себе. Они поживут с ними какое-то время. Остальные тоже разъехались, включая Бобби, который поспешил уйти — больница напоминала ему о Баке. Бак часто лежал здесь после травм на работе, но всегда выходил. Бобби никак не мог принять, что в этот раз Бак не выйдет. В больнице остались только Эдди и Афина, ожидавшая его, чтобы отвезти домой. Медсестры проходили мимо, их жизни продолжались, но не его. Жизнь Эдди навсегда изменилась, когда он увидел безжизненное тело Бака. Время замедлилось, и с каждым ударом сердца в голове всплывали образы — момент когда Бак закрыл глаза, момент когда ему не хватило нескольких минут. Тишину прервала врач. — Мистер, Диас, можете проходить. Эдди встал, вошёл в кабинет и сел. — Вы уверенны, что не хотите остаться на ночь? Мы можем выписать вас завтра после обеда. В больнице есть психолог, с которым вы можете поговорить, если захотите. Эдди покачал головой. Он хотел уйти отсюда, вернуться в свою тихую квартиру и погрузиться в свои мысли. — Спасибо за предложение, доктор, но мне лучше переночевать дома,-сказал он, как можно вежливее. — Поняла, вас. Вот ваша выписка. Доктор протянула ему листок. Эдди быстро взял его и встал. — Спасибо. До свидания. — Берегите себя, мистер Диас. Закрыв за собой дверь, Эдди увидел пустой коридор и растерянно остановился, не зная, куда идти. — Мы можем идти? Ты забрал выписку? — Афина появилась как раз вовремя. Эдди кивнул и они направились к выходу. В машине у Афины зазвонил телефон. Она коротко поговорила и положила трубку. — Это была Карла, — сообщила она. — Твои родители уже знают. Они вылетают в десять утра. — Хорошо, я попрошу их забрать Криса к себе, — тихо ответил Эдди. — Ты уверен? Может, не стоит оставаться одному сейчас? — Скоро похороны, он не должен видеть меня в таком состоянии, —спокойно ответил Эдди. Афина кивнула не настаивая. Бобби вернулся в пустую квартиру, снял ботинки и прошёл на кухню. Здесь была лишь тишина — он остался один наедине со своей болью. На полке стояла бутылка коньяка, купленная для гостей на завтрашний ужин. Они собирались позвать всех, чтобы отметить конец долгой недели, Бак был среди приглашённых. Бобби вспомнил как отправил Баку сообщение, на которое тот так и не ответил. Теперь он знал, что никакого ужина больше не будет. Бобби взял бутылку и рюмку, сел за стол. Он держался уже 7 лет, с тех пор как завязал. В Последний раз, когда он сорвался после авиакатастрофы, Бак и Хен пришли его поддержать. Бак сидел рядом, обнимал его, когда тот рыдал, помогая избежать худшего исхода. А теперь Бак ушёл и Бобби чувствовал свою вину. В этот раз, он не смог спасти Бака. Открыв бутылку, Бобби понял что смысла держаться больше нет — Бак и был этим смыслом. Ливень стучал по чёрным зонтам, тяжёлые капли сбегали по ним и тихо падали на траву. Небо будто скорбело вместе со всеми. Тучи, как и лица людей, были суровыми и опустошенными. Мокрая трава, размягчённая дождем, едва слышно хлюпала под ногами, когда родственники и друзья медленно подходили к гробу. Дубовый гроб был тёмным, как и та буря, что бушевала в душах близких Бака. На нём золотом выделялись слова, вписанные с честью и любовью: «Любимый сын, брат, дядя, друг». Рядом с ними Мэдди заметила добавленные Бобби слова: «И навсегда герой». Эти простые надписи сжимали сердца. Каждый из собравшихся понимал, как много Бак значил, как часто был тем, кто бросался в пламя за других. Когда гроб начал медленно опускаться в землю, слёзы потекли по щекам Мэдди. Она не могла отпустить мысль, что не смогла помочь Баку и её сердце разрывалось от осознания утраты. Чим стоял рядом, прижимал свою жену одной рукой, а второй обнимал её маму. Всё время он пытался держаться, но когда увидел как гроб опускают в яму — не смог. По его щекам тоже потекли слёзы. Бак был ему кем-то больше чем просто напарником, он был ему как младший брат, хоть он и не всегда мог выразить это словами. Бобби стоял неподвижно, стиснув губы, его взгляд застыл на чёрной поверхности гроба, где имя Бака казалось нереальным. Он ощущал пустоту, как никто другой, с той же виной и той же болью, что и в ту ночь, когда понял, что потерял Бака навсегда. Афина стояла рядом, она держала Бобби за руку, казалось что они оба потеряли кого-то большего чем просто друга. Они потеряли частичку себя. Рядом с ними стоял Эдди. Он не привёл Кристофера на похороны. Он дал ему прочитать письмо Бака, сказав что тот больше никогда не вернёться в США. Он сделал всё что просил Бак. Эдди стоял, и всё происходящее казалось ему просто кошмаром. Он снова и снова возвращался к тому моменту, когда нашёл Бака — но уже ничего нельзя было сделать. Его тело будто окаменело, он не мог представить своё будущее без него. Собравшиеся поочередно подходили к могиле, чтобы положить розу на свежую землю. Поток людей не кончался, и на секунду показалось, что им не хватит места для всех цветов. Каждого кто стоял здесь, Бак либо спас, либо поддержал, либо вдохновил. Среди них были дети Афины, пожарные из соседних частей, друзья, пара-тройка людей, которых Бак однажды спас из безвыходных ситуаций. Все с розами в руках, как с последними словами прощания, для человека который сделал многое для каждого из них. Но среди всех присутствующих один человек так и не появился. Томми. Тот, кого Бак любил и чье отсутствие теперь ощущалось особенно остро. Чим решил, что Томми нужно узнать правду и сообщил ему о произошедшем, оставив ему сообщение с надеждой, что он все-таки приедет и попрощается. Ведь, несмотря на все, что произошло между ними, он был частью жизни Бака, человеком, из-за которого тот страдал и который стал одной из причин его ухода. Но Томми не явился. И от этого молчаливого отказа, от его равнодушия, присутствующие чувствовали боль острее. Бобби подошел к могиле, его руки слегка дрожали. Он остановился, словно еще раз пытаясь что-то сказать, принести извинения, но молча наклонил голову, чтобы положить белую розу. Эдди последовал за ним. Тишина, ливень и мокрая трава — всё слилось в невыразимое чувство пустоты, когда он, склонив голову, положил свою розу. Он смотрел на то, как капли дождя медленно омывали лепестки, и не мог отделаться от мысли, что не должен был класть её. Бак должен был стоять здесь, рядом с ним. После похорон все собрались в доме Афины и Бобби. Комнаты наполнились тишиной и приглушенными разговорами. Среди собравшихся в воздухе повисло общее ощущение утраты. Афина накрыла стол, наполнив его простыми угощениями — она знала, что еды касаться почти никто не станет, но каждому нужно было отвлечься хотя бы на миг. — Помню, как Бак был маленьким, всё его лицо высыпало прыщами от сладкого и мы с мужем запретили ему его есть — усмехнувшись, сказала мама Бака и Мэдди, её голос дрожал от воспоминаний, — тогда он взял свой маленький рюкзачок с динозавриком и пока мы не видели сбежал из дома. Эван побежал в ближайший магазин и начал открывать и есть все конфеты так ещё и запихивая половину себе в рюкзак. До сих пор помню его лицо, когда я забежала. Он стоял весь измазанный в шоколаде и счастливо улыбался. После этого нам пришлось не хило так раскошелиться, — на её лице промелькнула улыбка. Эдди улыбнулся. Эти истории заставляли его ощущать присутствие Бака, как будто он мог сейчас открыть дверь и войти в комнату, заполняя её своим заразительным смехом. Но, несмотря на улыбку, внутри росло осознание того, что этих похорон не должно было быть. Он снова и снова возвращался к мыслям, что мог спасти его, что можно было бы еще что-то сделать, что Бак мог бы быть рядом с ними, если бы… Бобби, в свою очередь, немного помолчал и тихо сказал: — Мы все знаем, что Бак не только был безрассудным ребёнком но и ответственным взрослым…он никогда не оставлял близких людей в беде. Он бы никогда не оставил никого из нас… — его голос прервался, и он замолчал, снова чувствуя, как его взгляд теряется в череде воспоминаний. Эдди смотрел в окно на капли дождя, ощущая, что слова теряют смысл, когда хочется всего лишь одного — вернуть любимого человека назад, чтобы тот снова был с ним.