Часть 1

Наверное, она сошла с ума. Иначе, как объяснить, что юной графине жизнь в деревне с ссыльным мужем-полицмейстером куда милее блистания в свете петербургских балов? Несколько лет назад Анастасия была вынуждена уехать из Петербурга, а Диканьку выбрала только оттого, что здесь можно схорониться от врагов, коих у молодой наследницы оказалось преизрядное количество. И то, что враги ее себя звали женихами, сути не меняло никак. И уж чего Анастасия точно не ожидала, так это того, что убегая от брачных уз, она, в конце концов, прямо к алтарю и прибежит... Правда, в отличие от тех женихов, что стремились к супружеству только ради денег и положения в обществе, мужчина, ставший графине мужем, денег ее не желал, долго девушку уговаривал, мол, негоже ей за ссыльного замуж идти и годы лучшие в глубинке тратить. Уж за одно это стоило полюбить его, а ведь этим достоинства диканьковского полицмейстера совсем не ограничивались. Пожалуй, вся Диканька была рада тому, что поселилась в деревне юная, красивая графиня, да не просто поселилась, а завоевала неприступное сердце Александра Христофоровича. Ссыльного офицера здесь хоть и побаивались, уж больно скор был на расправу, но все же любили, ведь он всегда судил по совести и стремился помочь всем будь то поиски сбежавшей коровы или простой совет. С самого приезда Бинха в село, девчата пытались привлечь его внимание, но... Вот уж, почитай, два десятка лет жил он в одиночестве, а тут, поди ж ты... На праздник Покрова, в тот самый год, когда Анастасия Павловна приехала в Диканьку, их с Александром Христофоровичем и обвенчали в местной церквушке. Жизнь потекла тихая, даже, в чем-то, скучная. Но... Разве может быть скучно, когда рядом любимый человек? Александр Христофорович, не то забавы ради, не то с какой иной целью, а обучил супругу сначала стрелять, а затем и на саблях махаться. Зачем? А чтоб смогла защитить себя в случае чего. Уж слишком ярки в памяти мужчины были девицы, погубленные Всадником. Не то, чтоб владение оружием их бы спасло, но так Бинху было спокойнее, да и Настасье, кажется, в радость. И только одно у них не ладилось. Уж, почитай, три года жили мужем и женой, а дитенков Бог им так и не подарил... И, если Александр Христофорович относился к этому философски, или, по крайней мере, делал вид таковой, то Настасья иногда и поплакать себе позволяла, если была уверена, что слезам ее свидетелей не окажется. Однако, правду говорят, что всему свое время. И ныне пришло время и для графини узнать, что чудо, все же, произошло. Только кто же знал, что входя в полицейский околоток с привычною уже корзинкой с обедом, да новостью чудесной, столкнется Анастасия с гостем нежданным. Нынче Яков Петрович Гуро прибыл в Диканьку никого об этом не уведомив и, едва убедившись, что вещи его в комнате на постоялом дворе, направился знакомиться с новым, как он думал, полицмейстером. - Какой пассаж! - он стукнул тростью в пол, увидев Александра Христофоровича на привычном месте, живого и здорового. - Александр Христофорович, голубчик, я, и не знал, что вы живы! Рад. Очень рад! Бинх вежливо улыбнулся, мысленно застонав и задумавшись над тем, каких проблем от столичного хлыща ждать на сей раз. Ответить на приветствие он не успел, поскольку, обернувшись на скрип двери, Гуро замер, озадаченно сведя брови к переносице. Невысокий рост, черные волосы, заколотые наверх, синие глаза, румянец на щеках, округлая фигурка в платье скромном, но пошитом из хорошей ткани и совершенно не крестьянского покроя... Узнать ее теперь было сложно, уж больно сильно изменилась она за прошедшие годы, утратила прежнюю худобу, хрупкость и бледность, да скромное платье это с дурацкой корзинкой... И все же... - Ваше Сиятельство, - Гуро склонился в тщательно выверенном поклоне. - Вот уж кого не ожидал видеть в этой глуши... Ходили слухи, что вы пропали и, господи Боже, что вас убили! Увидев мужчину, Анастасия заметно вздрогнула, побледнела и сильнее вцепилась в ручку корзинки, что не укрылось от внимательного Бинха. - Яков Петрович? Какими судьбами? - взяв себя в руки, она по дуге обошла незваного гостя и, поставив корзину на стол, стала чуть позади сидящего за столом супруга. - Да вот... Решил наведаться в глушь, вспомнить былые приключения, - наигранно улыбнулся Гуро. - Заодно, проверить слухи о том, что здесь видели некую пропавшую без вести графиню. - Так вот зачем вы здесь? - Александр Петрович накрыл рукой ладошку супруги, лежащую у него на плече. - Так чего ж просто не написали? Я бы прислал вам отчет и не пришлось бы ехать в нашу, как вы изволили выражаться, глухомань. - Вы правы. Но я всегда был приверженцем того, что лучше все увидеть своими глазами, - Яков Петрович впился взглядом в ладони мужчины и женщины, уже догадываясь, что Анастасию ему отсюда увезти никто не даст. - Проверили слухи? - Настасья Павловна, ощутив теплоту мужниного тела и его нехитрую ласку, успокоилась и даже вполне искренне улыбнулась. - Как видите, я жива, здорова и счастлива. В Петербург возвращаться не собираюсь. Мне нравится наша Диканька и здесь есть все, что только душе моей угодно. Разве может кто пожелать иного? - Что ж... Разрешите, в таком случае, откланяться и продолжить чудную беседу позднее. Я, знаете ли, устал с дороги. Староват уж для таких поездок, - Гуро, поняв, что с ходу ему ничего не добиться, поспешно ретировался. - Мразь, - проследив через оконное стекло за тем, как столичный дознаватель удаляется, Анастасия едва слышно зарычала. - Явился, чтоб его... - Чшшш... Разберемся, душа моя, - Бинх, поднявшись на ноги, ласково обнял супругу, проводя носом по ее волосам и касаясь губами кончика уха. - Ты так интересно пахнешь сегодня... Даже в человеческой форме звериное обоняние давало о себе знать, пусть и было несколько слабее, чем тогда, когда они бегали по лесу волками. - Саша! Я ведь тебе сказать пришла! - мгновенно вскинулась Анастасия и, смутившись собственного порыва, спряталась в объятиях Александра Христофоровича. Чертов столичный хлыщ своим появлением заставил ее совсем позабыть о той новости, что она принесла. - Что еще случилось? - судя по всему, от стона полицмейстер удержался только чудом. Ему на сегодня вполне бы хватило и новости о приезде Гуро, но, судя по жениному виду, у ней стряслось что-то важное. - Не. Это хорошее, - женщина хихикнула, оценив выражение мужниного лица и, понизив голос до шепота, призналась. - Сашенька... Я... У нас маленький будет...