Часть 15

Декабрь, 22 число. — Мама, ну ты скоро? Мне тоже нужен утюжок, — сказала Аня. — Ну возьми мой, он узкий. Локоны удобнее крутить, — ответила Екатерина, не отрываясь от процесса выпрямления волос. — Я передумала, хочу гофре. А на моей плойке только съёмные насадки, — вздохнула Аня. — Ну терпи, я сегодня именинница, мне положено быть красивой, — ответила Катя. — Ты и так красивая. Тебе об этом каждый день шепчут, — сказала Аня. Екатерина с улыбкой посмотрела на дочь и ответила: — Не так уж и шепчут, раз ты это слышишь. И, увы, — голос женщины стал расстроенным, — три дня эти слова не ласкают мои уши. Женщине стало грустно на мгновение, а после появилась улыбка в глазах. — Каждый день перед сном читают, что я лучшая и самая любимая, — спокойно ответила Катя. — Самая лучшая и любимая, — передразнила дочка маму. — А где твой рыцарь, который ласкает твой слух и радует глаз? Он приедет сегодня? — У него только завтра утром самолёт прилетает. — Но, — она повернула голову к дочери, которая устала стоять в проёме дверей и пошла вглубь спальни, села на край кровати, — сегодня утром курьер доставил от него подарок. Катя отложила плойку на туалетный столик и повернулась к дочери. Она развернулась к дочери, убрала воротник в стороны, чтобы оголить шею, и указала острым ноготком указательного пальца на цепочку из белого золота, жемчужного плетения и подвеску в виде цветка. — Ого, красиво. Кстати, впервые такое плетение вижу, раньше не обращала внимания, — сказала Аня. Катя провела подушечками пальцев по цепочке, перешла на кулон и улыбнулась своим мыслям. — Кстати, — неожиданно воскликнула мама, словно в голове зажглась лампочка и её что-то осенило, — открой мой комод, верхнюю полку. Дочь выполнила указание мамы и увидела золотую глянцевую коробку. — Открывай, это тебе от Воропаева, — сказала мама. Девочка открыла крышечку и увидела пусеты из розового золота с сердечками из фианита. — Ого, приятно. Надо не забыть сказать большое спасибо, — сказала Аня. — Я заканчиваю, можешь в моей комнате навести марафет на голове, — сказала Катя. — Спасибо, уже не надо, — ответила Аня. Она продолжала держать коробочку с подарком, не отводя взгляд, и закрыла ящик. — Я сейчас заплету высокий хвостик, с него сделаю квадратную косу, распушу и всё это в шишку, иначе смысла в подарке не будет, — сказала Аня. — Твой жених придёт? Мне через полчаса звонить надо и подтвердить количество гостей. — Он придёт, не переживай. Катя надела нежно-голубые атласные брюки, майку в тон, такого же качества, а сверху через голову накинула капроновую накидку с рукавами фонариками из атласа, а сама накидку украшали кружевные узоры. Когда Катя наносила последний штрих на своё лицо, брызгая фиксатором на макияж, в дверь позвонили. — Фея, крёстная, если это ты, то заходи, — громко крикнула Аня. Дочь Кати стояла у большого зеркала в коридоре, приклеивая поверх своих ресниц зелёные пучки в уголки глаз. Аня была в укороченном топе с воланами на груди, рукавами три четверти и в длинной юбке. Костюм был изумрудно цвета из полиэстера и хлопка. — Ну вы и красотки, — сказала Юля. Она поцеловала крестницу в щёку и заметила серьги. — Ого, мама тебе новые серёжки купила. — Нет, мне их подарил мужчина. — Ого, познакомишь. — Её мужчина, но с ним ты знакома. Ты зацени, что он ей подарил. Так сказать, небольшой подарок за своё отсутствие. Катя вышла в коридор. — Но нескромное украшение, — сказала Катя. — Ещё раз привет, моя именинница, — сказала Юля и потянулась с объятиями и поцелуями к Пушкарёвой. — Хорошая подвеска и цепочка из золотых жемчужин. Как чувствуешь себя, друга белого продолжаешь обнимать? — Тьфу-тьфу-тьфу, — серьёзно проговорила женщина со светлыми волосами. — Уже нет. Но недели полторы я точно жила на зефире и цикории. — Ну ты и правда лучше выглядишь. Ты женсовету сообщала о своём положении и отношениях. — Нет и нет. Я соврала,что на антибиотиках и пить не буду. Я им то не знаю как про Сашу сказать, а уж, что у меня от него ребенок будет. Они же меня в дурке увезут. Их надо как-то подготовить. Хотя, Машка блин. Так и пытается меня познакомиться с начальником Федора. — Ну эта Машка, она не меняется. Скажешь то когда? — Да сегодня и думала сказать, через бокалов пять. Я Уютовой сказала. Мы вдвоём Сашей были у неё. Проведывали, она обещала не рассказывать. Не про Сашу и пополнение. Она сильно удивилась, даже смутилась больше. Но приняла и искрине поздравила. — Как она всецело. — Да знаешь, очень даже не плохо. Ой, время . Ань, давай быстрее наноси свой спрей и надо выходить. 20:40. Клуб. VIP-кабинка. Женщины за столом, сидели спиной к дверям. Все увлечены беседой. Выпивают, поздравляют именинницу. Кавалеру Ани даже неловко среди дам, которые, можно сказать, пришли без мужей. Если он правильно запомнил, то муж Светы, Шуры и Амуры их просто перевезли, поздравили мать девушки и уехали. А муж Татьяны и Марии должен приехать позже. Он наполнял им бокалы и в перерывах ворковал с Аней. Звонкий смех одновременно прекратился, когда все услышали мужской голос, знакомый мужской голос. — Дамы! Женщины синхронно разворачиваются, и если бы сейчас шли соревнования по синхронному плаванию, точно бы выиграли, так как и челюи отпадают одновременно. — Добрый вечер. Воропаев стоит в классическом черном костюме, под низом белая рубашка без галстука и букет кремовых пионов. — Надеюсь, не помешал? Он обходит подруг Екатерины. Целует ее губы, чем водит Пушкарёву в ступор. Ведь она и правда не надеялась увидеть его сегодня, но целует в ответ, так как соскучилась, и, понимаете, сейчас придется объясняться. — С днём рождения, любимая. — Любимая, — и точно первое место за женсоветом, которые в унисон спрашивают куда-то в пустоту удивленным голосом, и озадаченные взгляды бегают по комнате. На парочку, то друг на друга. То на дочь с Виноградовой, которые друг другу улыбаются. — Любимая, — с наигранным возмущением Саша спрашивает у Кати. — Я, наверно, не вовремя, а потом вполголоса спрашивает ее, наклоняясь к уху, но его все слышат: — Ты ничего им не говорила, они не в курсе? — В курсе чего? — первой нарушает молчание Шура. Света ставит бокал на стол, но ничего не произносит. Пончева продолжает хлопать глазами. — Уже как-то и неловко, — говорит Амура, тяжело выдохнув, и облокотилась на спинку кресла. — Говорите уже, мы ждём. Поторопила всех Мария. — Девочки, это Александр Юрьевич. — Воропаев еще скажи, я думаю, меня все прекрасно помнят. — Забыть тебя сложно, — добавила Юлиана. Все усмехнулись, но сосредоточили взгляд на мужчине и женщине. — В общем, мы с Сашей вместе и ждём ребёнка. — Ого. А в команде по синхрону пополнение в лице Федора и Пончева. — Мы не вовремя? — спросил Федор. — А по-моему, в самый раз, — проговорил Николай, который зашел следом. — Это все гости или будет кто-то еще? — Ну все, Коля, без семи. — Отлично. Много времени не займу. Я без всякого пафоса и прилюдий, прочей мишуры. Он разворачивается к Пушкарёвой, вручая ей букет. А после его ладонь скрывается в кармане его брюк, и он что-то достает. Хотя многим и так, наверное, понятно. Открывает коробочку и говорит: — Выходи за меня замуж. Ребенок должен расти в браке, ну и главное, я тебя люблю. Катя улыбнулась, букетом прикрыв лицо, так как из глаза покатилась слеза. — Я согласна. ГОРЬКО. И невеста первая втянула своего будущего мужа в нежный поцелуй. На который жених ответил со страстью и прижимал теснее к себе без пяти минут жену. А букет пионов от посторонних глаз скрыл поцелуй любви.

И вот, спустя долгие годы, Александр наконец-то рядом с той, по ком тайно вздыхал.

Он не смел и надеяться, что судьба сведёт их столь неожиданно, да ещё и столь быстро, да ещё и взаимно.

И эту судьбу уже как целый месяц величают Александр Александрович Младший.