Глава I. Мой или твой, но все-таки точно май.

Заведи мне ладони (Вермель, 15.03.15)

Ещё Никак

      Этой весной утром было все еще холодно. Я никогда не выходил из дома на рассвете в это время года, ведь солнце уже вставало довольно рано. Обычно я собирался к восьми утра, если нужно было куда-то идти, а первые лучи нередко встречал за рабочим столом, когда они начинали пробиваться сквозь шторы. Но я их тут же задергивал, хотелось продлить ночь еще на какое-то время. Мне нравился мрак, нравилась темнота и тишь, которую приносит с собой ночь с заходом солнца. Мне нравился поток мыслей, который я встречал в своей голове, когда сон стучался в дверь, а я не открывал. Не сказать, что я не любил свет, солнечные дни или теплый весенний ветер, когда едешь на велосипеде, раскинув руки в стороны, балансируя только ногами на педалях, но ночь была особенной. Я мог остаться сам с собой, ведь любой, кто мог бы мне помешать, нарушить мою собственную тишину, уже совершенно точно лежал в постели. Но сегодняшняя ночь кончилась. И сегодня я не стал закрывать окно, впустил в комнату прохладу весеннего утра, впустил шум машин и пение птиц, а сам пошел им навстречу. Удивительно, но сегодня я готов был идти и идти. Просто открыть дверь, оставить свою ночь позади, встретить солнечные лучи, дать им лечь на моем лице, станцевать по щекам и добавить блеск каштановым кудрям. Но еще рано. Солнце только-только показалось из-за горизонта, город еще накрывал свет фонарей. Но я уже предвкушал этот день. Сегодня солнце будет светить для меня дольше обычного.       Где-то на другом конце длинного проспекта из дома выходит она. Её день всегда начинался при свете солнца. Иногда на рассвете, зимой часто с трудом. В этом мы разные. Ей тяжело встать, если на глаза не попадает свет Она любит лето, когда ночь самая короткая, а я люблю зиму, когда самая длинная. Она любит пить кофе утром, а всегда ставлю заварочный чайник. Я никогда не грею ноги, а она надевает носок на носок. Я никогда не выхожу из дома рано утром, но сегодня вышел вместе с ней. Я предвкушал эту встречу, как никакую другую. Я удивлялся привычным пейзажам, они казались мне совсем иными, как будто за ночь успели посадить с десяток новых деревьев, покрасить заборы и поменять плитку вдоль дороги. Все казалось мне таким сказочно ярким, блестящим и привлекательным. На мгновенье мне даже почудилось, что я бы с радостью выходил из дома на рассвете почаще, но я быстро отпустил эту мысль. Мне нужен был повод, а в такую рань его найти нелегко. И приятное чувство разлилось у меня груди, сегодня такой повод был. И странно, ведь я не был влюблен. Не мог понять, почему мне так хотелось идти. Хотелось увидеть солнце, дождаться дневного тепла. Сегодня я даже согласен на кружку остывшего чая, что дождется меня к вечеру, простояв на кухонном столе несколько одиноких часов. Я был готов разделить это одиночество, потому что как будто знал, что со своим одиночеством сегодня не встречусь. Убегу, не догонит, не встретит и не заманит.       Ей было холодно в тонких колготках, надетых с расчетом на палящее дневное майское солнце. Она надела короткую юбку и пальто, которое была готова скинуть на ближайшей лавочке в парке, как только лучи коснутся плеч. Но грел сегодняшний повод. Было приятно проснуться, пусть еще в темноте, чтобы собраться на улицу на рассвете, было приятно думать, что сегодня она сможет разделить горячо любимый солнечный день с кем-то, кто ради неё решится отступить от своей темноты. И я решился, почти сразу как она написала: «хочу, чтоб потеплело наконец и пойти встречать рассвет куда-нибудь». Строчку я увидел уже среди ночи, в мое время тишины. Она бесцеремонно нарушала его, делилась своими желаниями, заставляя меня думать о них, а не о чем-то, что я считал важным. Я стал размышлять о том, где лучше всего видно, когда встает солнце и смотрел прогноз погоды на недели вперед, чтобы понять, когда наступит это её «наконец». Я хотел быть готовым к тому дню, когда она снова без стука придёт ко мне с диалогом о рассвете. — 23:58 сижу и думаю, лечь спать и свалить гулять с рассветом или успокоиться уже наконец))) — 00:02 Не знаю. А ты одна хочешь? — 00:02 не знаю. — 00:03 Что ты не знаешь? Надо узнать.       Я был в смятении. Сейчас? Сегодня? Она хочет пойти встречать рассвет сегодня? Она хочет пойти со мной или одна? Или может еще с кем-нибудь… Нет, я не готов. Да и с чего я решил, что она хочет, чтобы я был готов? Я должен понять. — 00:04 а у кого узнавать? — 00:08 Не знаю. Просто если бы тебе прям хотелось, ты бы, наверное, просто молча взяла бы и сделала это, тем более выходные — есть возможность.       Отлично, я заставил ее задуматься. Теперь она должна решить, чего на самом деле хочет, зачем рассказывает мне о рассвете среди ночи. Но, судя по быстрому ответу, с её стороны все уже было решено. — 00:08 даже поделиться уже нельзя. — 00:09 Нет, поделиться можно, почему нет. Просто, с одной стороны, можно предположить, что это некий намек. С другой стороны, ты просто делишься. Я вот не знаю, на что это больше похоже.       И я действительно не знал. Может быть я и допускал мысль, что хотел бы, чтобы это было намеком. Но слишком много «бы». Я не знал наверняка, а соответственно не мог решиться на дальнейшие действия. А еще я не знал, готов ли я к такого рода прогулке. Мне нравилось выходить из дома ночью, когда вокруг тишина, остаются лишь редкие машины или круглосуточные магазины. Мне нравились фонари тепло-желтого цвета и звук светофоров на пустой улице. Их никто не ждет, нет пешеходов или автомобилей на стрелке перед поворотом, а они все равно исправно отсчитывают секунды, переключая цвета. Зеленый, красный, зеленый, красный. И так всю ночь. Они тоже никого не ждут. А я ждал зеленый. Ждал, пока она скажет, на что это должно быть похоже. — 00:15 а на что тебе хочется, чтоб это было похоже?       Я пропустил. Пропустил красный, не увидел зеленый. Её светофор был не для пешеходов. В нем оказался этот предательский желтый, когда нужно решить: остановиться и переждать или проскочить на последние секунды. Её желтый не похож на теплый свет фонарей, он светит не ночью. Это было мое время, где я так хорошо разбирался во всех тонкостях. Где я ловил мысли одну за одной, ставил чайники, заваривал чай. А она пришла и засветила всю темноту своим рассветом. Как будто я оставил на столе только что проявленную пленку, и без стука открылась дверь. — 00:16 Ну, вот какая ты подлая. Намек, давай так. — 00:16 я не подлая, неправда. — 00:17 Хорошо, тогда кто ты? Надо обязательно придумать. Я что-нибудь придумаю. — 00:17 придумай :) — 00:17 А вот возьму и придумаю. И это будет что-то более оригинальное! — 00:18 А что ты можешь ответить на уже поставленный, свой же вопрос? — 00:19 смотря каково твоё мнение. если ты воспринимаешь это как «чем-то поделиться», то так тому и быть. если нет, то это уже… другой вопрос. — 00:25 Ты немного переводишь стрелки, как мне кажется… Потому что я спрашиваю: а чего бы ты хотела? Это, конечно, имеет смысл опираться на то, что я хочу видеть, но я уже сказал, что хочу воспринимать это как намек. Ты как-то сглаживаешь углы, понимаешь?       Я сам удивился, когда вдруг осознал, что пишу это. Хотелось бы сказать, что обдуманно и четко. Хотелось бы, чтобы каждое слово было перепроверено дважды. Но мои пальцы просто скользили по клавиатуре, а очнулся я уже, когда нажал Enter. И я не мог удалить, просто не мог. Я знал, что она прямо сейчас смотрит на диалог, прямо на это сообщение. Мне стало жутко, я как будто резко замерз. Мне почудилось, что я вошел в комнату, где всю ночь при минусовой температуре была открыта форточка. Захотелось согреться. И я снова написал: — 00:27 Все-таки, как ТЫ хочешь? Желание поделиться или все-таки? Я постучал по столу. Просто не понимал, почему мне так захотелось, чтобы она ответила. Я брошу все прямо сейчас. Прямо сейчас закрою ноутбук, заварю чай и буду долго сидеть на кухне. Так долго, чтобы наступил рассвет, чтобы я его пропустил. Чтобы не заметил, как солнечные лучи озарят квартиру. Я откинулся на спинке стула и уставился в потолок. Лампочка на люстре качнулась. Она давно не работает, я не включал верхний свет уже очень давно. Мне он кажется бесполезным. Если бы я захотел, чтобы в комнате было достаточно светло, чтобы что-то найти, я бы включил фонарик. Для чтения мне достаточно настольной лампы в углу или ночника над кроватью. Эта лампа была мне не нужна, я её не использовал. Но качнувшись, она напомнила мне о своем существовании. Я отодвинул стул, встал и подошел к выключателю. Щелк. Щелк. Сел на стул, придвинулся к монитору и уставился на ноутбук. — 00:28 или все-таки. –00:30 Окей, я тебя понял. Я ничего не понял. — 00:32 Что ж с тобой делать? — 00: 32 мне-то откуда знать, что тебе со мной делать?) — 00:33 Просто я прекрасно понимаю, что лягу часа в три сегодня. Рассвет рано утром, лучше тогда не ложиться. Надо подумать. — 00:34 ну, если столько сложностей, то не бери в голову.       «Я УЖЕ ВЗЯЛ. Я уже здесь, в этом диалоге. Я уже размышляю над осуществлением, между прочим, ТВОИХ желаний.» — Я не стал этого писать. Мысль настолько стремительно пронеслась у меня в голове, что пальцы за ней просто не поспевали. Я закрыл ноутбук. Рука потянулась к шторе, я отодвинул ее и взглянул в окно. Темно. Еще несколько часов за окном будет темно. Мне захотелось успокоиться и выпить чаю, снова почувствовать свою тишину. Я опустил штору, встал и отправился на кухню, но по пути моя рука остановилась у выключателя. Щелк. Лампочка так и не загорелась.       К ноутбуку я не притрагивался до следующего вечера. Меня не волновало, что был шанс пропустить что-то важное из утренних сообщений. Я просто не хотел даже допустить такой возможности, чтобы снова зайти в диалог с ней. Но знал, что придется. Знал, что совершенно точно увижу там сообщение, ведь ей хотелось осуществить задуманное, договориться о встрече. Но почему-то ей хотелось, чтобы это сделал я, выставился инициатором, своего рода, пригласил бы ее встретить рассвет. А она бы счастливо согласилась, ведь это бы стало ее исполненным желанием. — 4:52 солнце начинает вставать уже в 4.30, я пропустила момент, когда это стало происходить так рано… — 5:35 часов в пять утра может? завтра? — 5:36 с хвостиком :) — 15:35 тут начала цвести сирень. боже, я щас помру от счастья!       Она не спала всю ночь. Ждала рассвет. Искала удачный момент, подсчитывала время, чтобы встретить солнце. Наверняка сидела у окна, смотрела в небо, считала звезды, поглядывала на часы. И ждала моего ответа. Хотела, чтобы я сказал, что это не сложности, что я готов подумать и выбрать день. Но я не ответил ни через час, ни через два. Я сидел на кухне, кружку за кружкой допивая чай. И смотрел в окно. Дождался рассвета, посмотрел на часы. И понял, что солнце в середине мая встает рано. Понял, что выходить из дома нужно около пяти утра, чтобы рассмотреть рассвет. Она тоже это поняла. — 22:14 Ты еще хочешь встретить рассвет завтра? — 23:02 просто скажи во сколько. — 23:03 Давай в 5:20, около парка. — 23:03 до встречи.       Я написал 5:20 потому что знал, что она не будет спать. Не хотел, чтобы она догадалась, что я уже знаю, что солнце встает так рано, знал не с ее слов, а видел сам. Смотрел в окно на кухне всю ночь и ждал. — 23:33 Наверное. Спокойной ночи. Буду пытаться заставить себя спать.       Не думал, что действительно сделаю это, но я отправился в постель. Подложил подушку под голову, смотрел в потолок и думал. Я не знал, получил ли ответ, не знал, останется ли она ждать, прочитаю ли я его. Мне не хотелось думать, что она решит, что я могу не проснуться к рассвету. Могу остаться в постели и никуда не пойти. Но я написал «наверное», словно хотел, чтобы у нее был шанс так думать. И я уснул. — 4:27 Я могу выйти немного раньше, стоит ли?       Я проспал часа два и остался в постели. Шторы висели по краям, я хорошо видел небо и дома напротив. Было еще темно, и я точно знал, что не проспал. У меня еще был шанс решиться, пойти навстречу ее желаниям, пойти на встречу с ней. И я ждал. Ждал, когда солнце покажется за горизонтом, но, кажется я спал совсем недолго, ведь обычно ночью я вовсе не ложусь спать. — 4:32 я не дома, могу выйти во сколько захочешь.       Она ждала? Не дома? Я вскочил с кровати как ужаленный. Почему она не спит? До назначенного времени чуть меньше часа, наверняка поэтому. — 4:42 Вылетаю.