Часть 4

Гобелен Родословной семьи Нотт. Тот, что я рассматривал в детстве часами и тот, к которому потерял интерес десятилетие назад. Висел таким же как я его помню. Пыльный, длинный, с психозными пропалинами вместо членов семьи. Малфой даже как-то пошутил, что выжигать лица на родовом гобелене - любимое развлечение в скандалах чистокровных семей. - Фините Инкантатем. Смотри, Теодор. Я не знал куда именно должен смотреть, потому нашел свое имя, имя отца и сгоревшее место в прошлом принадлежащее моей матери.

«- Папа почему ты выжег маму с гобелена?

- Потому что мне было слишком больно, когда ее не стало, Тео.»

Мгновением спустя любимые угольно черные глаза взирали на меня с гобелена. Беллатриса Блек. И тонкие веточки к Адриану и Теодору Нотту.

***

- Ты знаешь почему ты здесь, Теодор? Но Теодор Нотт больше не отвечал. Так продолжалось из раза в раз, сеанс за сеансом. С каждым месяцем количество пробирок с идентичными воспоминаниями безуспешно росли. Не хватало лишь последней части, где в битве за Хогвартс обезумевший Тео убил пожирателей Адриана Нотта и Беллатрису Лестрейндж. Бланк сеанса с пациентом был заполнен: Теодор Адриан Нотт. Пациент не помнит травмирующие события, испытывает дереализацию. Не идет на контакт без триггеров. Думает, что его отец жив. Не помнит, что убил его. Назначенная терапия не имеет динамики, сменить курс препаратов. Начать следующую терапию с триггера о смерти Адриана Нотта. Крыло ментальных расстройств, отделение для безнадежных: Продлить пребывание бессрочно по указу лечащего врача.