Всегда будем вместе.

Альфис аккуратно, с великой осторожностью осмотрела Папайруса. Она посмотрела на прибор, который измерял магию монстра. - В нем… почти не осталось магии. – Вздохнула Альфис. – Он продолжает умирать… - Сколько ему осталось, Альфис? – Спросил с болью Санс. - Не знаю… - Вздохнула ученая. – Все зависит от него. - Папайрус… - Сказала Андайн. – Ты же не можешь сдаться… У постели Папайруса праха становилось только больше. Фриск зашла в подземелье со стороны замка. Она прошла сквозь барьер, совсем его не почувствовав. Девушка спешила из-за всех сил. - Фриск? – Женщина уронила поднос, разбились чашка с чаем и тарелочка с пирогом. Ториэль шокировано уставилась на нее. - Ториэль! - Фриск поспешила к ней. - Фриск! Так ты вернулась! Зачем? – На глаза Ториэль стали наворачиваться слезы, она не выдержала и сильными лапами обняла ее. - Ториэль! Я очень сильно спешу! Папайрус умирает, это правда? - Правда, моя милая. – Ее слезы уже лились из глаз. – Пошли скорее! Ему становится все хуже и хуже с каждым часом. Вместе, взявшись за руки, они поспешили в Сноуден. Они сели на лодку, которая мчалась на четырех лапах. Ториэль рассказывала ей о Папайрусе. - Ах, Фриск, он не может без тебя! Он так сильно страдает и мучается бедный. Он лишился своей магией. Я не видела его, но Санс говорит, он уже обращается в прах. «Держись, Папайрус, я уже иду. Я здесь.» Фриск с волнением увидела снега Сноудина, спрыгнула с лодки и побежала к его дому. Она снова здесь, она снова видит этот дом. Фриск открыла дверь, зашла внутрь, взлетела по лестнице на второй этаж, открыла дверь. - Папайрус! Она увидела мрачную картину. Санс, Андайн и Альфис, скорбно сидели у постели Папайруса. Они удивленно посмотрели на нее. Фриск тяжело дышала. Она медленней, боясь увидеть Папайруса в близи, зашла в его комнату. Монстры молча расступились. И вот, она увидела. Лежал он, будто мертвый, а вокруг столько праха, вся одежда и вся постель была в его пыли. Но все-таки мертвым не был, иначе она бы увидела только горсть праха. - Папайрус… - Горячие слезы снова полились из глаз. – Папайрус, ты меня слышишь? Она села возле него и осторожно коснулась его руки. Неужели опоздала? - Я здесь, я пришла… Прости, меня. Я не должна была уходить. Я вовсе не хотела. Мне не нужна на самом деле поверхность. Там нечего делать без тебя. Все это время, тебя мне так не хватало. Я страдала каждый день не меньше тебя. И будь мое тело как у монстров, я бы тоже вся рассыпалась от боли и тоски. Но меня терзало каждый день, мое сердце обливалось кровью. Если бы я знала, если бы я только знала, мой милый… я бы не уходила от тебя… Теперь обещаю, я никуда не уйду. Я буду с тобой. Только пожалуйста, посмотри на меня. Она с болью смотрела на несчастного скелета, который лежал неподвижно. Стояла тишина, никто ничего не говорил. - Фриск… - Раздалось слабо голосом Папайруса. - Папайрус… - Ее сердце забилось очень быстро. Она увидела, как его прозрачные слезы потекли из глазниц. - Это… правда… ты… - Папайрус, я вернулась. Я так счастлива, что ты… ты со мной. Папайрус слабо улыбнулся впервые за столько времени. - О, Фриск… ты рядом, и я при этом жив. - Да, все происходит на самом деле. – Она улыбалась ему сквозь слезы. – Не верится, правда? Мы снова вместе. - Фриск… прости… я полный болван. Мне стоило сказать это еще, когда ты была здесь. Но я сделал тебе очень больно… Фриск, я люблю тебя. - И я тебя мой милый, я тебя люблю, обожаю. Фриск заметила на своей руке ответное прикосновение его руки, как пальцы сжали ее крепче. - Я безумно счастлив. Прости, что застала меня в таком положении. Великий Папайрус должен быть намного сильнее. - Ты и так самый могущественный монстр во всем подземелье. Папайрус, я так хочу тебя обнять, но боюсь этого сделать. - Не бойся этого сделать, ведь я понимаю, что теперь я не умру. Он смотрел на нее, и теперь в его жизнь вернулись краски и чувства. Папайрус снова видела ее голубые глаза, радость возвращалась к нему. И он просто не мог оторваться от него. Пыль что исходила от него, теперь стала возвращаться. Папайрус возвращал свою целостность. Фриск и не только она стали с удивлением смотреть как прах возвращался к телу, будто каждая крупица была осознанной и желала вернуться к своему хозяину. Фриск со слезами коснулась лбом его лба. - Я так счастлива… - Прошептала она. - Да… безумно счастлив. Фриск поцеловала его в челюсть, теперь не боясь, что ее касания рассыплет его. Все кругом засмущались и с улыбкой отвели глаза от этого поцелуя. Но Фриск этого не волновало, она погрузилась в этот поцелуй всем своим существом, в этот долгожданный и желанный поцелуй. Быть с ним таким образом было очень приятно. Ничего большего она не желала. Фриск обняла его и легла рядом, уткнулась ему в шею. И с наслаждением они лежали. Друзья решили оставить их наедине. Папайрус и Фриск молча наслаждались друг-другом. - Ты как себя чувствуешь, милый? – Спросила она. - Уже намного лучше. Я чувствую, как я крепну. И как я снова чувствую себя живым монстром. - Бедный, ты так страдал… - И тебе тоже было одиноко? - Очень… - Скажи… меня это сильно волновало, и уничтожало на столько, что сама видела каким я оказался. Когда я отказал тебе… что ты почувствовала? - О… Сильное разочарование. Внутри меня все упало. Мне было больно… - Прости… Ты была на меня обижена или зла? - Нет… просто думала почему же я тебе не понравилась? И были ли у меня шансы? - О, они были. - Но все хорошо ведь, да? Зачем думать об этом, мы ведь друг-друга любим. - О, разумеется. Тут Фриск увидела красное свечение и приподнялась. - Чара! - Чара? – Папайрус тоже приподнялся на дрожащих руках. Оба смотрели на красный огонек. - Это душа человека… - Сказала она. – Я поняла! Она хочет, чтобы ты взял ее. - Я столько всего наделала в своей жизни… Пожалуйста, я хочу сделать хоть что то полезное. – Услышала Фриск. - Да, Папайрус, возьми ее. И тебе станет лучше. - Да! – Папайрус оживился. – И мы уничтожим этот барьер! Папайрус принял душу. Она исчезла под его броней. - И как ощущения? – Спросила Фриск. - Кажется… я чувствую, что могу все. Во мне столько энергии! И силы! Я давно не чувствовал себя так! Фриск, пошли! Пора отправить барьер на пожизненный отпуск! - Сделаем это! Все были в шоке, когда увидели, что Папайрус уже мчался на ногах как прежде, хотя относительно недавно умирал и разлагался на пыль. Но Фриск сказала, что Папайрус поглотил душу человека, но это еще сильнее всех удивило и увеличило вопросы. Папайрус разрушил барьер с легкостью с помощью бластера. Он создал его огромным и выпустил мощный луч. Теперь все могли любоваться поверхностью. - Наконец-то – Сказала Фриск. – Барьер разрушен. - Теперь нас ничто не разлучит. – Папайрус крепко держал ее за руку. Вместе они любовались закатом. – Я в восторге. И от той штуки. - Да… это самый красивый закат в моей жизни. Папайрус также освободил Чару. - Спасибо тебе, душа. – Сказал он. – Благодаря тебе мы на свободе. Красный шарик улетел высоко в небо и исчез там. - Думаю, теперь она сможет найти покой. – Сказала Фриск. Ториэль тоже стояла и смотрела на закат вместе со всеми. Ее преследовало чувство, будто Азгор был рядом. Она даже ощутила подобие теплого прикосновения его лапы. - Азгор… ты тоже видишь это? – Сказала она тихо. Легко слезники выступили на уголках ее глаз. Она его не видела, но Азгор стоял рядом и положил лапу на ее спину. Очень жаль, но и ему пришла пора уходить. - Я люблю тебя, Тори… Ториэль почувствовала, что на том месте, где было прикосновение, стало как прежде. Она очнулась, и поняла, что стояла одна. Нужно поспешить и присоединиться к остальным, вся молодежь уже разбежалась изучать поверхность.