Глава 2. Те, кто не знает о беде.

​Амелия уселась на подоконника, подобрав под себя ноги. На коленях девочки лежал альбом, в котором она пером выводила бесформенные силуэты.  -- Амели, пора обедать! – донёсся до ушей девочки крик матери. Закатив глаза, Амелия отложила альбом и перо, закрутила чернильницу и спрыгнула с подоконника.  -- Иду, мам!  ​Кинув короткий взгляд на зарядивший на улице сильный косой дождь, Амели одёрнула холщовую рубашку и, перепрыгивая через две ступеньки, понеслась на первый этаж.  ​Единственное, что Амелия Диккенс всей душой ненавидела в воскресных обедах – это то, что именно в конце каждой недели в скромный дом Диккенсов приезжали две сестры хозяина, то есть тётушки Амелии. Звали их Миранда и Катерина. И если Миранда к племяннице относилась хорошо, всегда привозила ей что-нибудь сладкое и хвалила за успехи, то Катерина постоянно ворчала. Всё-то ей было не так: то Амелия слишком бледная, то она чересчур горбится, то ходит в штанах и рубашке, а девушке так не пристало одеваться…  ​Задумавшись, Амели не заметила, как чуть не налетела на горничную, идущую по коридору. Та замахала руками, пытаясь устоять на ногах.  -- Ой, Лу, прости! – торопливо произнесла Амелия, мысли которой всё ещё были где-то далеко. – Не видела тебя… Кстати, не забудь принести ореховый торт, тётушки его очень любят.  -- Так не тётушки твои в гости пришли, а Кэмпбеллы всей семьёй, в трапезной сидят, -- пробормотала горничная, заходя в кладовую.  ​Глаза Амелии блеснули.  -- Просто прекрасно! --- прошептала она и, с трудом сдерживая порыв распахнуть двери в трапезную, осторожно открыла их.  ​Перед девочкой возникла довольная физиономия её лучшего друга – Алекса Кэмпбелла. Улыбаясь во все тридцать два зуба, одиннадцатилетний паренёк с жаром обнял Амелию.  -- Мы с Ди думали, что ты и к обеду не спустишься, -- прошептал Алекс с усмешкой, пока Амели выбиралась из его крепких объятий.  ​Диана, сидевшая рядом с родителями, и воспитанная куда лучше, чем её брат-близнец, с лёгкой улыбкой кивнула подруге.  ​Мистер Кэмпбелл одарил сына недовольным взглядом и сжал губы в тонкую полоску. Прекрасно зная, что может за этим последовать, Алекс моментально отлепился от Амелии и вернулся на своё место за столом, рядом с сестрой.  -- Добрый день, мистер и миссис Кэмпбелл, -- мило улыбнулась Амелия и скорее из простой вежливости сделала книксен.  ​Миссис Кэмпбелл благосклонно улыбнулась ей, поправляя оборки и рюшки своего кремового по цвету и будто воздушного платья. Как знала младшая Диккенс, женщина на все званые ужины, обеды и прочие важные мероприятия ходила в этом и только этом платье. С точки зрения самой Амели, такое платье для подобного рода «торжеств» не подходило вообще.  ​Но Амелия с раннего детства усвоила  одну простую истину: «Если младших не спрашивают, они не высовываются», и именно благодаря её соблюдению быстро превратилась в глазах окружающих в «умную не по годам, милую и крайне вежливую девочку».  -- Добрый день, papa. Добрый день, mama, -- отметив, что её собственные родители подобным приветствием остались более чем довольны, девочка села за обеденный стол, выбрав себе место напротив окна, и начала «аккуратно и воспитанно» есть сервированный кухаркой обед.  ​Заметив, что Алекс пытается ей что-то сказать, Амели одними губами произнесла: «После обеда в нашем саду, не сейчас» и продолжила вполуха слушать разговоры взрослых.  ​Вернее, разговор вела одна миссис Кэмпбелл. Мать Амелии лишь сочувственно кивала головой в такт её словам и иногда вставляла слово-другое. Ни мистер Диккенс, ни мистер Кэмпбелл, предпочитая молча есть, в обсуждении последних сплетен Тардиса участие не принимали. -- Дождь опять идёт… А ведь было солнечно и тепло полчаса назад!  -- У нас в Тардисе всегда так, ты же знаешь, Люсиль, -- мягко улыбнулась мать Амелии, даже не пытаясь остановить болтающую без умолку подругу.  -- Ну, не так же! – горячо возразила та, отложив столовые приборы – Натали, наша кухарка, сказала мне сегодня утром, что на рынке было даже что-то вроде землетрясения…  ​Услышав слово «землетрясение», Амелия, Алекс и Диана повернулись к взрослым с горящими от любопытства глазами. Для них даже что-то случайно услышанное немедленно превращалось в событие века.  ​Заметив реакцию детей, миссис Диккенс поспешила сказать:  -- Люсиль, дорогая, ты же знаешь, Натали всегда что-нибудь да и привидится. Показалось ей. Может, она услышала грохот какой и почувствовала топот копыт… Ты же знаешь, он отдаётся прямо в мостовую.  -- М… Вполне может быть, -- довольно неуверенно отозвалась Люсиль, но спорить не стала.  ​А вот дети таким объяснением абсолютно не удовлетворились. Дождавшись, пока женщины договорят, Амели встала из-за стола и робко спросила у матери с отцом:  -- Mama, papa, можно нам с Алексом и Дианой прогуляться в саду?  ​Миссис Диккенс, секунду поколебавшись, улыбнулась.  -- Люсиль, ты же не против, если дети пойдут в сад, погуляют под присмотром гувернантки?  ​Миссис Кэмпбелл, переглянувшись с мужем, махнула платком.  -- С гувернанткой – хорошо, пусть идут… Алекс, Диана, ведите себя, как полагается детям вашего возраста!  ​Сестра и брат тут же подскочили со своих мест и бросились к Амелии.  -- Отлично, просто класс… Слушай, а почему ты не спросила, можно ли нам с мисс Памелой на рынок сходить? – тут же зашептал Алекс, даже не заметив ощутимого тычка в бок от Дианы – Сразу бы выяснили, что там произошло… -- Да кто же нас пустит? – ещё тише спросила Амелия, заметив приближающуюся гувернантку, мисс Памелу Розен.  ​Когда женщина поравнялась с ними, все трое ребят вытянулись в струнку и максимально вежливо поздоровались:  -- Доброго дня, мисс Розен!  ​Свою гувернантку Амелия недолюбливала, поскольку Памела была столь же, если не больше, придирчивой, как и тётушка Катерина. Но в остальном стройная темноволосая женщина лет тридцати пяти, всегда безупречно одетая, была буквально примером для подражания. Всегда вежлива с господами, внимательна к подопечной, исполняет все возложенные на неё обязанности… К тому же Памела выслушивала все жалобы Амели и её капризы с самого раннего детства девочки и почти заменила ей мать.  ​Памела кивнула, протянув воспитаннице руку  и поклонившись мистеру и миссис Диккенс.  -- Следуйте за мной, не отставать! Когда мы придём в сад, далеко не заходите, -- обратилась она к двоим девочкам и Алексу, теперь державшимся за руки.  ​«Конечно, да, мы знаем…» -- подумала Амелия, взяла гувернантку за руку и вслед за ней вышла из трапезной.  -- Успейте вернуться к десерту, не опаздывайте! – крикнула им миссис Кэмпбелл и снова принялась обсуждать с матерью Амелии последние новости, при этом пытаясь затянуть в разговор и мужчин.