Часть XVI

                           Докча задается вопросом, больно ли, когда мышцы лица так сильно натянуты. Над виском Джунхёка явно пульсирует вена, если она лопнет, это, безусловно, будет больно, но у Джунхёка, должно быть, здоровые вены, так что она, скорее всего, не лопнет. Докча испытывает искушение провести по ней пальцем, размышляя, будет ли она мягкой и податливой, как обычная кожа, или кровь течет по ней так быстро, что она может быть жесткой, как хрящ. Его линия подбородка определенно будет острой, как край кости, кожа будет натянута, когда Джунхёк скрежещет зубами.         Докча почти жалеет своего нового арендодателя. Почти, он бы чувствовал себя плохо, если бы этот парень не был мошенником. К его чести, Гонг Пильду стоит на своем, как будто он хочет заключить сделку. Похоже, его больше волнуют деньги и защита его «прав собственности», чем собственная безопасность.         Как он и подозревал, иметь сильного друга, который будет сражаться за тебя, — это лучшее. Докча, конечно, никогда не попросит его драться, но если Джунхёк снова влезет в его дела, Докча не может жаловаться.         Ветхий многоквартирный дом, в который Докча переезжает в субботу утром, находится далеко не рядом с местом жительства Ю, они живут в отчетливо верхнем среднем классе или нижнем высшем классе. Такое сдаваемое в аренду здание не смогло бы обосноваться где-либо в радиусе 5 миль от жилого комплекса Джунхёка. Тем не менее, это не мешает Джунхёку собрать вещи Докчи в субботу днем ​​и отвезти его в выбранное им новое место жительства. Поездка на машине проходит дружелюбно. Докча все еще скован, но сейчас он почти оправился от своей болезни. Погода потеплела; солнечный свет проникает через лобовое стекло.         Ю Миа очень довольна всей поездкой. Она не против Ким Докча, на удивление, но все равно рада, что он уезжает.   «Аджосси говорит, что он не старый, но у него будет свое собственное жилье»   «Но твоему брату тоже досталось место, где ты живешь?» «Это другое, у нас хорошее место, потому что оппа может быть успешным и заботиться о нас даже с юных лет. Держу пари, что дом аджосси такой же запущенный, как и он сам».   «Миа».         Она не извиняется, а просто сжимает губы и широко улыбается, сидя в бустере, глядя в зеркало заднего вида, как будто что-то выиграла.         Докча только закатывает глаза. «Квартира не имеет значения, главное — как ее обустроить внутри! Куплю удобное кресло и книжный шкаф, будет достаточно»         Он так сказал, но…   «Это мошенничество», — была первая реакция Джунхёка, когда они открыли дверь новой квартиры Ким Докчи и впервые заглянули внутрь.   «Спасибо, король Очевидность», — с горечью думает Докча, но выдавливает улыбку, втискиваясь в крошечную «квартирку» в конце коридора на 4-м этаже комплекса. Он почти уверен, что это пространство было сделано как подсобное помещение для хранения чистящих средств и тому подобного, оно вызывает у него воспоминания о его «комнате» в доме его тети и дяди, маленькой каморке, которую он называл своим жилым пространством последние несколько лет.       Ну, по сравнению с этим, это просторнее.... В противовес тому факту, что это также его кухня и ванная теперь. Маленькая раковина, недостаточно места на столешнице, чтобы подключить даже одну конфорку, и скрытый занавеской душ с туалетом посередине.... По сравнению с возможностью, по крайней мере среди ночи, пользоваться обычной кухней, ванной и даже столовой в доме его тети и дяди, это действительно не улучшение.         Но, по крайней мере, это его, а не их. Его собственное место, где никто не заставит его чувствовать себя нежеланным. Это всегда было их пространство, их правила, их дом , где они дали понять, что он нежеланный. Может быть, по сравнению с этим, даже такое место могло бы быть улучшением.         Поэтому Докча отмахивается от беспокойства стримера. «Это мошенничество, потому что это буквально самая дешевая квартира на рынке прямо сейчас, и большинство мест даже не рассмотрят мою заявку, учитывая мой возраст и отсутствие какой-либо финансовой поддержки, мне повезло, что меня приняли сюда. По сути, я мошенник, потому что нашел такое дешевое место для проживания, понимаете»         Миа хихикает, она думает, что это довольно забавно, но у Джунхёка на лице очень недовольное выражение.   «Ну же, не смотри на меня так, вот почему я не хотел, чтобы ты приходил», — с горечью думает Докча, и его улыбка дергается от раздражения.   «По крайней мере, я смогу жить здесь, и это всего лишь год, пока я не закончу среднюю школу и не начну работать полный рабочий день. После этого я перееду»         Джунхёк замечает стены из шлакоблоков, которые составляют две стороны крошечной комнаты, расположенной вдоль внешнего края здания, на самом верхнем этаже, и понимает, что в ней нет обычного гипсокартона и изоляции, которые должны быть у стены квартиры. «Ты сможешь здесь жить?» — бормочет он. Зимой здесь будет невыносимо холодно. Он уверен, совершенно уверен, что это не будет соответствовать стандартам регулирования. Как бы мало он о них ни знал, должны же быть законы против аренды такого места, верно?         Вот почему Докча обнаруживает себя наблюдающим за разборками между своим новым арендодателем, Гонг Пильду, и его собственным другом, Ю Джунхёком, в офисе аренды его нового жилого комплекса. Миа сидит рядом с ним на одном из пластиковых офисных стульев, ее ноги болтаются, и, по-видимому, она тоже развлекается.   «Если он этого не хочет, то ему это не нужно», — настаивает Гонг Пильду, прищурившись. «Я почти готов его вообще запретить!» Его взгляд обращается к Докче. «Бери или уходи, сынок, слышишь? А теперь убери этого придурка из моего кабинета!»       Сердце Докчи на мгновение трепещет от страха, ему действительно нужно это место! Он никогда не найдет ничего дешевле, и он никогда не сможет позволить себе ничего большего. Он почти хочет поклониться, извиниться, пообещать больше не доставлять проблем и вытолкнуть Джунхёка отсюда.         Однако он достаточно доверяет Джунхёку, чтобы позволить ему справиться с этим, поэтому вместо этого он остаётся на месте и ждёт.         Джунхёк делает шаг вперёд, его устрашающий рост достаточно силён, чтобы заставить Гонг Пильду снова поднять на него глаза, даже без немедленной угрозы. Глаза Джунхёка сужаются.   «Ты не понял».       Голос Джунхёка холодный и низкий, ясный, но едва громче шепота. Он тяжело висит в душном офисном воздухе. Немного страшно, но Докча думает, что это невыносимо круто. Он почти жалеет, что не может записать это, Демону Ангелу это понравится. Не то чтобы ей нужно было больше топлива, чтобы запустить свой пароход.         Джунхёк спокойно достаёт телефон из кармана, и экран загорается. «То, что ты пытаешься предложить, незаконно. Один звонок, и я отменю твои права аренды»         Докча и Миа снова переводят взгляд на Гонга Пильду, ожидая его ответа. Они оба наклоняются вперед, словно это кульминация развлекательного шоу.         Гонг Пильду немного рычит, и, опять же, надо отдать ему должное, Докча впечатлен тем, как хорошо он держится. Он невысокий, полный мужчина, не без мускулов, но, безусловно, недостаточно сильный, чтобы противостоять подавляющему росту и опасной ауре Джунхёка. Он все еще пытается, не умоляя и не обещая дать им все, что они хотят, вместо этого пытаясь заключить простую сделку.       «Ну, ты еще не сделал звонок, так что выкладывай уже. Что ты задумал?» «Обычная квартира», — плавно отвечает Джунхёк, затем оглядывается и слегка морщит нос от отвращения. «Или настолько близкая к нормальной, насколько это место может предложить»       Гонг Пильду снова рычит, но не опровергает.   «Если он хочет постоянный отряд, это всегда был вариант», — он смотрит сердито, и на этот раз Джунхёк улыбается в ответ.   «По той же цене, которую вы предлагали в этом мошенническом месте».   «Это не-!»       Хозяин обрывает себя, когда Джунхёк поднимает свой телефон немного выше. Это даже не его физическая сила выигрывает эту битву, это устрашающий вид власти, уверенный способ, которым он обещает последствия. Докча думает, что, возможно, даже он мог бы сделать что-то подобное, если бы ему когда-нибудь пришло в голову попробовать. Он делает мысленную заметку, что-то, что нужно иметь в виду на будущее. Он уже многому научился у Джунхёка; сегодня он снова узнает что-то новое.         Гонг Пильду и Ю Джунхёк несколько мгновений соревнуются в гляделки, но исход поединка был предопределен задолго до его начала.         С веной, пульсирующей так же сильно, как у Джунхёка, Гонг Пильду поворачивается к Докче и выдавливает из себя гримасничающую улыбку. «Сэр, похоже, возникла проблема с документами, касающимися вашего первоначального выбора подразделения. Нам придется перевести вас в другое подразделение», — выдавливает он следующие слова сквозь скрежет зубов, «без дополнительных затрат, конечно».       Губы Докчи изгибаются в искренней улыбке. Если она немного самодовольная, он ничего не может с собой поделать. «Спасибо, сэр, я ценю это. Я буду хорошим арендатором, конечно»         Миа хихикает над свекольно-красным лицом арендодателя. Докча действительно беспокоится за этого человека, на мгновение. У Джунхёка достаточно крепкие вены, чтобы они не лопнули, но у этого парня, если так пойдет, действительно может развиться аневризма.   «Пожалуйста, сэр, все уладилось хорошо, так что нет причин так извиняться. Расслабьтесь, я беспокоюсь о вашем здоровье, пожилым людям не стоит напрягаться», — говорит Докча с фальшивой заботой.         Гонг Пильду игнорирует его, молча вытаскивая другой договор аренды. Он вписывает первоначальную цену в документы, и Докча с радостью подписывает их. Его не волнует, что это все еще место на 4-м этаже, Джунхёк выглядит так, будто он собирается протестовать, но Докча быстро подписывает бумаги, все еще с довольной улыбкой на лице, и благодарит мужчину, прежде чем выпроводить Джунхёка из офиса. Докче все равно нужно здесь жить, в конце концов, так что злить арендодателя больше, чем они уже сделали, вероятно, не лучшая идея.         Миа радостно следует за ними, подпрыгивая. Ей нравится видеть, как ее старший брат командует людьми, по крайней мере, не ею. Он в этом лучший.         Они возвращаются в то, что должно было быть крошечной квартирой Докчи, чтобы забрать вещи, которые они там оставили. Джунхёк входит без слов и без напряжения забирает все обратно. Он на мгновение останавливается на пороге, когда выходит, оглядываясь на крошечное пространство.   «Морозные зимние ночи, душные летние дни». Он смотрит на уже слегка треснувшее зеркало, висящее над раковиной. «Они сказали, что он его разбил, и осколки стекла все еще были у него в руках, когда его нашли».         Джунхёка здесь не было, но он почти мог себе это представить. Глядя на голый пол маленькой квартиры. Представляя, как будет выглядеть Докча, свернувшийся на полу там, посреди всего этого, с желудком, полным таблеток, и дрожащими, онемевшими пальцами, печатающими его последние прощания.         Вот где это произошло, в его прошлой жизни. Где Докча умер. Где он покончил с собой. Место, где он провел два несчастных года и закончил их одинокой, отчаянной попыткой сбежать от своих страхов, печали и ненависти к себе. Джунхек знал адрес, но он никогда не приезжал, чтобы увидеть его.         Даже сейчас трудно выносить вид этого места, учитывая слабое дыхание Докчи за его спиной.   «Джунхёк?»       Это первый раз, когда Докча назвал его просто по имени. Он поворачивается и видит своего зрителя, смотрящего на него с беспокойством, замешательством и терпением в глазах. Его зритель, его читатель всегда мог читать его как открытую книгу.         Ким Докча не знает, почему Джунхёк выглядит таким смущённым из-за этой крошечной квартиры, в которой он никогда не жил, или почему он останавливается и смотрит на неё так долго. Там не на что смотреть, если только его взгляд не устремляется за пределы поверхностного уровня к чему-то более скрытому, но к чему, Докча не может понять.         Это меланхолия, думает он, эмоция, которая скрывается за взглядом, который иногда носит Джунхёк. Раньше, только когда он смотрит на Докчу, а теперь, когда он смотрит на эту крошечную квартиру, как будто она полна призраков, шепчущих ему что-то, чего Докча не слышит.         Неужели он был так встревожен, думая о том, что могло бы быть? Было бы так плохо, если бы Докча жил в этом месте? Это было бы терпимо, не так ли?         Но почему-то это ощущается как нечто большее. Честно говоря, это немного пугает Докчу. Этот напряженный взгляд, который смотрит на него сверху вниз, пытаясь увидеть то, чего нет. Он вообще этого не понимает. Это невозможно, не зная всего контекста. Такое чувство, что он должен что-то дать Джунхёку, он этого ждет, но Докча не знает, что он может предложить.         Поэтому он делает все, что может, выдавая легкую, но искреннюю улыбку. «Да ладно, осталось всего несколько дверей»         Может быть, именно этого и хотел Джунхёк, потому что он сам немного улыбается и кивает, закрывая за собой дверь в крошечную не-квартиру. Докча пытается вырвать одну из сумок из рук стримера, но хватка на ней крепка, и в итоге они вместе несут ее по коридору на противоположную сторону здания. Докча отпирает дверь в свою новую квартиру, и это больше, чем он мог надеяться, но...   «Это все равно дерьмо», — фыркает Джунхек.       Докча смотрит немного сердито. «Эй, не говори так о моем новом доме! Он лучше, чем когда-либо. Честно говоря, это здорово! Я определенно могу с этим работать!»   «Это ужасно», — соглашается Миа, кивая головой, поддерживая брата, но все равно входит и оглядывается. Она избегает прикасаться к чему-либо, как будто все поверхности грязные.         Докча закатывает глаза и начинает изучать, что он может предложить. Стены больше похожи на то, что можно было бы ожидать, гладкие, а не холодные из цельного кирпича, а в ванной комнате есть туалет, который не находится буквально внутри душа. Дверь, отделяющая его от остальной части квартиры, сделана из пластика, и она на самом деле раздвигается, это не просто занавеска, которая, несомненно, отсыреет и покроется плесенью, и вода будет просачиваться в остальную часть комнаты каждый раз, когда он принимает душ.         Это все еще крошечное место с одной раковиной, но на стойке рядом с ней гораздо больше места, по крайней мере, по сравнению с другой. Не так много, но достаточно для основных принадлежностей для готовки, и есть небольшой охлаждаемый ящик, который обеспечивает некоторое охлаждаемое пространство для скоропортящихся продуктов. Есть оконный кондиционер и обогреватель в крошечном шкафу.         В целом, это всего лишь одна немного большая комната по сравнению с тем, что ему дали бы, но есть достаточно различий, чтобы Докча не боялся жить здесь. Здесь достаточно места, чтобы он мог втиснуть книжную полку рядом с небольшой кроватью на полу, и есть окно, чтобы впускать свет без необходимости использовать электричество в течение дня, и, возможно, он действительно сможет готовить здесь какие-то простые блюда и поставить небольшой стол, чтобы работать и есть. Если он планирует как-то закончить колледж, немного места для стола будет просто фантастическим.         Он поворачивается к Джунхёку с широкой улыбкой, которая безмолвно говорит «спасибо», и как бы Джунхёку ни хотелось жаловаться, он должен признать, что за такую ​​низкую цену это просто достаточно функционально, чтобы оправдать ожидания. Он не может найти в себе силы сказать что-то еще плохое об этом месте, столкнувшись с радостным поведением Докчи.         У Мии нет подобных возражений, она комментирует некрасивый бежевый цвет стен и указывает на то, что двери немного деформированы, а металлические детали покрыты ржавчиной, но Докчу это, похоже, не беспокоит.       Джунхёк упаковывает несколько блюд, которые он приготовил, в новую крошечную кухню Докчи, два в холодильный ящик, который, как ему не нравится, занимает большую часть пространства внутри, и четыре, которые можно оставить на столешнице. Что-то, что поможет ему продержаться несколько дней, пока он обустраивается и, как он надеется, сам ходит за продуктами, планируя готовить себе нормальную еду.   «Вероятно, нет», — с горечью думает Джунхёк.   «Сначала съешьте те, что я оставил, они хранятся всего неделю», — советует Джунхёк.         Докча закатывает глаза. «Я прекрасно могу прокормить себя сам, знаешь ли. Делаю это уже много лет»         Джунхёк поворачивается, чтобы посмотреть на него, и Докча отчаянно машет руками, говоря: «Нет, нет, не надо!» Глаза Джунхёка скользят вверх и вниз по гибкому телу Докчи, и Докча шлепает его по руке в знак выговора, но в этом нет никакой силы. Докча ворчит себе под нос о «чертовски красивом главном герое, который судит меня» и возвращается к размышлениям о том, насколько большую книжную полку он сможет втиснуть в пространство, прежде чем в конечном итоге решает, что это не имеет значения, потому что он просто найдет то, что подешевле, вероятно, что-то, что где-то выбросят.   «Если ты собираешься тащить книжную полку или стол на четыре лестничных пролета, сначала позвони мне», — говорит Джунхёк почти обвиняющим тоном.   «Я уверен, что смогу нести пустой книжный шкаф. Они не могут быть такими тяжелыми, он не будет очень большим. Стол, вероятно, даже не будет сделан из дерева».         Джунхёк тянется через небольшое пространство и слегка сжимает бицепс Докчи, отмечая явный недостаток мышечной массы, и Докча тут же шлепает его по руке. «Придурок», — бормочет Докча, но это звучит скорее удрученно, чем сердито. Ну, даже если это заставило его почувствовать себя плохо, Джунхёк предпочел бы, чтобы Докча почувствовал себя немного осужденным, но все равно позвал бы его на помощь, чем пытался бы нести тяжелую мебель сам. Он уверен, что зритель пострадает, если он так сделает.         Миа не хочет оставаться в маленькой, унылой квартире, новизна от вида такого убогого места быстро проходит для нее, поэтому вскоре Джунхёк и Миа уходят.       Пока они идут, Докча хватает Джунхёка за рукав, прежде чем тот успевает полностью выйти.   «Спасибо тебе за», — Докча делает паузу, и у него вырывается раздраженный смешок. «За все, правда. Я до сих пор не понимаю, зачем, собственно, ты все это делаешь, но… Надеюсь, это каким-то образом принесет пользу и тебе»   «Я надеюсь, что хоть как-то я тебе пригожусь», — думает Докча с горечью и мучительной тоской в ​​равной степени.         Джунхёк смотрит на него в ответ, и Докча снова видит это затравленное выражение, прежде чем напряжение немного спадает, и ему кажется, что он читает на его лице ту же самую новую надежду, которую чувствует Докча.         Миа переводит взгляд с одного на другого, не понимая, что происходит между ними, но решает, что настало время вмешаться. Она тянет Джунхёка за фалду. «Оппа, я хочу кальби на ужин, ты еще не голоден?»   «У нас был плотный обед», — протестует Джунхёк.   «Мясо полезно, а я вырасту такой же высокой, как ты, так что мне нужна здоровая еда!»         Джунхёк знает, что она просто пытается утащить его, но он позволяет ей, прощаясь со своим первым зрителем, пока он следует за своей сестрой вниз, а она все время несет чушь о выдуманных преимуществах роста. Он думает, что не провел с ней достаточно времени наедине в последние несколько дней, поскольку Ким Докча остался на несколько ночей, поэтому он что-то поддакивает ей и позволяет ей вести его к машине.         Он пристегивает ее, и они трогаются в путь, но он снова паркуется перед офисом по аренде. «Я вернусь через минуту», — говорит он и выходит из машины, оставляя ее запертой за собой.   Гонг Пильду гневно смотрит, когда он возвращается. «Чего ты хочешь теперь, прийти, чтобы обмануть меня еще раз?» — горько спрашивает он.         Джунхёк молча достаёт 10 купюр по 50 000 вон каждая и одну из своих визиток, бросая их на стол перед хозяином. Старший мужчина бросает на него шокированный взгляд, но не колеблясь берёт деньги и карточку, как будто он уже знает, что согласится на любую сделку.   «Если Ким Докча когда-нибудь просрочит платежи, не выселяйте его и не отключайте ему коммунальные услуги. Свяжитесь со мной, и я заплачу то, что должен»       Джунхёк наклоняется вперед над столом, одной рукой нажимая на разбросанные там бумаги. «Я ожидаю благоразумия с вашей стороны»         Гонг Пильду не знает, что это такое. Если бы это был парень постарше и девушка помоложе, это было бы совершенно логично, черт возьми, это был бы не первый раз, когда он заключал такую ​​сделку, но это два молодых парня, и тот, что перед ним, сейчас кажется странно молодым и старым одновременно.         Старик усмехается. Как будто его когда-либо волновало, какие дела у других людей. То, что приносило ему прибыль и помогало ему сохранять свое имущество, было единственным, что имело значение. Он презирал этого молодого негодяя за то, что у него хватало наглости указывать ему, что делать с его собственным имуществом , и он заставит его заплатить за это позже, если представится такая возможность, но сейчас не было причин отказываться от хорошей сделки, поэтому он кивнул и положил деньги в карман.              

* * *

             Два дня спустя, когда Докча рано утром в понедельник выходит из своей квартиры с баром в руке, он слышит тихий щелчок. Маленькая коротко стриженная девочка, примерно того же возраста, что и Ю Миа, если он должен угадать, тихо закрывает дверь в квартиру по соседству с его. Она замирает, когда видит его взгляд на себе, но он только мягко улыбается и машет рукой.         Она медленно машет в ответ, наклонив голову вниз, чтобы скрыть лицо, и немного смущаясь.   «Я иду в школу. Ты тоже?» — спрашивает Докча. Девушка молча кивает. «Мой автобус останавливается прямо здесь, довольно удобно, да?» Он смотрит вниз и видит, как автобус уже приближается с улицы. «А, я опоздаю! Было приятно познакомиться!» Он снова машет рукой, запихивая остатки своего батончика в рот, и поворачивается, чтобы сбежать по лестнице, дважды чуть не поскользнувшись по пути, но умудряясь ухватиться за перила.         Она тихонько хихикает. «Пока, мистер»