Часть 12

Сириус Блэк трансгрессировал. Приняв форму анимага — огромного чёрного пса, — он скользнул в дом. Всё, что оставалось, — найти брата.  Его движения были быстрыми и почти бесшумными, а обострённое собачье обоняние помогало в поисках. Он втягивал воздух, пытаясь уловить запах Регулуса, но вдруг послышался звук, характерный лишь для змей. Почувствовав опасность, он рванул к лестнице, ведущей вниз. Каменные ступени были разрушены, а снизу тянуло затхлой сыростью и запахом гнили. Подземелье. Сырость, грязь и ощущение, будто стены дышат холодом. В камерах кто-то лежал — то ли мёртвые, то ли почти лишённые сил живые. Сириус огляделся, сердце колотилось, но тут его нюх уловил нечто совершенно неожиданное: слабый аромат клубники, едва уловимой сладости. Запах Элизабет. Ему хотелось зарычать, но вместо этого он побежал вперёд, туда, откуда исходил аромат. В следующую секунду он вновь обернулся человеком. Перед ним открылась картина: Элизабет, изнемогая, тащила на себе безжизненного Регулуса. — Сириус?! — её голос был полон удивления. — Элизабет, что ты здесь забыла? — он едва сдерживал ярость. — Я ведь сказал… — Ты обманул меня! — перебила она. Он замер, но его внимание тут же отвлёк слабый голос Регулуса. Тот едва стоял на ногах, но указал на девушку, лежащую на полу. — Жива, — бросил Сириус, подойдя к ней. Он поднял девушку на руки и попытался трансгрессировать, но что-то помешало. Стиснув зубы, он обратился к жене: — Слушай, я перенесу её. Оставайся здесь, не высовывайся, я вернусь. Поняла? Элизабет лишь кивнула. Сириус снова стал псом и, подхватив тело пленницы, направился к выходу. Адреналин захлёстывал его, но страх за Элизабет был сильнее. Он различил слабый луч света впереди, но тут путь ему преградила тень. Фенрир Сивый. — Блэк, — проговорил оборотень, усмехаясь. Его улыбка была мерзкой, злорадной. Он с лёгкостью схватил Сириуса за шкирку и швырнул на порог. Пёс заскулил, но тут же принял человеческое обличие. — Ты не один, — прошипел Фенрир, бросив взгляд в глубь подземелья. Сириус ощутил тёплую липкость крови на своём боку. Он выхватил палочку и закричал: — Империус! — Круцио! — зарычал в ответ оборотень. Боль пронзила тело Блэка, он сжался, но, как только проклятие ослабло, потерял сознание. Очнувшись, Сириус обнаружил себя на полу. Его окружала темнота, освещённая лишь слабым мерцанием свечей. Голова гудела, а в животе разливалась жгучая боль. — Миро, — произнес темный Лорд. Сириус силясь пытался повернуть голову. Девушка была связана, рот перевязан. Она пыталась что-то сказать, но голос тонул в ткани. Сириус пытался собраться с силами, но тело отказывалось повиноваться. Сквозь туман боли он услышал протяжный, холодный голос: — Ты могла бы присоединиться к нам, но выбрала другой путь, — произнёс Волан-де-Морт. Дверь скрипнула, и в комнату втащили ещё одно тело. Элизабет закричала, но тут же её вопль заглушил пронзительный голос Волан-де-Морта: — Авада Кедавра! Зелёная вспышка озарила комнату. Элизабет снова закричала, и Сириус понял: кто-то из близких ей только что погиб. “Регулус,” — мелькнула мысль. Его сердце сжалось, но он не мог ни двинуться, ни открыть глаза. Шкаф в углу комнаты заскрипел, словно вот-вот обрушится, но Волан-де-Морт, будто ожидая этого, лишь рассмеялся и направил палочку на Элизабет, он оглушил ее, ее тело упало рядом. он почувствовал как ее волосы упали на него. — Беспомощность, Сириус. Это всё, что ты можешь. В комнате воцарилась тяжёлая тишина. и Лорд ушел. а Блэк не мог. не мог ничего сделать.