Глава 5: Зеркала прошлого

Прошёл месяц с того момента, как Минерва стала официальным опекуном Северуса. Каждый день для неё был шагом в неизведанное, полным забот и попыток найти путь к сердцу мальчика, который всю жизнь привык держаться в стороне. Северус оставался замкнутым, всегда чуть нахмуренным и напряжённым, и часто, разговаривая с ней, избегал смотреть ей в глаза. Но за это время Минерва узнала о нём больше, чем за все те годы, что он учился в Хогвартсе. Они начали встречаться по вечерам в её кабинете для занятий зельеварением и магической теорией. Это была идея Минервы — она надеялась, что такой подход даст Северусу ощущение безопасности и регулярности, в которой, как она заметила, он нуждался. И хотя поначалу он относился к этим встречам с настороженностью, со временем начал приходить с небольшим ожиданием и даже некоторым интересом. --- **Однажды вечером** Северус, сидя за старинным дубовым столом, аккуратно смешивал ингредиенты для зелья, когда Минерва, наблюдая за его работой, решилась затронуть тему, которую давно откладывала. — Северус, — начала она, осторожно подбирая слова. — Я знаю, что ты привык решать свои проблемы самостоятельно. Но если тебе когда-нибудь захочется поговорить о том, что тебя тревожит, я здесь. Он остановился, не поднимая глаз, и, казалось, сосредоточенно всматривался в пузырьки, всплывающие на поверхности зелья. Его пальцы слегка сжались вокруг ложки, и на несколько мгновений воцарилось тягостное молчание. — Разве это что-то изменит? — негромко произнёс он, наконец, его голос был напряжённым, почти дрожащим. Минерва глубоко вздохнула, чувствуя, как его слова проникают ей в сердце. Она понимала, что для него это разговор, наполненный болью и сомнением, но также видела, что он, возможно, уже отчаянно хочет довериться кому-то, кто готов его выслушать. — Не знаю, Северус, — мягко ответила она, стараясь не давить. — Но, возможно, знание того, что кто-то готов поддержать тебя, уже изменит что-то внутри. Северус отвернулся к окну, где тёмные контуры гор просвечивали на фоне оранжевого заката. Его лицо осветилось мягким светом, и Минерва заметила лёгкий проблеск эмоций в его глазах, который он тут же попытался скрыть. > **Он шепчет едва слышно, словно себе под нос:** > — Зачем кому-то заботиться? Я… никогда не знал, что это значит. И прежде чем Минерва успела ответить, он тихо продолжил, его голос звучал как мелодия глубокой, неразрешимой печали: > *"Люди приходят, как тени в ночи,* > *Они касаются, шепчут и тают в зари.* > *Никто не задержится, не будет светить,* > *Лишь в памяти вспыхнет короткий их лик."* Минерва смотрела на него, не веря своим ушам, и не знала, что поразило её больше — его слова или то, как он их произнёс, с такой горечью и безысходностью. Он, казалось, сам не ожидал, что проговорит это вслух, но не мог остановиться. Она медленно подошла к нему, остановившись на расстоянии вытянутой руки. — Северус, — тихо сказала она. — Ты можешь позволить себе верить, что кто-то рядом. Я здесь не потому, что мне это навязали. Я выбрала быть твоим опекуном, потому что считаю это важным. Он посмотрел на неё, его взгляд был полон недоверия и, возможно, проблеска надежды, которую он пытался подавить. — Вы правда думаете, что можете изменить то, что я… кто я есть? — бросил он с горечью. — Тени прошлого слишком глубоки. Я не верю, что от них можно избавиться. > **Её слова были мягкими и полными тепла:** > *— Знай, что прошлое лишь шрамы твои,* > *Они сильнее тебя не станут.* > *Ты можешь идти, я — позади,* > *Пока ты шагаешь, тени растают.* Минерва почувствовала, что его суровое выражение смягчилось на мгновение, словно он пропустил её слова через своё сердце, и оно зажглось слабым, но тёплым огоньком. Они молча смотрели друг на друга, и Минерва ощущала, как нарастает эта тяжесть у неё на груди, когда она видела, как много боли скопилось в этом мальчике. — Я... попробую, — наконец прошептал он, почти не слышно, словно говорил это себе. Минерва молча кивнула, и когда он вернулся к своему зелью, она сделала вид, что этого разговора вовсе не было, что позволило ему вновь погрузиться в работу. Однако она знала, что этот момент был важным шагом для него — шагом, чтобы хоть немного приоткрыться. --- На следующий день она получила от него короткое письмо, оставленное прямо на её столе в кабинете. В записке значилось всего несколько строчек, но каждая из них была словно отражением его душевной борьбы. > *Профессор МакГонагалл,* > *Я не знаю, как это происходит, но в вашей компании я чувствую себя спокойнее. Я не привык доверять, но если вы действительно на моей стороне, я постараюсь принять вашу помощь. Хотя… не знаю, смогу ли когда-нибудь привыкнуть к этому.* > *— Северус* Минерва прочла его письмо, ощутив, как что-то тёплое разливается внутри неё. Она почувствовала, что, наконец, Северус начал доверять ей, хотя и с трудом. Она оставила записку в своём ящике и решила не отвечать, чтобы не смущать его, зная, что он и так преодолел себя, написав это. С тех пор её уроки с ним становились всё теплее, и даже улыбка иногда появлялась на его лице, когда они обменивались короткими, иногда слегка колкими репликами. И пусть он редко показывал это, но она знала, что маленький огонёк в его душе постепенно разгорался. Минерва понимала, что путь ещё долгий, но с каждым днём она убеждалась, что сделала правильный выбор, и с каждой минутой её привязанность к этому сложному, закрытому мальчику становилась всё крепче.