Глава 7: Возвращение тьмы

Минерва уже начала привыкать к тому, что между ними с Северусом установилось нечто напоминающее взаимопонимание. Их вечера, посвящённые зельям и магическим формулам, давали Северусу ощущение уюта и безопасности, к которым он не был привычен. Но однажды спокойное течение их занятий было нарушено событием, которое вернуло все его страхи. Однажды утром, когда Северус только сел за завтрак в Большом зале, к нему прилетела сова с письмом. Минерва, как обычно сидя за преподавательским столом, заметила, что Северус замер, едва взглянув на конверт, его лицо побледнело. Письмо выглядело потрёпанным и было запечатано чёрной печатью с грязными отпечатками пальцев — небрежно, словно писавший не заботился о его внешнем виде. Минерва мгновенно почувствовала, что в письме кроется что-то тревожное. Северус, чуть сжав губы, взял письмо и медленно разорвал конверт. Его взгляд забегал по строкам, и лицо постепенно наливалось мрачной, почти болезненной решимостью. В его глазах снова возникло то выражение отчуждённости, которое Минерва считала, возможно, уже исчезнувшим. Минерва видела, как, прочитав письмо, Северус резко встал и вышел из Большого зала, сжимая письмо так, что оно превратилось в измятый комок. Подождав несколько минут, она тихо покинула стол и пошла за ним. Ей понадобилось недолго, чтобы догнать его в пустом коридоре около подземелий, где он, казалось, стоял неподвижно, вглядываясь в стену перед собой. — Северус, — негромко окликнула его Минерва. Он вздрогнул, но даже не обернулся. — Всё в порядке? — Не нужно беспокоиться, профессор МакГонагалл, — его голос был тихим, но твёрдым, даже слегка колючим, как будто он вновь натянул защитную броню, — Я просто… должен вернуться домой. — Вернуться домой? — она нахмурилась, почувствовав тревогу. — Но зачем? Что произошло? Он медленно обернулся, его взгляд был полон гнева и боли. — Мой отец требует моего возвращения, — выплюнул он с отвращением. — Кажется, ему недостаточно разрушить всё, что у него есть, он решил, что пора разрушить и то, что у меня осталось. Минерва сжала губы, чувствуя в себе гнев, но стараясь сохранять спокойствие ради него. — Северус, — начала она мягко, — ты не обязан подчиняться его требованиям. Ты в Хогвартсе, здесь твой дом, и здесь тебя никто не заставит возвращаться в место, которое тебе опасно. Северус фыркнул, его губы дрогнули в горькой усмешке. — Дом? Какой дом? — прошептал он с болью. — Вы не понимаете. Я — всего лишь ничтожество для него, и если я не вернусь, он найдёт способ сделать мою жизнь невыносимой даже здесь. Я знаю его. Минерва сделала шаг к нему, осторожно положив руку на его плечо. Он чуть напрягся, но не отстранился, словно находился на грани между отчаянием и жаждой поддержки. — Северус, — произнесла она твёрдо, — я уже говорила тебе, что ты не один. Если твой отец угрожает тебе, мы найдём способ защитить тебя. Ты не обязан проходить через это снова. Он опустил голову, и несколько секунд они молчали. Наконец, он заговорил, и его голос звучал почти шёпотом: — Но вы не можете понять, что значит каждый день бояться за то немногое, что у тебя есть. Даже здесь, когда я думаю, что всё в порядке, тьма настигает меня снова. Минерва почувствовала, как её сердце сжалось. Она не могла даже вообразить глубину этой тьмы, но знала одно — Северусу нельзя возвращаться туда, где ему угрожает опасность. — Я могу понять одно, Северус, — мягко сказала она. — Ты слишком долго боролся в одиночку, и тебе не нужно продолжать это. Твой отец не имеет права на тебя. И теперь, когда ты под моей опекой, я не позволю ему причинить тебе боль. Северус медленно поднял глаза, его взгляд был полон недоверия, но вместе с тем и слабой, едва различимой надежды. — Как вы можете быть уверены, что он отступит? — спросил он с вызовом, в его голосе чувствовалась горечь. — Потому что теперь за тебя отвечаю я, — твёрдо ответила Минерва. — Если твой отец попытается надавить на тебя или угрожать, ему придётся столкнуться со мной и с Альбусом. Мы не позволим никому, даже твоему отцу, помешать тебе жить в безопасности. Северус сделал шаг назад, и его лицо смягчилось, выражая смесь смятения и, возможно, скрытого облегчения. Он по-прежнему не мог полностью довериться, но в его взгляде Минерва заметила, что её слова всё-таки оставили след. — Профессор… спасибо, — его голос был почти не слышен, но она поняла, что для него это было огромным шагом. Он медленно повернулся и направился к подземельям, оставив Минерву одну в пустом коридоре. Когда он скрылся за углом, Минерва ощутила, как в ней вспыхивает решимость. Она знала, что её обещание — это не просто слова, и если потребуется, она защитит его, как своего собственного сына.