Глава 8: Трудности выбора

Прошло несколько дней с момента их разговора, и Минерва замечала, что Северус снова замкнулся в себе, как будто его недавний прогресс исчез вместе с письмом от отца. Он избегал встречаться с ней взглядом, а во время их вечерних занятий был мрачным и сдержанным, отвечая односложно. Его лицо вновь приобрело холодное выражение, а плечи были настороженно сжаты, как будто он в любой момент ожидал удара. Минерва понимала, что это была не только его собственная защитная реакция, но и влияние страха, который тянулся из прошлого. Она дала ему время осмыслить случившееся, но понимала, что рано или поздно придётся снова поговорить с ним. Она знала, что его тьма глубока и может поглотить его, если никто не подаст ему руку. Однажды вечером, когда они сидели в её кабинете и разбирали сложную формулу защитных чар, Северус, казалось, полностью погружённый в работу, неожиданно нарушил молчание, не поднимая головы. — Почему… почему вы это делаете? — спросил он, его голос был тихим, почти шёпотом. Минерва посмотрела на него, удивлённая, но стараясь скрыть это. Она не сразу поняла, что он имел в виду. — Почему я что делаю, Северус? Он слегка закусил губу, как будто борясь с собой, но затем посмотрел ей в глаза, и в его взгляде читалась растерянность, почти боль. — Почему вы пытаетесь защитить меня? Почему… вам не всё равно? Она почувствовала, как её сердце сжалось, видя, что этот вопрос даётся ему с трудом. Его взгляд был полон сомнений, как будто он впервые позволил себе задаться этим вопросом всерьёз. Она поняла, что он никогда прежде не получал настоящего, искреннего заботливого отношения. — Потому что, Северус, — ответила она мягко, положив руку на его плечо, — ты не заслуживаешь того, чтобы жить в страхе. Никто не должен. Ты — не просто ученик, ты — молодой человек, которому не хватило тепла и поддержки. Я не могу изменить твоё прошлое, но я могу быть рядом сейчас и дать тебе то, чего тебе так не хватало. Он посмотрел на её руку, осторожно убрал её, но в его движении не было ни обиды, ни злобы — только осторожность, и Минерва поняла, что он борется с желанием довериться. — Я не привык к этому, — медленно произнёс он, снова опустив взгляд. — Мне всегда казалось, что единственный способ выжить — это не доверять никому. Что забота — это слабость. Минерва вздохнула, стараясь подбирать слова, чтобы он понял, что его переживания для неё важны и не вызывают отторжения. — Забота — не слабость, Северус, — ответила она. — Наоборот, в том, чтобы принять помощь, есть сила. Ты можешь быть сильным, доверяя другим. Я знаю, что тебе непросто поверить в это, но надеюсь, что однажды ты увидишь, что доверие — это выбор, который не делает тебя слабым. Северус долго молчал, кажется, переваривая её слова. Он не привык к такому разговору и, вероятно, даже не знал, как реагировать, но в его глазах снова появился тот проблеск надежды, который она уже видела раньше. — Значит, если я приму вашу помощь… это не сделает меня уязвимым? — его вопрос был таким тихим, что он словно боялся произнести его вслух. — Нет, не сделает, — уверенно ответила она. — Ты можешь доверять и при этом оставаться сильным. И если тебе снова будет тяжело, ты можешь прийти ко мне, Северус. Ты не обязан больше скрывать свои страхи. Он смотрел на неё, и на его лице появилось выражение, смешанное из благодарности и сомнений. Но в этот момент Минерва видела в нём простого подростка, которому так не хватало опоры. Она понимала, что это не конец его внутренней борьбы, а только начало пути, но знала, что он сделает выбор в пользу доверия. Северус кивнул, и его лицо на мгновение смягчилось. — Спасибо, — сказал он тихо, и, хотя это слово прозвучало почти механически, она знала, что для него это шаг вперёд.