Крыс.

Вернувшись с фестиваля, Алла и Филипп были приятно удивлены: маленький Илюша, с которым активно занимались сразу две помощницы, что-то объясняя и рассказывая из познавательной детской книжки, только заметив родителей на пороге спальни, широко улыбнулся и, протянув к ним ручки, встал на кровати, едва ли не прыгая: - Мама! Мама! - Пугачева, счастливая снова видеть сынишку, подошла к кроватке и взяла ребенка на руки. В свои одиннадцать месяцев Илья вполне четко начал выговаривать базовые слова и даже пытался имитировать звуки, строить какие-то полуфразы, чем сильно радовал своих родителей, - Мама пиехала... - произнес малыш, крепче прижимаясь к родительнице. - Илюша... Зайчик мой... - Алла, покачивая ребенка в объятиях, счастливо улыбалась, обрадованная встрече, - Ты мое солнышко, сынок, - ласково поцеловала малыша в щеку, - Иза, Люсь, - обратилась прима к помощницам, которые не меньше Ильи были рады возвращению супругов, - как Илюша? Все нормально? - Нормально, Алл, нормально, - поспешила отчитаться Дороднова, - Не волнуйтесь. - Что-то он спать днем плохо стал, да и ночью просыпается, - заметила Изольда, - Но я списываю это на тоску по родителям, такое бывает. А в целом, все хорошо. - Мама, - вдруг обратился кроха к Алле, - Мама, де папа? Папа... где? - Илья заметно погрустнел, когда, обернувшись, не заметил Филиппа. - Папа наш... - замешкалась Алла, - Ручки пошел, наверное, мыть, Илюш. Пойдем поищем, - она прошла в соседнюю комнату и действительно застала Фила в ванной. Он, умыв лицо, активно что-то смывал в раковине и, когда Пугачева подошла поближе, уже не было никаких следов. Зато кое-что осталось на лице Фила плохо смытым, - Папа! Мы тебя обыскались! - Алла, заметив на верхней губе что-то красное, смешанное с каплей водой, сразу поняла, в чем дело, - У тебя опять кровь из носа течет? - нахмурилась женщина, крепче взяв сынишку, - Филь? - Аллунь, все нормально, я просто... - Киркоров не знал, что ответить - едва зашел домой, все как-то само собой получилось. Вымыл руки, наклонился над раковиной, и тут сюрприз, - Не переживай, это ерунда. Дай лучше Илюшу, - он вытер полотенцем лицо и осторожно перехватил сына с рук жены, - Илюша, сынок, - улыбнулся ребенку, и малыш, наклонившись, попытался поцеловать папу в щеку, - Маленький мой, - Фил померился с ним носиком и нежно прижал к себе. - Папотька... - произнес в ответ кроха, впервые в жизни и сразу - почти безошибочно - выговорив достаточно сложное для его возраста слово, - Папа... - Алла смотрела то на мужа, то на сына и, изрядно волнуясь, думала, что делать с Филиппом. Да, пусть такие эпизоды с его носом случались нечасто, но все же имели место быть. - Филь, я договорилась с Бокерией. Прием на завтра. Это не обсуждается. - Аллунь, давай позже. Мы же с тобой только домой вернулись, я по Илюшке соскучился, мне скоро уезжать опять на гастроли. - выйдя из ванной комнаты, Фил с сыном прошел в спальню и, усевшись на ковер, стал с ним играть, - Илюш, мы с мамой тебе столько подарков привезли из Витебска! - рассказывал так оживленно, что у ребенка сразу появился интерес, - Там игрушки, книжки! И один классный Крыс! Плюшевый! Пойдем, посмотрим? - но Илья уже был занят любимой машинкой, катая ту по полу, ему явно не хотелось никуда уходить, - Илюша, - попытался привлечь его внимание Фил, - Алл, побудешь с ним? Я быстренько принесу! - он тут же вскочил и помчался за оставленным в прихожей чемоданом, пока Алла присела рядом с сыном. Несколько холщовых сумок, доверху забитые игрушками сразу очутились в спальне, и Филипп принялся доставать того самого серого Крыса, который был больше самого Илюши раза в два, да еще в желтом комбинезончике, - Илюш! - находясь на небольшом расстоянии, окликнул его Фил. Маленький Илья, поставив машинку, с которой играл, посмотрел на отца, а затем, опираясь ручками на пол, на всеобщее изумление, сам встал и сделал несколько первых шагов... Алла с Филиппом, переглянувшись, засияли от счастья - это были первые шаги их сына, а они стали свидетелями. Напряженно наблюдая, как сынишка мелкими, почти семимильными шажками идет к нему, Филипп отложил в сторону большую плюшевую игрушку и, чуть приблизившись, вытянул руки вперед, на всякий случай подстраховывая малыша. - Папа! - заметив понравившегося ему Крыса, Илья дошел до своего отца, но в самом конце все-таки упал, к счастью, Филипп смог его подхватить и малыш не ушибся, - Папа! Крис! - тянулся ребенок с рук отца к понравившейся игрушке, - Дай Крис! "Я щас сдохну от счастья! Бля-я... Год назад мечтать о таком не могла! О, Господи, аж руки трясутся!" (Алла). Пугачева мгновенно вытерла проступившие слезы искреннего счастья, которые все-таки были заметны и, подойдя к родным, подала сыну игрушку. Илюша, внимательно поизучав новинку, немного пощипал неодушевленного Крыса, а затем дернул за два больших передних крысиных зуба из войлока, которые умело пришиты ко рту игрушки. - Зу... - произнес мальчик, все еще дергая несчастному Крысу передние белоснежные, но войлочные, зубы, - Дай! - Илюш, так не надо делать, - вступилась за Крыса Алла, - Ему же больно! У тебя зубки тоже есть, их дергать нельзя! - Бо? - уточнил мальчик, на что Алла кивнула, - Крис бо? - и тогда уже кивнул Филипп, когда поймал на себе заинтересованный взгляд сына. Маленький Илюша, на удивление всех, крепко обнял игрушку и погладил Крыса по спине, словно извиняясь перед ним, - Крис... - ребенку явно понравился новый плюшевый улыбающийся друг, которого с большим старанием выбирал ему Филипп в центральном детском универмаге Витебска. - Иза, Вы кормили Илюшу? - уточнила прима, переключив внимание на работницу, которая, как и Люся, стояла рядом в комнате. - Да вот как раз хотела покормить! Уже все готово, - улыбнулась Изольда, наблюдая с каким трепетом родители относятся к долгожданному ребенку. - Да, Алл, - выключив камеру, на которую Дороднова снимала без ведома и позволения все, что происходило в комнате на тот момент, Люся добавила, - Я тоже приготовила - но уже Вам. Есть сочная баранинка с рисом, будете? Аппетитная кореечка, я сегодня на Даниловский рынок ездила. Все как вы любите, господа-товарищи! - Ну, раз так, - от того, как Люся описывала вкуснейшее блюдо, у Филиппа чуть слюни не потекли, - Тогда пойдемте с нами ужинать! Мы Илюшу покормим, себя покормим, а вы рядом посидите, девочки, - с этими словами Киркоров аккуратно подхватил сына, который все также крепко держал плюшевого Крыса и понес в недавно отремонтированную столовую. Алле захотелось немного сменить стиль в их доме, и все комнаты, включая ванную, теперь украшали фирменные греческие узоры одного известного бренда. Даже рама зеркала в ванной комнате. Посуда и та от Versace, как и стол, который Донателла - главный дизайнер и глава модного дома - прислала чете известных артистов за вполне символическую плату. Дороже оказалась сама таможня и все оформления: слишком затратно аккуратно перевозить целый комплект, состоящий из восьми стульев и стола из слоновой кости с золотой платиной, но Фила это не остановило, уж больно хотелось угодить жене. Теперь раздвижной стол совершенно огромного размера украшал столовую, правда, на нем по-прежнему лежали старенькие овальные скатерти-салфетки, едва ли не из пробки, чтобы маленький Илья уж точно не поцарапал поверхность чем-то. После довольно сытного ужина Алла, вверив ребенка в надежные руки Изольды, курила, лежа в постели. На данный момент ее беспокоило только состояние здоровье Фила. Правда, день скрасили несколько радостных событий - перед глазами все еще стояла картинка-воспоминание, как сынишка сделал свои первые шаги, как сказал нежное "папочка" в своей манере и как, едва заметив маму на пороге, обрадовался и потянул к ней ручки. Улыбнувшись этим воспоминаниям, Алла потушила сигарету и, накинув на себя халат, прошла в ванную, где принимал душ Филипп. Намылив голову шампунем, он не сразу заметил, что к нему в душевую, так и не сняв шелковый халатик, вошла Пугачева. Она нежно улыбнулась мужу и, не мешая ему смывать пену, так и стояла молча, пока Фил, промыв глаза, не открыл их: - Аллуня? - Филипп не ожидал увидеть ее перед собой и слегка испугался. Пугачева, легким движением коснувшись его подреберья, провела чуть выше и притянула мужчину к себе за шею, а затем подарила нежный поцелуй, отчего Филипп улыбнулся. - Иди ко мне... - прошептала женщина, поглаживая его спину, - Папочка... - ей в этот момент захотелось ласки, и она прижалась к любимому мужчине, чувствуя, как горячо он обнимает в ответ. Фил словно почувствовал ее едва ощутимый трепет от легких поглаживаний по плечам, и недолгую минуту супруги стояли под горячим душем. Не вкладывая ни грамма пошлости, Киркоров развязал пояс шелкового, промокшего до нитки и потому неприятного, халата и спустил с ее тела, а затем снова - еще крепче - прижал к себе, - Я переживаю за тебя, Филька... - честно призналась Пугачева, вдруг разбавив тишину, - Мне страшно. Что... - она подняла свой взор и посмотрела на мужчину, - что я могу потерять свое счастье, которое обрела. Тебя. Понимаешь? - Филипп явно не собирался обсуждать свои проблемы со здоровьем, скрыть которые уже было трудно, как бы он ни пытался - то, что видела порой Алла, была десятая часть в лучшем случае. На самом деле, даже после небольшой нагрузки, стоило ему пройти два лестничных пролета, накрывала совершенно странная одышка и чувство сдавливания где-то в грудине. - Аллочка, со мной все хорошо, даже не волнуйся! - поспешил успокоить ее Фил, просто не желая развивать эту тему, - Я совершенно в порядке. Мое сердце, - улыбнулся он, - принадлежит тебе. Давно, пожалуй... - в ответ прима улыбнулась, довольная таким теплым признанием и чмокнула Филиппа в заросшую грудину, еще крепче обнимая, - тебе не холодно? - уточнил Фил, заметив мурашки на ее предплечьях. Он не понял, что это было проявление вовсе не холода, а чего-то, наоборот, более горячего - пробудившегося желания любить и быть любимой. - А ты согрей, - ухмыльнулась прима, широко улыбнувшись Филиппу. Тут и намека никакого не было - прямой текст, который читался в ее взгляде, не говоря уже о сказанном. Филипп, перекрыв смеситель, выключил воду и чувственно поцеловал жену, даря ей один поцелуй за другим, с каждым разом делая его все глубже и дольше. Сильные мужские руки прижали к себе хрупкое женское, но возбуждающее, тело, Алла чувствовала, как буквально тает в его объятиях, и желание заполняет разум, слегка туманя рассудок. Как-то незаметно они, целуясь, присели на пол, и прелюдия разыгрывалась с еще большим рвением, переместившись на подбородок и женскую шею. Алла прикрыла глаза, позволяя себя ласкать, лишь поглаживала щетинистые щеки мужчины влажной ладонью, но, почувствовав, как жаркие поцелуи распространились на ее зону декольте, слегка запрокинула голову назад, томно простонав. Филипп, крепко держа ее левой рукой за спину, правой сжал аппетитную грудь и тут же накрыл сосок горячим влажным поцелуем, языком проводя по ореоле, отчего Алла задышала глубже - ей до дрожи нравились такие ласки, эти игры, возбуждающие настолько, что она запросто могла забыться. Фил гладил бюст у основания теплыми и мягкими движениями, глядя, как она прикусывает губы от наслаждения, брал грудь в ладони и очень деликатно сжимал, а затем, решив поэкспериментировать, указательным пальцем помассировал ореолы, и Алла, не сдержавшись, буквально задрожала в его ласках. Она настолько возбуждена, что сосредоточилась на ощущениях и, впившись ногтями в левое предплечье Филиппа, наслаждалась тем, как он игрался с сосками, то сжимая их между пальцев, то снова, наклонившись, аккуратными поцелуями продолжая буквально доводить ее до пика блаженства. Глядя, как она прерывисто дышит, Фил постепенно сузил радиус своих поцелуев до одной конкретной точки - сосков - и, прощупывая реакцию, сперва мягко надавил на них языком. - Филя... - все-таки тяжело дыша, Алла нашла в себе силы произнести хоть что-то внятное, помимо жарких протяжных стонов, - Филя, я щас кончу... - внезапно зажмурившись, сильно сосредоточившись на ощущениях, едва ли не процедила на выдохе прима. Довольно улыбнувшись, чувствуя, что жена буквально на грани, Киркоров продолжил свои игры, сделав ласку более настойчивой, немного грубой, что Алла откровенно стонала, прижимая его голову к своему бюсту, - А-а-а! Агрм! - едва ли не рычала женщина, чувствуя, как поднимаются волны яркого удовольствия от разнообразия посасывания и покусывания с деликатным негрубым сжатием основания бюста. Внезапно вернув первоначальную тактику нежности, Филипп медленно ласкал каждый миллиметр груди языком, и такой контраст заставил женщину слегка выгнуть спину, - Еще! Умоляю, еще! - Фил буквально впился в сосок и, сжав грудь, заставил Аллу кончить, что она дрожала в его объятиях с головы до пят, едва ли не выпав из реальности. На лице - гримаса, она сжалась, сконцентрированная на пике блаженства, и лишь сквозь сжатые зубы просачивались глухие полусбитые стоны. Женщина открыла глаза и, слегка отдышавшись, обняла мужа, поцеловав его в плечо. Лицо раскрасила широкая полупьяная улыбка, а женские ладони поглаживали спину мужчины. Алла, решив сделать ответный жест, сама прильнула к мужской грудине, то целуя, то покусывая все заросшие, но тем не менее, нежные участки кожи. Она слегка повалила мужа на спину и, устроившись сверху, взяла бразды правления в свои руки - впрочем, Фил не возражал, видя ее игривое настроение. Каменный член от излишнего возбуждения давно едва ли не ныл и, когда Алла обхватила пенис рукой и направила в свое сочившееся лоно, Филипп почти буквально почувствовал кайф - стенки сжимали орган, обволакивали приятной теплотой налившуюся головку и ствол, Фил глубоко вздохнул, проникая в женщину все глубже, пока она, сев на него до самого основания, не задала нужный - пока медленный - темп. - М-м-м... - Филиппу приятно каждое ее движение, он немного помогал, двигая бедрами, что придавало обеим сторонам остроты ощущений. Сам по себе ракурс - когда виден колышущийся бюст - так возбудил мужчину, что он, не сдержавшись, сжал ее груди, - Алл... - она делала все осторожно, глубоко, пока Филипп ласкал ее спину, бедра и ягодицы. Алла буквально кайфовала, чувствуя себя хозяйкой положения, сама по себе поза возбудила и ее весьма сильно, а приятные движения, которые целиком и полностью зависели от нее, доставляли неимоверное удовольствие, что женщина ускорилась. Желая подразнить мужа еще больше, даже не слезая с него, Пугачева прислонилась спиной к прохладной стене и, отклонившись чуть назад, коснулась правой рукой своей промежности, не стесняясь показывать ему все, что она делала круговыми движениями пальцев со своим клитором. Фил так возбудился, что задышал часто, рвано и не смог сдержать протяжное, - Бля-я-ять... - едва ли не взвыв, глядя, что она делает, - Алла! - хитро улыбнувшись, Пугачева возобновила свои движения на муже и, при этом не прекращая ласкать себя, дразняще и томно стонала. До такой степени раздразнила, что Филипп был готов сойти с ума и, не вытерпев, все же сменил позу, взяв на себя первенство - теперь он стоял позади жены и, снова войдя в ее лоно, сам возобновил нужный им обоим темп, резкими толчками приближая их обоих к вершине наслаждения. Правая рука спустилась к ее клитору и такими же массирующими, как Алла себя ласкала, движениями, Фил усиливал жене удовольствие, что она начала громко стонать, пока левая рука сжимала до боли привлекательный женский бюст. Переместив руку на ее шевелюру, Филипп пробрался к корням и слегка сжал еще невысохшие волосы, этой легкой болью еще больше дразня женщину, а затем, все-таки отпустив из страха сделать неприятно, поцеловал в шею, чуть прикусив нежную взмокшую кожу. - Да! - стонала Алла, прижимая его руку к своей промежности и насаживаясь на член, - Да! Трахай меня! Блять! - затаила на миг дыхание, чувствуя, что кончает, - Фил... - она не договорила - в один момент, когда оргазм настиг ее бурной лавиной, что-то внутри как будто свело, и Алла заорала почти во всю глотку от сочетания сильного удовольствия - оргазма - и дерганого пульсирующего болезненного спазма, - А-а-а-а! А-а-а! - она так кричала, руками вцепившись в Филиппа, чтобы не упасть, что Киркоров чисто интуитивно, несмотря на выстреливающий оргазмом пенис в ее глубину, прекратил всякое движение. - Алл? - заметно занервничал, когда Алла, не сумев разобраться в ощущениях - этой странной помеси боли с удовольствием - еле-еле смогла остаться в сознании, поверхностно и часто дыша. Тело откликалось пульсирующим спазмом, ей было также хорошо, как и больно, и женщина впервые в своей жизни готова была рухнуть пластом, чего, к счастью не случилось, потому что Киркоров ее держал нежной, но надежной хваткой, - Маленькая моя, тебе больно? - догадался Фил, пока Алла, все еще стиснув зубы от этой смеси, зажмурив глаза, помотала головой: - Филя... - от чрезмерных эмоций по щекам потекли слезы, ей вдруг стало дико обидно - да, оргазм (и довольно сильный, что ноги до сих пор дрожали) получен, но это ощущение, что внутри что-то свело и судорогой не давало расслабиться, просто убивало, Алла буквально не могла оторваться и... выпустить мужа, - Филя, я не могу тебя отпустить, - мышцы влагалища от спазма свело, Филипп буквально застрял, не в силах сделать хоть какое-то движение, а паника уже, сменив боль, настилала Пугачеву, - Филя! - дрожа уже от страха в его объятиях с головы до ног, Алла едва ли не заорала. Киркоров, попытавшись безуспешно выйти, понял, что случилось, и сам довольно сильно испугался - такого в его жизни еще не было. - Тихо, спокойно, - стараясь сохранять спокойствие, Фил пытался утешить Аллу, - Тебе надо расслабиться. Успокойся. Дыши глубоко, - вспомнив техники дыхания при стрессе, коим обучил его Марк, Филипп пытался помочь. - Не могу... Мне было классно, - перечисляла Алла, дербаня от страха ногтями его кожу на руках, - очень классно, я кончила! Но потом такая боль... Я съежилась... И теперь спазм, как судорога, не могу расслабиться, не могу тебя отпустить! Филипп, что делать?! - Тихо, Аллунь, тихо. - Филипп прислонил левую руку к ее подреберью и почувствовал, как сильно бьется ее сердце, - Все хорошо. Все будет хорошо, - он поцеловал ее в щеку, чуть повернув голову, и Алла, все еще часто дыша, тряслась в его руках, - Так. - Киркоров активно думал над тем, что делать и, понимая, что ее надо расслабить, постарался погладить спину, но это плохо помогало. Погладил область живота по часовой стрелке, пытаясь отвлечь. Оглядевшись по сторонам, Фил рукой дотянулся до душа и включил несильный напор теплой, ближе к горячей, воды. Это действие возымело эффект - мышцы под теплым напором расслабились, разжались. Алла под его утешающими ласками, когда он нежно целовал ее и поглаживал, немного успокоилась. Защемление спало, мышцы отпустили мужчину, судорога ушла, и Алла, сделав глубокий нервный вдох, стерла проступившие слезы. Почувствовав "свободу", Филипп и сам облегченно, но незаметно, вздохнул. - Филя... - все еще перепуганная Алла повернулась к мужу лицом и, также сидя на корточках, прижалась к нему объятиями, - Филечка... Никогда меня не оставляй! - просила она, немного запинаясь от пережитого волнения и прижимаясь к нему максимально близко, что между супругами и миллиметра не осталось, - Будь всегда рядом! - Все хорошо, маленькая моя. Все хорошо, - твердо произнес Фил. Он предпринял эту попытку с душем чисто наугад, правильно предположив, что горячая вода расслабит, - Аллочка, все прошло. Все. Это была случайность, я виноват. - Нет, не ты! - резко оборвала его Пугачева, - Миома. - вспомнила она слова Курцера, когда тот предупреждал о возможных болях при акте и спазмах, - Филь, давай ее удалим нафиг! Пофиг, что операция - пофиг! Я еще такого раза не переживу! Это очень больно! - Алл, наркоз. Сердце. Кора головного мозга, - отрывками перечислял Филипп все опасения, - Давай просто успокоимся и позвоним Марку, хорошо? - ничего не ответив, Алла лишь кивнула. Нельзя было назвать это соитие испорченным - все-таки оба достигли пика, да и духовно тоже - произошедшее, хоть и напугало, но не рассорило супругов. Филипп, осторожно встав, взял Аллу на руки, все еще опасаясь, что ей может быть больно, и донес до кровати. Нашел мобильный телефон и набрал номер их, уже семейного, врача. Вкратце и максимально деликатно, так, что Курцер ничего не понял, передал трубку жене, и она уже рассказала без экивоков, что произошло: - Марк Аркадич! - закурив сигарету, чтобы немного успокоиться, Пугачева едва ли не рявкнула в трубку, - Знакомы давно, ты врач, потому прямо: меня во время секса, когда я кончала, защемило. - опытный акушер-гинеколог, слушая такие подробности, невольно покраснел, но все же пытался разобраться, в чем дело, - Боль была адская, такая - что меня изнутри свело. Понимаешь? Защемило. Филя кое-как сообразил, горячим душем расслабил, получилось его отпустить. Что это и как быть? - Понял Вас, Алла Борисовна, - тяжело вздохнул Марк, - Ну... что-что? Миома. Я Вас предупреждал. Филипп еще молодец - некоторые дергаться внутри начинают, чтобы освободиться и тем самым наносят травмы, там уже скорую надо вызывать. - Понятно, - выдохнув табачный дым, Алла сделала новую затяжку, уже представляя эту картину маслом "Вызов неотложки" и дальнейшие заголовки в газетах, - Я так и думала. Что с этим делать? Ты говорил, есть какая-то миом.. ктомия? - не вспомнив нужный термин, уточнила Алла. - Да. Но только по серьезным показаниям. Экстренным почти. Я не думаю, что у Вас миома выросла до таких размеров, что ее надо удалять полостной операцией. Это заново резать брюшко, матку. И не факт, кстати, что эти узлы - а миома это узлы - не образуются заново. Есть более радикальный метод, но... не по телефону, конечно. Приходите завтра на прием, я Вас осмотрю. - Марк... Что за метод? - чувствуя нечто табуированное, не смогла сдержать любопытства Алла. - Удаление матки, как таковой. С придатками. Если Вас сильно беспокоит боль при половом акте - это выход. Но опять же - экстренный. Слишком радикальный, мы редко проводим такую практику, только при маточном кровотечении и железобетонным показаниям. - Я согласна! - совершенно не задумываясь, ответила Алла, - Дочь есть. Сын есть. Пусть боли не будет. Больше ничего не надо на старости лет. - Киркоров едва рот от удивления не открыл - он не ожидал, что Алла пойдет так радикально, в отличие от Курцера - этого врача трудно чем-то удивить, столько он всего наблюдал за годы практики. - Приходите завтра к 15 часам. Мы все обсудим, хорошо? Так или иначе перед общим наркозом полагается сдать анализы. - врач повесил трубку, и только в этот момент Алла вспомнила, что у них с Филом был запланирован визит к кардиологу. - Филь... Ты сможешь завтра без меня съездить в Бакулевку? Бокерия ведь ждет. А я проконсультируюсь у Марка. - посмотрев на супруга, Алла вернула ему мобильник. Но Киркоров лишь отрицательно помотал головой и, отойдя подальше к окошку, набрал номер, совершенно позабыв о позднем часе: - Лео Антонович! Добрый вечер, Киркоров! Вы меня простите, ради Бога, я Вас тревожу в поздний час. Я что-то приболел... Да-да, температура, кашель, - немного покашлял Фил, прикрывая свое вранье, на которое Алла лишь цокнула языком, - я боюсь Вас ненароком заразить, да и с температурой ехать как-то не хочется, ну Вы меня понимаете. Может, мы перенесем наш прием? - спустя недолгую паузу, дав ответить собеседнику, Филипп тактично продолжил, - В любое удобное для Вас, - подчеркнул он, - время! В любое! Я под Вас подстроюсь, Лео Антонович. А, отлично! Спасибо Вам большое и человеческое! Да, на связи. Угу. Всего доброго. - Филь, ты че делаешь? - скрестив руки в недовольной позе, уточнила Алла, - Я, что, зря тебя к нему записывала? - Алл, у меня к тебе такой же вопрос, - подойдя к ней, Филипп уточнил, - Что ты делаешь? Зачем так радикально? Я молчу про саму матку! Наркоз, Алл! Как я могу оставить тебя одну? - Филь... Ну... - понимая, что эта тема болезненна для них обоих, Алла приблизилась к мужу и взяла его за руку, - я понимаю, что ты против удаления. Я как бы... тоже. Но... если это единственный выход... Филь... - Вот давай будем принимать решения вместе! - настаивал Киркоров, - Единственный выход, не единственный - давай думать вдвоем. Я хочу, чтобы тебе было хорошо. Но я - мужик - и то понимаю, что такая мера до добра не доведет! Не потому, что я хочу детей - хотя... - замялся Филипп, - не отрицаю этого, - в этот момент Алла улыбнулась, - а потому что такое вмешательство чревато последствиями! Да - то, что произошло сегодня - ужасно! Но впредь я буду деликатен! Обещаю! Только, Алл, - Киркоров нежно сжал ее руку и поцеловал ладонь, приблизив к себе, - Я прошу - давай тщательно все взвесим. И я не могу отпустить тебя одну. Алл, извини - я просто боюсь. - Филь, давай честно - детей у нас уже не будет больше, Марк сам сказал, - эта фраза вырвалась какой-то горькой констатацией, у Аллы голос задрожал, - эмбрионы наши погибли. У нас есть Илюша. - отрывками говорила Алла, делая небольшие паузы, - Которого мы любим. И который здоров и все окей. Зачем тогда мне... - Затем, что! - перебил ее Фил, едва ли не вскипев от возмущения, - Алла, блин! Это опасно для здоровья, пойми! Я не хочу потерять тебя, как потерял мать! Не хочу! Вдруг рак из-за дисбаланса гормонов выскочит! Вдруг! Что я без тебя буду в этом мире делать? - Батюшки! - хихикнула Алла, - Дисбаланс... Слова-то какие мы знаем! - ухмыльнулась она, шуткой пытаясь успокоить мужа, - Филь... Я не настаиваю. Но если это последний метод... - она обняла его, на что Филипп тяжело вздохнул. - Нет, - сурово и твердо произнес мужчина, - Нет, Алла. Так нельзя. Не потому, что мне не нравится - нет. А потому что для тебя такая мера опасна. Я не хочу сейчас это обсуждать. И дело вовсе не в детях, а раке, который может появиться. В твоей жизни и ее сохранности, понимаешь? - он потянулся к ее пачке сигарет и дрожащей от помеси страха со злости рукой вытащил одну, решив закурить впервые за долгое время, - Мы втроем - ты, Марк и я - обсудим все варианты, всю ситуацию. Хорошо? - Хорошо, Филь. Хорошо. - кивнула Алла, чиркнув ему зажигалкой, - Только успокойся. Еще ничего не решено. И ты опять плюнул на свое здоровье! - недовольно заметила прима. - Когда ты поймешь, что мне твое здоровье важнее? От него напрямую мое зависит, кстати! - фыркнул Фил, потушив едва закуренную сигарету - табак его ни на йоту не успокоил, - Как ты себя чувствуешь? - сменив тему и прижав жену к себе, он нежно поцеловал ее в макушку, на что Алла довольно улыбнулась. - Счастливой, Филь, - подмигнула она ему, не скрывая доброй улыбки, - Несмотря ни на что - мне все очень понравилось. - они посмотрели друг на друга и соединились в нежном поцелуе. Испытываемая тревога вдруг куда-то испарилась, оставив в душах только любовь, только здесь и сейчас. - Филипп... - в комнату кто-то настойчиво постучался и, все-таки оторвавшись от пухлых губ любимой женщины, Киркоров, крикнув, разрешил войти, укутывая Аллу в одеяло, - Филипп, Алла, я... - на пороге стояла Люся. Вся бледная, руки отчего-то дрожат, голос. По ее виду супруги поняли, что что-то случилось, - прошу прощения, но... Илюша... У него сильный жар, Алл.