Часть 2

В ванной комнате царит полумрак, лишь слабый свет проникает сквозь занавеску, создавая атмосферу уединения и безмолвия. Бледный свет тусклой лампы освещает углы её сознания, в которых вырисовывается образ жуткого клоуна в черно-белом костюме и белом гриме. Его безмолвная улыбка, холодные глаза и медленные, жутковатые движения вызывали мурашки по коже. Его глаза,обрамленные темными кругами и подчеркнутые черными гримом, такая же мрачная улыбка, что придает ему какой-то демонический вид. Сердце ёкает в памяти о том моменте, когда он появился, внезапно нарушив спокойствие. В конце концов, он всего лишь человек, но лучше от этого не становится. Не хотела бы она встретить его вновь. Девушка сидит в ванной прохладной воды, которая постепенно заполняет пространство вокруг неё. Вода кажется чуть холодной, и каждый её контакт с кожей вызывает легкую дрожь, пробегающую по телу. Она погрузилась в себя, её тело расслаблено, но ощущение холода проникает в сознание, добавляя к общей атмосфере нечто безлюдное и тягостное. Мысли сменяют друг друга и в какой-то момент затмевают образ в её голове. Её тело наполовину погружено в воду, а другая половина — на поверхности, волосы слегка намокли и струятся по плечам. Её ноги вытянуты вдоль дна ванной, а на руках, облокотившихся на края, видны капли, стекающие в воду. Влага создает эффект блеска на коже, но в то же время провоцирует появление мурашек, как будто каждое прикосновение холода напоминает о том, что происходит внутри неё. Вода слегка колышется от струй, которые падают с душа, создавая шум, но она не слышит этого — её мысли затянуты в паутину апатии. В этот момент мир вокруг исчез. Её взгляд устремлён в одну точку, но он пуст и безжизненен, как будто она находится далеко от этого мира. Вода, холодная и прозрачная, отражает её бледное лицо, и капли, скатывающиеся по её коже, кажутся ей такими же безразличными, как и всё вокруг. Глаза девушки слегка прищурены, а веки тяжело опущены, словно она пытается не думать о том, что происходит вокруг. Внутренний мир девушки наполнен безразличием, и, кажется, даже вода, что окружает её, не может вызвать ни радости, ни печали. Душ продолжает литься, как будто пытается смыть её печали, но она не чувствует облегчения — лишь холод, который проникает в самую душу. Холодные капли падают на её плечи и голову, смешиваясь с текущей влагой. Монотонный звук воды создает своего рода белый шум, который углубляет состояние апатии. Душ не добавляет тепла, он лишь усиливает чувство изоляции и немого присутствия. Хотя с первого взгляда и казалось, что слёзы текут по её щекам, смешиваясь с потоком воды, на самом деле это было лишь иллюзией. Их не было. На протяжении всей своей жизни она никогда не плакала, её внутренний мир оставался за закрытыми дверями её сердца. Слёзы — это только клише, которое не имело ничего общего с её реальностью. В ней будто просто не было их и им неоткуда было взяться. Даже когда её била мать, даже когда били одноклассники, когда в неё кидались оскорблениями. Никогда. И это их всех раздражало еще больше, ведь они ждали, что она расплачется, ждали реакцию. Но она не реагировала. Вернее не так, как они хотели. Девушка легко могла послать всех и дать сдачи, за что получала еще сильнее. Она устала от всего. Просто устала. Она вспоминает слова матери, полные упрёков и оскорблений, которые до сих пор звучали в её ушах, как громкие колокольчики, ставшие источником тревоги и боли. Одноклассники не отставали: их насмешки и уколы становились всё более изощрёнными с каждым днём, оставляя на её душе невидимые, но болезненные шрамы. Каждое новое оскорбление, казалось, вытягивало из неё жизненные силы. Хоть она и никогда не плакала, но никто не знал, что за буря у неё внутри. Каждый раз, когда она пыталась найти объяснение такого обращения к ней, в голове только возникали тёмные мысли о своей неполноценности. В глубине её души завязывался узел безысходности — чувство, будто она застряла в тонкой паутине страха и одиночества, и эта паутина лишь крепчала с каждым обидным словом. Ей хотелось избавиться от боли, которая коренилась в её сердце. Плавное движение воды вокруг неё лишь подчеркивает её бессилие и желание уйти от реальности, оставив всё позади. В этот момент, когда мир вокруг исчез, она берёт лезвие, которое заранее взяла с собой в ванную, его блеск привлекает её внимание. Собравшись с мыслями, она прижимает лезвие к своей руке. Взгляд её становится сосредоточенным, внутренний голос шепчет и она, словно под гипнозом, делает первый надрез. Кожа, натянутая и белоснежная, быстро расходится под давлением лезвия, и девушка ощущает легкое сопротивление, как будто её тело пытается остановить это действие. Затем, с лёгким движением, лезвие проникает глубже, она чувствует под кожей холод стали и она видит, как расходится слой кожи под острием лезвия, как тонкая линия красного начинает заполнять разрез на её руке. Каждый порез — это крик о помощи, который остаётся неуслышанным. Кровь, смешиваясь с водой, создаёт алые разводы, которые медленно расплываются, как её надежды и мечты. Она не чувствует боли, лишь легкое облегчение, когда лезвие снова и снова касается её кожи. Это становится единственным способом выразить то, что происходит внутри неё. Вода вокруг становится красной, и девушка словно уходит в транс, забывая о времени и пространстве. Её мысли переплетаются с ощущениями, и она теряется в этом моменте, где всё вокруг кажется незначительным. Девушка смотрит на свои руки, на красные следы, которые остаются после каждого движения, которые будто начинает жечь, она чувствует пульсацию крови, и в этом хаосе она находит временное облегчение. Мэг подходит к зеркалу, и её взгляд встречается с отражением. Она медленно поднимает руку, чтобы рассмотреть порезы, которые она сделала ранее. Кожа вокруг них выглядит покрасневшей, а сами порезы — тонкими, но заметными линиями, которые всё еще кровоточили. Девушка наклоняется ближе к зеркалу, и её сердце замирает от осознания того, что эти метки стали частью её жизни. Собравшись с мыслями, она открывает ящик туалетного столика и достаёт бинты. Её руки слегка дрожат, когда она начинает аккуратно заматывать порезы. Одевшись и приведя себя в порядок, девушка выходит из ванной. - Что, даже не поешь? – это был голос её матери – сразу уходишь? В моменты трезвости и просветления мать Мэг начинала мало-мальски заниматься домом, строить из себя образцовую мать, что выходило так себе и готовить какую-никакую еду, что, на самом деле, не могло не радовать, особенно урчащий желудок девушки. - Я там сендвичи сделала, возьми парочку с собой, чтобы потом не говорила, что я не кормлю тебя. Естественно ей надо было съязвить, по-другому и быть не могло, иначе Мэг бы просто не поверила, что это её мать. - Я и не говорю – немногословно ответила девушка. Хватая сендвич со стола и незаметно пару долларов с полки, она убирает всё в сумку, спеша к выходу. - Вот только не надо мне дерзить, ты еще должна мне спасибо сказать, знаешь ли, с твоей стороны... Мэг даже дослушивать не стала, оставляя словесный понос своей матери за хлопнувшей дверью дома, ставя точку в разговоре. Девушка медленно входит в школьный коридор, её шаги звучат глухо. Она старается, как и обычно, не привлекать к себе внимания. Вокруг неё шумно — одноклассники обсуждают последние новости, смеются и переговариваются, но её мысли далеки от этого мира. Подойдя к своему шкафчику, она тянется к дверце, но рукав её свитера сползает, открывая запястье. В этот момент она замечает, как бинты, обмотанные вокруг её руки, становятся видимыми. Легкие порезы, едва заметные, но всё же бросающиеся в глаза, словно кричат всем «посмотрите на нас». Вдруг она ощущает, как кто-то пристально смотрит на неё. Это её одноклассница, которая, заметив бинты, начинает смеяться. - Смотри, у нас тут настоящая модница с бинтами! Что, решила поиграть в хирурга? — с издевкой произносит она, и её смех раздаётся по коридору, привлекая внимание других. Мэг пытается натянуть рукав обратно, тяжело вздохнув, но уже слишком поздно, на неё обратили внимание. Только этого ей не хватало. - Ты что, совсем с ума сошла? Или на Хэллоуин решила нарядиться мумией? — продолжает уже её одноклассник Билли. - Это не ваше дело, идите куда шли – ответила Мэг, стараясь даже не смотреть в их сторону, игнорируя их дальнейшие подколы. Она вновь погружается в свои мысли, пытаясь игнорировать смех и осуждение, которые окружают её и уходит к классу, где скоро начнется урок. Мэг сидит за партой, её взгляд устремлён в окно, где облака медленно плывут по небу. Урок тянется, и время кажется замедленным, словно часы на стене решили сыграть с ней злую шутку. Каждый звук — шуршание тетрадей, тихие разговоры одноклассников, скрип стула — лишь усиливает её ощущение ожидания. Она пытается сосредоточиться на словах учителя, но мысли постоянно ускользают. В голове крутятся образы: смех одноклассников, насмешливые взгляды, её бинты, которые она прятала под рукавом, порезы под бинтами, которые как будто жгло огнем, тот странный человек, которого она вчера встретила. Каждая минута кажется вечностью. Девушка смотрит на часы — стрелки движутся так медленно, что ей кажется, будто они застыли. Она вздыхает, стараясь отвлечься, но время продолжает тянуться, как резинка. Внутри неё растёт напряжение, и она мечтает о том, чтобы урок наконец закончился, чтобы можно было выдохнуть и уйти в безопасное место, вдали от насмешек и осуждений. Звонок раздаётся, пронзительно и громко, как будто разрывает тишину, которая окутала класс. Девушка вздрагивает от неожиданности, её сердце колотится в груди. Этот звук — как сигнал свободы, долгожданный и желанный. Мэг быстро собирает свои вещи, не обращая внимания на одноклассников, которые переговариваются. Словно под гипнозом, она бросает тетради в рюкзак, не заботясь о порядке. Рука дрожит, когда она застёгивает молнию, и в голове всё ещё звучат насмешки, но сейчас это не имеет значения. Звонок продолжает звенеть, и её желание вырваться на свободу становится невыносимым. Она резко встаёт, не дожидаясь окончания последних фраз учителя, и, толкая дверь, стремглав вылетает из класса. Коридор наполняется шумом и движением, но для неё это — словно выход в другой мир. Она пробегает мимо людей, не замечая их взгляды. Девушка входит в своё любимое кафе, и сразу же её окутывает довольно уютная атмосфера: мягкий свет, приятный аромат свежезаваренного кофе и тихий шёпот разговоров. Она снимает пальто и, пройдя мимо витрины с выпечкой, останавливается у прилавка. Заказав себе кофе, она направляется к столику у окна. Садится, вытаскивает из рюкзака книгу и ставит стаканчик перед собой. Она чувствует, как мир вокруг неё замедляется, и, наконец, может позволить себе расслабиться. Это её маленький оазис, где она может быть самой собой, вдали от насмешек и давления. Девушка, погружённая в чтение своей книги и наслаждающаяся кофе, вдруг замечает, как дверь кафе открывается, и на пороге появляется черно-белый силуэт. Она замирает. Это был тот самый странный человек, который начинает вызывать внутри неё непреодолимое чувство ужаса. Он что, следит за ней? И он что блять, совсем не снимает этот свой проклятый костюм? Клоун медленно подходит к её столику и садится напротив Мэг. Его угрюмый взгляд устремлён на неё, и она чувствует, как напряжение нарастает. Он словно повторяет её выражение лица и закрытую позу, что вынуждает девушку лишь наблюдать за ним и не двигаться. Внутри её что-то сжимается, и она не может отвести глаз от этого странного зрелища. Всё в его облике внушает тревогу. Внезапно, клоун резко выпрямляется, и на его лице появляется широкая улыбка, которая обнажает его как будто бы гнилые зубы. Она широкая и изогнутая, с черными губами, которые кажутся слишком большими для его лица. Он будто начинает строить глазки, часто моргая глазами, ставит локти на стол и переплетает пальцы рук между собой, создавая опору, на которую облокотил свой подбородок. Создавалось впечатление, что он пытается добиться улыбки и от Мэг. Она не знает, что ожидать от этого странного визитера, но её инстинкты подсказывают, что лучше сейчас что-то ответить ему. - И снова мы встретились, да? – тихо начала девушка. Она старалась успокоиться. В конце концов, она находится в людном месте, и здесь он с ней точно ничего не сделает. Клоун в свою очередь продолжал улыбаться и непрерывно смотреть на Мэг, изредка двигая бровями вверх-вниз. - Как ты это сделал с зубами? Выглядит очень реалистично, круто – она старалась говорить хоть что-то, чтобы заполнить молчание между ними, иначе это выглядело бы уж слишком странно. Клоун перестал улыбаться, делая смущающееся лицо и махнул рукой, будто говоря «ой, да ладно тебе». Только сейчас до девушки дошло, что он не проронил за всё время ни слова. Настолько вжился в образ мима? Мэг, всё ещё находясь под давлением взгляда клоуна, внезапно слышит знакомый голос. Это её одноклассница, которая сидит за столиком с друзьями, смеясь и подмигивая. «Боже, неужели все сегодня решили собраться именно в этом месте?» пронеслось в мыслях у девушки. Кортни, заметив её, не упускает возможности подколоть. - Эй, смотри, кто к тебе пришёл! Это твой парень? Покажешь ему свои бинты? Смех её друзей раздаётся по кафе, и девушка чувствует, как краска заливает её лицо. Смешанные чувства стыда и гнева накатывают на неё. Она пытается игнорировать их насмешки, но напряжение в воздухе становится ещё более ощутимым. Клоун, услышав комментарий, лишь усмехается, его улыбка становится ещё более зловещей, чем до этого. Он наклоняется чуть ближе к девушке, и в его глазах сверкает что-то игривое и угрожающее одновременно. Он резко поднимается со своего места, выставляя вперед руку с указательным пальцем, как будто говоря всем подождать. Его лицо становится серьёзным, и девушка ощущает, как её сердце замирает от неожиданности. Он уверенно направляется к автомату с безделушками стоящем в этом кафе. С громким звуком монета попадает в автомат, и клоун начинает активно нажимать на кнопки. Мэг наблюдает за ним, не в силах отвести взгляд, в голове крутятся мысли о том, что он задумал. Вдруг, с характерным щелчком, автомат выдает приз. Клоун с восторгом поднимает его и, с широкой улыбкой, возвращается к её столику. Он встает на одно колено и протягивает ей руку, в которой сверкает кольцо — яркое и блестящее, с искусно инкрустированным камнем. «Для тебя!» будто говорит он. Девушка, не зная, как реагировать, смотрит на кольцо, чувствуя, как её внутреннее беспокойство нарастает. Не дожидаясь от неё реакции, клоун поднес руку с кольцом еще ближе, заставляя принять свой подарок, но Мэг всё также ошарашено смотрит, переводя взгляд то на кольцо, то на клоуна. В какой- то момент ему это надоедает, и он хватает её за руку, сам надевая ей кольцо на палец. Его кожа была холодная, как лёд. Рука Мэг, когда он коснулся еë, ощутила резкий контраст между теплом тела девушки и холодом его кожи. Это ощущение было настолько странным и тревожным, что девушка продолжала сидеть в ступоре. Холод, исходящий от него, казался почти сверхъестественным, как будто он был не просто человеком, а чем-то иным, чем-то, что не должно было находиться рядом с ней. Клоун, словно в танце, устремил свои руки на её запястье, как бы подчеркивая красоту кольца и демонстрируя, как оно блестит на её пальце. Девушка, несмотря на странные ощущения, не могла не почувствовать, как её охватывает тепло от этого жеста. В глубине души ей было приятно, что кто-то так искренне хочет сделать ей комплимент, даже если это был какой-то странный парень в костюме. - Спасибо, это очень красиво – выдавила из себя Мэг смущенно улыбаясь. Клоун, поправив свою маленькую черную шляпу, будто настоящий джентельмен, с легкой грацией вернулся на свое место. - Ну вот, теперь у нас есть не только клоун, но и его подружка клоунесса! — с насмешкой произнесла Кортни, не унимаясь, подмигнув своим друзьям, которые безудержно галдели. Её слова были полны язвительности, и она явно наслаждалась моментом, когда могла высмеять кого-то, чтобы выделиться из толпы. Клоун, услышав язвительные слова одноклассницы, перевел на неё взгляд, начиная еще более зловеще,чем до этого момента, улыбаться, склонив голову вниз, смотря исподлобья. Он медленно поднялся со своего места, не обращая внимания на удивленные взгляды других посетителей кафе. Его глаза были направлены в сторону Кортни и ее друзей, и в них можно было прочитать, что улыбка его явно не сулила чего-то хорошего. Неожиданно он снова поднялся с места. Сделав несколько шагов, клоун остановился у прозрачной двери кафе и медленно поднял руку, проведя ее воздушным поцелуем в адрес Мэг. Затем он повернулся и молча покинул кафе, оставив за собой тревожное ощущение. - Что, оставил тебя твой жених? – это уже была закадычная подружка Кортни, которая, по всей видимости, решила не отставать от своей глупой подружки, поддержав её. Мэг уже не слышала их. Она, наблюдая за клоуном, почувствовала, как в ее душе возникла смесь странных эмоций. Она опешила от его поступка, не зная, как это расценивать. В ее сердце зазвучал шепот, что что-то не так, и что этот день, казалось, только начинает складываться непредсказуемо. И что-то ей подсказывало, что она встретит его снова.