Глава 7. Испорченные планы

      — Ты уверен, что это сработает? — уточнил Сириус, вышагивая вперёд спиной по пустынному коридору седьмого этажа. — Я никогда не слышал о том, чтобы кому-то удалось заколдовать портрет.       — Ну, картины-то сами по себе самые обыкновенные, а оживают они только после того, как художник накладывает на них чары, — Джеймс протёр очки о край незаправленной рубашки. — Попытаться-то в любом случае стоит. Рем, поищешь какое-нибудь умное заклятье в библиотеке?       — Ага, конечно. У меня же так много свободного времени, как раз не мог придумать, чем бы его занять, — Люпин недовольно цокнул языком. Он всегда становился несколько раздражительным перед полнолунием.       — Вот и славно! Всегда знал, что на тебя можно положиться, Лунатик, — казалось, Блэка нисколько не смущает нескрываемый сарказм Римуса. Напротив, парня даже забавляло поведение друга, и он с особым удовольствием подшучивал над ним.       — Может быть, обсудим пока идею Сириуса? — предложил Питер, предварительно осмотревшись, чтобы убедиться, что их никто не подслушает. — Ну, ту, про тыквы и свечи…       — Спасибо, Хвост, мы прекрасно поняли, что ты имеешь в виду, — слова Бродяги прозвучали почти что надменно. Если бы не широкая улыбка, отражающая его хорошее настроение, можно было подумать, что парень по какой-то причине зол на Петтигрю. — Впрочем, ты прав. Нам действительно стоит это обсудить. У нас осталось всего три дня, а наши дела даже хуже, чем у трёхногого кентавра!       — По-моему, ты преувеличиваешь, — Поттер равнодушно пожал плечами. — Нам всего то-то и надо, что наложить заклинание «Танцующих ног» на Хэллоуинские украшения в Большом зале. С этим даже первокурсник справится, а мы-то уже на четвёртом, так что это будет проще простого.       — Если не учитывать тот факт, что нам придётся делать это на глазах всей школы, — вполне справедливо заметил Римус, — если только мы не сумеем пробраться в Большой зал до начала праздничного пира.       — Значит, проберёмся, делов-то! Не забывай, что теперь у нас есть мантия!       Джеймс говорил о мантии-невидимке, доставшейся ему от отца. Ему пришлось всё лето упрашивать Флимонта, и его старания в конце концов окупились: мистер Поттер позволил сыну забрать мантию в школу, предварительно взяв с мальчика слово, что тот будет использовать её с умом. Отец поставил перед Джеймсом несколько условий: во-первых, о существовании мантии-невидимки никто не должен был узнать; во-вторых, использовать её разрешалось только в самом крайнем случае; ну а в-третьих, миссис Поттер также должна была оставаться в неведении относительно их договорённости. Стоило ли говорить, что из этих трёх пунктов исправно выполнялся лишь последний?       — Это, конечно, замечательно, не спорю, но ты не учёл одну маленькую деталь.       — И какую же?       — Там тысячи свечей и больше сотни гигантских тыкв Хагрида. Чтобы закладывать их все, потребуется гораздо больше времени и сил, чем в тот раз с шоколадными лягушками.       — Римус прав, — согласился Питер, активно закивав головой. Он всегда старался закрепить свои слова соответствующим действием, точно без этого никто бы не понял, что он имеет в виду.       — Да ладно вам, Сохатый дело говорит, — вступился за друга Сириус. — Мы же, чёрт возьми, Мародёры! Раз уж мы с картой разобрались, то с такой фигнёй и подавно справимся. Мы, мать вашу, уже полгода пытаемся стать анимагами, неужели вы готовы сдаться из-за такого пустяка?       — Конечно, справимся!       — Ладно, согласен, — Римус вздохнул. — Простите, я немного погорячился.       — Ничего, мы же всё понимаем, — Питер ободряюще похлопал друга по плечу.       — Знаете, а Лунатик вообще-то прав, — Поттер взъерошил и без того растрёпанные волосы. — Не смотри на меня так, Бродяга. Я умею признавать поражение.       — Ага, мы заметили, — фыркнул Блэк. — Особенно на поле для квиддича. И всё же будь любезен объяснить, какого хрена ты решил отказаться от моей задумки?       — Я не говорил, что отказываюсь, — успокоил друга парень. — Я хочу сказать, что у нас и впрямь будет не так много времени, даже если мы попадём в Большой зал раньше остальных. Максимум, мы успеем зачаровать тыквы, но тысячи свечей — это, пожалуй, перебор.       — Предлагаешь остановиться только на тыквах?       — Предлагаю поискать свечи сейчас! Они же по-любому где-то хранятся, осталось только их найти. Если начнём сейчас, то к четвергу по-любому закончим.       — Кстати об этом, — Блэк заправил длинные тёмные пряди за уши и внимательно посмотрел на Римуса. — Луни, ты уверен, что сможешь участвовать? Ну, знаешь, до полнолуния три дня, а ты такой злющий, что того и гляди превратишься раньше времени.       — Ну, тогда Рема лучше оставить на шухере, — усмехнулся Джеймс. — Думаю, огромный волк посреди коридора сможет отвлечь внимание Филча от кладовки со свечками.       — Ага, в крайнем случае Лунатик просто сожрёт нашего драгоценного завхоза! Главное только не подавиться этим старым брюзгой!       — Какая трогательная забота, Блэк, — Люпин закатил глаза. Подобные высказывания со стороны Мародёров совсем его не обижали. — Но, если уж мне придётся выбирать между тобой и Филчем, то знай, что ты выглядишь гораздо аппетитнее.       — Ох, Лунатик, я всегда знал, что ты неравнодушен к моей персоне, — Сириус картинно прижал руки к груди. — И всё же ты мог бы просто пригласить меня на свидание, необязательно же сразу угрожать съесть.       — А знаете, уж лучше я съем Филча. Говорят, от поедания излишне самовлюблённых особей может случиться несварение, а я вообще-то забочусь о своём здоровье.       Питер тихо хихикнул. Перепалки друзей его забавляли, хотя сам он старался не принимать в них участия, опасаясь сказать что-то не то и нарваться на грубость от Блэка.       — А где нам искать эти свечи? — уточнил Петтигрю, когда ребята наконец успокоились. — В замке сотни комнат. Они же могут быть где угодно…       — Можно спросить у кого-то из призраков, — предложил Джеймс. — Ник точно поможет. Он же постоянно по замку летает, наверняка что-то да заметил.       Внезапно из стены, кувыркаясь в воздухе и позвякивая бубенчиками на шляпе, вылетел Пивз. Питер даже вздрогнул от неожиданности. Маленький человечек в яркой одежде усмехнулся, заметив его реакцию.       — Знаменитые Мародёры замышляют очередную пакость? — маленькие чёрные глазки недобро блестели. — Может быть, стоит предупредить старину Филча?       — А тебе-то от этого какой прок?       — Вот-вот! Признай, ты же и сам не прочь поразвлечься! — Сириус окинул взглядом повисшего вверх ногами полтергейста. — Зачем тебе портить планы твоих любимых союзников по хаосу?       — Любимых союзников? — Пивз издал противный смешок, похожий на скрежет. — А не ты ли, Блэк, запустил в меня заклинанием на прошлой неделе?       — Это была случайность, — Блэк поднял руки, как бы извиняясь за свою оплошность. — Вообще-то я целился в Снейпа!       — Ну-ну, — Пивз пролетел над головами гриффиндорцев и, развернувшись, вновь оказался перед ними. — Может тебе очки, как у Поттера, завести? Раз уж ты не видишь, в кого кидаешься заклятьями!       Мародёры переглянулись. Пивз был крайне вредным и злопамятным. Ему ничего не стоило скомпрометировать их задумку забавы ради. Полтергейст исчез также внезапно, как и появился, оставив ребят в смятении. Нужно было срочно что-то придумать, иначе профессор МакГонагалл узнает обо всём ещё до того, как они найдут кладовую со свечками.       — Чёрт, Бродяга, вот надо было тебе на него нападать! Теперь он нам жизни не даст. Раньше-то хотя бы он в наши дела не лез, а теперь что делать?       — Да ладно вам, не всё так плохо, — Блэк на минуту задумался. — Давайте так, с Пивзом я сам разберусь, а идею мою реализуем чуть позже, например, на Рождество. Заставим свечи петь рождественские гимны, получится даже лучше!       — Стесняюсь спросить, как ты планируешь решить эту проблему? — Люпин скептически поднял брови.       — Да ладно тебе, чего стесняться-то? Не чужие же люди в конце концов! — Блэк обнял Римуса за плечи, навалившись на него всем весом. — И всё же мастера не раскрывают своих секретов, так что просто доверься мне и наслаждайся зрелищем!