Это всего лишь маски (dark!Нечка, дарк)

— Нечка, дорогая, я приготовила твой любимый шокоатль, — раздался надоевший голос матери. — Спасибо, мамочка, — в тон ей противно-приторно растянула губы в улыбке Нечка, но умалишённая идиотка, конечно же, ничего не заметила. Пьяна своим преступным счастьем и мнимой победой, но ничего, недолго ей радоваться. Скоро розовая пелена на её голове обернётся кровавым дождём. Послушание — всего лишь одна из масок мстительного духа. Важное уточнение: она растянула в улыбке чужие губы, находясь в чужом теле. Теле другой девочки, которую мама по сути убила ради возвращения Нечки из Царства мёртвых. Душа той девочки ушла в Царство ночи, а Нечка вернулась в мир живых. Но вернулась ли настоящая Нечка, вот в чём вопрос. Всё, что она ощущала — это ненависть, боль, жалость к другой девочке и горячее желание отомстить. Впрочем, стоп, у другой девочки есть имя — Непека. Звучит похоже на Нечка. А ещё они родились в один день и отчасти похожи внешне, поэтому мать и выбрала её. Сначала мать хотела ей добра. Ну как «добра» и «ей». Она хотела заткнуть дыру от потери родного ребёнка другим ребёнком. Родители Непеки погибли, так что всё выходило справедливо. Но в своём безумии безутешная мать пошла дальше. Она поняла, что ей нужен только её ребёнок, её Нечка, и попыталась сделать Непеку таковой. Она забрала у неё всё — имя, воспоминания. Она поила её изменяющими разум веществами и убеждала в том, что девочка больна, её воспоминания о прошлой жизни ложные. Мать была непростым человеком в племени Детей Эха, а кузнецом, одним из самых великих. Из воспоминаний она воссоздавала образы героев прошлого, ковала древние имена. Она решила и для Нечки выковать древнее имя вопреки правилам Натлана. Шилонен, их родственница и тоже великий кузнец, и Путешественница попытались помешать исполнению плана, но у них не вышло. Их воспоминания мать тоже исказила. Воспоминания Шилонен были для неё особенно ценны, потому Нечка её очень любила и выбрала примером для подражания. Любила больше родной матери-тирана. Нечка горько усмехнулась. Сколько она себя помнила, ей хотелось быть подальше от матери, её жестокой строгости и удушающей заботы. Другие дети радовались, когда возвращались из дальних поездок, а Нечка всегда плакала. Она терпеть не могла День матери и всяческие восхваления в сторону матерей и из-за этого чувствовала себя чужой, отличной от остальных. Вдобавок мать будто нарочно вставляла клинья между ней и её сверстниками, считая, что они плохо на её влияют. Периодически мать устраивала истерики по пустяковым поводам, кидалась вещами, била её и проклинала. Потом, правда, извинялась. Некоторое время всё было хорошо, а потом опять по новой. Все расстраивались из-за нападений Бездны, а Нечка радовалась. Надеялась, что её мать, наконец, убьют, и она сможет спокойно жить без неё. Но получилось иначе. Во время одного из нападений убили саму Нечку. Она не специально искала смерти, так получилось. Монстры ворвались в дом, где она пряталась. Пожалуй, смерть была спасением для неё. Но мать выбрала новую жертву и нашла способ достать Нечку даже с того света. Что ж, себе на беду. Странное дело, они с Непекой познакомились, никогда не встречаясь. Нечка ощущала такую пронзительную связь с ней, будто она была её родной сестрой. Сестрой, которую замучила и убила их мать. Она ведь мучила её много лет. Душила своей заботой, отслеживая каждый шаг и не выпуская из дома. Опаивала всякой дрянью, чтобы имитировать болезнь. У Непеки были кошмары и галлюцинации. Много раз она просыпалась в слезах и видела говорящие стены, которые сочились кровью. И больную девочку, настоящую Нечку, которая умерла здесь раньше неё под гнётом материнской любви. К счастью, не приходя в сознание. После Царства ночи Нечка постепенно адаптировалась в новом мире. Ей было тяжело и из-за этого чужого тела, истощённого и не желающего принимать инородную душу. Царство ночи она забыла почти сразу. Помнила лишь, что там было хорошо. Возможно, там было хорошо, потому что не было матери. Без неё везде рай. Нечку тянуло обратно. Подольше задержать дыхание в ванной. Спрыгнуть с высокой скалы. Принять все лекарства из ящика мамы. Она бы это давно сделала, если бы не её цель. Её месть. Вернуть душу Непеки обратно уже нельзя. Для этого понадобятся новые жертвы, а она бы этого не хотела. К тому же в Царстве ночи она встретила своих родителей, которых по-настоящему любила, а здесь у неё никого не осталось. Месть следует подавать холодной. Нечка надевала маски доброй, счастливой, послушной доченьки, чтобы больнее ранить потом. И вот час настал. Она достаточно окрепла и наигралась в этот спектакль. Ночь. Их дом далеко от деревни. Никто ничего не услышит, как не слышали крики Непеки, как не верили её тихим просьбам о помощи. Журчала вода. Мать мыла посуду на кухне, что-то напевая себе под нос. — Я так люблю тебя, мамочка! — пропела Нечка, окрылённая азартом собственного триумфа, и крепко обняла её со спины. Хрустнули рёбра. Истошный крик матери прорезал тишину. — Я тоже тебя люблю, — тем не менее, прошептала она сквозь слёзы. — Ах, доченька, мне что-то нехорошо, помоги мне прилечь. — Сейчас помогу. Сейчас как приложу об каменный пол! — она надавила на сломанные рёбра. — Я тебя ненавижу, матушка, — шептала она ей на ухо сквозь истошные крики. — С самого своего зачатия ненавидела и мечтала сломать тебе рёбра изнутри, вырвать твоё сердце. — Ты… ты не Нечка, — дрожащим голосом ответила мать. — Моя Нечка любила меня. Она бы никогда так не поступила со мной. И таких сил у неё не было, она еле ходила. — Твоими стараниями, матушка, — оскалился в улыбке мстительный дух, сверкнув алыми глазами. — Ты довела меня до состояния овоща. Это ты призвала меня с того света, убив невинное дитя. Никто не просил тебя тревожить мой покой. А сейчас ты испытаешь все её страдания, но гораздо, гораздо хуже. Нечка потащила её в тот самый тайный туннель под домом, куда мать затащила бедную Непеку, уводя от её спасительниц. Нечка, как и обещала, хорошенько жмякнула мать об дно туннеля. Так, чтобы причинить боль, но не убить, ведь впереди у них была долгая, полная кошмаров ночь. Нечка истезала её бесконечно долгие часы. Не только физически, но и морально. Она притворялась её доброй доченькой, извинялась за всё содеянное, перевязывала ей раны, а потом вновь терзала её тело и сыпала оскорблениями. Она давала ей передышку, притворяясь, что ушла, а потом вновь выскакивала из темноты. Она почти давала ей доползти до выхода и потом прыгала ей на пальцы, ломая кости. Жаль, их игра не продлилась так долго, как ей хотелось. Сердце матери остановилось до рассвета, не выдержав душевных страданий. А мстительный дух внезапно понял, что забыл про Непеку и других пострадавших и оказался как будто не лучше своей мучительницы. Ужаснувшись, он с воем вышел из детского тела, оставив бездыханный труп.