Человеку на Д

Вспоминая тебя, моя милая, Мне нечего людям сказать. Хотя воспоминания заполонили меня, Я выбираю молчать. Не от того, что все плохо и отвратительно, Не из-за личных границ. Обращаясь к тебе, моя милая, Я не могу вспомнить лиц. И твоего лица, моё счастье, Я давно не встречаю во снах. Ты исчезла числа пятнадцатого, Растворившись в своих же словах. Вспоминаю тот крик, моя милая, Когда слёзы лила просто так. Как не поймёшь, нерадивая: Я вспоминаю тебя как пустяк. Хотя вспоминать там, по правде, нечего: Всё плохое с собой забрала. А хорошего словно не было - Ты исчезла и слабость прошла. Я улыбаюсь тебе, нелюбимая, Когда обращаюсь назад. Улыбаюсь тебе, потому что вижу я: Ты подписалась на "невозврат". Сама, своей тоненькой ручкой, На бумажке писала слова: "Любая беседа с тобой будет скучной, Мне безразлична твоя сторона". Что ж ты плачешь безмолвно, голубушка, Ну зачем поцарапала руки? Неужели твой "друг" и "подруженька" Оказались с тобою в разлуке? А ты песни о них мне слогала, Говорила, что рядом с ними я тварь. И выходит теперь, что солгала. Впрочем, ты нередко любила врать. А ещё ты любила концерты. О, как же мимо летала посуда. Иногда доходило до смерти. Не твоей, а моей, моя милая дура. Моя милая дура, да губа не дурна: Получила ты всё на свете. Моё время, признания, любви слова, Бессонную ночь и рассветы. В руках подержала, да держать не умела. И, как посуду, разбила. Смеялась беспечно, да все не смотрела, как моя любовь осела. Да, дура, бесспорно. Хотя вроде бы книжки любила. Мыслила, правда, слегла коридорно, Да и суть своих книжек не уловила. Дурой тебя зову потому, что Просила простить измены. Мне не важно, к кому ты шаталась налево, До тебя мне давно нет дела. Вспоминая тебя, моя милая... Мне в общем-то нечего вспоминать. И внукам, и детям, моя нелюбимая, О тебе будет нечего рассказать. Полыхали твои фотографии - Всё сгорело в яром огне. Вместе с ними: твоя биография. И пепел - моё время тех дней.