Часть 13

      Молясь всем известным богам о своем спасении, Кейти боязливо спустилась к ужину, но к счастью, обнаружила в гостиной только родителей.       Артур и Генри ушли в город за покупками для маяка и сказали, что отужинают где-то в другом месте.       Одновременная тоска и облегчение. Желание снова увидеть его, граничащее с опаской быть кем-то разоблаченной в своих чувствах.       — Если такое продолжится, — строго уточнил отец, — я буду вынужден отвезти тебя к доктору Харперу. Моя дочь должна быть здоровой.       — Не стоит, — вяло ковыряя вилкой в тарелке отварную кукурузу, попросила дочь, — Поверь мне, отец, все в порядке.       — А ты часом не влюбилась? — вклинилась в разговор Дорея, — Что-то не похоже это на простуду. Дерганная, мечтательная, замкнутая. Не уже ли юный Томас Харпер все-таки растопил твое сердце?       От этих слов Кэтрин подавилась хлебом и громко закашляла. Приняв подобный исход за согласие, мама добавила:       — Я так и знала, что он тебе понравится. Молодой, умный, перспективный будущий врач. Ну, как в такого не влюбиться?       — Ума не приложу, — саркастично заметила девушка, — И где он был все это время?       Родители от чего-то в корне не хотели замечать, что она попросту смеется и приняли все за чистую монету. Сама же Кейти видела себя миссис Харпер только под дулом ружья и то, начала бы торговаться.       Это был ее дом, ее родители, ее место за столом, но сейчас, в отсутствие Артура, она только-только почувствовала себя вольготно и раскованно.       "Ничего, завтра вечером он уедет и все вернется на круги своя. Вернется покой. Ох, как мне теперь не хватает покоя".       К десяти часам вечера все разошлись по своим комнатам, так и не дождавшись молодых людей. Дорея немного нервничала, но муж успокоил ее, что парням просто захотелось отдохнуть и возможно они заглянули в местный паб, пропустить со старыми друзьями Генри пару бокальчиков скотча.       Долго ворочаясь на ставшей почему-то неудобной постели, взбивая подушки и поправляя одеяло, Кейти наконец уснула. Ей снова снился остров, страшная буря бушующая над ним и овраг, в котором она лежала. Вот только теперь вместо доброго и приветливого Стива, ее куда-то тянул, зажав в стальных клыках, огромный волк, рыча и шумно переступая лапами.       Затем и вовсе она резко проснулась, как будто кто-то толкнул ее в плечо, и открыла глаза. Была глубокая ночь. Луна, густо затянута облаками, совершенно не давала света и пришлось включить ночник. Половина четвертого.       Почувствовав ужасную сухость во рту, девушка поднялась с постели и засеменила на кухню, чтобы наконец утолить мучающую ее жажду.       В доме было тихо и темно, впрочем, как всегда в это время. Спустившись на первый этаж, Кейти не зажигая ламп, наощупь нашла графин с прохладной водой и выпила целый стакан. Стало приятно.       Собравшись уже было уходить, девушка уловила в углу кухни еле заметное движение и тихонько вскрикнула. Следом зажглась керосиновая лампа и ее взору предстал Артур, сидящий за столом.       -Не спится? — глухо спросил он, глядя ей прямо в глаза.       — Мне захотелось пить, — коротко ответила Кейти.       На ней была только легкая, полупрозрачная сорочка до пят и в этот момент она сильно пожалела, что не накинула шаль. Ночью в доме становилось прохладно.       У нее не было сил ни уйти, не остаться, поэтому она просто стояла в растерянности. Внезапно его взгляд переместился ниже ее лица, а зрачки заметно расширились.       — Почему же вы не спите? — заполняя неловкую паузу и все больше ежась от холода, спросила она.       — Мы только вернулись. Генри лег спать, а мне не хотелось, — все также пристально смотря на место в районе ее груди, будничным тоном ответил мистер Стоун.       Заподозрив неладное, Кэтрин тоже опустила взгляд вниз и к своему великому ужасу обнаружила, что ее соски сильно затвердели от озноба и теперь нахально и пошло выступают сквозь сорочку, маня своими ореолами.       Быстро скрестив руки в замок, тем самым перекрыв доступ к чудеснейшему из зрелищ, девушка вспыхнула от злобы.       — Ты невоспитанный и грубый человек, Артур. Тебе вообще знакомо такое понятие, как совесть?       Мужчина бесшумно поднялся из-за стола и в одно мгновение очутился возле нее. Они еще никогда не стояли так близко, не считая момента падения с крыши и теперь Кейти видела, насколько он действительно большой, по сравнению с ней.       — Мисс Смит, — тихо прошептал он, наклоняя лицо на один уровень с нею, — меня хорошо воспитали, привили понятия чести и благородства, и к вашему удивлению, я обладаю совестью.       — Не замет...       — Но еще ни чем в жизни я не хотел обладать так сильно, как вами. Простите меня.       Девушка от удивления и шока широко распахнула глаза, а ее губы слегка приоткрылись. Не имея сил оставить это без внимания, мужчина поднял руку и провел подушечкой большого пальца по ее нижней губе, чтобы она открылась сильнее. Самообладание, как песок в часах, неумолимо ускользало.       Здесь и сейчас. В темноте. На этой кухне, на этом огромном столе...       Превозмогая дикое желание, Артур все же выпрямился и напоследок, взяв ее руку, приложил ладонью к груди.       — Ты очень глубоко проникла сюда, — говоря о своем сердце, пояснил он, — Я все это время сходил с ума, не зная покоя, Кэтрин, — а затем развернулся и быстро покинул кухню, оставив девушку в смятении и с дрожью в ногах.       Остаток ночи был сущим кошмаром. Сначала юная мисс Смит никак не могла согреться, ей почему-то казалось, что это и вовсе нельзя сделать, не окажись она в его сильных и властных руках. Потом она долго корила себя в сознании за то, что вообще пришла ночью на кухню. Ругала, стыдила и снова ругала. Ближе к рассвету ей вдруг жутко захотелось покинуть комнату и, ворвавшись к нему, прокричать: "Ты можешь делать все. Делай со мной, что захочешь. Я твоя." Но она тут же одумалась.       Ближе к шести часам утра, когда в коридоре уже послышались мамины шаги, девушка уснула. Тихо, спокойно и без сновидений. Сон оказался сильнее любви, ему нельзя было противостоять.       Проснувшись только к обеду и приведя себя в порядок, Кейти обнаружила в гостиной многочисленные сумки, забитые накануне молодыми людьми в городе.       Артур уезжал. И не вечером, как предполагалось, а днем, прямо сейчас.       Все в доме гудело и кружилось от сборов. Дорея упаковывала свежевыпеченный хлеб, яблоки и еще какие-то продукты. Артур учтиво ей помогал, даже Генри зачем-то снова собрал свой чемодан.       — Что здесь происходит? — подойдя ближе, спросила девушка.       — Мы плывем на маяк, — радостно ответил брат.       — А ты здесь при чем? — непонимающе моргнула она.       — Стоун пригласил меня погостить пару дней. Я просто не мог ему отказать.       — Что ж, удачи, — вяло произнесла сестра.       — Поехали с нами, Кейти, — не унимался Гери, весело закружив ее по гостиной в танце, — Ты слишком засиделась дома.       — Дорогой, Кейти и ногой больше ступит на этот остров, — опомнилась Дорея,- Ты же помнишь, что там с ней приключилось?       Оглядев комнату, девушка заметила, что Артур перестал паковать покупки и теперь внимательно смотрел на нее, вопросительно ожидая ответа.       "Просто безумие какое-то. Сгорать, сходить с ума по этому мужчине и добровольно очутиться в его логове. Конечно, рядом со мной всегда будет Генри — надежный и преданный старший брат. Но вот в мысли ко мне забраться он не может, а именно в них творится то, что пугает больше всего".       — Кэтрин, ты уснула? — нежно потрепав сестру по щеке, засмеялся парень, — Я настаиваю. Мы давно с тобой не виделись, а отпуск скоро закончится, вот мне и пришла эта безумная идея в голову.       — Правда безумная, — согласилась мать.       Стоун повернулся спиной и расправил плечи, огромные мускулы на руках заиграли в момент, когда он поднял тяжелые сумки. Воздух из легких девушки внезапно весь вышел, больше походя на легкий стон и она произнесла:       — Я поеду с вами, Генри.