Место, которое я могу назвать домом

Всю жизнь я думал, что дом – это место. Родительский дом, в котором я вырос, или свой собственный, в котором я жил после вступления в гильдию. А может быть, и сама гильдия могла считаться моим домом?

***

— Чем займемся после возвращения в Магнолию? Такой банальный вопрос, а сколько мыслей он вызвал. Стук колес поезда убаюкивал, дорога предстояла дальняя. За окном уже смеркалось, некогда цветастый пейзаж стал неоднородной массой темных красок, и только редкие огни напоминали о жизни в чужих краях. — Мы с Нацу подумываем сделать ремонт у себя в доме, — отозвался Хэппи, наблюдая за тем, как его лучший друг в беспомощном состоянии распластался на коленях заклинательницы духов. Она изредка гладила его по плечу в поддерживающем жесте, но понимала, что Нацу вряд ли что-то замечал. Ему, как и Венди, стоило только посочувствовать, ведь за каждую великую силу нужно было платить. Даже если эта плата была укачиванием. — Ремонт? С чего это вдруг? — удивилась Люси. Хэппи неловко почесал затылок. — Ну-у, после битвы с Альваресом и Акнологией наш дом изрядно потрепало. Кажется, всему виной та жуткая магия, которая изменяла землю, — кот попытался вспомнить то, что слышал в стенах гильдии. — Заклинание реконструкции мира. Или вернее сказать – зачарование, — уточнила Эрза, мягко поглаживая волосы Венди. — Наше женское общежитие тоже пострадало. — Уф, и точно ведь, — Хартфилия вздохнула, а затем насупилась, вспоминая многочисленные трещины в своей квартире. — Моему дому досталось от магии Брандиш, а хозяйка отказывается помогать. Все нужно делать за свой счет! Грей молча выслушивал жалобы подруги, наблюдая за проплывающими мимо видами. Большой свет погас, и вагоны освещала мягкая убаюкивающая подсветка. — Эрза, ты, кажется, говорила, что Джерар хотел присоединиться к нам после всего? От вопроса заклинательницы Скарлет едва смущенно улыбнулась и вздохнула. — Ага, после всего… Наконец-то до него дошло, — ответила она. — Впрочем, я не знаю, что делать дальше. Вообще не представляю, как оно все… ну, будет… — Не переживай, все будет хорошо. Главное, что ты будешь рядом с ним, — тепло улыбнулась Люси. — А ты, Грей? Чем займешься? Ледяной маг не отвернулся от окна, но растерянно пожал плечами. Вообще-то в его голове как будто бы вертелось много дел, но все мысли концентрировались только на одной волшебнице, которой несколько недель назад он дал обещание вернуться. Вот только вернется он – а что дальше? Он так боялся вернуться в свою хижину, рядом с которой все еще стояла могила родителей, так боялся вновь уйти в себя и спрятаться от всех кошмаров, которые его мучили. Был ли он сейчас, такой трусливый и слабый, достоин Джувии? — Не знаю, — выдохнул он. — Я не вижу себя, сидящим дома или пьющим в гильдии каждый божий день. Вот и возвращаться в тот дом как будто бы не хочется.

***

Во время нашего длительного путешествия я ни разу не вспомнил свою хижину на отшибе города. Я не скучал по ее стенам и мне было все равно, что с ней происходило во время моего отсутствия. Единственное, что меня там держало–это могила родителей, вернее даже самый обычный деревянный крест с их именами. Я ведь так и не знаю, где захоронены их тела.

***

Корабль задержался на целые сутки, и пришлось искать ночлег в портовой гостинице с видом на причал. Запах моря из окна сводил с ума и никак не давал уснуть. В окно бил лунный свет. Интересно, чем она сейчас была занята? В воздухе чувствовалась прохлада, приближалась глубокая осень. В Магнолии обычно в это время начинался сезон дождей, и каждый пятый «умник» в гильдии считал своим долгом подшутить над водной волшебницей. Она стойко выдерживала и даже улыбалась. Наверное, привыкла. Он встретил ее меланхоличной девушкой-дождем и подозревал, что когда надолго уходил на задания, она возвращалась в это состояние. Красивая девушка-дождь, навсегда отдавшая свое сердце ледяному магу, который за все это время причинил ей столько боли. Он потерял всех своих близких, но именно она, живая и чувствующая, была главной героиней его кошмаров. Хотел бы он исправить на «романов», но… — Говорю тебе, покрасим стены в синий и будем жить как будто бы под водой! Дурацкая идея Хэппи вызывала у Нацу отвращение. Они шумно вывалились из ванной, увлеченно споря на тему ремонта. — Хэппи, мы договорились, что просто восстановим его до прежнего состояния. Никаких новшеств! В поезде Люси согласилась им помочь. Даже разрешила переехать к ней на то время, пока полуразваленную хижину будут приводить в порядок – не бросать же этих несчастных на произвол судьбы. Вот только Грей отчетливо представлял, что эта троица скорее до конца разрушит дом, нежели справится с ремонтом. — Почему бы вам вообще не переехать к Люси? — отвернувшись от окна, ухмыльнулся Фуллбастер. — Вы ведь и так почти живете у нее. Нацу и Хэппи вздохнули, вспоминая каждый раз, когда подруга обнаруживала их у себя дома. Крику было – слышала вся Магнолия. — А ты? Снова один жить собираешься? — Нацу упал в свою кровать и подмял под себя подушку. Грей не понял вопроса. — Ну, тогда, когда ты ушел в Аватар… Ты же с Джувией жил. — Гильдию распустили, и нам обоим некуда было идти. Это была вынужденная мера, не более, — ответил друг. Он нагло врал, потому что в тот момент понимал, что Джувия была единственной, кто остался рядом и не дал ему сойти с ума в компании своей демонической силы. — Хватит уже заниматься самобичеванием, — вдруг серьезно заявил огненный волшебник. — Вместо того, чтобы скорбеть о прошлом, ты должен защищать то, что у тебя есть в настоящем. Ты уже едва не потерял ее однажды. — Откуда ты?.. — Я же вижу, что ты сам не свой после того, как мы выполнили задание. Не знаю, что у тебя там в голове творится, но прекращай уже. Вернись домой и встреть Джувию и всех наших друзей с улыбкой на лице. Вернись… домой.

***

Когда я увидел ее в окне, обнявшую книгу и тихо спящую на холодном подоконнике, мой мир обрел равновесие. Я пообещал ей, и она ждала меня здесь каждый вечер, создавая место, куда я мог вернуться.

***

В тот вечер в окне слабо горел свет маленькой лампы, что стояла в гостиной хижины. У порога и по всему двору лежали пожелтевшие листья. Иногда сильный ветер поднимал их в воздух и беззаботно игрался, затем снова отпускал – и так по кругу. Внутри дома, наверняка, уже было прохладно. Грей подошел ближе, медленно, словно боялся спугнуть волшебницу по ту сторону окна. Она, укрывшись пледом, опустила голову на оконную раму и так спала, сложив на груди открытую книгу. Внутри дома показался свет пламени из камина. В последнее их прощание Фуллбастер отдал Джувии ключи. Он не знал зачем, но посчитал, что ей будет легче ждать его именно здесь. И она, по всем законам жанра, верно ждала, вселив в эту сырую хижину тепло и уют, которых маг давно не ощущал на своей коже. Дверь заскрипела, как и половицы, которые давно нуждались в замене. В доме пахло дровами и сахаром. Оставив дорожную сумку у двери, Грей стянул с себя плащ и медленными шагами направился в гостиную, опасаясь нарушить сон Джувии. В комнате чувствовалось тепло камина, и темные тени дрожали от каждого движения языков огня. На стекле показались капли, а затем музыку трескучих дров подхватил дождь. Маг тихо присел на край подоконника и, поколебавшись, мягко положил ладонь на колено Локсар. Затем провел вниз, всматриваясь в лицо спящей. Ее брови зашевелились. — Джувия, — шепотом позвал ее Грей. Она медленно открыла глаза и подняла голову, чуть потягиваясь. Книга рухнула на колени, вынуждая девушку неуклюже схватиться за нее, а после взглянуть на Фуллбастера. — Грей-сама, — сказала она крайне сонным голосом, щурясь от света пламени и лампы, — Джувия все ещё спит или ты, правда, вернулся? — Ты не спишь, — он ухмыльнулся, а Джувия растерла глаза и вдруг нахмурилась. — Тогда ты должен сказать по-другому, — возразила она. Грей честно растерялся, ожидая иной реакции на свое возвращение. Волшебница ждала от него каких-то слов, но он совсем не понимал, что именно она хотела услышать. — «Я…» — протянула она, подсказывая. Маг почувствовал, как по его телу разливается странное, необъяснимо тепло чувство, будто никогда не меняющая температуру кровь вдруг стала кипятком. — … дома. Джувия, наконец, улыбнулась той самой улыбкой, которую он постоянно вспоминал, будучи вдали от волшебницы. Нежная улыбка меланхоличной девушки-дождя. Тогда он показал ей чистое небо и навсегда разогнал тучи в ее сердце, а она подарила ему настоящий дом. — С возвращением, Грей.

***

Я вернулся к тебе, Джувия. Я вернулся в место, которое считал своим, но все это время моим домом была ты.

***