Тьма (Дарк)

      Джинни Уизли не знает, когда она в последний раз улыбалась. Улыбалась искренне, а не натянуто, пытаясь скрыть слёзы и отчаяние. Вероятно, это было в те дни, когда она ещё совсем маленькая играла со своими братьями в Норе, не зная никаких бед, а может всё-таки чуть ближе — когда она целовалась с Гарри и надеялась, что это ни иллюзия, которая вот-вот испариться и не оставит ничего после себя. Что ж, те дни давно прошли, растворились в памяти, и порой Джинни казалось, что это вовсе не она веселилась с Роном и проводила время с Гарри в укромных уголках Хогвартса, а какая-то другая девочка, счастливая и радостная, которую так и не коснулись несчастья и ужасы войны, развязанной жестокими и беспощадными существами.       Война. Одно единственное слово, которое забрало у Джинни всё, что она любила, всё, во что она верила, всё, ради чего жила. Сначала ушёл Фред, убитый Руквудом, потом Джордж, покончивший с собой после гибели своего близнеца, своего отражения, без которого он как-будто не смог существовать, а затем… а затем Волан-де-Морт убил Гарри. С тех пор мир для Джинни окрасился в цвет крови — алый; цвет что когда-то обозначал их гриффиндорскую смелость, стал обозначать смерть и тлен.       Джинни не помнит, в каком порядке умирали её остальные друзья, родственники, союзники, но их мёртвые тела, похоронные рядом с Хогвартсом без надгробий, навсегда остались в её памяти. Сломанное тело Гермионы, на котором повсюду были вырезано слова «Грязнокровка» — явная работа Беллатрисы; Полумна, лежащая на земли без каких-либо следов пыток — Волан-де-Морт убил её быстро в потоке огромной ярости, вызванной тем, что та смогла вместе с Невиллом и Драко уничтожить Нагайну; сам Невилл, что был уничтожен тем самым мечом Гриффиндора, который должен принадлежать гриффиндорцу, но теперь принадлежит дьяволу прямо вместе с распределяющей шляпой; Драко, до которого вместе с его родителями дошло кем на самом деле был их прошлый хозяин только тогда, когда уже было поздно, и победа Волан-де-Морта была неоспорима, Драко, которого разрезали на части Сектумсепрой и вернули родителям, что ж, по крайней мере, в этот раз Малфои не стали и бежать с тонущего корабля, видимо, слишком ненавидели своего Лорда за всё, что он с ними сделал; Рон, которого Волан-де-Морт отдал на растерзание дементорам, а те высосали из него душу, и в сердце его тела, живого, но без души, Джинни самолично воткнула кинжал, потому что понимала, что так будет лучше для всех; её родители, которых заживо сожгли в Адском пламени, что от них остался только их прах, который Джинни до сих пор носит с собой в старой помятой сумке Гермионы; и все остальные, кто пожертвовал своей жизнью ради цели, которую им не суждено достигнуть никогда.       Через несколько лет (Джинни не знает сколько именно: может пять, а может десять, они давно потеряли счёт дням) от Ордена Феникса и Отряда Дамблдора осталась жалкая горстка из семи человек: Минерва МакГонагалл, потерявшая на войне большую часть своих учеников, которые были очень дороги ей, левую руку и хоть какую-то крохотную надежду; Лаванда Браун, лицо и тело которой было в шрамах, оставленных ей когда-то давно Фенриром Сивым, а её некогда белые, красивые волосы почти полностью сожжены, когда она пыталась спасти родителей Джинни и свою подругу Парвати из Адского пламени; Кингсли Бруствер, который мог бы стать отличным министром, но стал всего лишь инвалидом, лишившись ног и правой руки, и почти лишился рассудка из-за пыток Беллатрисы; Андромеда Тонкс, уже похоронившая кузена, мужа, племянницу, зятя и сестру (Нарцисса сошла с ума после смерти Драко и покончила с собой, сбросившись с обрыва), а скоро ей придётся похоронить и Тедди, которого прокляла смертельным проклятием её другая безумная сестра; Флитвик, уставший, изнурëнный и, казалось, потерявший хоть какой-либо смысл сражаться, хотя когда-то он был совсем другим — живым, стойким, решительным; Астория, фамилию которой Джинни не помнила, но зато помнила её неловкие, влюблённые взгляды, направленные на Драко, её слёзы, когда она узнала об его смерти, как она пыталась утешить Нарциссу, но при этом рыдала сама, как она узнала, что её родители и сестра поддерживают Волан-де-Морта, и как убила их, чтобы те не убили Джинни; последним человеком была она сама.       Когда-то им казалось, что они ещё могут победить, что все их старания, что все смерти их друзей, их родственников, их товарищей будут не напрасными. Тогда у них была надежда, надежда, что их дети будут жить в мирное время, надежда, что Волан-де-Морт не сможет одолеть всех и проиграет силе любви, надежда, что однажды для них наступит «белая полоса»… То были давние мечты наивных глупцов. Надежды нет. Её нет уже много лет. С тех пор, как не стало Гарри.       «Зачем вы сражаетесь?» — слышит Джинни шипящий голос Волан-де-Морта в своей голове; со смерти своего последнего брата Билла (он умер вместе с Флёр, носившей тогда ребёнка, и их совместными прощальными словами было «по крайней мере мы умрëм вместе») она часто слышит его голос.       Джинни действительно не знает ответ на этот вопрос. Действительно, зачем им сражаться, когда всё уже предрешено? В чём смысл? Их всего семь, как крестражей Волан-де-Морта, но они гораздо слабее любого крестража, и если они продолжат сражаться, их смерть предрешена. Поэтому Джинни в одиночестве принимает решение, которое может спасти всех остальных… но не неё, потому что Джинни Уизли не стало с тех пор, как умер Гарри, а её место заняла другая девушка, которой безразличны боль, пытки и смерти, которая больше не боится убивать и спокойно держит в руках труп Беллатрисы Лестрейндж, наконец-то наказанную за все её преступления, и которая никогда не сможет стать прежней.       Она приходит прямо к Волан-де-Морту, равнодушно смотря на него, восседающего на троне, и Джинни знает, что кости тех, чьи тела они не смогли найти, являются его частями. Трон из человеческих костей — то, чего достоин только сам Лорд Волан-де-Морт. Он, казалось, стал ещё больше похож на змею, рядом с ним покорно стоит его дочь Дельфини Мракс, называющая себя Авгурией. Кажется, ей всего десять, а может и вовсе семь, но её глаза смотрят с чистой ненавистью — отец воспитывает её по своему подобию… а может это из-за того, что Джинни убила её мать.       — Я пришла сдаться вам в плен… — заявила Джинни, и Волан-де-Морт победно улыбнулся — он давно ждал этого момента, когда у Ордена не останется хоть какой-либо надежды. — Но я сделаю это лишь в том случае, если вы не тронете остальных!       — И сколько же вас осталось? — спросил монстр, продолжая улыбаться своей гнилой улыбкой. — А предатели мертвы? Знай, Лорд Волан-де-Морт ни за что никогда не отпустит тех, кто посмел перейти на сторону врага.       — Малфои мертвы, нас осталось всего семь, включая меня, — раздраженно отвечает Джинни, зная, что Волан-де-Морт прекрасно осведомлён о состоянии врага, а спрашивает лишь за тем, чтобы ещё раз показать показать ей их собственную никчëмность.       — Что ж, так и быть, Лорд Волан-де-Морт отправит их во Францию, где они смогут прожить остаток своей жизни, понимая, что подвели Великобританию и королеву, которой пришлось вместе с её семьёй бежать из своей собственной страны. А ты станешь моим питомцем.       Джинни кивает, пытаясь не показаться испуганной перед своим врагом (Дельфи из-за ее возраста она пока что не считает угрозой, пускай о выдающихся способностях дочери Тёмного Лорда говорят все Пожиратели Смерти). Когда-то давно Малфои сообщили ей и всему Ордену, что Волан-де-Морт понимает под «питомцем», кажется, это было тогда, когда он решил сделать «питомца» из захваченной в плен Парвати, и её нашли в синяках, порезах, плачущую и сломленную, а потом оказалось, что Волан-де-Морт лишил её девственности… Но Джинни была готова отдаться самому ненавистному чудовищу на свете (а ведь когда-то на его месте мог быть Гарри), чтобы спасти шестерых людей от смерти. И пускай всё, что её ждёт дальше — это мрак, боль и бесконечная тьма.