Глава 4. Деликатная беседа.

      На улице было пасмурно и шёл сильный дождь.       Машина телесного цвета лихо неслась по автомобильной трассе, обгоняя грузовики.       — Давай, быстрее! — воскликнул Андрей Викторович.       — Я не могу, слишком опасно, да и к тому же плохая видимость из-за ливня, — подчинённым тоном произнёс аспирант.       Петров проигнорировал слова своего студента и вглядывался в пропотевшее окно — ему с нетерпением хотелось побеседовать с этой свиньей (даже несмотря на то, что это только что появившаяся мысль звучала абсурдно и бредово).       Ректор протер окно и заметил вдалеке забойный цех. Андрей сказал водителю повернуть.       Машина не успела толком остановиться, как Петров, несмотря на преклонный возраст, мгновенно вышел и даже не закрыл за собой дверь. Капли дождя с лязгом ударялись о лысину профессора.       Андрей Викторович вошёл в цех и заметил работников, спросил у них, где находится тот самый Николай Свинир. Те указали на кабинет начальства, и ректор побежал туда. Поднимаясь по лестнице, он часто и интенсивно дышал из-за нехватки воздуха. Но заинтересовавший его "предмет для исследования" (Андрей Викторович не смог подобрать более правильные слова для этой свиньи) будто-бы давало ему второе дыхание, и он продолжил подниматься быстрее.       Открыл дверь и заметил, как начальство взгромоздилось вокруг генерального директора, гордо восседающего за столом, а перед ним сидела одинокая и хорошо вымытая свинья.       — Здравствуйте, — дружелюбно поприветствовала свинушка, Андрею Викторовичу казалось, что он сейчас предложит ему чашку чая, — вы, наверняка, соизволили ко мне явиться?       Гендиректор же, в отличии от противоположного собеседника, гневно смотрел на ректора.       — Добрый день, — обратился профессор, — меня зовут Андрей Викторович Петров, — я зоолог, директор Уфимского центра зоологии и хотел бы побеседовать с Николаем Свиниром.       Ректор ждал от них упорного отказа, но сидящий за столом лишь спокойно ответил:       — Разумеется, данное обстоятельство вынудило нас прекратить производство. Раз уж вы эксперт в этой области, мы не будем вам мешать и займёмся другими говорящими свиньями. Можете садиться на мое место.       Гендиректор всё с таким же взглядом привстал, и всё начальство покинуло кабинет. Ректор пришел к выводу, что его злобный взгляд был естественным и обыкновенным.       Андрей Викторович Петров и Николай Свинир остались наедине.       — Я готов к длительной и увлекательной беседе с вами, господин Петров, — благородным тоном молвил Свинир.       Андрей пока ничего не ответил и присел на место начальника цеха.       — Мне приходилось беседовать со множеством животных, — начал ректор, — но ни один из них, так и не ответил, каким образом обрели человеческую речь.       Свирин немного поразмыслил и дал ответ:       — Сперва я хотел ответить, что это дар божий. Или его высший замысел, а меня одарил умственными способностями в качестве божьего посланника. Этот ответ удовлетворил бы руководство забойного цеха. Но, как вижу, вы учёный. Человек научного характера и обладатель критического мышления. Поэтому моя теория... Повторюсь, это всего лишь теория... Скорее всего это связано со вспышкой квазара.       Андрей Петров сложил пальцы в замок и хмыкнул. Последнее слово ему было знакомо, даже несмотря на то, что ничего не смыслит в астрономии.       — Но... Но как вы узнали об этом?       — Ещё давно, до прибытия на свиноферму, я был, так сказать, имуществом одного пенсионера в деревне. Раньше он работал астрономом в обсерватории, а теперь вышел на пенсию, купил домик и завел свиней. Я уже забыл его имя. К нему постоянно ходила аспирантка, и оба вели добродушную беседу. А я слушал и вникал. — Свирин хрюкнул несколько раз. — Извините, это всё рефлексы. Так вот, пенсионер заявил, что из-за вспышек квазар выделяет невидимые волны, которые достигают Земли и этим объясняет все возникающие аномалии, в том числе Бермудский треугольник и перевал Дятлова.       Андрей Викторович слушал очень внимательно, не упуская ни одного слова; затем, когда Николай кончил рассказ, то со вздохом произнёс:       — Это, конечно, занимательная история, но звучит неправдоподобно.       — Я же говорил, что это только теория, — тихо молвил Свинир, но затем его говор стал серьёзным. — У меня к вам есть одно предложение.       — Какое?       — Мы хотели бы выступить на Генеральной Ассамблее Организации Объединенных Наций. Я соберу всех домашних животных, выберем кого-нибудь из нас, который выступит в качестве представителя. И обратимся ко всем президентам стран на Земле.