Глава 5. Внеочередная сессия Генассамблеи ООН.

      С момента беседы между Андреем Петровым и Николаем Свиниром прошло полгода. За это время оба бывших собеседника проделали колоссальную работу, дабы воплотить в жизнь план самого умного свиньи.       Профессор зоологии обратился к губернатору областного совета. После долгого обсуждения было решено всей делегацией отправиться в столицу к самому президенту...       Господин Свинир не без помощи сторонников и добровольцев из людей, которых было немалое количество, выступил с речью в той самой телекомпании, где ещё шесть месяцев назад скептически настроенная корреспондентка проверяла правдивость насчёт говорящего кота. Она заключалась в том, чтобы телевизор посмотрели все домашние животные.       — Братья мои, домашние парнокопытные и другие со всех уголков мира, — с гордостью обратился к своим братьям Николай в объектив телекамеры, — я объехал все фермы и деревни моей страны, чтобы пообщаться с другими животными. В силу причин, к сожалению, не могу добраться к каждому из вас на всём Земном шаре — это заняло бы целую вечность. И я надеюсь, что все президенты стран смогут созвать внеочередную сессию Генассамблеи ООН насчёт волшебного инцидента, возникшего полугода назад. Меня избрали в качестве главного представителя от всех говорящих животных. А также прибудут по одному представителю животных с каждой страны. Желаю услышать ответ от ООН в ближайшее время.       Глава страны, Андрей Викторович и министр сельского хозяйства, которые находились в помещении администрации президента, посмотрели обращение Николая Свинира. Последний выключил телевизор.       — М-да, — вздохнул президент и больше ничего не добавил.       Андрей Петров вспотел, подмышки покрылись пятнами пота. Он никогда бы не подумал, что доберётся до самой верхушки правительства и чувствовал себя некомфортно.       Внезапно, один из множества телефонов на столе зазвонил. Президент поднял трубку и стал слушать. После нескольких минут закончил разговор и обратился к Андрею Петрову.       — Председатель Генассамблеи ООН дал добро и созывает всех президентов, состоящих в организации, на внеочередную сессию. Вы, Андрей Викторович, поедете с нами.       — Что, зачем я там нужен?       — Вы беседовали с самим Николаем Свиниром. Нам будет нужна ваша помощь в качестве зоолога.              Прошло несколько недель, и Свинир получил приглашение на заседание ООН, которое состоится через два дня. Николай вместе со своими сторонниками сели в самолёт и полетели в Нью-Йорк, США.       В зале ООН творилась суматоха, высшие чины передвигались и толкались между собой, дабы усесться на свои места. Обычно такое случалось всегда перед каждой сессии, но впервые здесь стали присутствовать животные. После обретения разума, они теперь не будут делать нужду прямо в зале. Главные двери отворились, и внутрь вошёл сам господин Свирин с гордо поднятой головой, будто у него был огромный опыт в сфере политики. Для него сшили специальный костюм на заказ, черный костюм, белая рубашка да красный, поглаженный галстук — как обычно одевают в меховые шубки маленьких тойтерьеров. Ему отвели специальную табуретку, и он встал на него, уперев передними копытцами на трибуну. Прямо напротив него скоро должны будут собраться президенты почти всех стран. Свинир немного хрюкнул, дабы проверить микрофон — зал расплывчато покрылся смехом.       Андрей Викторович Петров стоял в холле, а рядом с ним был его аспирант, тот самый, который водил профессора в забойный цех. Ректор всё ещё не понимал, зачем он здесь. Вскоре подошёл президент, несколько депутатов и с личной охраной.       — Мы посоветовались с лидерами других стран и решили сделать вас главным представителем от лица всех президентов.       Андрей Петров впал в состояние шока.       — Я не могу, то есть, это же полный абсурд, я ведь всего лишь зоолог.       — Вы были назначены главным в проведении консилиума по исследованию, как самый опытный учёный в данной сфере, — настаивал президент, — животные — это ваша специальность. А мы больше по людьми. И тем более вы хорошо знаете самого Николая Свинира.       Президенты наконец-то тоже зашли в зал и сели на свои места, Андрей Викторович с тревожным чувством тоже зашёл в зал и подошёл к главной трибуне — прямо напротив Свинира.       Множество стационарных и громоздких телекамер целились в представителей от человечества и царства животных. К остальных зверям, которые в основном состояли из домашнего скота (а также собаки из Южной Корей) были прикреплены переводчики, ибо наушники к ним никак нельзя было прицепить.       Тем временем, в одной деревне, на подоконнике стоял телевизор, экран которого был повернут наружу. Бабушка и Миша сидели на табуретках возле сарая. Корова и курицы стояли рядом, а Дикси лежал на коленях и тоже смотрел телевизор. Тамара уже успела подружиться со своим скотом, однако какое оправдание придумала на их возмущение, история умалчивает.       В зале Генеральной Ассамблей ООН нависла гробовая тишина. Весь мир в предвкушении смотрит прямую трансляцию.       — Я очень рад вновь приветствовать вас, господин Петров, — вежливым тоном обратился Свирин, — в принципе, не очень удивился, когда вас назначили от лица всех стран.       Андрей Викторович чувствовал не в своей тарелке и, с трудом переборов страх перед публикой, произнёс следующее перед микрофоном.       — Как видите, мы созвали внеочередную сессию как раз-таки из-за вашего обращения. И готовы услышать ваше предложение.       Прошло несколько минут, и эти минуты молчания снова заставили профессора занервничать — в отличии от его собеседника в лице свиньи, который чувствовал себя прекрасно и не испытывал никакого дискомфорта. — Чтож, пожалуй, начну, — сказал Николай и хрюкнул, — наверняка, многие из вас догадываются, что тема моего обсуждения — это многолетний геноцид моего народа, который вы взращивали в качестве пропитания...       Андрей Викторович огляделся на президентов, которые перешептывались между собой и периодически кивали.       — ....Однако, прошу заметить, среди определенного числа вашего населения существуют индийцы — которые не кушают говядину — и мусульмане и евреи — непоедающие свинину. И это ещё ДО приобретения разума у меня и моих подобных. Я считаю, что это огромный шаг к взаимному сотрудничеству и укреплению союза. НО, в большинстве стран всё ещё проводятся убои домашнего скота...       Взгляды всех присутствующих вцепились в говорящего свинью.       —... Поэтому, хочу потребовать от вас, чтобы вы приняли резолюцию о полном отказе поедания людьми мяса и рыбы.       Стоит добавить, что за эти полгода китайские учёные выяснили, что разумом овладела вся морская фауна.       Теперь уже все президенты бурно обсуждали, и вместо кивков были покачивания голов по бокам.       Сидевший рядом президент России подал записку, и Андрей Викторович молвил в микрофон:       — Мы услышали вашу речь, господин Свинир. Нам придётся удалиться, чтобы посовещаться и дать ответ на вашу просьбу.       Делегация президентов, вместе с переводчиками, и сам Андрей Петров удалились. Они зашли в зал для совещания и стали бурно общаться. У профессора в ухе был наушник, и слушал их ругань на своем родном языке.       — Это просто невозмутимо, — разъярился президент США, — сперва я бросил пить, бросил курить, а теперь я должен отказаться от вкусного жареного стейка по выходным? Ужас!       — Надо ещё добавить, что мясо требуется детям для их физического развития, — сказал канцлер Германии, — соевое мясо не заменит прежний рацион.       Лидеры стран совещались долго, и президент России пока что предложил Андрею Викторовичу и его ассистенту выйти из зала в коридор.       Профессор убрал руки за спину и глядел на свои потёртые ботинки. Он раньше никогда не отказывался от поедания мяса и не знал, сможет ли это вытерпеть. Ассистент похлопал ректора по плечу и сказал, что всё будет хорошо.       Президент России со своей охраной наконец-то вышел из зала и обратился к профессору:       — К сожалению, мы не сможем принять резолюцию.       — Что? Но почему?!       — Большинство голосов высказалось против. Вам надо будет сообщить об этом господину Свиниру.       — Я не буду этого делать!       — Если откажетесь, то лишитесь поста ректора в Уфимском центре. Как самый почитаемый зоолог вы должны будете придумать какое-нибудь научное объяснение для отказа резолюции.       Президент ушёл обратно в зал, а Андрей Викторович совсем растерялся — он сам, того не ведая, оказался пешкой в этой политической игре, и из-за безысходности взглянул на аспиранта. Тот ответил на его грустный взгляд:       — Надеюсь, вы сделаете правильный выбор.       Спустя четверть часа президенты вернулись на свои места, а Андрей Викторович встал на свое место перед трибуной и заявил:       — К сожалению, Николай Свинир, нам придётся ответить отказом.       В той половине зала, где выступала свинья, публика высказывала недовольство.       — Это почему же, хотелось бы выяснить? — негодовала свинка.       — После тщательного исследования за эти полгода мы пришли к выводу, что на самом деле животные не обрели разум, а стали повторять слова за своими хозяевами... Как попугаи.       Дальше понеслось. Внутрь зала стала заходить группа спецназовцев и насильно уводили животных прочь.       — Нет, это всё неправда, — возмутился Свинир, убегая от сотрудников спецслужб и визжа на всю громкость, — угомонитесь, мы не подражаем попугаям. Вы не должны убивать разумных существ...       Не успел договорить, как один солдат схватил Николая Свинира, запихнул его в мешок и уволок прочь из зала.       Спустя несколько часов, когда все уже ушли, Андрей Викторович Петров всё ещё оглядывал пустовавший зал своим печальным взором. Он заметил возле дальнего выхода аспиранта, который глядел на него презренным взглядом, после чего ушёл и до конца жизни больше не пересекался с Андреем Петровым.       После окончания сессии, Тамара Петровна как поднялась с табурета и давай гонять скот в амбар и запер их там, приговаривая им, чтобы не талдычили как попугаи. Дикси посмотрел в глаза Мишке и молвил тихим тоном:       — Ты же не веришь в эту дребедень?       Мальчик крепко обнял его и спокойно ответил:       — Нет, не верю.

***

      Судьба некоторых героев на этом моменте обрывается. Неизвестно, что случилось со Свиниром. Любые попытки репортёров и сторонников Николая заканчивались неудачей. Андрей Викторович сел на ближайший рейс в Уфу и больше о нем ничего не слышали. А вот Тамара Петровна и Миша вместе с Дикси продолжили жить обычной жизнью и больше ничего не происходило в их привычном образе жизни.       Может люди стали собираться вместе и устраивать пикеты в защиту животных? Или может животные собираются в подпольные организации и хотят устроить диверсии в забойных цехах, которые возобновились после злосчастного заявления ректора? Этого мы теперь никогда не узнаем.       Что можно сказать по этому поводу? Порой человеческая жадность бывает настолько безгранична, что даже самые разумные вещи неспособны остановить его. Или то, что не все готовы рисковать своей карьерой, своим комфортом ради спасения других. На этом всё.