Unità

      Время бежит, феи снуются, ведьмы устраивают очередной спор/козни вокруг первокурсницы/шумовые всплески. Сих дам он пропускает через себя и струей пара мчится к ней.       Флоре. Понимающей и принимающей с изъянами и вечными неуверенностями.       Дэмиен видит подвох в ее нежности, и каждый раз, наперекор отцовским мудрым советам держаться подальше от Линфейки, ведется. Позволяет себя надурить комплиментами и сладкими подбадриваниями.       Ее речи – нектар; от каждой порции чернеют зубы. Скоро ударит по нервам, и каналы чистить придется не волшебной пыльцой, а старо-добрыми инструментами и ценником пострашнее средней зарплаты профессора.       Он гордо носит звание лжеца, втирая Флоре, теперь уже подруге, как проходил несколько этапов тренировок в Фонтероссе, и как сложно ему, юнцу, в компании Кодаторты и Драконов. Откуда узнал – там пацанские разборки «кто починит байк быстрее».       Выигрывает всегда Ривен. Ставки откладывает он, впрочем, на шпионку Фарагонды.       Такая дрянь, с виду неприметная, будет вставлять палки в колеса и докладывать каждый чих.       С Робин и сгореть не страшно – сразу бластером пульнет в висок, да голову отсечет.       Дэмиен, мимопроходящий, в системе учебных заведений, брешь похлеще разрушенных коридоров Торренуволы: числится и там, и там по липовым документам с разными, – а как иначе, – именами. В Фонтероссе его все знают как Никскафоко – внучатого племянника стража Храма Роккалуче.       Происхождение собственное Дэмиен не знает, да и не горит – вот, только что вспыхнул факел в руке, пап! А, ты читаешь. Понял, не отвлекаю, – желанием.       Зачем, когда есть версия отца: случайно нашел в библиотеке Домино сопящего малыша, пока вокруг Три Древние Старушки устраивали хаос.        "Тебя принесло огненным ветром и сожгло больше половины рукописей".       Искреннее истории отца он слышал только ахи и вздохи первогодок на повадки предков «проверять успеваемость». В Фонтероссе попадает под категорию принц; в Алфее, чуть построже, к Аише.       Аиша же? Или Лейла? – переспрашивает он Сторми, на что ведьма отмахивается, мол, не впутывай меня в свои странные причитания.       Но Дэмиен и не думает. Он вообще, согласно отцовскому словцу, на мозговые штурмы не способен. Интеллектом обделен, да и красноречием, надо сказать, тоже.       Потому парень необидчивый; просто злопамятный.       Вексиус настраивает ведьм против фей, с каждым упреком в его адрес укорачивая концы плаща легким щелчком пальцев – любимая забава «несмысленыша».       Дэмиен по наитию скалит зубы на подколы отца, поджигая кончик носа драконьим дуновением. Маг не отстает и одаривает порцией теневых ударов в ребра с перьями над ушами – процедура щекотки сына всегда усмиряла.       Трикс в их отношения не лезут, демонстративно отворачиваясь к конспектам – единство отцовско-сыновского партнерства убивает всю пафосность и серьезность коварных планов.       Главное на сегодняшней лекции они усвоили: в семейные перепалки лучше не лезть, пока заклятия не падают в их сторону.