Пролог. Мне жаль, приятель

Ночь над пустыней Южной Эквестрии. Среди ее песчаных дюн уснула деревня. В неприметном дворе, окруженном глиняными домами, стоял исписанный древними иероглифами каменный диск, внешне напоминавший мельничный жернов. Его охраняли два единорога в броне Внутренней стражи. Караульные вели неравный бой с подступающим сном, но ветер, гуляющий в бессоннице среди домов и пальм, не давал им уснуть. Пока один стражник стоя дремал, второй, превозмогая себя, продолжал нести пост. Глиняные дома, каменные изгороди, песок, усыпанное звездами небо и камень за спиной – картина, что уже многие часы не менялась. Полузакрытые карие глаза не спящего жеребца, едва способные различить очертания домов, смогли, однако, разглядеть два силуэта, вышедших из тени. Рассудок, едва тлевший в одном из полушарий, далеко не сразу узнал в них товарищей из отделения караула. — Как дела, парни? – начал один из них. – Мы на смену. Идите поспите хорошенько. — Какая смена? – едва пробубнил караульный. – Нам ещё час стоять. — Тебе повезло: командир сказал вас сейчас заменить… Хотя, если хочешь, стой дальше, а я пойду ещё покемарю. Мне так даже лучше. Двое пришедших начали разворачиваться. — Ладно, стой! – выдохнул полуживой страж, собрав последние силы. – Пост сдал. — Пост принял. Иди поспи, приятель. У тебя уже мозг плавится. Первый караульный у камня разбудил второго, и оба, качаясь, прошли мимо сменщиков. Единственная мысль, что управляла ими – это принять горизонтальное положение где-то в районе своих коек и умереть на шесть с половиной часов до следующей смены. Неожиданный грохот сзади заставил караульного вздрогнуть. Он, негодуя, развернулся, и увиденное стерло все мысли о сне: оба стражника корчились на земле в агонии и зелёном пламени! В миг их облик изменился: тело покрылось чёрным хитином, ноги изъели дыры, глаза расплылись одной серо-зелёной массой! Тварь встала, посмотрела на ошеломлённого жеребца и сказала голосом, будто из преисподней: — Мне жаль, приятель.