Глава 3. Потери

Протиснувшись сквозь толпу зевак, Роберт услышал голос Мориарти: — И чтоб никто не покинул этого здания! Это приказ! Она стояла у самой спальни, дверь в которую была открыта. Роберт увидел небольшую серую комнату, высокое окно, две кровати, столько же стульев и незаметно примостившийся у входа высокий и старинный платяной шкаф. Но это было не первым, что он заметил. Такая оценка обстановки была скорее профессиональной бесчувственной привычкой, которая сейчас вызвала в детективе внутреннее осуждение к самому себе. Первым делом он увидел тело, которое некогда бегало по этим коридорам, наполненное душой и жизнью, смеялось, кокетничало, кидало понравившимся мужчинам под ноги платочки, а теперь лежало посередине комнаты, растерзанное, в луже крови. Роберт сглотнул и как можно бесстрастнее спросил: — Здесь что-нибудь трогали? Мориарти отвлеклась от раздачи указаний и наконец обратила внимание на друга: — Детектив! Ты здесь! Прошу тебя, возьмись за это дело! — Уже взялся. Здесь что-нибудь трогали? — Нет, сэр, даже окна не открывали, — ответил дворецкий. — Кто ее обнаружил? — Одна из служанок утром, когда Альта не вышла на смену. — Приведите мне эту служанку и соберите всех слуг, чтобы я опросил всех. Всех до единого. Мориарти рвано кивнула — и дворецкий удалился. Роберт продолжил: — Полицию вызвали? — Да… да, им ехать досюда часа два, не меньше. Мориарти сильно переживала. Она тщательно это скрывала, но опытный глаз не обманешь. — Мориарти, не хочешь ли… — Это моя самая близкая служанка, Роберт, и я хочу все знать. Не обращай на меня внимания и делай свое дело. — И на меня тоже не обращайте, — подал голос появившийся из ниоткуда Агамикс. Мориарти шикнула: — Я же говорила им разбудить только детектива… — О нет, твои слуги не виноваты: я просто чутко сплю. И прежде чем кто-то что-либо успел возразить, Агамикс прошел внутрь и встал возле шкафа. Роберт приподнял шляпу, вытирая легкую испарину на лбу, и достал из кармана фотоаппарат. Он сфотографировал всю комнату вместе с трупом. Потом передал устройство Агамиксу, а сам надел перчатки и открыл окно, чтобы едкий запах крови хоть немного выветрился. Под частые щелчки фотоаппарата Роберт принялся за дело, стараясь не замечать собственную грусть и жалость по отношению к убитой. На момент убийства Альта была одета в ночнушку. На теле осталось множество ножевых ранений, точное число которых позже скажет судмедэксперт. Как и точное время смерти. Пока что можно предположить, что это произошло либо ночью, либо ранним утром перед началом рабочего дня. На лице Альты лежал платок: тот самый, который она подбрасывала всем. С уверенностью можно было сказать, что не она сама им накрылась, а сделал это убийца. Роберт аккуратно приподнял платок. Мертвая недвижимо смотрела в окно. Платок снова опустился ей на лицо. Роберт снял перчатку и достал из внутреннего кармана пиджака Кеннета. — Что за… — удивился Агамикс, но Мориарти на него цыкнула: — Не мешай! — Молчу-молчу… Хомяк принюхался к платку, потом завертел головой — и Роберт встал. — Надо дождаться приезда полиции и результатов экспертизы, чтобы точно что-либо узнать. Возможно, что убийца оставил свои отпечатки или ДНК. — Но что-то же ты можешь уже сделать? — нетерпеливо спросила Мориарти. — …Да. Где я могу принять свидетелей? — Тебе подготовят комнату. — И можно попросить воспользоваться твоим ноутбуком? — Моим конкретно или любым? — Любым, мне нужно будет просмотреть фотографии. — Тебе его предоставят. Роберт предложил всем покинуть комнату, и когда Мориарти проходила рядом, хомяк вдруг завертелся в руках, чем-то напуганный. Роберт озадачился: «Кеннет, что это значит?». Они покинули комнату, экономка заперла ее на ключ, а сама подперла дверь своим стулом и села. — Мэм, попрошу вас не двигаться, — сказал Роберт и дал хомяку понюхать удивившуюся женщину. — Госпожа, я сомневаюсь в профессионализме вашего друга. — Поверьте, дорогая, лучше его не найти, — заверила Мориарти. — И что говорит твой питомец? — Это не она, — ответил Роберт. — Ну конечно, не я! Вы хоть видели меня? Мне тяжело на третий этаж подняться, не говоря уже о каких-то там убийствах! Агамикс вдруг опомнился и передал Роберту фотоаппарат, не удержавшись от того, чтобы почесать Кеннета. Хомяку этот жест не понравился, причем реакция его была чересчур бурной: он аж полез по водолазке своего хозяина, пытаясь спрятаться от Агамикса. «Еще один?» — удивился Роберт, но и в этот раз промолчал. Мориарти сопроводила его и Агамикса в ближайшую к ним гостиную. Вскоре в дверях появился преподобный. — Я узнал о случившемся, но к вам меня не пустили. — Он подошел к Мориарти. — Соболезную твоей утрате, да упокоит Господь ее душу… — Она упокоится, когда мы найдем убийцу, — ответила она, закуривая. — Да, да, Господь покарает грешников… — Господа и леди, — прервал его Роберт, — попрошу вас присесть и честно ответить мне на несколько вопросов. — Нас подозревают? — спросил Синнер. — Нет, но вы можете помочь делу. Итак, скажите, когда вы вернулись в свои комнаты? — Ты знаешь когда, — ответил преподобный. — Мы с Агамиксом разошлись во втором часу, — сказала Мориарти, — когда проводили Албанца до машины. Альта была с нами тогда. — Албанец уехал? — спросил Синнер. — Да, он меня предупреждал, что ему надо будет сегодня быть в другом городе на чемпионате по хоббихорсингу… Агамикс посмеялся в сторону, и Мориарти вздохнула: — Вчера не насмеялся? — Ха-ха, да как тут удержаться… В это же время Синнер с Робертом никак не могли сопоставить образ громадного Албанца с подобным видом спорта, если это хобби вообще можно было так назвать. Но Роберт решил не зацикливаться на этом: — Этой ночью вы покидали свои комнаты? Все ответили отрицательно (пусть Агамикс только и смог, что кивнуть). Роберт продолжил: — Вы слышали или сталкивались с чем-нибудь? Например, проснулись от крика или услышали, как под вашей дверью кто-то ходит. Подойдет все, что угодно. — Если так подумать, — ответил Агамикс, наконец просмеявшись, — я слышал тяжелые шаги какого-то мужчины и его тихое бормотание. — Ты видел его? — Нет, очень уж побоялся выйти. — А как понял, что это мужчина? — По бормотанию. О! И он все повторял «роднульки» и «трандулеточки»… «рандевулеточки»… хм, да как там было… Агамикс серьезно задумался и полез в карман за своим блокнотиком. Роберт посмотрел на Мориарти, но она никак не отреагировала: тяжелые думы увели ее куда-то очень далеко. Вернулась она лишь тогда, когда о стеклянную столешницу стукнул стакан с коньяком. — Выпей, станет немного легче, — сказал Синнер. — Спасибо, я на таблетках, — ответила Мориарти, и Агамикс, решив воспользоваться такой возможностью, шустро приватизировал себе стакан.

* * *

Роберт посадил Кеннета на стол и стал ждать, когда в комнату зайдет первый потенциальный свидетель. Ею оказалась служанка, которая нашла труп. Около половины шестого утра она без стука вошла в спальню, думая, что Альта проспала. Она хотела уже ее разбудить, но… — Я-я закричала… она лежала т-там, на полу, и… о-ох, запах крови… он мне будет сниться… ах, д-да, простите… потом прибежали люди и они тоже увидели е-е-е… Роберт подал ей стакан воды, краем глаза глянув на Кеннета: он был совершенно спокоен. Следующими явились те, кто как раз прибежал на крик, потом живущие в соседних комнатах, следом — те, кто либо не спал в это время по личным причинам, либо спал чутко. Видимо, дворецкий постарался над организацией очереди. Роберт мысленно поблагодарил его за труд, одно лишь огорчало: на всех них Кеннет никак не реагировал. Оставалось только записывать их показания и пытаться вычислить по алиби, кто может быть причастен к убийству. «И игнорировать неприятное чувство в груди». Наиболее ценной информацией поделились две соседки Альты, живущие в комнате напротив. — В котором часу вы услышали, как скрипнула ее дверь? — спросил Роберт у них. — Около трех. Я подумала, что Альта опять к себе кого-то пригласила. Ну, была у нее такая привычка… — Не припомните, когда этот человек ушел? — Быстро совсем, мы с моей соседкой даже не успели ко… — Она замялась. — Мы не успели даже уснуть, когда он вышел. Минут пятнадцать-двадцать, наверное, прошло. — Но шаги у него были очень тихие! — сказала вторая женщина. — Я даже подумала: ого, неужели Альта теперь по девушкам у нас? — Или на нежных тонких юношей стала заглядываться? — хихикнула первая, но потом вспомнила, что это сейчас не к месту. Следом Роберт послушал отчет охранников, которые не заметили следов чьего-либо проникновения, и около двух часов расспрашивал остальную прислугу. Людей с сомнительными алиби он записывал отдельно, особенно его заинтересовал один кабельщик, которого этой ночью (как и предыдущей, кстати) встречали в разных частях особняка. Он устроился сюда пару дней назад, а потому начавшаяся внезапно волна убийств могла быть связана именно с ним. Одно только не сходилось: почему Кеннет указал на Мориарти и Агамикса? Помнится, они притрагивались к платку, но не может же быть так, чтобы остаточный запах от пары прикосновений был сильнее запаха убийцы, который тот оставил последним. «И я не могу поверить, что это была она… или он, какое бы прошлое у этого человека ни было». В дверь деликатно постучали. — Сэр? — Это был дворецкий. — Никого больше не осталось. — Вы уверены? — Да, сэр, вы опросили всю прислугу. — А как же тот… — Роберт перепроверил список работников особняка и нашел одно не вычеркнутое имя. — Кабельщик Малый Бро? — Он из коренных американцев, что ли? — Мы его еще ищем. — Как найдете — сразу же ведите ко мне. — Обязательно. Сэр, если вы закончили, господин Агамикс просил передать, что хотел бы с вами обговорить кое-что. — Что именно? — Не знаю, он сказал, что эта информация касается только вас. Роберту стало не по себе, особенно учитывая реакцию хомяка на Агамикса. Но причины отказываться от беседы у него не было. Засунув хомяка под шляпу, он проследовал за дворецким, который привел его прямиком к той самой спальне. Экономка воскликнула: — Ну наконец-то! Я уже устала отваживать этого инока от спальни! — Инок, ха! Так меня еще не называли! — смеялся Агамикс. — Ты меня звал? — спросил Роберт. — А, да! Пока фотографировал комнату, я заметил кое-что интересное. — Что именно? — Не скажу. А вдруг я ошибся и ты посчитаешь меня дураком? Снова этот тон. Лукавый, обманчиво бодрый, заставляющий поверить в искренность сказанных им слов, хотя этой самой искренности там было ни на грамм. Экономка отодвинула стул от двери и открыла спальню. Роберт с Агамиксом вошли внутрь. Несмотря на открытое окно, нос все равно неприятно щекотал тухловатый запах крови. Агамикс улыбался так, словно его это абсолютно не смущало, и спокойно рассматривал комнату. Потом он обогнул тело и прошел к окну. — Ну что же ты стоишь? Иди ко мне, не бойся. Закрыв за собой дверь, Роберт неспешно двинулся к нему навстречу. — Больно ты веселый для такого случая. — М? Ох, точно! Все время забываю, что обычные люди, незнакомые со смертью, страдают при виде трупа. Но я думал, что уж ты, детектив, должен меня понять. Или я ошибся? — К смерти невозможно привыкнуть, — бескомпромиссно ответил Роберт. — Разве? — Напомни-ка, кто ты по профессии? — Так ли это сейчас важно? — качнул головой Агамикс. Он встал спиной к окну, из-за чего на его по-прежнему улыбчивое лицо легла тень. — Важно, иначе я не смогу больше тебе доверять. — Доверие… Лишь один раз за весь разговор Роберт отвел взгляд. Аккуратно переступая через пятна крови, он, сам того не желая, открылся. Роберт не успел среагировать, как оказался прижат к стенке. Агамикс смотрел на него в упор, но уже без улыбки, как прежде, а с неприкрытой угрозой. В ребро уперлось острое лезвие, которое Роберт очень уж хорошо чувствовал даже через водолазку. — А если я скажу, что зарабатываю убийствами… — Агамикс говорил медленно, почти лениво. — Тогда ты бы смог мне довериться? Смог бы спокойно засыпать, находясь со мной в одной комнате? Повернулся бы спиной… Он замолчал. Медленно посмотрел вниз. К его животу был приставлен пистолет. — Наконец-то ты заговорил откровенно, — тихо посмеялся Роберт. Обеспокоенный хомяк царапал его голову, но детектив не чувствовал боли. — Со мной это не сработает. Я в любом случае уважаю честность. Да и… Мориарти доверяет тебе, а я доверяю Мориарти. Агамикс оторвал взгляд от пистолета. Роберт продолжил: — И поверь, я встречал людей и пострашнее тебя. Секунда, вторая — и Агамикс, беззубо улыбнувшись, убрал руки. Роберт незаметно для него выдохнул: уж чего-чего, а наемных убийц он еще не встречал. Кеннет продолжал носиться под шляпой, так что пришлось взять его в руки и успокоить. В это время Агамикс сказал, как ни в чем не бывало: — Ага, значит, не почудилось. — Что именно? — Наш убийца хитро придумал спрятать тело. Роберт недоверчиво посмотрел сначала на лежачую посреди комнаты Альту, потом проследил за взглядом Агамикса и увидел на старинном шкафу, который почти достигал потолка, плотный сверток. Он лежал так далеко от края, что его очень сложно было бы заметить. Роберт присмотрелся к полу и заметил на нем полосы пыли, словно раньше здесь лежал ковер. Перескочив через улики, он распахнул дверь и подбежал к ближайшей спальне. Дверь была открыта, и внутри он увидел точно такую же планировку, что и в спальне Альты, только в этот раз вместо трупа посередине комнаты лежал ковер. Обогнув любопытную экономку, Роберт вернулся на место преступления. — Возьми тот стул у стены! — скомандовал он и взял такой же второй. С большим трудом (надо было все-таки позвать кого повыше), но они сняли сверток со шкафа. Из-за нехватки места на полу пришлось аккуратно переступить через лужу крови и положить ковер на кровать. Они его развернули и, прикрыв носы от вони, увидели труп девушки, которая, судя по всему, была ровесницей Альты. — Неужели это… — …та самая соседка? — Как ты ее вообще заметил? — Секрет фирмы, — беззаботно пожал плечами Агамикс. — Что за осуждающий взгляд? Да, я часто прятал трупы в ковер, это обычная практика для моей профессии… ой, скоро у нас тут еще одно дело заведется… Роберт обернулся и ринулся на помощь к лишившейся чувств экономке.

* * *

— Ну что? — спросила Мориарти, отойдя от окна. — Пока что мы имеем два трупа: Альта и Юшка. Юшка была убита день назад. Судя по всему, убийца не смог вынести труп, поэтому спрятал его на шкафу, где его бы не сразу нашли. Поэтому никто в особняке не знал, куда запропастилась девушка… На этой фразе Мориарти отвернулась, мерно цокая к окну. Роберт прочистил горло и продолжил: — Сегодня, около трех часов утра, слышали, как дверь спальни Альты тихонько скрипнула дважды, во второй раз — через пятнадцать-двадцать минут. Предполагаю, что убийца либо хотел забрать свою первую жертву и Альта стала тому свидетелем, либо изначально хотел убить сразу двоих. Как бы то ни было, Альте было нанесено примерно столько же ножевых ранений, что и Юшке. Хомяк царапал макушку, и Роберт спустил его на журнальный столик. — У меня есть несколько подозреваемых, но… — В этот момент Агамикс пытался угостить Кеннета кусочком сахара, но хомяк испугано обогнул протянутую руку. — Но конкретно сказать не могу, недостаточно улик. Полиция выходила на связь? Они должны были уже приехать. — Они задерживаются на час, — равнодушно ответила Мориарти, — на серпантине произошла авария с участием нескольких машин, не могут проехать. — Все по законам жанра, — улыбчиво протянул Агамикс. Ваза с фруктами стояла возле Синнера (он пристрастился к винограду). Кеннет уже побежал к нему, как вдруг остановился, попятился, снова шагнул в сторону фруктов — и снова отбежал. В конце концов хомяк не выдержал и захотел на руки к Роберту. — Какой у тебя пугливый питомец, — сказал Синнер, продолжая отрывать по одной виноградинке. — Да, весьма… В дверь постучали. — Сэр, мы нашли потерянного кабельщика. — И где он был? Дворецкий отчего-то замялся. — Что такое? — Кхм, сэр, вы не поверите, но он прятался… в шкафу для кастрюлей. Роберт не понял, что в этом было такого невероятного. Он живо представил худощавого кабельщика и шкаф довольно стандартного размера. Но вот дворецкий отошел в сторону — и в проходе появился крупный мужчина, который и в холодильник бы не поместился, не то что в шкаф для кастрюлей. — Малый… Бро? — Мини Бро, попрошу! Могу паспорт показать! И на индейца он не был похож. На вид — мужчина около тридцати лет, европейской наружности. У него была короткая темная борода, обрамляющая подбородок, на голове — синяя кепка, одет в форму электрика, в руке — чемодан, судя по всему, с инструментами. — Всем здравствуйте! — то ли на нервах, то ли по привычке энергично сказал он, и Роберт заметил необыкновенную пластичность в его движениях. Без лишних церемоний, Роберт подошел к кабельщику, который вдруг неловко выпрямился, и поднес к нему Кеннета. — Уй, какой милашка! — восхитился кабельщик и потянулся уже к хомяку, что последнему очень не понравилось. Кеннет заметался на ладонях, пробежал вверх по руке и примостился под ухом Роберта, испуганно дрожа. Мориарти воскликнула: — Схватить его! Он убийца! Дворецкий незамедлительно схватил несчастного кабельщика за плечи, Агамикс с Синнером уже подскочили на месте, как вдруг Роберт крикнул: — Стойте! Не спешите сыпаться обвинениями! Все замерли. — Как же так? — удивилась Мориарти. — Разве твой хомяк не указал на него? — В каком смысле указал? — не понял Синнер. — В-вот-вот! Он не указывал, а убежал! — поспешил оправдаться кабельщик. — Это и значит «указать». Роберт тренирует своих хомяков так, чтобы они пугались того, чей запах остался на жертве. — Что? Да это же бред! — Не бред, а… — Мориарти, осторожно, — предупредил Роберт, — не всякую информацию можно разглашать. — Тогда объясни хоть, почему ты не согласен со своим хомяком? — взмолилась Мориарти. Все молчали, ожидая от него ответа. И Роберту ничего не оставалось, как сказать: — Дело в том, что… Кеннет указал еще на трех человек помимо него. И все они… Он вздохнул, предвосхищая последующую реакцию. — …находятся в этой комнате.