27. Глава,в которой соперники находят общий язык.

      - Постой.       Хюмашах сделала ещё пару быстрых шагов и замерла. Она была зла. В первую очередь на саму себя за излишнюю откровенность. Своим признанием она будто бы заставила снова болезненно кровоточить те раны, что казались уже чем-то далёким. Ей было очень стыдно и горько. Всё время она отстаивала свой высокий статус и пыталась завоевать авторитет. И вот сейчас она очень злилась за свою проявленную слабость. Хюмашах сделала пару глубоких быстрых вдохов и обернулась.       Влад отметил, как быстро её отчаяние сменилось маской равнодушия и надменности. Как будто бы минуту назад она скорбела не о себе, а о ком-то другом, чужом и далёком.       - Я просила оставить меня в покое, Влад. – Несколько раздражённо бросила девушка.       - Нет, ты выслушаешь меня! Ты не посмеешь нас прогнать только лишь потому, что благодаря своему признанию стала нам ещё ближе. Если после этого ты будешь продолжать вести себя как последняя стерва, ты только докажешь свою слабость! Я глубоко сочувствую твоему несчастью, но это не даёт тебе право срывать свои обиды на нас троих! Без нас тебе не справиться. Без нас ты слаба. Без нас ты лишь станешь тенью Катарины и повторишь её ошибки!       Прямота Влада, казалось, на мгновение отрезвила девушку. Она молчала. Хюмашах думала, что все будут ей сочувствовать и сожалеть. Гордый характер девушки не выносил подобного, поэтому она заранее была настроена отбиваться. Влад же как будто бы знал правильный подход. Что разозлило Хюмашах ещё больше:       - Влад, ты заблуждаешься. Ты представить себе не можешь, на что способен человек, который смирился, что у него нет другого выхода.       - Выход есть всегда!       - У вас троих он точно есть! Вон Бог, вон порог! Проваливайте! – гневно бросила мужчине Хюмашах и быстро ушла прочь по полутёмному коридору.       Влад почувствовал горечь и сожаление. Казалось, что он любил совершенно другого человека, а не затаившую обиду на весь мир стерву, что была сейчас перед ним. Его сильно задела та холодность и надменность, которую Хюмашах обнаружила в этом дворце. Если к этому прибавить ещё её упрямое стремление захватить престол, то всё пропало. Им не быть вместе. ***       Это было раннее утро. Казалось, дворец вымер. Наложницы султана Мурада отсиживались в своих комнатах, собирая вещи и тихо проклиная дочь Катарины. Слуги сновали повсюду незаметно, даже еле слышно. Большая часть, почувствовав превосходство положения Хюмашах, заверили её в своей преданности.       Тяжело пробудившись ото сна, Лале принялась собираться к завтраку. После последних происшествий девушка чувствовала себя очень уставшей и вымотанной. Лале решила не беспокоить сестру, сразу направившись к друзьям и они все вместе спустились в столовый зал.       - Такое ощущение, что твоя сестра весь дворец закошмарила! Даже слуги ходят на носочках. – Усмехнулся Аслан.       - Почти так и есть, господин. – С поклоном влез в разговор один из слуг. – Госпожа сильно не в духе. Ещё солнце не встало, а она уже вплотную занялась здешними порядками.       - Так значит, она уже не спит? – Поинтересовалась Лале у словоохотливого слуги.       - Правильнее будет сказать, Хюмашах- султан ещё даже не ложилась.       - Так позови её к завтраку!       - Госпожа… Я бы хотел просить об этом Вас. Я помню Хюмашах-султан с младенчества. И могу утверждать, что сейчас Ваша сестра находится в нервном напряжении. Госпожа гонит нас всех прочь и пьёт только воду и только из моих рук, боясь быть отравленной. Пока не останется совсем без сил! Вы бы повлияли на неё…       - Где она? – Порывисто вскочила Лале.       - В кабинете почившего падишаха Мустафы. Светлая память! – Ответил слуга и воздел руки к небу. Друзья поспешили к Хюмашах. Всё это время мрачно молчавший Влад ушёл на поиски Ахмеда-паши. ***       Влюблённые без стука вошли в кабинет. Зная крутой норов сестры, Лале предупредила Аслана, чтобы он не вспоминал о её откровениях и игнорировал грубость. Хюмашах сидела, склонившись над массивным столом, и подпирала голову рукой. Лале заметила, как за эти несколько дней сильно изменилась сестра. Она заметно похудела. Черты её лица заострились, благодаря чему голубые глаза стали ещё больше и темнее. Обычно не любившая украшения, Хюмашах достала семейные драгоценности. На ней было строгое тёмно-зелёное платье, с золотой вышивкой. Копна роскошных золотистых волос была собрана в изящную причёску. Но больше всего друзей поразила не огромная перемена во внешнем виде, а то, что Хюмашах надела корону. Ту самую, которую носила её мать. Ту самую, к которой местные обитатели боялись даже прикоснуться.       - Аслан, у меня дурное предчувствие! – Прошептала Лале, крепко сжав ладонь мужчины. Аслан понимающе кивнул и, неловко откашлявшись, произнёс:       - Здравствуй, Хюмашах. Как ты? Может, нужна какая- либо помощь?       Хюмашах медленно подняла на гостей уставшие глаза. Казалось, она только сейчас заметила их присутствие.       - Что вы здесь делаете? Мне казалось, мы в ссоре.       - Сестра, прекращай. Любая боль стихает, мы не знаем таких ран, которые не сможет вылечить время. Возвращайся к нам. Мне больно видеть тебя такой чужой. Я не узнаю тебя!       - Я сама себя не узнаю. – Устало вздохнула девушка. – Столько потерь случилось. И вместо того, чтобы объединиться, я отталкиваю от себя самых близких людей. Действительно, не такая уж я и «Светлая»…       Аслан и Лале помнили напутствие султана Мурада: «… И вы, друзья мои, верьте в Хюмашах. Она нуждается в этом».       - Эй, я тебя не узнаю! Где моя бойкая, смелая сестричка? Где моя опора и защита? – постаралась весело приободрить её Лале. - Как ты можешь не стать наконец сильней, после всех своих многочисленных триумфов? Сейчас же возьми себя в руки и смело смотри вперёд. Пообещай сейчас нам всем и самой себе, что даже вот так вот отчаявшись, не повернёшь назад к своим страхам. Мы рядом. И мы тебя любим.       - Хоть и бываешь порой невыносима! – Хмыкнул Аслан, беря руку старшей племянницы султана и сжимая её в своей ладони. Лале в это время стояла за спиной сестры и бережно обнимала девушку за плечи, которые теперь казались довольно хрупкими. – А если без шуток, ты просто не можешь представить, как много в тебе добра. Как много ты выдержала, выстояла…. Ты просто не можешь представить, как много в тебе сил!       Хюмашах благодарно улыбнулась друзьям. Аслан дал знак слугам, чтобы те принесли поднос прямо в кабинет. Влюблённые проследили за тем, чтобы Хюмашах хоть что-либо съела. Тем не менее, старшая из сестёр притронулась к еде только после того, как Аслан первый бесстрашно взял кусок.       - Вы правда уверены, что хотите остаться? – Немного погодя, спросила Хюмашах.       - Да. Про Влада не знаем. Он не делится своими планами. Но мы да. Тебя что-то тревожит?       - Подумайте хорошенько. – Покачала головой Хюмашах. – Наступают тяжёлые времена… Я разбирала сейчас почту. Одно из писем от дяди. Он очень болен. В связи с этим, Мехмеду запрещено покидать Манису, дабы не было недовольства в народе.       - Это разумно.- Согласился Аслан. – Ты огорчаешься из-за султана?       - Нет. То есть, не только… Так же аналогичный запрет наложен в отношении меня.       Пока это не опасно, но в случае печального исхода, Мехмед меня арестует. И пострадают те, кто был со мной рядом. Я беспокоюсь за вас.       - Вместе мы выстоим, не бойся. – Уверил её Аслан. – Если это всё, то не загадывай раньше времени. Разберёмся по обстоятельствам.       - Дядя пишет, что хочет обеспечить мне защиту.       - Так это же замечательно! – Всплеснула руками Лале. – Что он придумал?       - Пишет, что скоро узнаем. ***       Влад и Ахмед- паша стояли перед дворцом, наблюдая за кипевшими приготовлениями к отъезду всех тех, кого Хюмашах-султан решила выслать в провинцию. На самом деле, делали вид. Ведь мужчинам было что обсудить.       - Да, она проговорилась мне, что теперь вы всё знаете. – Вздохнул Ахмед. – Теперь ты понимаешь, что ей нельзя без меня?       - Да. – Кивнул Влад. – И я искал тебя, чтобы выразить своё уважение. Ты правда герой. Если бы не ты, её бы не было сейчас с нами. Она нам всем дорога.       - Полагаю, особенно тебе? – Невесело усмехнулся Ахмед. – Вижу, что это так. Лишь один вопрос. Если она выберет меня…       - Не выберет. – Перебил его Влад, уверенно глядя в глаза сопернику.       - А если выберет? Ты попытаешься убить меня?       - Заманчивая идея. – Влад приподнял брови и задумчиво почесал кончик носа. – Но нет. Я не причиню ей такую боль.       Ахмед-паша вздохнул, возведя глаза к небу. Он чувствовал достойного соперника. А так же его съедала братская ревность. Но он относился к Владу с уважением. Что бы не происходило между ними, Влад ему нравился как человек. И, по правде говоря, только ему одному он мог со спокойной душой доверить дорогую подругу.        - Как судьба повернёт. – Наконец кивнул Ахмед. – Только имей ввиду. Хюмашах порой эгоистична, нетерпелива. Иногда не верит самой себе. Делает ошибки. Она неконтролируемая и порой с трудом справляется с самой собой. Но если ты не справляешься с ней в её худшем обличии, то ты, конечно же, не заслуживаешь Хюмашах в её лучших проявлениях. Мне не отвечай. Себе ответь и реши, берешь ли ты на себя такую ответственность.       Влад задумался, но вдруг поднял голову вверх, будто бы почувствовав чей-то взгляд. И действительно, на главном балконе стояли Лале и Аслан. Но дело было не в них. Между его друзьями стояла Хюмашах. Она, и в то же время как будто бы и не она. Девушка с явным удовлетворением смотрела, как её недоброжелатели покидают дворец. Помимо внешних перемен, Влада удивило наличие короны. Он не раз слышал от Хюмашах об этом украшении и его настоящей обладательнице. Какой-то липкий холодок пробежал вдоль позвоночника и мужчина слегка содрогнулся. Именно такой он себе и представлял Катарину. Ахмед-паша, казалось, был полностью солидарен с Владом. Ему очень не нравились эти перемены. ***       Хюмашах продолжала безвылазно проводить время в кабинете. Султан Мурад серьёзно болен. Ахмед-паша и его доверенные развернули активные действия, преследуя свои цели. Трое друзей охотно им помогали, но только с целью обезопасить старый дворец, ставший для них убежищем. Работы по восстановлению так же не прекращались, что служило хорошим прикрытием для заговорщиков.       С разных концов османской империи с завидной регулярностью в их дворец приходили письма, приезжали гонцы. Хюмашах с каждым разом вела себя всё более решительно и смело. Порой она забывалась и подписывала документы так, будто бы сама являлась султаном. Это очень беспокоило троих друзей. Они опасались, что у Хюмашах могут быть большие проблемы из-за такой дерзости.       Вот и сейчас назревал большой скандал. Хюмашах подписала очередной приказ, при этом именуя себя падишахом. Документ девушка попросила передать в руки Ахмеду-паше.       - Так, что тут у нас? – Влад бесцеремонно перехватил бумагу у слуги и пробежался глазами. – Так, оставь нас наедине… Ух ты, да у нас тут без пяти минут падишах всея империи… Ты совсем сбрендила, ненормальная?       - Отдай!       - Хюмашах! Тебя могут отправить в темницу! Это же преступление против султана!       - Ничего мне не будет, отстань! – Отмахнулась девушка и снова склонилась над столом, закинув ногу на ногу.       Влад подошёл так, чтобы оказаться напротив девушки и, уперев руки в стол, склонился к Хюмашах. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Ещё даже не взглянув на мужчину, Хюмашах почувствовала силу. Силу, смелость и волю, в тысячу раз превосходящие её такие же собственные качества. Она ощущала это всегда. Признаться, этим он её и зацепил в первые дни их знакомства. Девушка испуганно подняла на Влада большие глаза, но быстро взяв себя в руки, нахмурилась.       - Хюмашах, как это понимать? – Медленно, вкрадчиво начал Влад. От его низкого голоса по телу девушки пробежали мурашки. Влад тем временем продолжал: - У нас был уговор. Во-первых, ты не отдаёшь команду выступать, пока султан Мурад у власти. На сегодняшний день он жив и является правителем этого государства. Так что же, твои слова ничего не значат?!       Хюмашах молчала. Вопрос подразумевал в себе не только поднятую тему.       - Во-вторых, это очень опасно. Тебя упекут в темницу. Не стоит дразнить Мехмеда! Не провоцируй его. Когда-нибудь мы справимся с ним и отведём от всех нас нависшую угрозу. Но ты сильно рискуешь! Всему своё время.       - Значит, вы не верите в меня? Отворачиваетесь? – Вскочила Хюмашах, и отзеркалив позу Влада, так же приблизилась к нему. Их разделял только стол. Страсти накалялись. Хюмашах тем временем продолжала: - Пусть так! Я ни в ком не нуждаюсь.       - Так, хватит! Кажется, ты слишком зазналась! Эта корона дурно на тебя влияет! И она тебе слишком велика! Для такой короны мозгов надо бы побольше!       С этими словами Влад резким движением снял драгоценный убор со светлых волос Хюмашах и аккуратно поставил на подоконник.       - Ах ты! Ты! Да как ты! – Задыхаясь, возмутилась Хюмашах, поправляя растрёпанные волосы. Влад встряхнул её за плечи:       - Ты и так завоевала достаточное уважение! И беи, и капитаны… знаешь, как они ценят тебя? Если, не приведи Всевышний, с вашим повелителем что-либо случится, янычары очистят для тебя дорогу к трону. И всегда будут рядом с тобой.       - А ты? Ты уже решил? Останешься здесь или уедешь?– Не поднимая глаз, тихо спросила Хюмашах.       Девушка замерла, ожидая ответа. Влад находился так близко, что она чувствовала слабость и беззащитность. И безудержное счастье от того, что он прикасается к ней. Но всё равно так и не узнала, что он хотел ответить. Потому как в дверь кабинета постучали и зашёл, поклонившись, тот самый словоохотливый слуга.       - Госпожа… - Обратился он к Хюмашах. – К Вам посетитель. Требует срочного свидания с Вами.       - Кто такой? – В один голос спросили влюблённые, раздосадованные что их прервали.       - Он не назвал своего имени, лишь должность. К нам пожаловал главнокомандующий морским флотом. Но сказал, что он… он… супруг Хюмашах- султан.       Владу казалось, что он сходит с ума. Ему хотелось смести здесь всё, а Хюмашах придушить. Мужчине казалось, что он получил удар по затылку чем-то очень увесистым. Опять она чужая невеста! Жена! Когда, казалось бы, она любит его. Ему значит отказала в браке, а какому- то левому мужику дала согласие! Влад отказывался что-либо понимать. Он отчаянно засмеялся недобрым смехом.       - Нет, это уже ни в какие рамки не лезет! – ошарашено покачал головой Влад. – Серьёзно?! Я опять узнаю обо всём последним?!       - Влад… - Растеряно лепетала девушка. - Я сама ничего не понимаю! Да хватит меня трясти!       - Артистка… Довольно! В Стамбуле быть больше не могу! Моё место в Валахии!       - Твоё место там, где я! Я предупреждала тебя, Влад! Не отпущу…       - С меня хватит!- Убрал её руки со своих плеч Влад. - Я ухожу!       - Куда ты собрался?! Тебе кто-то разрешал покинуть кабинет? – Стукнула в отчаянии по столу девушка, тяжело дыша. Влад застыл у двери и медленно обернулся. Он удивлённо посмотрел на сердитую Хюмашах и печально перевёл взгляд на корону которая казалось, навсегда встала между ними.       - Извините, госпожа, - Горько усмехнулся Влад. - Но остаться Вы меня тоже не просили! Доброй ночи!       Он не нашёл больше слов, чтобы выразить своё разочарование и обиду. Влад жестом оборвал пытающуюся оправдаться девушку и вышел из кабинета. У него было твёрдое намерение завтра утром покинуть дворец.       В отчаянии девушка запустила чернильницу в только что с треском закрывшуюся дверь. Она злилась на Влада, но в глубине души понимала, что своими неосторожными словами оскорбила мужчину. Немного оправившись от шока, Хюмашах подхватила корону. Девушка вернула головной убор на законное, как ей казалось, место и поспешила к незваному гостю. Бриллианты сверкали в полуночной тьме в этот раз особенно зловеще.