Пролог.

Беспредел, прогнившие души, заговоры, убийства — все это стало спутником его жизни, оно отравляло изнутри, дурманило рассудок. Каждый божий день проводился в борьбе за себя, каждая клеточка тела воевала с другой, ради здравого рассудка. В нем всегда жило две стороны: темная и светлая. И каждая жаждала получить контроль. Чем дальше в своей порочности он заходил, тем больше людей умирало, на его руках была кровь, которую уже не смыть, никак, никогда… вдыхая морозный воздух, он стоял на балконе, смотрел на ночной Лондон, наблюдал, выжидал. Люди такие предсказуемые, банальные, не интересные, когда живы. Мертвыми они ему нравились больше: холодными, бледными, никакими. Парень достал пачку сигарет, затем, с помощью палочки, подкурил, эта ночь становилась идеальной, даже можно было сказать, прекрасной. Холод покалывал кожу, а луна в небе дарила приятный свет. Он делает первую тягу, дым быстро наполняет легкие, черт, какое же блаженство. Мысленно он задается вопросом: а сколько времени прошло с тех пор, как начались убийства в его жизни? Ответом становится: шесть. Всего одна цифра, а сколько приятных чувств вызывает. Прекрасно. Давно нужно было придумать себе псевдоним, ведь у каждого ублюдка он был, правда же? Так чем он хуже? Впрочем, ему не нужно много времени, чтобы нужное имя появилось в голове, возможно, оно банально, как этот чертов мир, но зато красноречивое — «Палач». Сделав глубокий вдох, он закрывает глаза, представляя перед собой свою новую жертву, улыбка возникает сама собой, а в груди разливается тепло, да, эта девушка идеально подходит. Гермиона Грейнджер. Чудесная ведьма, которая сможет стать частью большой коллекции трупов, среди них она будет в красном, даже не в честь факультета, в котором она училась, ей просто шел этот цвет. Палач докуривает, с помощью палочки сжигает окурок, ведь мусорить нельзя… Верховные боги бы сказали: Грешникам не место среди людей! Но кого волнуют боги, когда есть Mayhem? Палач расплылся в ледяной улыбке, да, настало время мести…