Часть 1.

Все оказалось иначе, будто сам бог велел такому случиться. Теодор всегда считался с религией, хоть и был откровенным грешником, не скрывающим порочность своей гнилой души. Зал наполнился людьми, каждый из них был ему противен. Каждый вызывал отторжение и рвотные позывы, но никто об этом не узнает. Теодор окинул взглядом комнату: темные мрачные стены с золотым орнаментом орла, круглый стол на двенадцать персон. В помещении не было нормального освещения, казалось, что свет всего мира просто не мог добраться сюда. Сделав глубокий вдох, парень настроился на собрание, которое ничего хорошего не сулило. Как всегда, впрочем. Нотт украдкой посмотрел на наручные часы: 17:40. Раздражение пробежалось по всему телу, словно электрический разряд, покалывая в подушечках пальцев. Самое знакомое ощущение за последние несколько лет. Парень прокашлялся, обращая на себя внимание публики. Люди посмотрели на него, их лица не выражали эмоций, будто та часть мозга, что отвечала за них, была атрофированной. Разве можно было ожидать другого? С этими ублюдками — нет. Теодор ещё раз прочистил горло, ощущая, как слизь отстала от стенок и всеми силами пыталась выбраться наружу, но он не позволил этому случиться. Теодор был из тех людей, которых мало волновали проблемы других. Он предпочитал месть с привкусом крови и убийства, которые могли бы запечатлеться на стенах безлюдного переулка в виде алых брызгов. Жестоко. Бессердечно. Справедливо. Всего три слова, ставшие ему самым главным заклинанием в жизни. Лозунгом. Гимном. Правилом. Не важно. Нотт всегда следовал за своими убеждениями, не взирая на чувства и эмоции других. Только так можно было выжить, только так можно было удержаться на плаву в бушующем океане жизни. Пускай он был грешником, чья душа не могла найти покоя, зато он всегда сумел бы достичь своих целей. Собрание клана стало неразрушимым правилом в жизни Теодора, оно проходило каждый понедельник строго в 17:40. Ни минутой позже, ни минутой раньше. Стабильность — залог успеха, а успех сладок на вкус. В комнате появился Блейз, его правая рука и верный друг, человек, который был роднее всех в этом мире. Мир мафии изменил их, подарил новые имена, привычки и повадки. Теодора прозвали: «Странник», а Забини: «Праведник». Каждый из парней получил свое имя за свои поступки, Нотт, например, долго не мог найти место, где бы мог осесть, Блейз же за свою черноземную набожность. — Приветствую вас, друзья мои, — начал Нотт безэмоционально и сухо. Он не хотел раскидываться лишними словами, сейчас это было не к чему. Парень постукивал пальцами по деревянному столу, осматривая присутствующих. Здесь был и Темный Авен, Крестная Мать, Ковен. Присутствующие кивнули в знак приветствия. — Ковен, расскажи нам о кортеле, как там дела? — Дела идут хорошо, я бы сказал, успешно. — Коротко ответил Регулус. — Кортель процветает, поставки наркотиков идут из Колумбии. В основном кокаин. — Колумбийцы снова решили стать наркостолицей мира? — поинтересовался для себя Теодор, которому нужно было знать все детали и схемы, как работал его незаконный бизнес. — Да, — кивнул Ковен. — Они заключили с нами непреложный обет, тем самым доказав верность. — Отлично! — улыбнувшись, воскликнул Тео, доставая портсигар из внутреннего кармана пиджака. — Что там дальше? — закуривая сигарету, спрашивал Странник. — Клан змей, они занимают лидирующую позицию по территории, часто люди Ефы грабят банки. У неё явные проблемы с деньгами, раз приходиться так доставать. — коротко вел в курс Забини, который не понаслышке знал, как действуют змеи. Они звали себя ползучими гадами и поступали также, но отрицать было невозможно: Ефа была одной из самых опасных противников, а о её верных сторонниках можно было слагать легенды. — Интересно… — делая затяжку крепкой сигареты, протянул Нотт. Ему нравились сильные женщины, особенно нравилось ломать их. Отбирать всё и с лихвой. Да, он не начинал войну с кланом змей, но ничего ему не мешало это сделать. Странник со страстью бы смотрел на падение некогда сильной и независимой женщины, которая стояла во главе клана. — Что ж, Блейз, раз Ефа так страшна, то нужно её убрать. — Она сидит в Швейцарии, окружена охраной и целителями. Под властью Ефы Министерство магии. — уточнил Забини, чисто для справки. Глава клана змей славилась своей неприступностью, Блейз всегда считал Ефу самоуверенной выскочкой, которая совершенно ничего не добилась. — Ефа, как всегда, прячется и из-за этого страдает её клан. — фыркнул Праведник. — Ну, в её стратегии есть что-то необычное. — насмешливо заметила Крестная Мать, которая обычно на собраниях молча слушала, но иногда хотелось высказать свое мнение. — Хотя, насколько известно, Ефа — бездарность, как глава клана. Теодор внимательно выслушивал каждое мнение, но не отрицал того, насколько Ефа была значимой в мире мафии, около неё были действительно умные люди. Например «Аид» и «Кронос», а ещё была загадочная «Леди в черном», но о ней было крайне мало информации. Нотт как молитву знал историю Аида и его злодеяний, этот человек по приказу своего «Барона» убивал сотни невинных душ, которые не успели согрешить. О Кроносе было мало фактов, Теодор лишь слышал, как молодой и амбициозный консильери Ефы мастерски обходил закон не только магической Британии, но и мафиозный кодекс, написанный кровью. Нельзя было отрицать, что людей Ефа держала около себя способных, возможно, сама госпожа клана и была пустышкой, но вот советники — нет. Это и представляло опасность. Теодор задумчиво докурил сигарету, стряхивая пепел на пол, он строил у себя план в голове, как можно добраться к Ефе и её клану. Нужно было найти лазейку, всегда есть слабые места в любом месте, Странник это знал и готов был подождать звёздного часа, который и приведет главу клана змей к краху. — Что ж, сейчас не об этом. — стальным тоном произнес Нотт и присутствующие умолкли. — Теперь, обсудим поставки запрещённых зелий… *** Швейцария. 2023. В горах, не очень далеко от озера Фахверк, окружённый лесом особняк в стиле хайтек имел большой стеклянный балкон, на который можно было попасть из хозяйской спальни, на территории дома был открытый бассейн, фасад был темно-серым. Природа Швейцарии была сказочной, чистый воздух должен был исцелять, но магия матушки природы не работала так, как должна была изначально. Ефа обожала эту страну, хоть и была коренной британкой, но Швейцария заворожила юную девушку, украла её сердце и так не отдала. Она любила кататься на лошади породы Шайр по лесам, вдали от людей и подчиненных. Да, возможно, на первый взгляд Ефа казалась отшельником, но правда крылась немного глубже. Жизнь не всегда была добра к ней, она забрала у девушки слишком много. Ефа знала, какая боль на вкус и как сожжёт язык поражение… Утренняя боль стала вечным спутником, казалось, не было ещё момента в её жизни, когда из легких не выходила кровь, а живот не сводило от адских спазмом. Ефа проснулась в поту, ночь была слишком беспокойной, кошмары преследовали девушку уже пять лет, как и проблемы со здоровьем. Гермиона нашла в себе силы подняться с кровати и дойти к ванной, ноги пронзала судорога, кончики пальцев немели, как и сами руки. Обычно от такого спасали зелья, но последний пузырёк закончился ещё ночью. Спальня была в серых оттенках, кровать стояла у левой стены, а на против был комод с зеркалом над ним, по бокам были две двери: одна в ванную, вторая в гардеробную. Ванная комната же отличалась от остальных в доме, она была мраморной с золотыми вставками. На белом мраморе кровь, что шла с носа Ефы, смотрелась ещё ярче и насыщенней. Гермиона издала сдавленный звук, согнувшись пополам от резкой грудной боли, она ощущала, как сгусток крови подбирался к горлу, не давая свободно дышать. Через секунду Ефу уже рвало, алая кровь забрызгала мраморный кафель, делая красивые подтеки. Тело содрогалось от жгучей боли в горле. Когда первый приступ прошел, Гермиона подняла красные глаза от слез на шкафчик, в котором и хранилось заветное зелье. Она начала карабкаться к шкафчику, размазывая кровь по полу. Изумрудный пеньюар окрасился в красный. Грейнджер, добравшись к заветной цели, поднялась на ватных дрожащих ногах, она схватила пузырек синего цвета и залпом выпила горькое содержимое. Оно могло вызвать новый порыв тошноты, а за ним и неприятные ощущения, но девушка так привыкла к этому, что уже не замечала, насколько зелье отвратительное. Сейчас она снова согнется в новом приступе, который не повлечет за собой боли или рвоты, а только неприятные ощущения слабости в конечностях. Ефа была измотана болезнью, бледная кожа, как у мертвеца, некогда была румяной, карие глаза потускнели, а пересохшие губы шелушились. Роковая красотка, по-другому не скажешь. Гермиона нашла в себе силы снова подняться с холодного кафеля, она посмотрела на себя в зеркало и отвернулась. Девушка сняла с себя окровавленную пижаму и направилась в душ, после чего переоделась в другую пижаму. Это была не она. Не та Гермиона Джин Грейнджер. Это была больная оболочка, которую иссушили дементоры, как стаканчик колы жарким летним днем. Девушка всегда проводила свои утренние ритуалы, невзирая на болезнь, она пыталась поддерживать нормальное существование. Гермиона начинала своей день одинаково: терпкая сигарета со вкусом шоколада, кружечка горячего латте, прочтение новостей. Ефа не готова была отдавать своему недугу власть над остатками своей и так сломанной жизни. Грейнджер никогда не сорила деньгами зря, знала, как важно быть всегда на плаву. Гермиона помнила, как трудно ей жилось в бедности, как приходилось добывать еду, но это не было большим ударом для неё, больнее всего было наблюдать, как родители разводились, как рушилась её семья. Сколько бы времени не прошло, Ефа всё ещё страдала от прошлого, да, кто-то мог смело сказать, что это бред и не нужно зацикливаться на нем. Гермиона докурила сигарету, сидя на балконе, наслаждаясь пением птиц, шелестом листьев и прекрасным лесным воздухом. Хвойный запах наполнял легкие и девушка мимо воли вспомнила самые счастливы моменты своей жизни: она стоит на балконе, рассматривает пейзаж, к ней подходит любовь всей жизни, его руки массируют плечи, а на лице Гермионы возникает улыбка, затем они заниматься любовью, громкие стоны и шлепки. Счастье длилось не долго, от чего стало больно. Все разбилось, как хрустальная ваза. Цветы завяли. А шрамы на сердце остались, глубокие и кровоточащие. Грейнджер вытерла слезы, она всё ещё любила его, помнила и не могла впустить в свою жизнь другого. Так тянулись пять лет. Пять самых долгих и мучительных лет. Гермиона встала с кресла и направилась в гардеробную. Дела, к сожалению, никто не отменял, Ефа вошла в просторную комнату с открытыми шкафами, в которых была подсветка, по центру стоял островок в виде стола со стеклянными ящиками, там в основном хранилась коллекция солнцезащитных очков, в преимуществе в стиле «кошачий глаз». Пройдя около одного из шкафов, девушка провела по одежде рукой, прищурившись, Гермиона смотрела на черное мини платье от Dior, оно было простым, ничего лишнего, Ефа всегда дополняла свои наряды украшениями. Девушка взяла платье и подошла к большому зеркалу в пол, оно тоже было оснащено подсветкой. Гермиона приложила к себе платье, наклонив голову в первый бок, она пыталась решить, подойдет ли оно на сегодняшний день или выбрать нужно что-то другое. Отложив наряд на островок, Грейнджер сняла свою изумрудную пижаму, которая состояла из свободной майки на тонких бретельках и черным кружевом около груди и шортов на завязках с таким же кружевом только внизу. Переодевшись в платье, Ефа стала подбирать аксессуары под него, выбор упал на красный корсет с золотыми цепочками, на которых висели змеи. Дальше Гермиона направилась к шкафу с туфлями, она металась между классическими шпильками и высокими ботфортами, которые были по колено из латекса. Всё же ботфорты победили и сегодняшний лук, как всегда, был в черном и красном цвете. Одевшись, Грейджер выбрала маленькую сумочку кровавого оттенка на золотой цепочке. Со спальни послышался телефон, снова ей кто-то не давал жизни с самого утра. Девушка вошла в свою святыню и посмотрела, кто такой смелый, чтобы нарушить её утреннюю идиллию. Усмехнувшись увидев надпись: «Энтони Долохов», Ефа подняла трубку. — Слушаю, — довольно холодно произнесла Гермиона, но собеседника такой тон совершенно не смутил. — Доброе утро, Ефа, — безэмоционально поприветствовал змейку Долохов. — Плохие новости. — Что на этот раз? — пытаясь скрыть свое недовольство, спросила Гермиона, она никак не могла привыкнуть к таковым утренним звонкам. — Мы потеряли ещё одного, — коротко ответил Энтони. — Нужно, чтобы ты приехала в морг. Так сказать, на опознание тела. — всё ещё безэмоционально продолжал мужчина, голос звучал так спокойно, будто ничего не случилось, и он просил её привести ему курочку с «Дырявого Котла». — Место? — сквозь зубы поинтересовалась Грейджер, ведь тело могло быть где угодно. — Лондон. Недалеко от «Горбин и Беркс», жду. После чего Энтони положил трубку, Ефа сжала телефон в руках, она была зла. В первую очередь на себя за то, что не могла обеспечить полную безопасность своим же людям. Гермиона быстро спустилась на первый этаж к камину, и молниеносно вошла в него, взявши летучий порох, четко назвала место и перенеслась в морг… *** Лондон. Лютный переулок. 2023. Морг. Ефа вышла из камина, морг стал её вторым домом, господи, как она не хотела больше здесь никогда оказываться. На ватных ногах девушка вошла в судебно-медицинскую часть здания, там, в секционной, на холодном металлическом столе под простыней лежало тело, судя с выражения лица Долохова, который стоял около тела, было понятно — всё очень и очень плохо. Полумна Лавгуд уже три года работала с мафиозными кланами, не выдавая тела подчинённых для Авроров. Луна как всегда мило улыбнулась госпоже клана Змей, патологоанатом стояла в белой медицинской мантии, волосы были собраны заколкой, под мантией было платье голубого цвета, Лавгуд не изменяла своей любви к голубым оттенкам и странным нарядам. Гермиона проигнорировала улыбку знакомой, подошла к телу и только хотела отдернуть простыню, как Энтони остановил её. — Там ужасное зрелище, — предупредил Ефу Долохов. — Плевать, — фыркнула Грейнджер. — Покажите… — стиснув зубы, приказала Гермиона. — Показывайте! — вспыхнула словно спичка девушка, и Луна откинула белую простыню с тела. Ефа пришла в шок, у трупа была разбита голова, она была похожа на кашу из мозгов, костей, нервов и остальных органов. Гермиона сжала кулаки, рассматривая тело. На руках были следы насильственной смерти, синяки от верёвок, шрамы от порезов ножом. Гематомы украшали всё туловище. — Мои соболезнования, госпожа, — протянула Луна и накрыла труп простыней. — Как записать тело? Вы знаете, кто это, может, по телосложению узнали? Гермиона ничего не ответила, всё что она могла сейчас делать — это смотреть на изуродованное тело, когда-то живого человека, который поклялся ей в верности. Злость переполняла Змейку, девушка тихо проклинала убийцу, желая ему пройти через ад. Долохов вздохнул, прочистив горло, мужчина произнес: — Записывайте как неизвестного. Мы проведем расследование, тогда сообщим, кто это был. — Как скажете, мистер Долохов, — кивнув ответила Лавгуд и подошла к столу у стены, на котором лежала регистрационная книга. Взяв перо и мокнув его в чернильницу, девушка красивым почерком вывела буквы, затем отложила пёрышко. — Гермиона, — начал Энтони. — Нужно к Поттеру, он не явился, ссылаясь на загруженность в Авроратте. — Я отправлюсь туда сама, тебя не должны видеть в Министерстве. — холодно сказала Грейнджер. Она всё ещё смотрела на тело, сжимая кулаки, так что ногти впивались в кожу. — Буду ожидать дальнейших указаний, — бросил Долохов прежде чем уйти. Гермиона тряхнула головой, достала с сумочки мешочек с галеонами и положила несколько на тело. Ефа всегда так делала, таким образом девушка оплачивала молчание патологоанатома. После Грейнджер покинула комнату и направилась к камину, войдя в него и взяв летучий порох, змейка четко произнесла: — Министерство Магии. *** Лондон. Министерство. 2023. Выйдя из камина, Ефа направлялась в Аврорат. Гарри работал старшим Аврором, был главой магического-правопорядка. Пройдя несколько кабинетов, Гермиона без стука вошла в помещение, где был Поттер. Парень сидел над стопкой бумаг, активно их читая, он сразу поднял взгляд на подругу, пока та закрывала дверь и накладывала Силенцио. — Гермиона, — поприветствовал девушку Аврор. — Моего подчинённого убили, а ты даже не явился! Это как понимать?! — Закричала Грейнджер, она быстро подошла к столу и, оперевшись на кулаки, испепеляла Поттера взглядом. — Мне Долохов всё доложил, я сразу отправил людей, чтобы выяснить всё. — пояснил Гарри. — Есть новости? — нетерпеливо спросила Гермиона, на что Поттер покачал головой. — Гарри, ты мой консильери. Выясни всё, иначе ты будешь отвечать за это своей головой. — не унималась Ефа. Девушка доверяла другу, который уже пять лет верно служил ей, был не только правой рукой, но и двойным агентом. Поттер докладывал обо всем, что творилось в Министерстве, в большинстве случаев, парень заметал следы за людьми Гермионы, подстраивал факты, находил способы, чтобы они не попали в Азкабан. — Гермиона, уверяю тебя, я сделаю всё, чтобы найти виновного. Я передал всю доступную мне на данный момент информацию верным аврорам, они уже ищут и исследуют место преступления. А не явился я, потому что за мной начали следить. Не хочу подвергать клан опасности, ведь на плаху правосудия пойдем мы все. — Знаю, — садясь в кресло, согласилась Змейка. — Нужно обговорить сегодня, что делать дальше, как действовать. — закладывая ногу на ногу, пояснила девушка. — Моя смена заканчивается в семь, я приду, как только будет возможность. — Назначу встречу на восемь, — задумчиво протянула Гермиона. — Как скажете, госпожа, — кивнул Гарри. Ефа встала с недовольным взглядом и направилась к выходу, пока Поттер провожал её взглядом. Парень с уважением относился к подруге, ценил её и почитал, но иногда она заходила слишком далеко. Кронос взглянул на часы, времени у него ещё было, а значит можно было приступить к самому интересному, а именно — пыткам преступников. Гарри умело превышал свои полномочия, как старшего Аврора, он часто отмазывал людей от Азкабана, заметал следы за Долоховом и членами клана, отмывал много денег, проводил контрабанду. Поттер был палочкой выручалочкой для Гермионы и их людей, он всегда был на страже порядка, доблестно заявляя: «Закон суров, но это закон». Когда на самом деле, нарушил больше законов, чем кто-то мог себе вообразить. Гарри поднялся с места и направился к камину, он должен был встретиться с очень интересной личностью, перед её казнью через поцелуй дементора. *** Лондон. Нотт-Мэнор. 2023. Поместье Нотта располагалось в Йоркшире, оно было скрыто от магглов и магов, барьер стоял настолько мощный, что даже Салазар Слизерин бы не смог прорваться через него. Теодор сидел в одной из гостиных, попивая огневиски, откинувшись на спинку мягкого кресла. Теплый свет от камина наполнял холодную мрачную комнату, он отбивался от стен, окрашивая темно-зеленые обои в золотисто-оранжевый оттенок. Треск дров дарил успокоение и благодать, Странник считал себя небожителем, у которого была безграничная власть и сила. Теодор был поцелован Богами, так ему говорила мать, ведь будучи ещё ребенком он выжил при пожаре, но причину возгорания так и не установили. В комнату вошла высокая статная женщина, строгий наряд коричневого цвета с жемчужинами, размытыми на подоле платья, волосы пепельно-коричневого оттенка, собранные в сложную прическу и только два локона, которые падали на скулы. Она села рядом с Теодором, призывая с помощью палочки бокал и вино. На столике, который стоял между двумя креслами, появилась бутылка с сухим-полусладким вином и бокал с платиновой ножкой. Нотт перевел задумчивый взгляд на свою дорогую и роскошную матушку, которая всегда выступала верным соратником и другом. Её можно было сравнить с «Мамашой Баркер», хоть и вторая оказалась уловкой ФБР, но вот его мать была истинным злым гением. — Как твой день, мой мальчик? — мелодичный голос прозвучал, нарушив душераздирающую тишину. Теодор кратко усмехнулся. — Превосходно, — коротко ответил парень, переводя взгляд на камин. Он не особо жаловал, когда матушка вмешивалась в дела клана, но иногда Тео обращался к ней за помощью. — Чудесно, — ласково пропела женщина, кивнув. — Ко мне дошли слухи… — будто невзначай протянула она, тем самым цепляя внимания сына. — Удиви меня, — вызывающе произнес Странник, не отрывая взгляда от огня. — У клана змей проблемы, — покачав головой, театрально всдохнула женщина, тем самым демонстрируя свое презрительное отношение к Ефе и её клану. — И какие же у Ефы проблемы? — Её люди мрут, как мухи. — коротко пояснила она, делая глоток вина, оставляя отпечаток нюдовой помады на бокале. — По последним сведениям, Ефа потеряла пятерых, а это за две недели. — Откуда ты это знаешь? Клан Ефы скрытный, — нахмурившись, поинтересовался Теодор. Странно, что Блейз об этом не знал, его верный консильери обязан знать о таком. Так, почему у матери больше информации, чем у них? — Они же не ведут войну. — Дорогой, у меня всюду свои мышки, тем более, в клане врага. Нет, не ведут, но Ефа слабая, как глава. — Аддет, кто твоя крыса? — требовательно спросил Нотт, его глаза горели желанием быть в курсе всего, но матушка лишь томно вздохнула, давая понять сыну, что это не его дело. — Тео, ты всё скоро узнаешь. Всему свое время, — с мягкой улыбкой произнесла Аддет и снова сделала глоток вина. — Мама, если у клана Орла будут проблемы, я клянусь… — ядовито начал парень, но женщина тут же его перебила. — Теодор Нотт, — весьма холодным тоном промолвила Аддет. — Не смей со мной разговаривать в таком тоне, это первое. Второе — никаких проблем не будет, я никому не позволю навредить нашему клану. — Конечно, — смягчился Тео. — Прости, мама, — снова посмотрев на огонь, парень задумался о проблеме клана Змей. — Милый, есть ещё одна тема, которую нужно обсудить… *** Швейцария. 2023. Дом Грейнджер. В кабинете Ефы сидело двое людей, они курили сигареты, рассуждали на тему того, что сейчас происходило в клане. Комната была наполнена ярким холодным светом, книжные полки с книгами и свитками о темной магии создавали атмосферу библиотеки, напротив окна стоял стол, залитый эпоксидной смолой изумрудного цвета, идеально сочетающейся с черными стенами помещения, которые поглощали большую часть света в комнате. Энтони скептически смотрел на Поттера, будто бы он виновен в проблемах клана, но Кронос лишь усмехался на такие настроения Аида. В комнату вошла Гермиона, руки девушки немного дрожали, а маленькое красное пятнышко в уголке губ, свидетельствовало о недавнем приступе, но Грейнджер держалась с высокоподнятой головой, будто ничего страшного не произошло. Ефа села за стол, складывая руки на груди. Лицо девушки выражало опасность, будто она была готова обрушиться на мир тайфуном и смести всё на своем пути. — Что ж, — холодно начала Гермиона перебивая дискуссию мужчин. — У моего клана умирают люди, а мой Аврор-консильери толком не знает, кто их убивает. Я глубоко разочарована. — Я в процессе выяснения, — сразу же заметил Гарри, бросая на Энтони раздраженный взгляд. — Гермиона, мы найдем урода, даю слово. — Очень на это надеюсь, — съязвила Ефа. — Энтони, что ты мне расскажешь? — Ничего нового, — холодно ответил Долохов, он, как всегда, был собран и не позволял себе излишних эмоций. — Главы кланов, считают тебя слабым противником. Пустышкой, ну и сама знаешь кем называют. — Кретины, — фыркнул Кронос. — Они не знают, на что способна Гермиона. — яростно продолжил Гарри. Как же его злили все слухи, которые распускались среди кланов. — Я того же мнения, Поттер. — заметил Долохов, опираясь на спинку кресла, стряхивая пепел сигареты на пол. — Хватит вам! — рявкнула Гермиона, ставя советников на место. Ей порядком надоела эта негласная вражда между ними. — Вы можете пререкаться между собой сколько угодно, но при мне чтобы такого не было! — Прости, Ефа, — одновременно сказали мужчины, затем переглянулись между собой. — Меня не волнуют другие господа, но меня волнует, что мои люди умирают без причины. Энтони, выясни, кто из глав кланов к этому может быть причастен. Гарри, найди убийцу и сделай с ним всё что пожелаешь, но выбей правду. — Как прикажите, Ефа, — снова одновременно произнесли мужчины. — Я имею надежду, что мы всё ещё держим первенство среди всех кланов по алкогольному бизнесу. — в голосе Гермионы ощущалась сталь, каждое сказаное ею слово, будто бы пронзало насквозь, оставляя не заживающие шрамы. — Так и есть, — кивнул Гарри, он гордо выпрямил спину, ведь от части это была его заслуга. — Я держу наш бизнес на вершине, теперь в состав нашего виски входит пыльца. Это значительно повисло спрос на него. — Чудесно, — вздохнула Ефа. Больше всего в мире она беспокоилась о делах своего клана и бизнесе, ничего важнее в жизни девушки не было. Гермиона готова была отдать руку на отсечение, что ради своих людей пойдет на всё. — Ефа, у меня есть предложение. — начал Долохов, который уже давно желал начать новый незаконный бизнес. — Слушаю, — поджав губы кивнула Грейнджер. — Можно заняться продажей оружия. Это выгодно с точки зрения финансовой составляющей, даже очень. — пояснял Энтони, желая подвести девушку к правильному решению. — Магглы будут платить дорого. — Я обдумаю твое предложение, — не очень охотно сказала Гермиона. Она была не дурой, понимала, во сколько все встанет. Сейчас у клана были некие финансовые проблемы, которые не могли себе позволить столь объемный бизнес. — Долохов прав, — неожиданно добавил Гарри. Грейнджер прищурившись, посмотрела на консильери. Поттер поспешил объяснить свое мнение. — На оружие всегда есть спрос, но учитывая положение клана… Нужно хорошо обдумать, как всё сделать. — Я этим и займусь, — цокнула языком девушка. Она и сама всё прекрасно понимала, но заставлять своих людей голодать… Нет, такому никогда не бывать. — Хорошо, — согласился Гарри. Только он хотел что-то добавить, как Ефа поставила все точки. — Вы свободны, я не очень хорошо себя чувствую. Долохов кивнул, понимая, к чему ведет его госпожа, собственно, как и Гарри. Оба встали и вышли с кабинета, направляюсь к камину. Гермиона закрыла лицо руками, дрожь становилась сильнее и ей срочно была нужна ещё одна порция зелья. Ефа встала и на ватных ногах побрела в ванную комнату, чтобы принять душ после приема противного препарата, который поддерживал её жизнь. Гермиона добралась к ванной в полубреду, тело ломало, а голова начинала кружится, казалось, ещё немного и её поглотит тьма. Девушка выпила зелье и через несколько минут, которые казались вечностью, ей стало немного лучше. Завтра нужно будет поговорить с целителем, чтобы точно понимать всю критичность ситуации. Ефа начала раздеваться, бросая на пол элементы одежды. За окном была непроглядная ночь, звезды тускло светили в небе, а луны из-за облаков было не видно. Гермиона не стала закрывать шторы, в такой местности никто не мог бы увидеть её обнаженное хрупкое искореженное от болезни тело. Как же она ошибалась… На против окна стояла темная фигура, облаченная в черную мантию. Неизвестный знал каждый шаг Ефы: вот она разделась, сейчас пройдет к душевой кабинке, включит воду и согнется пополам от боли в груди. Черт, как же она его возбуждала… Такая беспомощная, хрупкая птичка, которую так и хотелось трахнуть. Заставить сосать член, так глубоко, чтобы она задыхалась, а слюни стекали по лицу. Фигура тяжело вздохнула, он смотрел, как Гермиона пыталась помыться, как намыливала сначала волосы, затем тело. Господи… он возбудился, да черт возьми, у него в штанах творился пожар. Его чресла горели от желания взять её, прижать к стенке и трахать до потери пульса. Фигура расстегнула ремень, достала половой орган, и он начал сам себя удовлетворять, смотря, как Гермиона снова согнулась от боли. Она была такой прекрасной, такой милой и опасной… Но такой недоступной. Фигура дрочила с такой силой, что, казалось, ладони сотрутся. Явно останутся мозоли, но его это не волновало, а лишь заводило сильнее. Вот Гермиона намыливала интимные места, так бережно и осторожно, что это и стало последней точкой кипения для него. Фигура кончил со сдавленным хрипом, теплая сперма заляпала края мантии и кофты, осталась на ладони… Черт, в следующий раз, он точно проникнет в дом и тогда его птичке придётся несладко…