Глава 1

Пасмурная Коноха. Академия шиноби. Место, где воины передают свою мудрость и опыт новому поколению. Несколько таких будущих надежд Конохи, два мальчика и девочка, сидели за партой в классе и сплетничали, пока все убежали на время перемены. — Что?! Целовались?! — еле слышно прошипел дикого вида мальчишка. — Да я тебе клянусь! — шепнул в ответ светловолосый мальчик. — С языком, это точно! — Фу! С языком?! Минору, не гони! — поморщилась девочка. — Так! Канеда! Иди сюда! — в класс вошёл учитель. Мадока — так звали виновницу праведного гнева учителя — резко отвернулась, пряча лицо. Мужчина подошёл к компании и хлопнул ладонью по столу: — Мне сказали, что ты опять вела себя недостойно! — Да это не я! — воскликнула девочка, вскочив на ноги. — Это Генго! — она указала на одного из своих друзей. — Я?! — возмутился мальчик с отметинами клана Инузука на щеках. — Ты чё стучишь?! — Ты сказал, что это не ругательство! Это он меня научил! Я даже не знаю, что это значит! — Оба встали и пошли за мной. Живо! А ты чего улыбаешься, Яманака? Тоже захотел? В туалете было тихо, только шум воды и звук намыливания рта нарушал тишину. Учитель стоял над двумя детьми и строго следил за процессом. Первой закончила Мадока. Она сплюнула мыльную воду и подняла взгляд, полный раскаяния, на учителя: — Простите, учитель, такое больше не повторится. Только папе не говорите. — Что больше не повторится? — мужчина сложил руки на груди, глядя на ученицу сверху вниз. — Я больше не буду обзываться. И маме не говорите. Я всё осознала, честно. — И моей, — сплюнул потомок клана Инузука. — Особенно моей. — Если вы напишете тест плохо, ваши родители будут в кабинете директора сегодня же вечером. Я долго терпел, но моему терпению пришёл конец. Ты, Мадока, не имеешь никакого уважения ни к своим сверстникам, ни к старшим. Вы хотите стать чунинами, но пока даже не заслуживаете протектора нашей деревни. Ваши родители… Последовала пятиминутная лекция о том, как родители жертвуют всем ради будущего своих непутёвых детей, а они совсем этого не ценят. В голове девочки в это время стояло серьёзное лицо отца и медленно вращающийся в воздухе тапок, запущенный в неё матерью. У родителей Мадоки не было сил бороться с ней и тратить энергию на разговоры, которые всё равно не имели должного эффекта. Их дочь вписалась в плохую компанию и совсем их не слушала. Поэтому отец просто молча испепелял её взглядом, а мать швырялась всем, что попадалось под руку. — …на благо нашей деревни и… Гай! — учитель краем глаза увидел мальчика, который проходил мимо открытой двери туалета. — Гай, подойди. Это ведь были они? — А? — переспросил Гай и зашёл в туалет. — Учитель, вам нужна помощь? — Мне сказали, что именно на тебя напали эти двое, — мужчина смерил взглядом провинившихся. — Это правда? — Что? Когда? — сощурился мальчик, внимательно разглядывая Мадоку. — Я тебя гомиком назвала, — она вздохнула и подняла взгляд к потолку. — И мне жаль. — Хм-м? — протянул Гай. — А, так это про вас говорил Эбису? — А ты, Генго? — учитель перевёл тяжёлый взгляд на Инузуку. — Да я-то что?! Я сам это слово впервые в жизни слы… Ай! — мальчик потёр голову после оплеухи учителя. — Прости, Гай. Мы вели себя недостойно. Этот Гай был странным. Никто не хотел с ним общаться, потому что от него было слишком много шума, и некоторые одноклассники говорили, что его отец — самый большой неудачник во всей Конохе. Когда Мадока спросила у своего отца, что с этой семейкой не так, он просто сказал «не трогать мальца». Но сегодня девочка ослушалась. В момент, когда она крикнула оскорбление Гаю в спину, ей было смешно, а Генго состроил рожу обернувшемуся Эбису. Теперь настал час расплаты. Учитель точно этого так не оставит. Эбису, главный ябеда класса, наверняка приукрасил историю в отместку за то, что Мадока его пнула на прошлой неделе. Гай был странным, а Эбису мерзким: плакса и ябеда, чуть что — сразу бежал рассказывать учителям. Кто-то списал — будет доложено, прогулял — учитель узнает, подрались — директор получит новость об этом из первых рук. У Мадоки уже чесались кулаки, хотелось выловить эту гадину и устроить ему тёмную. — Теперь вы у меня под особым контролем. Любой проступок до экзаменов, и я буду общаться только с вашими родителями. Если Гай простит вас, это будет чудом. — Всё нормально, я этого и не помню! — вытянув вперёд руку с поднятым вверх большим пальцем, Гай широко улыбнулся и подмигнул. Тест Мадока написала ужасно, потому что мучилась от угрызений совести и совсем не соображала, даже предложенные Минору ответы списать не смогла. Было очень неприятное чувство в груди, будто она самый гадкий человек на земле. Надо было обозвать Эбису, а не Гая. Он этого хотя бы заслуживает. Гая можно было назвать просто дураком или дебилом, за это наказание было бы мягче. Передав учителю лист со своей работой, Мадока подняла взгляд на первую парту, которая принадлежала одному только Гаю — никто с ним никогда не садился. Он всегда сидел на первом ряду, вечно тянул руку и задавал дурацкие вопросы или отвечал невпопад. Это бесило всех. Учителя устало закатывали глаза, одноклассники делали гадости после занятий. Но Гаю всё было нипочём: вычищал мусор из сумки, отряхивал зад от мела, которым разрисовывали его сиденье, и продолжал творить ерунду. — Всё, меня мама убьёт, — Генго со злостью пнул камень, лежавший на его пути. Троица шла по домам одной дорогой. Первым всегда прощался Минору, так как его дом был ближе всего. Потом Генго провожал Мадоку и сворачивал в сторону кладбища, за которым находились здания его клана. Так случилось и в этот раз. Настроение у всех, кроме Минору, было паршивым, поэтому они почти не говорили. Минору вообще редко был в плохом настроении, потому что учился хорошо и с поведением у него никогда проблем не было. Он всем нравился, в отличие от Генго и Мадоки, но дружил почему-то только с ними. — До завтра, Мадока. Если мама будет в настроении, — уныло помахал рукой Генго и свернул за угол. Сейчас нужно донести до родителей информацию о случившемся раньше учителя. Но сделать это надо очень осторожно и дипломатично. Ведь, как говорил учитель на занятии, дипломатия — оружие, которым можно победить без единой капли крови. Растерев щёки и глаза, чтобы лицо казалось заплаканным, Мадока тихо открыла входную дверь и тут же налетела на отца, который как раз выходил. — Да что ты… Мадока! Ты чего под ноги бросаешься? — мужчина поймал и неловко затолкнул дочь в дом. — Папа? А ты куда? — По делам. Помоги маме с уборкой. Она с миссии, устала, — отец потрепал Мадоку по волосам и захлопнул дверь. Мама лежала в большой комнате на диване. Она устроилась на спине, согнув колени и уложив на них свой любимый журнал, где была куча разных кроссвордов и судоку. Мадока попыталась прошмыгнуть в свою спальню, но женщина окликнула её: — Стоять, рядовой. Сначала на досмотр. Женщина отложила журнал в сторону и села, протянув руку: — Дневник. — Мама, сегодня такое случилось… — порывшись в сумке, девочка достала дневник и передала матери. — Опять ты себе лицо растёрла? Думаешь, я куплюсь? Что ты опять натворила? Фокус с «заплаканным» лицом раскусили, когда Мадока решила зимой натереть щёки снегом. Отец и мать наблюдали за всем из окна кухни. — Мам, что такое гомик? — Так… Чё-то я не поняла… — женщина выпрямилась, листая дневник и глядя исподлобья на дочь. — Генго сегодня сказал это слово, и все подумали, что он так обозвал нашего одноклассника. — Опять Майто цепляете? Вот я тебе всеку однажды, и ты запомнишь, что так делать нельзя, — послюнявив палец, женщина перевернула страницу. — Так кто такой гомик? — Ещё десять раз повтори. Гомик — это мужчина, который не любит женщин, — мама устало вздохнула, увидев не самые лучшие оценки и пустые строчки для домашнего задания. Мадока не знала, любил ли Гай женщин. Она задумчиво оглядела комнату, ожидая вынесения приговора. — Схожу-ка я в Академию. Давно хотела поговорить с твоими учителями, — женщина одарила Мадоку тяжёлым взглядом. — Мама, я скажу правду.