Глава 20

— С этими упражнениями ты на мужика станешь похожа, — Эбису подошёл к Мадоке и с деловым видом оглядел её. — Ты тоже попробуй, может и поможет тебе, — девушка опустила тяжёлое бревно на пол. В крытом тренировочном зале сегодня было мало людей. Погода выдалась хорошая, и многие предпочли проводить время на свежем воздухе, но только не Мадока. Она сразу поняла, что все площадки будут заняты, и в тишине без лишних глаз поупражняться не получится. Но и тут её настигла беда в лице Эбису. — Чё тебе надо? Иди, на скакалочке попрыгай, — Мадока вытерла лоб рукой. — Ха, — Эбису поправил очки, — говорят, Гай взялся за твоё обучение тайдзюцу. Ты поэтому сюда пришла? — Знаешь, Эбису, не надо верить всему, что говорят люди и написано на заборе. Я и без твоего Гая разберусь с тайдзюцу. Но… Что-то странно, что на миссии с ним отправляют меня, а не тебя. Видать, ты совсем тут запылился. Скрипнув зубами, Эбису хмыкнул: — На такие простые миссии не стоит тратить мой талант… — Круто. Выговорился? — Мадока подошла к турнику. — Давай кто больше раз подтянется! — Эбису встал рядом. — Ну щас. Чтобы опять потом перед твоей мамой объясняться, почему ты плачешь? — Мне было восемь! — И что, ты не мог ей объяснить, что просто расстроился, потому что Минору подтянулся на шесть раз больше? Стоял, пасть свою раскрыл и пальцем в нас тыкал. — Я уже совсем другой человек! — Ладно, давай. Только одной рукой. Со ставкой. — Я… Не провёл разминку, — Эбису стал вращать руками. — Не подготовился… Какая ставка? — Ну… — Мадока оглядела его. — Давай на тысячу рё. — У меня нет с собой таких денег! — То есть ты продуешь? Так и знала, что ты отвалишься ещё до начала. — Давай хотя бы пятьсот! — Пятьсот и месяц называешь меня госпожа Мадока. — Ха! Идёт! Пятьсот и месяц называешь меня господин Эбису! — Ну ты и повторюшка, — Мадока прыгнула и сжала перекладину правой рукой, а левую заложила за спину. — Готов? Через некоторое время Эбису пыхтел и обливался потом, а Мадока только улыбалась, неспешно подтягиваясь. — Ручки-то тоненькие, совсем с плечелучевой не работаешь. — Я занят с детьми! — крикнул Эбису и чуть не сорвался. — Да и спина какая-то напряжённая. Чего ты так переживаешь, Эбису? — Мадока задрала подбородок над перекладиной и медленно разогнула руку, спустившись вниз. — Ну похож на тощую девочку, кому-то и такое нравится. — Хватит! Я не виноват, что у меня такой быстрый метаболизм! Я больше не маленький мальчик! — Эбису окончательно вышел из себя, и на выдохе слюна на его губах надулась в пузырь, тут же лопнув. Мадока широко раскрыла рот, беззвучно выпуская воздух. Рука соскользнула с перекладины от напряжения мышц живота, и девушка рухнула на пол, согнувшись от смеха. Будто задыхаясь, Мадока хватала ртом воздух и сипло выдыхала его обратно короткими смешками. Эбису подтянулся ещё несколько раз и, не в силах больше слышать гадкий смех, который преследовал его с детства, ткнул Мадоку ногой: — Ты проиграла, давай деньги. — Как скажете, господин Эбису, — Мадока села на колени и протёрла слезящиеся глаза руками. — Спасибо, что хоть без соплей сегодня! — Наконец-то хоть кто-то тебя на место поставил, — Эбису довольно отряхнул руки. — Слюнявым ртом? Вот Генма будет горд услышать, как его напарник победил женщину, — Мадока снова прыснула. — Это не имеет значения! Отдав Эбису обещанный приз, Мадока переоделась и пошла домой. Уже темнело, март был совсем близко, и в воздухе витал запах оттепели. Скоро ледяной кошмар закончится и настанет пора грязи. Опять будет лень убираться, потому что смысла в этом нет — каждый поход на улицу закончится изгвазданной обувью. — Идиот, — посмеялась сама себе под нос Мадока, вспоминая смешное лицо Эбису и хлопок пузырька, когда бросила ключи на тумбу у двери в коридоре. Приняв душ, девушка взяла со стола журнал с кроссвордами и разлеглась на диване. Со спокойным сердцем она выдохнула и вывела букву в клетке. Сегодня надо будет лечь спать пораньше, чтобы завтра взять у Эбису реванш. Мадока улыбнулась, представляя, как завтра расскажет всем, что Эбису слюнявый, но улыбка была стёрта с лица звуком стука в дверь. Перебирая в голове, кто бы это мог к ней заявиться так поздно, и молясь, чтобы это не была очередная миссия, Мадока почесала спину под футболкой и открыла дверь. На пороге стоял Гай. В его руках был небольшой букет камелий. Девушка оглядела нежданного гостя с ног до головы и сжала губы, сдерживая улыбку. — Гай, чё с тобой… На Гае был строгий пиджак, под ним белая рубашка и галстук. Брюки были явно не по размеру и коротковаты. До боли стиснув зубы, Мадока опустила веки, глубоко вдыхая носом. — В восемь вечера, как и договаривались! — видя реакцию девушки, Гай нерешительно улыбнулся. — Щас, я забыла кое-что, — Мадока закрыла дверь и упёрлась в неё ладонью. Не хватало только какого-нибудь нелепого фокуса от Генмы, чтобы вся команда была в сборе на миссии по развлечению Мадоки. Эбису уже постарался, Гай в процессе. Сморщив лицо, Мадока бесшумно смеялась, из глаз рекой текли слёзы. Когда дверь снова открылась, у Мадоки были опухшие раздражённые глаза и красные щёки. Она отошла в сторону, пошире открыв дверь: — Ну… Заходи, раз пришёл. — Это тебе, Мадока, — переступив порог, Гай тут же протянул ей букет. С тяжёлым вздохом Мадока приняла букет и кивнула в знак благодарности. Гай скинул обувь и растерянно уставился на девушку: — Ты плакала?.. — Ага. Так тронул твой подарок, — Мадока понюхала цветы. — В последний раз я держала букет на похоронах отца. И тот не мне был, — она зажмурилась, лишь бы только не видеть нелепые подстреленные брюки Гая. — Ты… Проходи. Я так понимаю, ты на ужин пришёл? Садись за стол, сейчас что-нибудь сообразим. Положив букет на столешницу, Мадока обвела взглядом кухню и подошла к холодильнику. Открывать его было страшно, потому что она вдруг вспомнила, что забыла там кастрюлю с бульоном, который сварила ещё в прошлом месяце и съела всего одну миску. — Слушай, Гай… Не хочешь чай попить? — девушка почесала затылок и закрыла холодильник, в котором серела кастрюля с покрытой конденсатом крышкой. — Как-то я не подготовилась. — Ты не успела зайти в магазин?! — Гай вскочил со стула. — Я пришёл слишком рано! Прости! — Да знаешь, по правде говоря…- Мадока взяла в руки стакан и заглянула в него. — Я сейчас вернусь! Туда и обратно! — Гай выбежал из кухни. Быстро поставив стакан на стол, Мадока понеслась на второй этаж, в свою комнату. Одной рукой расчёсывая волосы, второй она включила утюжок и стала перебирать вещи в открытом пинком ноги шкафу. У неё была куча запасных элементов формы на все сезоны, три похоронных наряда, причём один — на свои собственные похороны. Среди всей этой груды барахла она с трудом нашла то самое платье с вырезом, которое купила, когда думала, что Ибики в неё влюбился. Правда, так его ни разу и не надела, потому что они никуда не ходили. Кое-как собрав волосы в пучок, Мадока растрепала переднюю часть, вытащив несколько прядей, и подкрутила их. — Ну и дерьмо, — девушка распустила волосы и ещё раз их собрала. — Да сука, ты будешь собираться или нет?! Ай! — она потянула за волосы сама себя. — Блядь! Ну и пошла ты на хуй! — Мадока со злостью пригладила непослушную прядку и собрала волосы в третий раз. — Сука! На очереди был макияж. Мадока умела только подводить глаза и красить ресницы тушью, и делала это довольно быстро и умело, но почему-то не в этот раз. Сначала карандаш не рисовал, потом слеза скатилась. После этого рука дрогнула, и Мадока ткнула щёточкой прямо себе в глаз. «Голые ноги на зимнем мероприятии — дурной тон», — прозвучали в голове слова учительницы по этикету из Академии. — Ёб твою мать! — взвыла Мадока, подтирая выступившие слёзы и шаря рукой в ящике в поисках колготок. Сердце бешено билось от злости. Девушка зубами открыла упаковку колготок и спешно натянула на ноги. Она глянула на себя в зеркало и поняла, что забыла накрасить левый глаз тушью. — Да блядь! — открыв тушь, Мадока упёрла руки в туалетный столик и осторожно провела щёточкой по ресницам. — Сука, вспотела вся! Прежде чем побежать в ванную, она схватила первые попавшиеся под руку духи со столика и платье с кровати. Пелена ярости спала только у раковины перед зеркалом. Мадока оглядела себя и успокоила дыхание, глубоко вдыхая носом. — Сука, все подмышки потные, — приговаривала сквозь зубы она, ополаскиваясь под слабым напором воды. — Нахера мне это надо! Внизу раздался стук. Мадока впопыхах нанесла дезодорант, духи, натянула платье и поправила грудь в декольте. С ужасом понимая, что рукой случайно развалила всю причёску, она распустила волосы и чесанула их расчёской несколько раз. — Иду! — крикнула Мадока, шаркая тапочками. И тут она вспомнила про туфли, которые у неё появились в день двадцатилетия. Они бы идеально вписались в образ, но расхаживать по дому в туфлях было бы как-то глупо. Мадока посмотрела на тапочки, и её вновь накрыла волна гнева. На большом пальце пошла стрелка. — У тебя всё хорошо, Мадока? — спросил Гай из-за двери. — Я сейчас! — Мадока в два прыжка оказалась в своей комнате и похлопала рукой по верхней части шкафа в поисках коробки. — О! Устало навалившись на дверь, Мадока с трудом её открыла, вздымая грудь от тяжёлого дыхания. Гай внёс в дом несколько пакетов и поставил на пол. — Ты изменилась… — Да ну, — Мадока посмеялась и махнула рукой, закрывая дверь. — Так, причесалась. Что это ты принёс? — откинув волосы за спину, она присела рядом с пакетами. — Я приготовлю нам ужин! — Гай улыбнулся и подхватил продукты. Дождавшись, когда Гай скроется в дверном проёме, Мадока без сил упала на колени и выдохнула. От злости и волнения у неё разболелась голова. Затем она поднялась на ноги и вошла в кухню. Гай уже повесил пиджак на спинку стула и закатал рукава рубашки: — Сегодня моё фирменное блюдо! На трясущихся ногах Мадока дошла до стула и рухнула на него, положив ногу на ногу. Уперев локоть в стол, она наблюдала за тем, как Гай раскладывает продукты на столешнице с широкой улыбкой. Девушка качнула ногой и быстрым взглядом проверила, не поднялась ли стрелка выше из-под закрытого носа туфли. — И какое? — Узнаешь, когда будет готово! Где у тебя… — Гай обернулся к Мадоке и замер, не закончив вопрос. Он явно уставился на её ноги, но быстро переключил внимание на лицо. Мадока улыбнулась и подалась вперёд, переставив ноги в более удобное положение и снова скрестив их: — Что? Гай зачем-то посмотрел на потолок, потом на холодильник и в окно. Мадока убрала волосы с лица и повторила вопрос. Гай что-то начал говорить и закашлялся. — Ножи в ящике у раковины. Кастрюли в большом шкафу прямо за твоей спиной. Только сначала надо сполоснуть, их давно не использовали. Я помогу, — девушка поднялась из-за стола и, покачивая бёдрами, подошла к Гаю. — Вот здесь. Мадока опустилась на корточки перед ним и заметила, как он плотно сомкнул веки и сжал кулаки. — Сколько кастрюль тебе понадобится для твоего фирменного блюда? Каблук был не самый высокий, сантиметров восемь, не больше, но то ли нога выросла, то ли туфли усохли — в них было неудобно с непривычки. — Двух… Двух будет достаточно, — ответил Гай на выдохе и открыл глаза. — Спасибо, — он взял протянутые ему кастрюли и, чуть не выронив, поставил на стол. — А рисоварка… — На холодильнике. Так, ложки здесь, — Мадока, одёрнув платье, наклонилась к верхнему ящику. — Может, тебе помочь что-нибудь нарезать? — Не нужно! Тогда ты догадаешься, что это за блюдо! Уже двадцать минут Мадока сидела за столом и наблюдала за Гаем. Он всё возился с овощами, вода вскипела, и он спешно что-то туда бросил. Рубашка тоже была ему маловата, и девушка не отрывала глаз от его напряжённой спины, слегка улыбаясь. — Всё! Теперь осталось только помешивать и ждать! Рецепт моего отца! — Гай сполоснул руки и подошёл к столу. — Ну садись, — Мадока кивнула на стул рядом с собой. — Будем ждать. — У тебя красивые туфли… Я помню их… — Что? Откуда? — Ты их надевала на свой день рождения, — Гай скользнул взглядом по ногам Мадоки. — Я что-то не помню, чтобы ты там был. — А, да я тогда с тренировки шёл, и ты с подругами выходила из бара, — мужчина потёр шею и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. — Что-то жарко стало. — Так вытяжка не работает. Да она мне и не нужна, в общем-то. А насчёт туфель… В тот день мы хорошо погуляли. Я даже удивлена, как они это пережили. И танцевали, и боролись, и даже… Ладно, там я уже продула. — Что? — Поединок на руках. Мне тогда Куренай чуть запястье не вывихнула. Но с тех пор я подучилась парочке приёмов. — Покажешь?! — Гай с готовностью поставил согнутый локоть на стол. — Чё, руку мне оторвать хочешь? — Мадока усмехнулась. — Нашёл себе противника по силам. Хотя… Тут главное техника, Гай, — она вложила руку в его ладонь. — Вставай. Они стояли по разные стороны стола, сцепив руки. Гай с улыбкой смотрел на Мадоку, ожидая сигнала к началу. Но она почему-то медлила, нерешительно опустив взгляд, будто что-то обдумывала. Её пальцы сжали руку Гая, и девушка кивнула: — Начали! Гай хотел засмеяться, однако не успел — Мадока потянулась к нему через стол и прижалась к его губам своими. В этот же момент он был повержен, и костяшки стукнули по столу. Девушка отстранилась от него и похлопала по предплечью: — Я же говорила. Главное — техника. — Мне надо… — уставившись перед собой, Гай на негнущихся ногах подошёл к плите. — Мне надо помешать, а то сбежит… — Главное, Гай, чтобы ты не сбежал, — Мадока уселась на стол и в который раз за вечер положила ногу на ногу. — А то это уже вошло у тебя в привычку. Плечи Гая дрогнули от такого колкого замечания, он отложил крышку на стол и обернулся. Мадока жестом подозвала его к себе, и он послушно подошёл, бегая взглядом по стене за спиной девушки. — Ну, как? Не сбежало? — Нет… Мадока подняла ногу и провела носом туфли по икре Гая, поднимаясь выше. Гай закрыл глаза и носом вдохнул полную грудь воздуха. У него было очень серьёзное лицо, будто решалась судьба какого-нибудь государства. — Чего ты хочешь, Гай? Продолжаешь ходить за мной, а потом сбегаешь. — Ты очень красивая, Мадока, — Гай открыл глаза и поднял их к бледному свету лампы на потолке. — Тогда почему ты на меня не смотришь? Гай вдруг упал на колени перед девушкой и, хлопнув себя ладонями по лицу, замычал. Мадока уже знала, что сейчас будет — слёзы и какие-то глупости, после которых её гость сбежит. — Ладно, ты давай… — она выдохнула с разочарованием и попыталась слезть со стола, но Гай поймал её ногу. — Что? У Гая было очень красное лицо, но глаза, вроде, сухие. Мадока оценила его состояние как относительно вменяемое и уселась обратно. — У тебя очень красивые ноги… В этих туфлях и этих чёрных колготках… Изгиб твоей стопы, я таким его и запомнил. — Ну… Наверное, — в замешательстве сдвинув брови, Мадока пожала плечами. — Я не могу перестать о тебе думать, Мадока, — Гай шумно выдохнул носом, — сейчас у меня вообще нет ничего в голове, кроме тебя. Мне сейчас… — он сглотнул. — Мне сейчас сложно держать себя в руках… — Мне даже интересно, что же ты сдерживаешь, — Мадока шевельнула ногой, которую сжимал Гай. — Опять удрать собрался? — Не говори так! Я не могу больше! Я всё думаю и думаю о той ночи, когда пришёл к тебе! — Гай внезапно припал губами к голени Мадоки. — Какая ты была в ту ночь! — он поцеловал её ногу несколько раз и прижался к ней лбом, придерживая пальцами за икру. — А сейчас ты снова испытываешь меня! — Ну… Я рада, что тебе понравились мои туфли, — девушка пропустила смешок и, вытянув ногу, уперлась в грудь Гая, тут же почувствовав даже через подошву, как сильно колотится его сердце. — Так что, поцелуешь меня? Предложение ещё в силе. Мужчина поднял голову и посмотрел в глаза Мадоке. Раньше она никогда не видела его таким. Гай сопел, а его руки дрожали. Он осторожно снял туфлю, склонился к ноге Мадоки и стал целовать её, начиная от внутренней части стопы и поднимаясь выше. Когда он дошёл до колена, девушка вздрогнула и схватила его за волосы в попытке оттянуть от себя. Гай встал на ноги и навис над Мадокой, выдыхая горячий воздух ей в лицо. Он упёрся руками в столешницу по бокам от неё и взглянул прямо в глаза. От такого напора Мадока растерялась и захлопала накрашенными ресницами. Видя это, Гай, кажется, нашёл в себе решительность, сгрёб её в свои объятия, подтянув на самый край стола, и оказался между её ног. На этот раз взволнованно сглотнула Мадока, прикрыв закатившиеся глаза. — Этого взгляда… Я ждал так долго, — Гай коснулся её губ большим пальцем. — И теперь ты смотришь на меня. По-настоящему. Стакан слетел со стола на пол, а Мадока и Гай сцепились в объятиях так, будто собирались драться. Гай страстно, сжав распущенные волосы девушки, впился в её губы и закрыл глаза. Мадока тоже зажмурилась, чуть не потеряв сознание от волнения. Этот поцелуй не был похож ни на что из прошлого. Гай держал её так крепко, что вырваться не было никакой возможности. Девушка поняла, что игры кончились — на этот раз он не сбежит. — Мадока! — из звуков сбивчивого дыхания и собственного сердцебиения в ушах Мадоку вырвал стук в дверь. — Ты дома? — Вот же! Сбежало! — Гай бросился к дымящейся плите. — Я открою, — Мадока спрыгнула со стола и сбросила с ноги вторую туфлю. Девушка открыла дверь как раз когда Какаши собирался постучать снова. Он выглядел ошарашенным и напуганным, так, будто нёсся сюда бегом: — Добрый вечер, Мадока! Ты не знаешь, где может быть Гай? — с плохо скрываемой дрожью в голосе спросил Какаши. — По всей Конохе его ищу, вот и подумал… — Добрый. Без понятия, — Мадока сдула волосы с лица. — Пока. — Постой, это же его обувь… Гай у тебя? Мне надо срочно поговорить с ним! У нас были планы… — У нас тоже планы, Какаши. Сегодня Гай занят. У нас большие планы на вечер. — И… И что вы будете делать? — Какаши хохотнул. Мадока кивнула, прикрыв глаза, и пальцем поманила Какаши к себе. Он наклонился к ней ближе, заинтриговано глядя в глаза. Девушка приблизилась к его лицу: — Трахаться, — Мадока вытолкнула Какаши с порога и, скорчив рожицу, понизила голос, передразнивая Какаши. — Чё вы будете делать! Дверь захлопнулась перед носом мужчины. Мадока довольно ухмыльнулась и вернулась в кухню. Гай сидел за столом, подперев щеку кулаком, и печально смотрел на плиту. — Дети хулиганят, — Мадока подвинула стул и села рядом. — Подгорело… — Гай, да какая разница? — Мадока дотронулась до его плеча. — Не сгорело же. Весь вечер наш. И вся ночь. — Я не могу, у меня режим сна, — Гай вздохнул. — Прости, что я так… — Ты гонишь? Какой режим сна? Мы тут с тобой на столе только что… — И мне стыдно за это! Я не сдержал себя! Прости меня! Я сейчас сгорю со стыда! — Не надо, сгоревшего ужина вполне достаточно. Да и… Мне понравилось, — Мадока ткнула его кулаком в плечо. — Это непорядочно! Я повёл себя как последний негодяй! Сначала я должен был… Мадока, — Гай обернулся к ней, — ты хотела бы стать… — Знаю, что не получу правдивого ответа на этот вопрос, но… Ты дебил? Я сама тебе предложила меня поцеловать. Ты трагедию развёл, будто произошло изнасилование с последующим убийством. — Так мы теперь… Мадока, ты теперь моя девушка? Раз я поцеловал тебя… — Ой, не. Мне такое не надо, — она отрицательно мотнула головой. — Мне очень нравится проводить с тобой время, но к отношениям я пока не готова. — Так и знал! Нетерпеливость снова подвела меня! — Гай вдруг ударил кулаком по столу и, уткнувшись в руку, заплакал. — Прости меня, Мадока! Ты же говорила об этом! Я нарушил и это обещание! — Какое ещё обещание? — Ждать столько, сколько потребуется! Как я после такого могу научить хоть кого-нибудь чему-то хорошему! — Да я пока просто не хочу чё-то… Слушай, твой ужин-сюрприз готов или нет? Ужин прошёл в гробовой тишине. Карри с привкусом подгоревшего дна кастрюли и специями мог бы скрасить приятный вечер, но вместо этого Мадока смотрела, как из глаз Гая то и дело стекают слёзы, и он с каменным лицом ест свою стряпню. Потом он молча перемыл всю посуду и направился в коридор. — Гай, ты извини… — Это я должен извиняться! — Гай поклонился. — Прости за беспокойство!.. Не нужно! — он отступил к двери, стоило Мадоке сделать шаг в его сторону с намерением обнять, и вышел из дома. Мадока вернулась в пустую кухню, провела рукой по столу и посмотрела на место, где не так давно стоял Гай. В горле появился небольшой ком, но стоило вспомнить неудавшуюся спасательную операцию Какаши, девушка улыбнулась, и на сердце стало тепло от его физиономии.