Глава 24

— Ха-ха! Ха-а-а! — Гай глубоко вдохнул носом и широко расставил руки навстречу ветру. Какаши сидел на бревне за его спиной и гадал, зачем Гай позвал его в такую глушь к обрыву с водопадом. — Ха! Какаши! — Гай прикрыл глаза и улыбнулся, греясь в лучах закатного солнца. — Сегодня весь день я думал только об этом! И наконец-то мы здесь! — О чём? — Какаши поправил маску, глядя на товарища. — О том, какие хорошие у меня друзья! — воскликнул Гай и замахал руками. — Что-то случилось?.. — Л-л-любовь! Ты мне так помог! Помог росткам юности пробиться на поверхность через беспощадные снега! — захохотал Гай, крича вдаль. — Ты чувствуешь этот воздух?! — Да-а… Что-то холодно… — протянул Какаши, уставившись в спину Гая. — Она моя женщина! Моя Мадока! Мы так друг друга любим, Какаши! — Гай резко развернулся, подбежал к Какаши, упал на колени и схватил его за руки. — Я так хотел с тобой этим поделиться! Все твои советы сработали! Ох, мне так… — мужчина всхлипнул. — Чего ты плачешь, Гай? — Я просто вспомнил, какая она… Ты мне так помог! Какаши сначала намекал, а потом и вовсе стал прямо говорить Гаю, что Мадока не стоит его внимания, что у них совсем разные интересы и характеры. Она откровенно раздражала его своей грубостью и тем, как поступает с Майто, о чём он тоже упомянул. Вчера на тренировке команды Гая Какаши тоже беседовал с ним, и Гай даже согласился с некоторыми его утверждениями. Какаши был уверен, что худшее позади, Гай скоро воспрянет духом и вызовет его на поединок, как прежде. — Мы с ней… — Гай начал довольно громко, но понизил голос до шёпота и наклонился к самому лицу Какаши, — …целовались! И ещё кое-что! Неприятные мурашки пробежали по спине Какаши. Он отклонился назад и посмотрел в счастливые глаза Гая, наполненные слезами. — Кое-что?.. — Какаши нервно сглотнул. — М-м-м! — Гай замычал и, крепко обняв друга, зарыдал в его плечо. — И всё это благодаря твоим советам! Какаши смотрел пустым взглядом на закат, пытаясь хотя бы представить, как такое могло случиться. Особенно с Канедой. Она же была с Ибики, как вообще произошло, что она переключилась на Гая? Неужели «кое-что» — это секс? — Только никому не говори, это секрет, — Гай взял Какаши за плечи и потряс, строго глядя на него, — который я рассказал только тебе. Чтобы ты разделил мою радость! — А когда это случилось?.. — больше никаких вопросов в голову не пришло. — Сегодня утром! Сразу после твоих вчерашних наставлений! Как ты и говорил, я держался отстранённо, и она наконец-то показала свои истинные чувства! — Я говорил, чтобы ты держался подальше… — Какаши, — Гай вдруг стал серьёзным, — раз Мадока теперь моя женщина, а ты мой лучший друг… Обещай мне, что позаботишься о ней, если меня не окажется рядом! Ты ведь знаешь, какая она хрупкая! Моя Мадока! — Да… уж… — Спасибо тебе, Какаши! За всё! — Гай сильно хлопнул его по плечам. — Теперь я должен идти, меня ждёт моя женщина! Дикая и непредсказуемая, как ты и говорил! — А как же наш… — В другой раз, Какаши, мы обязательно пойдём в Ичираку и схлестнёмся в поединке! Но сейчас меня ждёт моя любовь! И Гай убежал, оставив Какаши сидеть на бревне в одиночестве и слушать рёв водопада. Мужчина подобрал со снега маленькую палку и стал перебирать пальцами, рассматривая выпуклости и узоры на коре. Он по-настоящему переживал за своего друга, ведь таким же радостным и полным надежд он был и в прошлый раз, когда приходил делиться своими успехами, а потом еле приполз обратно, с израненной и истощённой душой. От Канеды ничего хорошего лучше не ожидать, она всегда была проблемной, начиная с Академии. Она вновь растопчет Гая и отбросит, а тот потянет следом за собой Какаши. Только ему показалось, что он со всем справился, как пришла новая беда. Неунывающий Гай чуть ли не силком всегда вытаскивал его из самых глубоких топей скорби, в которых Какаши вечно увязал. Он начал ценить присутствие Гая в своей жизни довольно быстро, но держался отстранённо, пока они не подросли — раны слишком болели. Сначала отец, потом напарник, ужасная смерть учителя и его жены. И, наконец, последней горстью земли, брошенной на могилу сердца Какаши, стал взгляд Рин, который она подарила ему на прощание. Какаши переживал этот кошмар снова и снова, это было не тем, от чего можно отмахнуться и смириться. — Гай… — Какаши отбросил палку в сторону и вздохнул, подняв взгляд к горизонту. — Что же ты за человек? Гай смог как-то поладить с Канедой и, согласно его словам, даже умудрился выстроить с ней близкие отношения. Какаши с трудом верилось, что Гай уже переспал с ней, этого просто не могло быть, даже если вспомнить хамский ответ Мадоки Какаши в тот роковой вечер. Ещё вчера Гай рыдал на его плече, рассказывая о том, как Мадока равнодушна к нему. Для Какаши все эти события выглядели так, словно Гай добровольно заперся в клетке с разъярённым тигром и пытался его приручить. Он получал глубокие раны, но не сдавался. И вообще, Гай — это же сама невинность, наивность и застенчивость. Рассказывая о планах на Канеду, он с лёгким румянцем на щеках упоминал только о долгих прогулках за руку, красивых закатах на скале Хокаге в обнимку и «милом» лице Мадоки. Он хотел держаться с ней за руку и гулять, а целоваться только по любви — вот и весь план Гая. И Какаши ему поверил, но забыл, что у второй стороны тоже есть планы.

***

Мадока сидела на диване, ссутулившись и сложив руки на коленях в замок. Она смотрела перед собой, а из глаз текли слёзы. Когда она только вернулась домой, всё было относительно нормально. Она постояла под горячим душем, поела и легла спать, потому что чувствовала невыносимую усталость. А когда проснулась, время уже шло к вечеру. Воспоминания о сегодняшнем утре накатили на неё, но не было той радости, что окрылила её, когда она была с Гаем. — Бля, — Мадока шмыгнула носом, зажмурилась и взъерошила волосы, откинувшись на спинку дивана и запрокинув голову к потолку. Ей было стыдно. Мадока думала о том, что скажут другие, если узнают, что она делала с Гаем после её же яростного отрицания всех сплетен. Он ведь всегда был посмешищем, и она смеялась над ним с остальными. Но теперь Мадоке не было смешно, Гай не был больше смешным. Все относились к нему по-доброму и спокойно принимали его странности, а Мадока никак не хотела этого признать. Ей всё казалось, что с Академии ничего не изменилось, и Гай до сих пор жалкий и нелепый тупица в глазах окружающих, в её глазах. Она вспомнила его глаза, его улыбку, серьёзное лицо при поцелуе. Сердце заныло. Мадока сжала пальцами ткань футболки и согнулась, прижавшись грудью к коленям и закусив кулак. Гай такой хороший, добрый, терпеливый и порядочный. Что он вообще забыл рядом с ней? Низ живота приятно потянуло, когда Мадока вспомнила то, что увидела утром. У Гая было идеальное, точёное тело, но он застенчиво прикрывался, будто стыдился чего-то. Мадока замычала в сжатый кулак и закатила глаза, шумно выпуская носом воздух. В Гае привлекательным было всё, даже его глупости. Он очень сильный воин и хороший учитель, верный друг и страстный любовник. Мадока даже сейчас могла вспомнить, с какой силой он её «любил», и пульсация в животе напомнила о бешеном ритме, с которым Гай двигался. Девушка плотно сомкнула веки и, продолжая сопеть, ещё сильнее скрючилась и укусила кулак. Малейшая мысль о Гае радовала её, но улыбку удавалось сдержать. Её ломало, хотелось сбежать на миссию. Но ещё хотелось увидеть Гая, он обещал прийти. Надо держать себя в руках и не срываться на грубости, потому что он может её бросить — у него ведь не бесконечное терпение. Но если всё закончить сейчас, то и расставаться не придётся. Мадока была уверена, что у них ничего не выйдет. Может она протянет с Гаем даже меньше, чем с Ибики, но расставание будет куда болезненнее. От одних только мыслей об Ибики у неё никогда так не тряслись колени, не наполнялась теплом грудная клетка. Когда она уходила на миссии, то не переживала об их расставании на долгое время, не скучала. При виде Гая ей становилось спокойно, спокойно было, когда он рядом, будто он приносил недостающую часть самой Мадоки. Уши и лицо пылали. Горячие слёзы текли из зажмуренных глаз по скулам и носу Мадоки и падали на пол. Девушка тяжело дышала и давилась рыданиями. Ей хотелось увидеть Гая прямо сейчас, взять его за жёсткую, мозолистую от бесконечных тренировок руку, уложить с собой рядом и пролежать с ним в обнимку остаток жизни, глядя в его глаза. Голова уже болела, но Мадока не могла успокоиться. Она же была одна, но не чувствовала себя одинокой. У неё были подруги, Минору, и ей хватало этого. А теперь она сидит и задыхается от одиночества. Лучше отказаться от Гая сейчас, пока она не привязалась к нему. Мадока пыталась найти в нём недостатки, которые отталкивали бы её достаточно сильно, чтобы отказаться от него, но сейчас она была готова простить ему даже безвкусную стрижку и большой нос. Они ей нравились, потому что принадлежали Гаю. Подумав об этом, девушка зарыдала ещё сильнее, доведя себя до рвотного позыва. — Эй! Мадока, ты чего там сидишь? Я стучу, а ты не слышишь! Я уж думал, ты спишь! — донёсся голос с улицы. Мадока подняла заплаканное лицо к окну и увидела там Гая. Он с улыбкой постучал по стеклу и помахал рукой. Она тут же вскочила и побежала в прихожую. Всё внутри скрутило от нетерпения, руки дрожали, пока она открывала дверь. Как только Гай сделал шаг за порог, Мадока набросилась на него, крепко обняла за шею и заплакала. — Где тебя черти так долго носили?! — Э… — Гай закрыл дверь. — После тренировки я был дома, принял душ и подготовил всё к завтрашнему дню, а потом… Что-то случилось? Что произошло, Мадока? — он обнял её в ответ. — Я думала, ты не придёшь! — Мадока подняла на него наполненные слезами глаза. — О… — глаза Гая тоже заблестели от навернувшихся слёз, — я тоже по тебе скучал! Думал о тебе весь день! Гай начал плакать, прижав к себе Мадоку. Это её немного успокоило, и она оттолкнула его от себя, вернув самообладание и трезвый рассудок. — Да всё, отвали, — Мадока отбила руку Гая, когда тот потянулся к ней. — Заходи. — Но ты же… Как только Гай сел на диван, Мадока сразу уселась к нему на колени и обняла за шею, положив подбородок на его плечо. Она прикрыла глаза и с облегчением выдохнула, наконец-то оказавшись рядом с Гаем. Мужчина молча погладил её по спине и прижал покрепче к своей груди. Сердце Мадоки обливалось кровью от любого его прикосновения, и она, затаив дыхание, наслаждалась моментом. — Какаши так рад за нас, — Гай шепнул, посмотрев в глаза Мадоке со счастливой улыбкой. — Мой вечный друг и соперник… У него просто не было слов. — Да?.. — Мадока невольно ухмыльнулась, представляя физиономию Хатаке. — Хе-хе-хе, — противное хихиканье вырвалось само собой, и девушка начала высвобождаться из объятий Гая. — А о чём ещё вы говорили? — Мы говорили об учениях. Жду не дождусь, чтобы посоперничать с шиноби Сунагакуре, — Гай нехотя расцепил руки и выпустил Мадоку на место рядом с собой. — Интересно, что Хокаге-сама придумает на этот раз? И кто будет моим напарником… Надеюсь, что ты, Мадока! — Это вряд ли. Ты же знаешь, что будет жеребьёвка. Все перемешаются. И чунины, и джонины. А теперь, когда с нами будут ещё и шиноби из Суны, шанс на такое вообще мал. Мы, может, даже ни разу не встретимся за все испытания. — Но на сдаче нормативов точно увидимся! — Гай улыбнулся и показал большой палец. — Если хочешь, можем готовиться вместе! — Что, хочешь меня потренировать? — Мадока навалилась на него плечом. — Может, и тайдзюцу меня подучишь? — Ты действительно этого хочешь?! — Гай взволнованно глянул на неё. — Я бы… Да запросто! — Да, только днём мы заняты, придётся устраивать ночные тренировки, — Мадока дотронулась до руки Гая. — Я бы, конечно, очень хотела выучить несколько твоих приёмов… Или я бы тебя чему-нибудь научила. — Мы можем сделать это даже сейчас! — Гай вскочил с дивана и встал в центр комнаты. — Научи меня чему-нибудь! — Да я пошутила, — Мадока отмахнулась, не ожидав такой бурной реакции. — Давай же, иди сюда! — Гай встал в стойку и вытянул руку. — Ты чё, избить меня решил? — Мадока неспешно поднялась и подошла к Гаю. — Я же сказала, что пошутила. Щас разнесём тут всё. Гай легонько толкнул Мадоку в плечо и отступил назад. Девушку подняла брови и, медленно моргнув, отвела взгляд в сторону. Широкая улыбка Гая и его напряжённые согнутые ноги, готовые к бою, не предвещали ничего хорошего. — Я не буду с тобой драться, потому что отхвачу в любом случае. — Ты даже не пыталась! — Да не хочу я. — Давай, Мадока! — Я не буду. Отстань. — Ну же! Обречённо улыбнувшись, девушка закрыла глаза и выдохнула: — Хорошо. Я покажу тебе один приём. Но он тебе не понравится. — Как же он называется? — Щас и придумаешь название, — Мадока подошла к Гаю. — Следи за руками. Сдвинув брови, Гай уставился на руки девушки, которыми она начала складывать какие-то печати. Вдруг её левая рука исчезла за спиной, взгляд Гая забегал вслед за её движениями, ища подвох. Мадока замахнулась и шлёпнула левой рукой Гая в пах, а правой схватила замешкавшегося противника за нос, зажав его между средним и указательным пальцем. — Вот так. Одно неверное движение, и будешь ходить пару дней с синим носом, — Мадока оттолкнула Гая от себя. — Что это было?.. — Гай стоял, раскрыв рот. — Название сам придумаешь. Бери на вооружение. К сожалению, в тайдзюцу ты меня просто размажешь, как бы я ни старалась. Не успела Мадока сделать и шагу, две сильные руки схватили её. Она врезалась в Гая спиной и замерла. Тут же голова закружилась от желания, и Мадока закрыла глаза, выпустив дрожащий выдох. Руки Гая легли на её живот, усиливая возбуждение, захлестнувшее с первого касания. Не открывая глаз, Мадока взяла Гая за руки, подняла их и прижала к своей груди. Пальцы мужчины нерешительно сжались. — Пойдём, — вывернувшись, Мадока взяла Гая за руку и привела в прихожую, к большому зеркалу. — Ты хочешь, чтобы я ушёл?! Мадока, но что же я сделал?! — громко вопросил Гай, испуганно уставившись на Мадоку. — Если ты продолжишь так орать, я этого захочу. Просто… — девушка встала перед зеркалом, — …подойди и возьми меня так же, как только что в гостиной. — Я уж испугался! — Гай рассмеялся и зашёл за спину Мадоки, прижав её к себе за живот. — Тебе нравится то, что ты видишь? — девушка смотрела на отражение. На фоне бежевой стены была она, а за её спиной, почти на голову выше, стоял Гай. Он тоже смотрел на их отражение с тёплой глуповатой улыбкой. — Конечно, Мадока. — Я поверить не могу… Ты был таким коротышкой в Академии. И тебе вечно не сиделось спокойно. — Ты помнишь?.. — Ну ещё бы. Ты всегда умел оставить неизгладимое впечатление, — Мадока усмехнулась. — Генго тебя ненавидел, потому что ты был слишком шумным. Громче него. Он не любил быть в тени. — Он был твоим напарником. Я помню это. И… Похороны тоже помню. — И я. Может, я помню слишком много похорон. — Всё позади, — Гай уткнулся носом в макушку девушки. — Теперь всё будет хорошо. — Да уж, надеюсь, ты не скопытишься на какой-нибудь миссии раньше меня. Это так странно… Мы знаем друг друга столько лет, живём в одной деревне. — Что же здесь странного? — Я совсем не знала тебя, — Мадока развернулась к Гаю лицом. — Надеюсь, я не пожалею. Хотя у меня нет никаких ожиданий, поэтому ты вряд ли сможешь меня разочаровать. — Ты вспоминала обо мне хотя бы иногда? — Гай с грустной застенчивостью отвёл взгляд. — Все эти годы… — Ты сам всегда о себе напоминал. Майто Гай то, Майто Гай сё, Гай победил того воина, Гай выполнил ту самую сложную миссию. И на собраниях громче всех. Хотя в последнее время ты присмирел. Что это с Гаем случилось? Неужели влюбился? — девушка пальцем подняла лицо Гая за подбородок. — Д-да… — Неужели в Канеду? Она же тебя доставала в Академии, — Мадока чмокнула мужчину в губы. — И обзывала. — Я этого не помню, — Гай крепко прижался губами ко лбу Мадоки. — А я так старалась. — Нет, я, правда, не помню. Когда ты меня обзывала? Мадока глянула в абсолютно не наполненные никакими воспоминаниями глаза Гая. Он смотрел на неё слегка удивлённо. — Ну… Я же гомиком тебя обозвала, — девушка нахмурилась. — И неудачником постоянно называла. И весь класс тоже так делал. — Ха! — Гай улыбнулся. — Я надеюсь, вам было от этого легче! — Какой ты дурак. Нельзя же так всё подряд прощать и забывать. — А зачем о таком помнить? Мадока вздёрнула бровь и ухмыльнулась. Она бы рассказала Гаю, почему такое надо помнить, но он не поймёт. Возмездие — это самая приятная часть обиды. И она никогда не упустит возможность отомстить. С Хатаке она точно ещё не закончила. — Ты прав, — Мадока кивнула. — Надо уметь отпускать обиды. Потом они долго целовались, стоя перед зеркалом, и Мадока видела, как Гай украдкой поглядывает на их отражение. Он поглаживал её спину, иногда нерешительно опуская ладони на бёдра. Вдруг Мадока прервала поцелуй и отстранилась: — Я ждала тебя весь день, — она стала опускаться на колени, Гай тоже попытался, но девушка жестом приказала ему выпрямиться. — Чтобы продолжить. — О-о! Нет, нет, нет, Мадока, вставай! Пожалуйста! — как только Мадока поцеловала ткань рядом с его пахом, Гай будто запаниковал, схватил девушку за руки и потянул наверх. — Что? — Не… Не надо этого… — Чего? — Того, что ты собиралась делать, — Гай раскраснелся и пополз по стенке от Мадоки, прикрываясь руками. — А откуда ты знаешь, что я собиралась делать? — Мадока преградила ему путь отступления, уперев ладонь в стену перед его лицом. — М-м… Хм-м… — замычал Гай, смущённо сопя и пряча взгляд. — Куртка рядом, — девушка кивнула на вешалку. — Ты же знаешь, что осталось в кармане? — Я знаю, но мне так неловко… И стыдно… — Ты разве сюда не за этим шёл? — Мадока взяла Гая за руку и прижала к своей промежности. — Я не хочу, чтобы ты так думала… Я думал, мы будем разговаривать… Чтобы узнать друг друга получше… — совсем тихо произнёс Гай и поднял на Мадоку помутнённый взгляд. — Ты бы сначала посоветовался, — Мадока дотронулась и сжала выпирающий член Гая, — с ним. Гай стиснул зубы и отвернул голову, закрыв глаза. Мадока поцеловала его в открывшуюся шею и стала неприкрыто лапать, начиная с плеч и заканчивая ягодицами. Всё тело Гая было напряжено, как натянутая струна, он стоял с жалобно сдвинутыми бровями и чуть дышал, пока Мадока облизывала и кусала его шею от нахлынувших чувств. — Мадока, я сейчас не выдержу… Пожалуйста, хватит… — Что, прекратить? — Я не могу больше! — Я, может, этого и ж… Мадока не успела договорить. Гай снёс её к противоположной стене рядом с зеркалом и, подхватив под бёдрами, поднял. Его член упёрся между ног Мадоки, и она прикрыла закатившиеся глаза. Руки тут же задрожали и ослабли. — Гай, я же… То, с каким напором и силой он целовал её и сжимал, сводило Мадоку с ума. Она могла только послушно поднимать голову и подставлять тело ладоням и губам Гая. Затем они переместились на пол, Гай стянул с Мадоки штаны, и она в предвкушении выгнулась. Он схватил её за ноги и принялся расцеловывать ступни. Девушка засмеялась от щекотки, но Гай не остановился. Он поднимался всё выше, наконец подтянул Мадоку к себе и навис над ней. Девушка чувствовала, что её щёки пылают от румянца. Опять это серьёзное лицо. Мадока уставилась на него огромными глазами, почувствовав, что пальцы Гая отодвинули её трусы и сдавили половые губы вместе с клитором. — Ох! Больно?! — Гай тут же убрал руку. — В книге говорилось, что не должно… — Это что за книжонки ты почитываешь? — Мадока лежала с открытыми от удивления ртом. — Нет, не больно. Теперь Гай был менее напористым и внимательно следил за любыми изменениями на лице Мадоки, лаская её пальцами. Девушке было немного стыдно от такого пристального взгляда, но она не могла оторваться от глаз Гая. — Всё нормально? — на всякий случай спросил Гай, видя, что Мадока морщится. — Тебе точно не больно? — Нет, я просто… — Мадока сглотнула, чуть не выпустив стон. — Просто гадаю… Что ещё ты успел вычитать… Ответ последовал незамедлительно. Несколько пальцев оказались во влагалище Мадоки и стали быстро сгибаться, распуская приятные вибрации по животу. Девушка широко раскрыла рот и подняла брови, вцепившись Гаю в шею. Его сильные пальцы тёрлись о верхнюю стенку влагалища с невероятной скоростью, иногда выпуская хлюпающие звуки. Мадока сжала пальцы на ногах, напрягая икры, и закусила губу. Гай уставился на неё так, будто в душу заглядывал, и продолжил. — Какого хера… — шепнула Мадока, глотая слюну, которой было слишком много. — Ты… Ты чё… Стой… Но Гай не остановился. Мадока вцепилась в его руку и изогнулась, уже искусав все губы. Когда он наконец-то остановился, девушка лежала с широко разведёнными ногами и вздымающейся грудью. Сердце билось так сильно, что его удары отдавались о грудную клетку. Послышался шорох куртки. Через некоторое время Гай вернулся к Мадоке, которая смотрела в потолок пустым взглядом. В голове у неё было только желание продолжать, невыносимая пульсация между ног говорила о том же. Она опустила глаза на мужчину и помотала головой: — Мне щас надо как в последний раз, Гай. На жёстком полу было неудобно лежать. Но Мадока не просто лежала, а ёрзала туда-сюда под весом Гая. Поясница начала побаливать. — Гай, стой, — Мадока поняла, что сбила Гаю весь настрой — лицо с сурового сменилось на обеспокоенное, и он остановился. — Надо подложить что-нибудь. У меня уже спина болит. — Прости! — мужчина с виноватым видом сел на колени. — Идём. Они практически бегом переместились в комнату Мадоки. И теперь уже скрипела и дрожала её кровать, как утром делала кровать Гая. Изголовье билось о стену, потому что от сильных толчков и без того не очень устойчивая кровать немного сдвинулась с места. Мадока закатывала глаза, металась по подушке, чувствуя, что скоро низ её живота сведёт приятной судорогой. — Гай, скажи мне что-нибудь… — она кое-как просунула руку между собой и Гаем и начала ласкать себя, чтобы ускорить процесс. — Я сейчас не очень могу… Говорить… Но я много раз представлял себе это до… Того, как это случилось… — Ты хотел меня в лесу? На тренировочной площадке? — Мадока усилила давление рукой на клитор. — Клянусь, если бы не мои ученики… — Гай замычал, войдя в Мадоку предельно глубоко, и поцеловал её. — Гай, быстрее, — Мадока зажмурилась и поцеловала его в ответ, замычав ему в губы. Она чуть не выругалась, когда долгожданный спазм наконец-то наступил. Стенки влагалища стали судорожно сокращаться, обхватывая член Гая сильнее. Мадока напрягла ноги, зашипела и выдохнула. Гай заметил эти перемены, но не остановился. — Хм, — девушка расслабленно откинула затылок на подушку, глядя на лицо Гая перед собой. Теперь было просто приятно, больше Мадока никуда не спешила. Она получила то, что хотела, и сейчас ей было интересно наблюдать за Гаем. Он сопел, утыкался ей лицом в плечо, потом приподнимался и смотрел в глаза. Его, кажется, расстраивало то, что Мадока никак не реагирует на него. Она улыбнулась: — Долго ещё тужиться собираешься? Я уже всё. — Как?! — Гай на секунду остановился. — Ну как… Просто. — Но ведь в том фильме женщина… Она так кричала… Мадока широко открыла рот, оскалившись, и выпустила хриплый сип со смешками, подняв плечи. На глаза от смеха навернулись слёзы. Она не могла перестать тихо хихикать, видя растерянное лицо Гая. Под конец она даже хрюкнула и вытерла слёзы. — Гай, просто продолжай. Мне очень нравится, — сквозь смех Мадока поцеловала Гая и прижала к себе, выпустив стон, чтобы приободрить его. Когда всё закончилось, Мадока легла головой на грудь Гая и он обнял её плечо. Девушка до сих пор улыбалась: — Ты чё, порнушку смотрел? — Это было… Только для того, чтобы научиться! — Гай проговорил сквозь зубы. — Ну да, там-то тебя научат. — Мне не к кому было обратиться за советом, и я решил… — Да ладно, забей. Мне всё нравится. Потому что ты мне нравишься. — Мой отец не был популярен среди женщин. Все смеялись над ним, и некоторые даже говорили, что я не его сын. Обычно я не помню плохие вещи, но это ранило меня. — В смысле, они намекали, что твоему бате женщина не дала бы? — Они говорили это куда грубее, Мадока, — Гай вздохнул. — Но я был ребёнком. Что я мог ответить? — Не знаю, послал бы. Или про мать что-нибудь. — Мою мать я не помню… — Да не про твою. А про их мать. Это обычно задевает… Кстати, на этой кровати умерла моя мама. Гай, побледнев, медленно повернул голову к лицу Мадоки: — Что?.. — Да не бойся, я простыни поменяла, — Мадока потрясла его за плечо. С улицы донёсся сигнал тревоги. И Мадока, и Гай тут же вскочили. Мадока бросилась к шкафу за формой, Гай — собирать с пола свою одежду. — Живо! Живо! — мимо домов пробежала группа шиноби.