Глава 30

Цунаде подозвала к себе Мадоку после общего собрания и долго задумчиво смотрела на неё. Она так ничего и не сказала, слегка улыбнулась и кивнула головой, давая понять, что девушка свободна. Мадока не поняла, довольна Пятая или нет. Шиноби Сунагакуре одержали верх на некоторых позициях, четыре из десяти лагерей Конохи, разбросанных по лесу, были под их контролем к концу испытания. Завтра на самом большом тренировочном полигоне будет разбита площадка для соревнований и ярмарка, куда смогут прийти местные, чтобы поглазеть на зрелище. Генины точно придут полным составом, Мадока слышала, как дети на улице обсуждали завтрашний день. — Ну, что? — Цубаса окликнула Мадоку, когда та вышла на улицу и спустилась по лестнице. — Не знаю, — девушка пожала плечами. — Цунаде-сама ничего не сказала. Я уж настроилась на то, что мне сейчас влетит. Ты домой? — Да, ещё собрание клана впереди. Не знаю, как я его отсижу, все бока мне отбили, — Цубаса потёрла спину и поморщилась. — Идём, бедолага, — Мадока подошла к подруге и закинула её руку на своё плечо. — Не видела Минору? Он так быстро ушёл после собрания. — В госпиталь, наверное. Он о чём-то говорил с Гаем и Асумой. — Жалко, что он был не с нами. Я надеялась вспомнить былые времена. А вот если бы ещё Генго жив был… Мы бы всем показали. Впервые за долгое время у Мадоки появилось желание навестить могилу напарника. Но она тут же вспомнила, как давилась слезами на похоронах, её вырвало прямо во время прощальной церемонии, и отец увёл её домой. Жена наставника потом пыталась поговорить с Мадокой, мама Генго тоже, но она не хотела видеть ничего, что напоминало бы о кошмаре, который она с трудом переживала. Подруги брели по Конохе, вспоминая прошлое. Цубаса говорила тихо и улыбалась. Мадока иногда посмеивалась. Так они дошли до квартала Хьюга. — О, Неджи-кун! — Цубаса махнула рукой мальчику, который шёл к воротам. — Собрание ещё не началось? — Начнётся через несколько минут, — ответил Неджи и толкнул ворота плечом. — Здравствуйте, Мадока-сенсей. — Он у вас маленький угнетатель женщин, — шепнула Мадока и прыснула. — Здравствуй, Неджи! Как твои дела? — Всё хорошо, — мальчик, не оборачиваясь, побрёл по выложенной булыжником дорожке. — Что он сказал? — Цубаса убрала руку с плеча Мадоки, глядя вслед Неджи. — Что-то про превосходство мужчин? — Ну конечно. Такой смешной, — Мадока улыбнулась, — и хорошенький. — Только ему не говори, а то обидится. Он у нас воспитан в лучших традициях клана. Но… Да, он очень милый. Как смотрю на его личико, — Цубаса вздохнула и покачала головой, — так и хочется за щёчку потрепать. Серьёзный такой. — Без руки остаться не боишься? — У нас вообще нежности не приняты, поэтому Неджи в безопасности. Интересно, что Хиаши-сама сегодня скажет? Наши были в нескольких лагерях, которые взяла Суна. — Тебе ничего не грозит, тебя похвалят. Распрощавшись с Цубасой, Мадока пошла домой. Она улыбалась, представляя, с каким бы лицом Неджи терпел потрёпывание щеки. Он был слишком сдержанным и воспитанным, чтобы грубо отбить руку, поэтому, скорее всего, стиснул бы зубы и уставился на свою мучительницу испепеляющим взглядом. Перед глазами промелькнуло воспоминание о временах, когда Мадока вела лекции в Академии. Все эти дети теперь стали шиноби, и редко можно было увидеть их ребячества. Однажды во время перемены на Мадоку налетел Инузука, с которым у неё были особые отношения, потому что он напоминал ей Генго. Киба, сын Цуме, был тем ещё хулиганом. И, как Генго, сколотил банду из отъявленных разгильдяев. Узумаки среди них был самым смешным, и Мадока еле сдерживала улыбку, когда тот кривлялся или пакостил. А теперь все разошлись своими дорогами, и не у всех она была в сторону Конохи. На пути был бывший квартал Учиха. Люди шептались, что теперь здесь обитают призраки, ещё и фонари на этой улице не горели. Мадока хорошо помнила Обито, потому что он так же, как Гай, никогда не мог заткнуться. Но дразнить его боялась: за его спиной был клан. Родители точно ей голову оторвали бы, если бы она устроила им разборки с Учиха — своих соклановцев они всегда защищали до последнего. Ускорив шаг, Мадока затаила дыхание. Прошло много лет со дня уничтожения клана Учиха, но жуть, витавшая над их районом, почти чувствовалась кожей. В какой-то степени она понимала и сочувствовала сбежавшему Саске, она бы тоже не смогла здесь жить после такого. — Я вам ничего плохого не делала, — шепнула Мадока, проходя совсем рядом с забором. — Меня не надо трогать. Мадока с любопытством заглянула в прореху покосившегося ограждения. Что-то скрипнуло, и девушка побежала обратно, туда, откуда только что пришла. В полной тишине ночная птица чирикнула за забором, доведя Мадоку чуть ли не до потери сознания. Она успела увидеть символ клана Учиха, и в темноте он выглядел мистическим и пугающим, напоминая о всех ужасах, которые творились на этих улицах. — Уа-а-а! — завопила Мадока, врезавшись в чёрную тень, возникшую перед ней из-за угла. — Мадока? Что ты здесь делаешь? — Какаши! Ёб твою мать! — Мадока отскочила от мужчины, согнулась и схватилась за сердце. — Какого хрена ты здесь бродишь?! Идём отсюда! — она вцепилась в его локоть и потащила к ближайшему фонарю. — Но я шёл домой… Мадока стояла под светом фонаря и пыталась отдышаться, вглядываясь в темноту за забором в десяти метрах от неё. Пальцы крепко сжимали предплечье Какаши, напоминая о том, что она здесь не единственный живой человек, и всё в порядке. — Что происходит? — спокойно спросил мужчина. — Да мне там… — Мадока тяжело дышала, потирая ключицу. — Что-то послышалось… Иди, посмотри, — она подтолкнула Какаши в темноту. — Я и так туда собирался, — Какаши в недоумении оглядел девушку. — Всегда здесь хожу. — А я нет! Смотри, смотри! Там что-то пролетело! — Мадока спряталась за его спину. — Это ворона. — Это гендзюцу! Итачи вернулся! Надо сообщить! — мысли в голове путались, а воображение дорисовывало кошмарные детали. — Это… просто ворона. Идём. Несмотря на Какаши, идущего рядом, Мадоке всё равно было страшно. Она никогда не была в районе Учиха ночью. — Ты же знаешь, что призраков не существует? — спросила Мадока, пытаясь успокоить сама себя. Какаши промолчал. Мадока покосилась на него, он посмотрел в ответ. Так, в гнетущей тишине, они вышли на хорошо освещённый людный перекрёсток, и девушка выдохнула. — Мне пора, — сказал Какаши и огляделся. — Ладно, — Мадока в последний раз посмотрела в сторону района Учиха. — Ибики-сан! — Какаши вдруг поднял руку и, обойдя Мадоку, направился к зданию за её спиной. — Я уж не надеялся вас сегодня найти! Обернуться было ошибкой. Мадока встретилась взглядом с Ибики. Он стоял с пакетом у магазинчика, где Мадока обычно закупалась во времена их сожительства, уставившись на девушку. Мадока закатила глаза и ушла. Чувство страха преследовал Мадоку до самого дома. Она быстро заскочила в прихожую и закрыла дверь на замок. Всё тело свело в приступе ужаса, и девушка поспешила включить свет оцепеневшими пальцами. Тут же стало спокойнее. — Всё хорошо, — Мадока выдохнула. Стоя под душем, она то и дело выглядывала из-за занавески и торопливо вспенивала шампунь в волосах. Мадока пыталась подумать о хорошем, но вместо этого стала вспоминать о родителях, о том, что их запертая спальня совсем рядом в коридоре. Она не была там много лет, и кто знает, что таит в себе эта комната? Да и её спальня была не лучше — место смерти матери. Как она вообще до сих пор живёт здесь? — Дорогая, дорогая-я, иди сюда-а, — запела Мадока, смывая пену с волос, — и ты увидишь меня-я!.. Ох ты ж сука, — она поскользнулась и схватилась за кран. — Если я притворю-юсь, что забы-ыл поцелуй того дня-я! Уходя из ванной, Мадока решила не выключать свет. Она зашла в свою комнату и открыла шкаф, думая, в чём заявиться к Гаю. В своём доме ночевать сегодня она была не намерена, хотя сегодня был день, когда Гай должен был прийти к ней. Её пугал каждый звук, а бороться с этим не было ни сил, ни желания. Что-то скрипнуло за стеной, и девушка замерла с вытянутыми перед собой руками, держа кофту. По спине пробежали мурашки и закрались в самое сердце. Грохот, раздавшийся на первом этаже, добил Мадоку, и она вздрогнула. Кто-то ломился в дверь. Мадока взяла со стола сломанный кунай и, приготовившись к атаке, пошла в прихожую. Она посмотрела в глазок и расслабилась: на улице стоял Гай. Но стоял он как-то странно, с опущенной головой, и покачивался. Классический приём ужастика — человек, одержимый злым духом. Гай ещё раз ударил кулаком в дверь и шатнулся. Мадока спрятала кунай за спину и открыла дверь: — Гай?.. — Моя женщина, — Гай поднял голову и улыбнулся. — Я бежал к тебе, как только мог, — он ввалился в прихожую и задел Мадоку плечом. — Ты чё, вгретый? — девушка почувствовала запах алкоголя, закрывая дверь. — Мы с парнями… Давно не собирались, — Гай скинул обувь, уперев обе ладони в стену. — А тут ещё новые друзья из Сунагакуре… Сначала мы пошли на источники, а там уже… Но я ушёл раньше, потому что обещал тебе, что приду! — Фу, — Мадока оттолкнула мужчину от себя, когда он полез к ней с объятиями, — чем ты так нарезался? От тебя несёт. Ты вообще помнишь, что у нас идут учения? Гай упал на колени и обнял Мадоку за ноги. Девушка раздражённо прикрыла глаза. — Я так тебя люблю! — Вставай! — девушка схватила его за руку и потянула наверх. — Да отпусти ты! — Не-а, — Гай прижался лицом к ногам Мадоки. — Ты такая хорошая… Красивая… И пахнешь так приятно… — Если ты не прекратишь, я больше никогда не буду с тобой разговаривать. Поднимайся! И иди домой, проспись! На совершенно счастливом лице Гая не было и капли раскаяния, когда он встал на ноги перед Мадокой. Девушка толкнула его в плечо: — Тебе не стыдно? Припёрся пьяный! — Всё, всё, всё, — Гай положил ладонь на макушку Мадоки и замотал головой, прикрыв глаза, — мне очень жаль! — Слушай, отвали! От тебя воняет! — Мадока ударила Гая по руке и ушла в гостиную. Там девушка открыла окно и села в кресло в углу, положив ногу на ногу. Гай медленно вошёл следом, озираясь по сторонам, будто был здесь впервые. — Садись, — Мадока кивнула на диван, и Гай послушно упал на него, чуть не завалившись на бок. — Сейчас отпустит немного, и пойдёшь домой. — Ты не рада меня видеть? — Гай понуро опустил голову. — Это всё из-за него? — Из-за кого? — Из-за того, с Суны… Чьи комплименты ты приняла…. — пробубнил мужчина заплетающимся языком. — Ты поэтому так нажрался? Решил меня впечатлить? — Мне просто было очень грустно… — А теперь весело? — Зачем ты так со мной… — Я вообще ничего не сделала. Это ты сейчас сидишь пьяный и несёшь какую-то чушь. — Я не смог тебя защитить, и ты нашла другого… Красивее… Мадока приподняла плечи и сипло усмехнулась: — Х-ха! Гай медленно поднял удивлённое красное лицо и уставился на девушку: — Что? — Ну ты и перебрал сегодня. Ложись спать, завтра разберёмся. — Ты ведь не уйдёшь?.. — Ты чё? Я у себя дома. — Можно… — Гай встал на ноги и подошёл к креслу. — Можно я обниму тебя? — Да не хочу я с тобой обниматься, от тебя несёт за километр. — Прости меня! — Гай во второй раз за ночь рухнул на колени перед Мадокой и обнял её ноги. — Просто я так боюсь! — Что я найду кого-нибудь получше? Гай расплакался, как только Мадока это сказала. Он выдыхал горячий воздух на её колени и тёрся об них щеками. Подол халата сполз от таких движений, обнажив бёдра Мадоки. Гай прижался губами к части над коленом девушки и всхлипнул. — Завтра ты просто сдохнешь со стыда, Гай. — Я уже умираю… — Вот это трагедия. — Я так долго ждал тебя, — Гай тёрся лицом об ноги Мадоки. — И так тебя люблю! — Ты своим ртом слюнявым… Гай! — девушка ударила его по затылку, и он сел прямо. — Прекращай! — Ты же ему отказала? Отказала? — Гай схватил её за руки. — Ты так мне и не ответила! — Гай, я даже не помню его имени, о чём ты говоришь? Хватит на меня дышать! Гай не послушал и через ноги пробрался ближе к Мадоке, обняв её за талию. Его нос щекотно прошёлся по груди девушки, и она упёрлась руками в его лоб, пытаясь оттолкнуть. — Я тебя никому не отдам, — проговорил Гай, зарывшись носом в ткань халата. — Если надо, буду драться. — Да ты знаешь, очереди и не было, так что расслабься. Затем Гай попытался поцеловать Мадоку, но дотянулся только до её подбородка. Завязалась немая борьба. Гай сопел и прижимал девушку к себе, вытянув губы для поцелуя, она упиралась в него руками и ногами, стараясь подавить смех. — Ну не лезь! Воняет! — наконец Мадока сдалась и рассмеялась. — Всё! Один раз, и ты идёшь спать! Мадока быстро чмокнула Гая в губы и, отбросив от себя, вскочила с кресла. Он упал на спину, перевернулся на бок, поднялся на руках и на четвереньках пополз за ней. Тогда девушка, глупо хихикая, выбежала из комнаты в коридор. Гай появился на подкашивающихся ногах через несколько мгновений, громко топая. — Отстань! Не иди за мной! — Мадока засмеялась громче, видя, как тяжело Гаю даётся ходьба по прямой дистанции. — Ложись спать на диване! В конце концов, Гай так и не добрался до неё. Он споткнулся и упал лицом в пол.

***

— …торжественно объявляю начало второго дня совместных учений Конохи и Сунагакуре! — громко и резко проговорила Цунаде в свистнувший от такого напора микрофон. Толпа на площади зааплодировала. Гай поморщился и потёр висок. Сегодня на нём просто не было лица, только бледная тень от обычного задора. Мадока стояла в другой стороне строя и наблюдала за тем, как неудавшийся вчера любовник сегодня мучается от своей выходки. Ночью она с трудом доволокла его до дивана и ещё долго сидела, глядя на его безмятежное лицо, слушая храп. Наутро Мадока подумала, что Гай пропустит второй день учений, но он героически пошёл, превозмогая похмелье. — И не забудьте! В три часа перетягивание каната! — добавил Иноичи, перехватив микрофон. — Смотри, Ширануи щас блевать побежит, — Мадока обратилась к Цубасе, когда строй разошёлся. — С ним всё понятно, ты лучше глянь на бедных шиноби Сунагакуре. Зря они после горячей воды так напились… О, а вот и наши генины. Толпа ребятни бегала от одной станции к другой. Всего станций было десять. Среди них самыми интересными для Мадоки были борьба на руках, метание сюрикенов, турники и силомер. Эбису самодовольно улыбнулся и направился к турникам, но заметил Мадоку и изменил маршрут. — Пойдём, посмотрим, как Какаши сюрикены метает? — Цубаса взяла Мадоку под руку. — Похоже, ему придётся отстоять очередь. Все станции позанимали генины и гражданские, а непосредственные участники учений просто бродили по площадке, переговариваясь друг с другом. — Сегодня вечером жеребьёвка. Надеюсь, мне попадётся кто-нибудь из наших, — Мадока увидела, что Какаши покорно стоит в очереди и говорит о чём-то со своей ученицей Сакурой. — Гай-сенсей! Ну что же вы стоите?! Самое время для Весны Юности! — Ли тормошил своего учителя, и тот качался вслед за его рывками, еле переставляя ноги. — Да, не хотела бы я быть в паре с той девчонкой, которой врезала, — Цубаса оглядела толпу. — Тогда до конца испытания мы точно не дотянем. — А если попадётся какой-нибудь подросток? Я видела несколько. Лучше с джонином постарше, чем с чунином. — Мадока, скажи спасибо, что хотя бы не как в прошлом году. Тогда у нас вообще выбора не было, Сарутоби-сама всё решал. — Я была с Минору, меня всё устраивало. Кстати… Что-то я его не вижу. — Он сегодня в медпункте, на случай, если кому-нибудь станет плохо. — Пойду, проведаю его, — Мадока кивнула подруге и протиснулась в гудящую толпу. На площадке было очень много людей, казалось, будто вся деревня собралась. И взрослые, и дети с интересом бродили от одной станции к другой, покупали сладости и сувениры. Цунаде-сама и Старейшины действительно постарались сделать всё для того, чтобы этот день был радостным. Потому что завтра всех шиноби ждёт сущий кошмар в подземельях заброшенной тюрьмы. — Давай! Давай, Тен-Тен! Покажи ему! — Ли подбадривал напарницу. Мадока вытянула шею, встала на носочки и повернула голову в сторону голоса Ли. Вся команда Гая собралась у одного из столов для борьбы на руках. Девушка пробралась через людей и встала за спиной Гая: — Ты живой? — тихо спросила она. Гай промолчал, ответив тяжёлым вздохом. Мадока тайком погладила его по спине и подошла к столу, где только что с хлопком схватились за руки Неджи и Тен-Тен. — Мадока-сенсей! Побудете судьёй? — девочка обрадовалась, увидев её. — Гай-сенсей сегодня совсем не в настроении. — Да! — подтвердил Ли. — Здравствуйте, — Неджи сжал штырь. — Ну давайте. Победа была за Неджи с самого начала, но Мадока заметила, что он играл грязно. Он подтолкнул кисть руки плечом, чем ускорил поражение Тен-Тен. У него и без того было преимущество в весе, но он зачем-то решил перестраховаться. — Неджи, думаешь, я слепая? Так нельзя, — Мадока нависла над мальчиком. — И вообще, почему ты не выбрал себе в соперники Ли? — Тен-Тен сама просила. А у Ли ушиб запястья, — Неджи нахмурился и посмотрел на Мадоку исподлобья. — Я что-то нарушил? — Ага. Всё, что мог. На соревнованиях за такое дисквалифицируют. — А вы разбираетесь в этом? — голос Неджи звучал очень вежливо, но лицо с лёгкой ухмылкой так и просило оплеухи. — Хочешь проверить? Тебе показать, что ты нарушил? Тен-Тен, ну-ка, — Мадока встала на место девочки, которая отошла в сторону. — Неджи, не стоит, — Гай подошёл к мальчику и положил руку на его плечо. — Всё-таки перед тобой джонин. — Не волнуйтесь, учитель, я сделаю всё быстро. — Мне даже страшно, — Мадока фыркнула. Сцепив руки, Мадока и Неджи посмотрели друг другу в глаза. Гай кивнул, и борьба началась. Девушка с удивлённым лицом скосила взгляд на свою руку, которая клонилась к столу. Она сжала штырь до хруста в костяшках и напряглась. Мальчик, чувствуя скорую победу, усилил напор. — Ого! — Мадока выглядела искренне потрясённой. — Вот это ты сильный! Рука Мадоки остановилась в нескольких сантиметрах от стола и замерла, как Неджи ни пытался её продавить. Он уже чуть ли не повис на ней, но она всё не двигалась. — Попробуй плечом помочь, как сделал с Тен-Тен. Может, хоть это тебе поможет. Гай рассмеялся, видя, как пыхтит его ученик. Мадока начала улыбаться, поднимая руку. Неджи стиснул зубы и раскраснелся, сжал руку девушки изо всех сил, но и это не помогло. Он был повержен, его рука ударилась об стол. — Тен-Тен, как я и говорила, нужно просто уметь выбирать противника, — Мадока отпустила руку мальчика, и он опустил голову, потирая побелевшие от давления пальцы. — Гай-сенсей, ну что, вы следующий? Помните, чем закончился наш последний поединок? Растерянно раскрыв рот, Гай отвернулся и почесал затылок. Кажется, он вспомнил их поединок в кухне Мадоки на столе. — Ну всё, не дуйся, — девушка обошла стол и хлопнула Неджи по плечу. — Подрастёшь, и я тебе даже специально поддамся. — Зачем? — Неджи поднял на Мадоку суровый взгляд. — Потому что ты очень хорошенький, когда улыбаешься, — девушка потрепала его за щёку. За спиной послышалось тихое хихиканье Тен-Тен. Глаза Неджи расширились, он надул краснеющие щёки пуще прежнего и куда-то сбежал, смешавшись с толпой. Мадока рассмеялась ему вслед. — Я его догоню! — Ли бросился за напарником. — Мадока-сенсей, я впервые вижу Неджи таким! — Тен-Тен улыбалась. — Я тоже, — Гай задумчиво смотрел в сторону, куда убежал Неджи. — Обычно он умеет принимать поражения… — Но не такие оскорбления его чести, — девушка закусила губу, чтобы не улыбаться слишком широко. — Мадока-сенсей, пойдёте с нами? Говорят, что на станции метания сюрикенов дают призы самым метким. — Не, мне надо найти моего дорогого напарника, а то он совсем заработался. Найти Минору оказалось не так просто, как думала Мадока. Его не оказалось в медпункте. Она поспрашивала у людей, но никто его не видел. Тогда девушка стала обходить станции одну за другой. На станции метания сюрикенов она столкнулась с уже знакомым ей со вчерашнего дня шиноби из Сунагакуре. — Мадока? — он окликнул девушку. — Чё? — раздражённо ответила она и обернулась. — А, это ты? Слушай… Извини, имени не помню. Ты не видел такого белобрысого парня со светлыми глазами? Он должен быть со значком ирьёнина. — Меня зовут Сунаме. Этот? — мужчина кивнул на Минору, который о чём-то говорил с Какаши возле прилавка с едой. — Точно. Спасибо… — Подожди! — Чего? — Смотри! — Сунаме подошёл к черте и взял сюрикены. Все мишени были поражены. Организатор — молодая девушка — стёрла чьё-то имя на доске рекордов и написала имя Сунаме. — Поздравляю, до Хатаке Какаши не хватило совсем немного, вот ваш приз, — организатор торопливо сунула в руки мужчине пачку бисквитных палочек в шоколадной глазури и побежала принимать следующего участника. — Н-да, что-то с призами в этот раз не очень, — Мадока собиралась было уйти, но Сунаме подошёл к ней и протянул свой приз. — Чё? — Это тебе, Мадока, — он неловко улыбнулся через силу. — Не, я сладкое не люблю. Минору! Где тебя черти носят? — Мадока оставила мужчину позади и побежала к другу. Даже небо над Конохой было яснее обычного, а солнце грело будто летом. Этот день получился именно таким, каким его задумала Хокаге, и самые ворчливые и вечно недовольные жители сегодня улыбнулись.