Глава 33

Время шло к полуночи. Некоторые шиноби Сунагакуре и Конохи почувствовали такую общность, что не просто отмечали успешное окончание учений за весёлыми разговорами, а клялись друг другу в вечной дружбе и поддержке, говорили о том, какие у них похожие проблемы и жизнь в деревнях. Мадока была далека от всего этого. Она сидела в углу на скамейке, пока зал, наполненный запахом алкоголя, еды и веселья шумно гудел. Все смеялись, обнимались и произносили тосты каждую минуту. На поиски Гая было отправлено несколько отрядов, но ни в один из них Мадоку не включили. Цунаде строго приказала ей уходить на праздник с остальными. Сначала она злилась, тряслась, плакала, а потом впала в ступор. Куренай довела её до банкетного зала почти что под руки — девушка покорно шла туда, куда её подталкивали. Пока Какаши и остальные, даже генины в лице учеников Гая, искали бесследно исчезнувшего джонина, Мадока сидела на празднике, уставившись пустым взглядом перед собой. Она перебрала в голове все версии: от побега до убийства, и ни одна не казалась ей правдоподобной. Райдо попытался растолкать Мадоку, но ничего не вышло — девушка сквозь зубы послала его и, скрестив руки на груди, нахмурилась пуще прежнего. Если это тот незабываемый подарок, который Гай хотел сделать ей после учений, то он перестарался. — Тихо, тихо, сейчас. Не толкай меня! — Иди уже. Чего мнёшься? Мадока слышала, что недалеко от неё стояла компания шиноби Сунагакуре. Ещё она слышала голос Сунаме, довольно скоро оправившегося от ранения ноги, которое оказалось не таким уж и серьёзным. Друзья подбадривали его, и все они пялились в сторону девушки. Наконец Сунаме прокашлялся, одёрнул форму и направился к Мадоке, которая буквально источала чёрную энергию уныния и бессильной ярости. — Мадока, — мужчина встал перед ней, преградив обзор. Она ничего не ответила, глядя теперь на грязно-бежевый жилет перед собой. Сунаме переступил с ноги на ногу, ещё раз кашлянул и сел вполоборота рядом с Мадокой, уперев ладонь в колено. Девушка стиснула зубы, чувствуя, как злость подступает к груди. — Здорово всё вышло, да? Мадока закрыла глаза и выдохнула носом. Смех вокруг и без того раздражал её, а Сунаме своей назойливостью решил вывести её из себя окончательно. Гай сейчас должен быть здесь, на месте этого мужчины. Он бы немного выпил и стал бы смешным, вынуждая Мадоку подавлять улыбку. — Что-то случилось? Ты с самого возвращения молчишь. Тебя ранили? — Нет, — процедила Мадока низким голосом. — Ты хорошо дралась, у тебя сильный удар. Но тот парень… Как же его звали… — Гай, — голос Мадоки дрогнул. — Точно. К такому я не был готов, ха, — Сунаме нервно усмехнулся с угасающей надеждой на разговор в глазах. — Но ему до тебя далеко. Ты меня почти победила, когда улыбнулась. Я готов был сдаться, если бы ты повторила этот приём ещё раз. Сжав пальцы в кулаки, Мадока открыла глаза. Ещё одна неуместная фраза, и она взорвётся, пустив коту под хвост все усилия Цунаде по сплочению шиноби двух деревень. — Улыбнёшься мне на прощание завтра, Мадока? Тебе надо больше улыбаться, у тебя красивая улыбка, — последняя тень надежды исчезала с лица Сунаме, когда он глядел на то, как поигрывают желваки девушки. Мадока развернулась к Сунаме и посмотрела в глаза: — Тебе надо меньше пиздеть, — выплюнула она с нескрываемой злобой, резко встала со скамейки, отчего Сунаме шарахнулся в сторону, и направилась к выходу. — Мадока, ты куда? — спросила Югао, заметив, что девушка спешно уходит. — Ещё ведь фейерверк. — Домой. Никто не стал её удерживать. Мадока беспрепятственно покинула Резиденцию и направилась на отшиб деревни, где бывала много раз. Она шла в дом Гая. Когда она была здесь в детстве, то и представить не могла, что эта хибара простоит так долго. Но Гай даже после смерти отца продолжил жить здесь, сделал ремонт. Некоторые джонины жили в квартирах многоэтажного дома, и Мадока в какой-то момент думала разделить их участь, но просто не смогла решиться оставить старый дом. — Так… — девушка подошла к окну и оглянулась, убедившись, что никто не смотрит. Проникнув внутрь, Мадока спрыгнула на пол кухни. Ещё недавно они с Гаем ужинали здесь вместе, а теперь тишина и темнота пугали, и казалось, будто здесь и не жил никто — настолько было пусто. — Сдохнуть ты точно не мог, — успокоила Мадока сама себя и включила свет. В холодильнике стояли какие-то настойки в звенящих бутыльках, несколько кастрюль и соевый соус, который Гай купил специально для Мадоки, потому что сам старался контролировать потребление соли. Он вообще был занудой в некоторых вещах. Выключив свет, Мадока оставила кухню позади и пошла в кабинет Гая. На столе как всегда были навалены какие-то свитки, книги и бумаги. Девушка села на жёсткий стул и взяла первый попавшийся лист. Это был рецепт какой-то бурды для борьбы с нервными расстройствами. Мадока ухмыльнулась — точно для Хатаке. После учений ему понадобится ведро такого варева. — Гай… Ты же оставил какой-нибудь знак… Исследовав содержимое ящиков стола, Мадока не нашла там ничего, кроме кучи карандашей, бумаги и нескольких баночек пилюль без этикеток. Девушка вытащила каждый ящик и вытряхнула барахло на пол. Взгляд зацепился за обычную тонкую тетрадь, лежавшую на самом дне образовавшейся свалки. Судя по виду, она была очень старой. Такие сейчас, наверное, и не продают больше: она была покрыта налётом древней желтизны и имела потрёпанный вид. — Опа, — не питая особых надежд, Мадока всё-таки вытянула тетрадь и открыла. «План тренировок, чтобы победить Какаши: 1. 200 отжиманий 2. 300 подтягиваний 3. 400 отжиманий 4. Пробежка (на руках) (пока держат ноги) 5. Планка (пока не упаду)» Почерк был детским. Наверное, Гай писал это, когда начал соперничать с Какаши. Мадоке даже стало интересно, действительно ли Гай выполнил всё, что записал здесь. Она искренне посмеялась над тем, как Гай противоречил сам себе в части с пробежкой. Девушка перелистнула страницу и увидела кучу цифр, будто Гай пытался вести счета. «Апрель: Дом: 1356-400=900» Мадока покачала головой, криво ухмыляясь. В детстве Гай умом не блистал. «Академия: 900-700=200 Еда: 200-200=0» Если это был его бюджет на месяц, то ему оставалось только посочувствовать. Его отец никогда много не зарабатывал, и дразнили Гая в Академии не только за неудачи, но и за бедность. Мадока перелистнула несколько страниц с бессмысленными записями и вдруг увидела целый комикс, нарисованный на одном из предпоследних листов. Невозможно было понять, кто есть кто, но Гай заботливо подписал двух главных героев. «Я: Сразись со мной, Какаши! Какаши: Я вижу, что ты много тренировался! Я боюсь! Я: Усердие и упорный труд никогда не предадут! Какаши: Очень мудрые слова, Гай! Где ты их прочитал? Я: Я сам придумал эту мудрость, пока тренировался! Какаши: Тогда я хочу дружить с тобой!» В конце истории Гай и Какаши обнялись. Про себя Мадока подметила абсолютную дебильность придуманного сценария, но ещё не знала, что ждёт её дальше. Последняя страница была странной на ощупь, будто её кто-то намочил и дал высохнуть. Все надписи на ней были стёрты, и тёр Гай, судя по едва живому состоянию бумаги, остервенело. Мадока поднесла тетрадь к настольной лампе и всмотрелась в то, что осталось от карандаша на листе. Это был список людей из Академии и их короткая характеристика. С удивлением Мадока обнаружила, что имена были исключительно женские. «Юхи Куренай: красивая, говорит со мной, не дерётся Хьюга Цубаса: красивая, не хочет со мной дружить, не смеётся надо мной Канеда Мадока: красивая, смеётся надо мной Яманака Минору: красивая, не смеётся надо мной, очень умная ЭТО МАЛЬЧИК Хамари-сенсей: красивая, добрая» Это всё, что девушка смогла разобрать. Там было написано больше, причём, видимо, у самой Мадоки слово «красивая» было зачёркнуто и залито слезами. Она бы не удивилась, если бы узнала, что это её свойство исчезло из списка в тот день, когда она пришла к Гаю помочь с математикой. — Гай… — с улыбкой произнесла Мадока, ещё раз пробежавшись глазами по заметке про Минору. Если бы только Минору знал, кем Гай считал его в детстве. Мадока закрыла тетрадь и положила на стол. Несколько минут забвения остались в прошлом, и тревога пришла им на смену. Девушка оглядела кабинет, скользнула взглядом по фотографии Гая и Какаши. Укол ревности в сердце разнёс по телу неприятное чувство тоски. У них даже нет совместной фотографии. Точнее, она была, но это групповой снимок всех джонинов, который висел в Пункте ожидания, и они были по разные стороны разных рядов. — Ты же не мог так просто исчезнуть? — Мадока встала из-за стола и прошлась по кабинету. Везде были какие-то гантели и гири. Девушка с трудом подняла одну гирю и переставила с места на место. Затем она вздохнула и нехотя поплелась к скрипучей лестнице. Она не знала, зачем пришла сюда и что ищет, но уже решила, что никуда отсюда не уйдёт сегодня ночью. В маленькой спальне Гая всё выглядело ровно так, как когда он покинул её сегодня утром. Аккуратно заправленная одноместная кровать, где он ютился с Мадокой. Только сейчас девушка заметила, насколько она узкая, и поняла, почему Гай так настаивал, чтобы Мадока спала у стены — не хотел, чтобы она упала во сне. Чувства нахлынули на Мадоку. Она упала на колени рядом с кроватью, уткнулась лицом в колючее одеяло и зарыдала. Сегодня Гай не вернётся домой, они не будут спать вместе, он не обидится на её очередную шутку. На первом этаже щёлкнул замок входной двери. Мадока подняла голову и прислушалась с замиранием сердца. Это Гая нашли? Он вернулся? Девушка вскочила и понеслась по лестнице в прихожую. — Мадока-сенсей?.. — Ли замер с поднятой рукой, держа ключ. — Ли? Вы… все? Какого чёрта вы здесь забыли? Откуда у тебя ключ? Ученики Гая полным составом стояли перед Мадокой, уставившись на неё. Она вытерла заплаканное лицо рукавом и нахмурилась. На такую компанию она точно не рассчитывала. — Гай-сенсей дал мне его! — Ли спрятал ключ в карман. Неджи медленно, с нагнетающим скрипом закрыл входную дверь. Никто из детей не решался пройти дальше коридора, потому что путь преградила Мадока. В молчании они смотрели друг на друга. — Нашли что-нибудь? — заговорила Мадока после долгой паузы и игры в гляделки. — Цунаде-сама созвала совещание… Кажется, они всё узнали, и Гай-сенсей точно жив. Нас отправили сюда, чтобы проверить, не пропало ли что-нибудь из важных вещей учителя. Ли знает, — Тен-Тен кивнула на напарника. Вспомнив о том, какой бардак оставила в кабинете Гая, Мадока занервничала. Если Ли увидит всё, то наверняка начнёт задавать ненужные вопросы. Она просто хотела сегодня ночью побыть одна в тишине. — Давайте я сама поищу, — Мадока подошла к Ли, взяла его за плечо и попыталась развернуть к выходу. — Идите спать. Время уже недетское. — Но как вы здесь оказались, Мадока-сенсей? — Ли подался вперёд, чтобы противостоять давлению девушки. — Искала зацепки, как и вы. Всё, дуйте отсюда, — Мадока кивнула на дверь. — Без вас разберусь. — У нас приказ Хокаге-сама, — вмешался Неджи, отчего-то стараясь не смотреть на девушку. — Мы должны обыскать дом. — Я уже в процессе. Просто уходите. — Ли знает этот дом лучше всех нас, — Неджи продолжил настаивать. — Неджи, но Мадока-сенсей тоже… — сказала Тен-Тен, склонившись к уху напарника. — Что Мадока-сенсей тоже? — переспросила девушка. — Мадока-сенсей, мы знаем, что у вас с нашим учителем любовь… — озвучив мысль, витавшую в воздухе, Тен-Тен сдержанно и хитро улыбнулась. — Так! Ну-ка, шпана! На выход! — взревела Мадока, замахнувшись на детей. — Ли! Ключ! — она протянула руку к Ли. — Я щас вам устрою и вашего учителя, и любовь! Дети заулыбались, но и не думали никуда уходить. Мадока будто бушевала в пустоту, вся злость обходила команду Гая стороной, они её не боялись. Немного успокоившись, девушка оглядела детей и выдохнула. Тен-Тен осторожно начала говорить, следя за реакцией Мадоки: — Мадока-сенсей… Давайте вместе обыщем дом? — Я сказала… — Мадока-сенсей! Гай-сенсей самый важный для меня человек! — Ли ударил себя кулаком в грудь. — Вы меня не остановите! — Наверное, твоим напарникам очень приятно это слышать, — Мадока прыснула и отступила. — Ладно. Но кабинет на мне. Пока ученики Гая обыскивали кухню и второй этаж, Мадока вернулась в кабинет. Книжная полка за столом была заставлена разными скучными книгами по боевым искусствам и статуэтками из разных городов и даже стран. Девушка стояла и разглядывала белую фарфоровую кошку с поднятой лапой, слушая, как переговариваются дети между собой. — А это ещё что?.. Тен-Тен, смотри! Кажется, ты в этом разбираешься! — раздался странный шорох и голос Ли со второго этажа. — Похоже на взрывчатку… — Ли, положи туда, где взял, — строго сказал Неджи. — Ли! — воскликнула Тен-Тен. — Это не взрывчатка! Верни обратно! Мадока вышла из кабинета и поднялась наверх. Дети были в спальне Гая и о чём-то спорили. Она незаметно заглянула в комнату. Ли размахивал длинной переливающейся в свете потолочной лампы лентой из пачек презервативов. Неджи пытался забрать это безобразие и спрятать обратно в ящик стола учителя, Тен-Тен смущённо прикрывала глаза. — Нет, объясните мне! Что это?! — Ли возмущённо уворачивался от напарника. — Что это за оружие?! Неджи, скажи мне! Это не похоже на нунчаки! — Дай сюда! — Неджи наконец удалось выхватить «оружие» из рук напарника и спешно сунуть в ящик. — Но что это?! — Ли рванулся к ящику, но Неджи захлопнул его. — Ли, ты девочек любишь? — как только Мадока вошла в комнату и спросила это, Неджи напрягся и отвернулся. Ли, напротив, заинтересованно обернулся к девушке: — Что?.. — Тебе сколько лет? — В ноябре исполнится четырнадцать… — Так вот, когда через пару лет тебе понравится какая-нибудь девочка, тебе надо будет этим воспользоваться, если она схватит тебя за… — Мадока-сенсей! Давайте обыщем гостиную вместе! — очень громко и напористо предложила Тен-Тен, перебив девушку. — Короче, Ли, спросишь у своего учителя, когда мы его вернём. Уж он-то в этом разбирается, — Мадока подмигнула Неджи, и тот быстро отвёл взгляд. Несмотря на то, что в начале Мадока была не рада ученикам Гая, сейчас они отвлекли её от дурных мыслей. Гай жив, с ним, может, даже всё хорошо. Они его обязательно вернут, и тогда ему предстоит тяжёлый разговор со своим любимчиком — Ли загорелся идеей разгадать тайну презервативов во что бы то ни стало. — Тен-Тен, смотри-ка, — Мадока подняла подушку на диване и заметила листок с записями, — кажется, тут про тебя. — Да?! — Тен-Тен бросила обыскивать шкаф и подбежала к девушке. «Тен-Тен май: 1. Отжимания на брусьях 2. Планка 90 м 3. Выучить наизусть все горы Страны Огня 4. Многоступенчатые прыжки 5. Медитация» — Что-то мне подсказывает, что ты теперь чуть меньше скучаешь по учителю, — ухмыльнулась Мадока и похлопала девочку по плечу. — Э… Нет, нет, всё в порядке, — через силу Тен-Тен улыбнулась. Кто-то постучал в окно. Мадока обернулась и увидела лицо Асумы. Он улыбнулся и кивнул. Девушка подошла и открыла окно. Мужчина вздохнул: — Ну, что? Нашли что-нибудь? — он глянул на детей. — Не-а, — Мадока мотнула головой. — Вы выяснили, где он? — Есть версия. Если к утру подтвердится, Хокаге-сама будет формировать команду. — Кто там будет? — Мадока закинула ногу на подоконник и при помощи Асумы вылезла на улицу. — Дети, я пошла! — До свидания, Мадока-сенсей! — Тен-Тен помахала ей рукой. — Я пока не знаю, — Асума похлопал себя по карманам и достал пачку сигарет. — Идём. Они шли по пустой улице на краю Конохи. Асума нервно дымил, Мадока шагала рядом и напряжённо ждала, когда он наконец заговорит. Но Асума не говорил. — Так кто? — спросила Мадока снова. — Какаши. Возможно, ещё Неджи. Цунаде-сама думает, что на предстоящем экзамене зимой он вполне мог бы стать джонином. И Цубаса. — Что? Зачем сразу двое Хьюга? Где Гай? Что за версия? — У тебя слишком много вопросов. Цунаде-сама просила держать тебя от этого подальше, потому что то, что ты устроила… Мадока чуть не упала перед Хокаге на колени и, трясясь, как наркоманка, умоляла разрешить ей отправиться на поиски Гая. Её удержал Генма и вывел из тёмного коридора тюрьмы на улицу. Теперь Мадоке было стыдно за это, но злости на себя было больше — она сама всё испортила. — Не напоминай. Не хочу об этом говорить. Но я должна увидеться с Хокаге-сама. — Ей сейчас не до тебя. Джонина Конохи похитили. — Похитили?.. Асума выпустил облако плотного дыма и прикрыл глаза: — К утру всё станет ясно. У тебя как раз есть время совладать со своими чувствами. — С какими ещё чувствами? — раздражение вновь завладело Мадокой. — Скажи уже наконец, что произошло! — Утром на собрании тебе всё скажут. Мы ждём решения Пятой. — Асума… — Гай жив. Пока что это всё, что я могу тебе сказать. — Вот, сука, надеюсь, ты однажды окажешься на моём месте и будешь сидеть обосранный, пока все остальные вокруг что-то знают, но не говорят, — как ведьма, насылающая проклятия, шепнула сквозь зубы Мадока и сделала шаг в сторону от мужчины. — Чтоб ты охуел от жизни. — Я всё слышу. — Я знаю. — Мы вернём тебе Гая, Мадока. Не злись. — Да на хер он мне нужен! Чё вы ко мне пристали со своим Гаем?! Я вообще не поэтому злюсь! — Ага, — Асума выпустил дым и закашлялся. — Вот тебя бог и наказал. Докуришься однажды. — Будешь? — Не, мне хватило. Тебе-то ничего не было, а меня тогда учитель только что ногами не лупил. Потом ещё отец дома добавил. — Нам было пятнадцать. И, поверь, мне тоже влетело. Просто я не жаловался. — Намекаешь, что я жалуюсь? — Ты всегда искала слишком много скрытых смыслов там, где их нет. Я намекаю, что тебе надо успокоиться. И как Гай тебя терпит?.. — Всё, пошёл в жопу, — Мадока резко свернула за угол, оставив Асуму на освещённой части улицы.