Глава 34

«Всё позади. Теперь всё будет хорошо.» Когда Мадока вернулась домой, она долго стояла перед зеркалом, пытаясь представить Гая за своей спиной. В голове звучал его голос, говорящий о том, что всё закончилось, и в жизни девушки наконец-то настала белая полоса. Всю ночь Мадока ворочалась, как в бреду. По улице бродили пьяные шиноби, ссорились, мирились, выясняли отношения и громко смеялись. Уснув только под утро, она увидела короткий сон о том, как идёт по лесной дороге, отчего-то злая, и вдруг видит вдалеке тигра, который присел, готовясь к атаке. Сначала она испугалась, подумала, что надо бы убежать, но потом встала на месте и решила ждать своей участи — судьба есть судьба. Тигр подбежал к ней, начал драть когтями её живот, но ран не было. В конце концов, хищник потрепал её немного, но она выстояла. Этим сон и закончился. Проспав всего час, Мадока встала совершенно измотанная. Пока осколки разбитого сознания собирались воедино, девушка пыталась понять, почему ей так тревожно. Затем память полностью вернулась, и Мадока почувствовала прилив грусти. Гай исчез, она опозорилась перед Пятой настолько, что та её теперь, наверное, считает невменяемой, поэтому и отстранила от поисков Гая. Ещё и Асума подлил масла в огонь. Мадока пришла в Пункт ожидания раньше всех, точно не зная, когда состоится собрание. Она засела в самый дальний и тёмный угол зала собраний и попыталась задремать. Как только начало получаться, пришёл Какаши. Он не сразу заметил, что здесь кто-то был, поэтому стал раскладывать какие-то бумаги на столе, бурча себе что-то под нос. Когда Мадока зашевелилась, мужчина вздрогнул и обернулся: — Кто здесь?! — Я, — Мадока потёрла лицо. — Скоро начинаем? — Э… Насколько я помню, тебя не звали, — Какаши повернулся обратно к столу, поправляя листы. — Я джонин. — Это собрание только для тех, кого позвали. Возвращайся домой. Сегодня ещё церемония закрытия учений… — Я буду участвовать в поисках Гая, — девушка встала и подошла к Какаши. — Или что, ты опять наговоришь про меня гадостей Хокаге-сама? — Мадока… — Какаши вздохнул и оставил бумаги. — О чём ты говоришь? — Я пойду вытаскивать его из… Во что бы он там ни вляпался. И ты мне не помешаешь. — Это решение Цунаде-сама. Не я отбирал людей. — Хорошо. Тогда я поговорю с Цунаде-сама. — Как знаешь, — Какаши пожал плечами. — Но от неё ты услышишь то же самое. — Я не буду просто сидеть и ждать… — Хорошо. В конечном итоге, Мадока вернулась в свой тёмный угол, а Какаши стоял у окна и смотрел на рассвет. Вскоре начали приходить люди. Сонный Асума, Аоба, Цуме и остальные. Мадока притаилась, стараясь услышать хоть слово о Гае, но все, как назло, обсуждали предстоящую церемонию закрытия учений. — Всё, пять минут, и бегу, — с этими словами Цунаде появилась в помещении и кивнула присутствующим. — Все собрались? Хорошо. Давайте быстро. Она куда-то спешила. Какаши подошёл к ней и, подведя к столу, указал на бумаги. Мадока вжалась в стул, стараясь не привлекать внимания. — Ясно… Раз это действительно так, тогда действуем по плану. Цунаде обвела взглядом джонинов, будто пересчитывала, а когда заметила Мадоку, то нахмурилась. Девушка посмотрела Пятой в глаза с немой мольбой. Цунаде что-то шепнула Какаши, и тот кивнул. — Канеда! Пойдём-ка со мной! — вдруг женщина позвала Мадоку и направилась к выходу. — Всё, можете начинать. Я одобряю план. Когда соберётесь, жду у себя в кабинете. Мадока обречённо шагала за Цунаде по коридору. Хокаге ничего не говорила и быстро шла вперёд. Сейчас Мадоке влетит за самовольство, но она всё равно должна была хотя бы попытаться. — Заходи, — Цунаде открыла какую-то дверь. Вся комната была заставлена книжными полками. Цунаде подошла к столу и села на него. Мадока вошла и закрыла дверь, опустив голову. — Канеда, что с тобой? — спросила женщина довольно мягко, совсем не так, как ожидала Мадока. — Простите, Цунаде-сама… — Знаешь, почему я отстранила тебя? — Да… Простите. — Я была на твоём месте, уже проходила через подобное. В нашей работе эмоции это лишнее. — Я знаю, — Мадока кивнула и подняла голову. — Гай знал, что находится в опасности, я говорила ему об этом. Мы выяснили, куда пропала его медицинская карточка, и почему именно его, не так давно. — Так куда… — начала Мадока, сделав шаг к столу, но одёрнула себя. — Простите, Хокаге-сама. — Он тебе не говорил? — Нет. — Помнишь, вы вместе были на миссии в Шукубе? — Да. — Та женщина, которую вы задержали, это ведь именно она сбежала из тюрьмы в ночь пожара в госпитале. И она прихватила карточку Гая. Две недели назад мы получили запрос от Деревни Гвоздики на выдачу Гая. Он победил их гражданку, и по их закону должен стать её мужем. Наглости им не занимать, конечно, — Цунаде шумно выдохнула и потёрла колено. — Сначала они требовали выдать им преступницу, а затем — мужа для неё. Мадока закрыла глаза, подняла брови и помотала головой, пытаясь осмыслить услышанное. Такой бред нельзя было придумать случайно, но так как в деле был замешан Гай, могла случиться и большая глупость. — Хокаге-сама… — Мадока стояла с закрытыми глазами. — То есть сейчас Гай в Гвоздике готовится к свадьбе? — Ночью пришло вот это, — Цунаде достала из кармана сложенный лист. — Якобы от Гая. Просьба о том, чтобы его не считали нукенином, потому что он просто уважает законы деревни своей будущей жены. Мадока подошла ближе, взяла лист и развернула его. «Уважаемая Хокаге-сама, Я, Майто Гай, сейчас нахожусь в Деревне Гвоздики. Я добровольно покинул территорию Конохагакуре, но не для того, чтобы стать отступником, а по зову сердца. Я люблю свою деревню, но я также люблю женщину, которая, по стечению обстоятельств, является гражданкой другой страны с другими законами. После заключения брака я откажусь от гражданства Страны Огня и ремесла шиноби, чтобы стать жителем Деревни Гвоздики. Не нужно искать меня…» Было ещё несколько строчек о том, как Гай полон решимости кардинально изменить свою жизнь, и его подпись в конце. Мадока хмуро пробежалась глазами по письму и вернула Цунаде: — Это же не он писал. — Верно. Но эксперт сказал, что хоть у всего текста и другой автор, подпись точно сделана рукой Гая. — И как он уже может быть в Гвоздике, если пропал только вчера? Туда же ещё доплыть надо. — Вот они отправили письмо и поплыли. Правда, я понятия не имею, как они скрутили Гая. Судя по камерам, их было трое, и среди них его невеста. Они выманили его в слепую зону в твоём облике, и больше на записях он не появлялся. — Извините, Хокаге-сама, но это какая-то херня. — Полностью согласна, Мадока. Надеюсь, тебе стало легче. Мы вернём Гая, но сделаем это осторожно и с помощью дипломатии, — Цунаде спрыгнула со стола. — На Хатаке они уже давно засматриваются и даже несколько раз приглашали на праздники, поэтому без проблем должны впустить на территорию деревни. И у него, в отличие от Гая, должно хватить ума не сражаться с ними. Это будет не миссия по устранению, это будут переговоры. От моего лица. — Цунаде-сама, я могла бы помочь! — Мадока… — Цунаде улыбнулась и покачала головой. — Тебя же там убьют. Я не готова к открытому конфликту с деревней за морем. Это самое неприятное. — С чего им меня убивать? Я же женщина. — Потому что Гай тебя любит, — Пятая взяла Мадоку за плечи и посмотрела в глаза. — И скрывать это он не умеет. Глаза Мадоки расширились от удивления. На секунду зрение исчезло и стало темно от внезапно участившегося сердцебиения. Слышать такое в лицо от самой Хокаге было, очень мягко говоря, неудобно. — С чего… С чего вы взяли… — промямлила Мадока. — Я думала отправить тебя, ты хорошо умеешь держать лицо, даже когда откровенно врёшь. Но не в этот раз, — Цунаде хлопнула девушку по плечами и пошла к двери. — Мы никогда не отправляем на миссии по спасению родственников жертв. — Цунаде-сама, я вам клянусь!.. — Мадока побежала за ней. — Если придётся драться, то у Какаши будут связаны руки. Ему это делать строго запрещено. А ты, насколько я помню, всегда отрицала рукопашный бой. Так что Цубаса… — Цунаде-сама, если понадобится… — Дай мне десять минут. Я должна поговорить кое с кем. Жди здесь. Ожидание тянулось мучительно медленно. Мадока успела поплакать, позлиться, разорвать в клочки случайную бумажку и представить, как на неё набрасывается толпа разъярённых женщин. Когда Цунаде вернулась, Мадока стояла у окна и пальцем ковыряла утеплитель, уставившись на белый подоконник. — Канеда, — громко сказала Пятая. — Чего стоишь? У тебя на сборы полчаса! — Цунаде-сама! — девушка обернулась, не веря своим ушам. — Так вы… — Будто мне Неджи не хватало… Да, ты идёшь вместо Цубасы. Надеюсь, я не пожалею о своём решении. Через полчаса жду у себя в кабинете. Мадока летела домой, воодушевлённая такими новостями. Скоро она увидит Гая и вернёт в Коноху, и всё будет как прежде. Всё портили необъяснимые вспышки злости, которые тут же затухали, будто что-то было не так, и чутьё шиноби говорило ей об этом.

***

— А вот и она, — сказала Цунаде и махнула на дверь кабинета, где только что появилась Мадока. Какаши и Неджи обернулись и переглянулись. Какаши был явно удивлён — видимо, Пятая решила сообщить об изменении состава команды только сейчас. Лицо Неджи не изменилось, но общий вид стал угрюмее. Мадока подошла к столу и поклонилась. — Значит так… — Пятая вздохнула. — Вы должны успеть до свадьбы, иначе потом нам его оттуда просто не вытащить. Мы должны сделать всё тихо. Так, чтобы никто об этом не узнал. Если дойдёт до Даймё, будет скандал. Как это вообще могло произойти… — Цунаде помассировала переносицу, закатив глаза. — Ладно. Неджи, ты будешь на подхвате. Если тебя не пустят в деревню даже с моим сопроводительным письмом, будешь следить за ситуацией снаружи. Какаши, на тебе всё остальное. Действуй очень осторожно, взвешивай каждое слово. Помни о том, что я тебе сказала. И ты тоже, Неджи. Не думай, что твой возраст тебя спасёт. Там и на вырост мужей берут. Мадока… Для тебя здесь пункт «в экстренном случае», — Цунаде провела пальцем по строке развёрнутого свитка. — Ни в коем случае не злите их, что бы они ни говорили и ни делали. — А если Мадоку убьют? — вдруг спросил Какаши. — Чё?.. — девушка покосилась на него. — В таком случае, вам придётся пробиваться на свободу самостоятельно. И дальше я буду лично разбираться с правительницей Гвоздики на совершенно другом уровне. Но, Какаши, надеюсь, до того самого экстренного случая не дойдёт, а если дойдёт, то Мадока справится. — Простите, Хокаге-сама, но что за «экстренный случай»? — Мадока замотала головой, пытаясь понять, о чём они говорят. — Тебе придётся сразиться с куноичи из Гвоздики за Гая, если Какаши не справится с переговорами. Конечно, нет никакой гарантии, что эта традиция до сих пор жива, но ты единственная, кому не грозит преследование за схватку с женщиной из этой деревни. Мы мало знаем о том, по каким законам живут в Надесико. Поэтому разбираться с нюансами будете на месте. Весь оставшийся разговор Мадока простояла молча с недовольным лицом, пытаясь смириться с мыслью о том, что ей придётся драться с другой женщиной за того, кому она и так сделала величайшее одолжение, обратив на него своё внимание. Это он должен бороться за её внимание и любовь, чтобы она не передумала и не бросила его. Именно так она оправдается потом перед остальными. На деле же Мадока была готова хоть сейчас превратить лицо наглой похитительницы в кровавое месиво, чтобы она больше никогда не вздумала заглядываться на чужое. Эта девка из Гвоздики знала, что Гай с Мадокой, и прикинулась ею, чтобы выманить его. Она всё знала, и её это не остановило. Пусть она только попадётся Мадоке, она-то ей волосы проредит. Но к Гаю тоже были вопросы: как он не понял, что это другой человек, а не Мадока. — …это ещё один шаг к званию чунина для тебя, Неджи. С тобой будут опытные шиноби, но не забывай… — Цунаде говорила мотивирующую речь для Неджи, и мальчик вежливо слушал, хотя по лицу было понятно, что он и без того уверен в своих силах. На губах Мадоки появилась слабая улыбка, а за пустым взглядом перед собой скрывались воображаемые сцены драки с воровкой Гая. Она засунет её клинки ей же во все отверстия и оставит калекой на всю оставшуюся жизнь. Разумеется, всё это произойдёт, если переговоры не сработают, но Мадока была не против такого исхода. Эта девка заплатит ей за все страдания, которые перенесла Мадока, мучаясь в неведении и одиночестве. — И ещё… Какаши, не будь с ними слишком вежлив. Он могут не так понять. Это было последним наставлением от Пятой, после чего она отпустила команду. По пути к главным воротам Мадока не могла перестать улыбаться, сердце пело от радости. Она отомстит, обязательно отомстит, даже если не физически, то просто лишит эту стерву мечты забрать себе Гая — он всё равно в её сторону и не посмотрит, как только увидит Мадоку. Улыбка сменилась жутким взглядом исподлобья. — Нет, нет! Правый ряд! Сместитесь назад! У ворот было столпотворение. Перед окончанием учений всегда делалась совместная фотография, но на этот раз у фотографа была почти непосильная задача — на три снимка уместить всех шиноби двух деревень. — Суна! Шаг влево! Кучнее! — мужчина махнул рукой. — Мадока! — кто-то окликнул девушку. Это снова был Сунаме. Он подбежал сзади и дотронулся до её плеча, но Мадока даже не оглянулась. — Мадока-сенсей, вас, кажется, зовут, — сказал Неджи. Понимая, что теперь придётся обернуться, Мадока улыбнулась: — Что, уже уходите? — Я хотел задать тот же вопрос, — мужчина тоже виновато улыбнулся. — И… Прости, что пристал вчера. Видел же, что ты не в духе… — Всё нормально, увидимся на следующих учениях, — девушка отмахнулась и побежала нагонять свою команду. — Я приду зимой, когда будет экзамен на чунина! — крикнул Сунаме вслед. — Мне всё равно! — Мадока помахала ему рукой издалека.